Голоса, которые мы не выбирали

— Чёрт с вами. Я тоже.

Слова вышли ровнее, чем она ожидала. Внутри же и в помине не было никакого спокойствия.

Она только что согласилась на магическую привязку к человеку, которого три года старалась держать на максимальном расстоянии. К человеку, чей Голос уже сейчас жил у неё в висках чужим гулом. К человеку, который поймал её. Причем дважды, если считать три года назад. И оба раза смотрел на неё не как на угрозу, а как на... что-то ещё. Лира не знала, что именно, и это было отдельной проблемой.

Приговор к казни был понятен. Знаком. С ним еще как-то можно было что-то делать. Пустоши она тоже не боялась.

А вот клятва…

Советник Церкви Гармонии снова тихонько позвонил колокольчиком. Лира посмотрела на него с таким выражением лица, что он удивленно убрал колокольчик за спину.

Король, услышав их ответы, кивнул, похоже, довольный, что не пришлось прибегать к более жёстким мерам.

— Тогда ступайте. Подготовьтесь. — он помедлил, — И постарайтесь не убить друг друга до ритуала. Это сильно осложнит задачу.

Их вывели из зала. В длинном коридоре, когда стражники отошли на почтительное расстояние, Лира резко развернулась к Кейлену.

— Ты знал, — прошипела она. — Ты знал, что наши Голоса… как это называется? Отзываются?

Кейлен остановился. Тени вокруг него слегка колыхнулись.

— Я знал, что между нами есть… взаимодействие. Не думал, что король пойдёт на ритуал так быстро.

— И что теперь? Мы будем связаны? Как собаки на одном поводке?

Он сделал шаг ближе. Теперь она ясно видела чёрные прожилки на его шее — они едва заметно пульсировали в такт её сердцу.

— Поводок будет обоюдным, Восс. И поверь, мне это нравится не больше, чем тебе.

Лира почувствовала лёгкий толчок в висках — низкий, бархатный гул Затмения. Не враждебный. Пока. Но уже… интересующийся.

Она отступила на шаг.

— Если ты думаешь, что я буду играть по твоим правилам, лорд Дрейвен, то сильно ошибаешься.

Кейлен наклонил голову. На его губах снова появилась та опасная, едва заметная улыбка.

— Я уже три года учусь не недооценивать тебя. Завтра увидим, кто из нас быстрее усвоил материал.

Он развернулся и ушёл, не дожидаясь ответа.

Лира осталась стоять посреди коридора. В голове всё ещё звучал тихий, глубокий гул.

Она не знала деталей того, что их ждёт завтра.

Но уже сейчас понимала одно: это будет плохо. Очень плохо.

***

Кейлен дошёл до конца коридора и остановился за поворотом.

Стражники остались с ней — проводить в отведённые покои, и заодно убедиться, что не сбежит до утра. Он мог уйти. Мог вернуться к себе, просмотреть записи, которые привёз из архивов. Ещё раз перечитать все, что касалось ритуалов и Голосов. Понять, есть ли другой вариант…

Он стоял и слушал её шаги в коридоре.

Затмение вело себя тихо. Слишком тихо. Кейлен знал это состояние. Обычно после него следовало что-то неприятное.

А ещё он думал о том, как она сказала чёрт с вами. Не с ненавистью и не со страхом. Скорее с усталым прагматизмом человека, который привык выбирать из плохого и худшего, и не делать из этого драмы.

Он подозревал, что именно это и раздражало его в ней больше всего. Не то, что она крала его артефакты. Не ее постоянная дерзость. А то, что она была такой же, как он — только по другую сторону. Ни у неё, ни у него не было хорошего выбора. Оба пытались выжить, как могли.

Просто она делала это, улыбаясь. А он — нет.

Коридор затих. Её шаги исчезли за следующим поворотом.

Кейлен выдохнул, поправил манжет, скрывая прожилку, которая опустилась за сегодняшнюю ночь чуть дальше запястья. Медленно двинулся по коридору к себе.

До следующего рассвета еще было время. Все-таки стоит взглянуть на документы.