- -
- 100%
- +
С техниками Силы было и проще, и сложнее. У меня хватало знаний и навыков, хватало концентрации, но контроль отсутствовал просто потому, что имеющиеся у меня возможности превышали всё то, что было раньше, в разы. Как результат, на одни и те же действия я постоянно тратил разное количество ресурсов, получая различный результат. Потому, мой распорядок дня выглядел так – утром занятия по общеобразовательным дисциплинам, затем фехтования, рукопашный бой и отработка сугубо физических упражнений, а вечер – медитации и тренировки в техниках силы. Каждый четвертый день я тратил вечер на поход в библиотеку, где вдумчиво изучал историю изученной части галактики за прошедшие четыре тысячи лет, современные законы, карты, астронавигацию, гипер-пути и ныне использующиеся технологии. Особенно меня интересовали программирование, нейропроцессы, дроиды и их сборка, бластерное, лазерное, звуковое и пулевое оружие.
Отказываться от идеи создания аналоги HK-47 я не собирался. Моя прошлая жизнь наглядно показала, что доверять кому-то может оказаться более чем опрометчиво. Как, собственно, и нынешняя. ТОГДА, после того как Малак поведал моим спутникам о моей настоящей личности, меня без вопросов поддержали лишь двое органиков – Кандерус и Заалбар. Остальные же… Нет, открыто они ничего плохого не сказали, но я видел и слышал всё то, что творилось за моей спиной. Зато HK-47, непонятно каким чудом оказавшийся на борту «Орла», не задавали никаких вопросов, предпочитая действовать. Он даже не считал нужным вникать в перипетии моих скитаний, разрушение джедаями личности и создание новой, которая потом начала рушиться под давлением восстанавливающейся памяти и настоящего «Я».
В нынешней моей жизни ситуация ещё хуже. Тут никого, не пытавшегося мне врать. Все, так или иначе, манипулируют, изворачиваются и если не врут, то явно недоговаривают. В такой ситуации остается одно – создавать себе надежного напарника собственными руками, благо, технологии за четыре тысячи лет сделали изрядный рывок в развитии, благодаря чему ныне можно сотворить куда более интересные вещи, нежели были доступны в годы моей прошлой жизни.
Собственно, на восьмой вечер с момента возвращения в Храм, состоялся более чем интересный разговор с учеником покойного Квай-Гона. Кеноби, явившись вечером ко мне, дождался завершения очередной тренировки и принялся, удивляя меня, изливать душу.
– Стоп, – замер я, обернувшись к Оби-Вану, – Повтори то, что ты сейчас сказал!
Вздохнув, Кеноби поморщился и произнёс:
– Совет посвятил меня в рыцари, а также назначил мне ученика.
– К первому пункту у меня претензий нет, – кивнул я, погасив тренировочный меч, – До рыцаря ты, с натяжкой, но дорос. А вот с учеником… Ты сам не думаешь, что рановато?
Вздохнув, парень уселся на скамью, к которой мы подошли:
– Я в этом уверен. Мне самому надо очень многому научиться… То, что произошло, показало мою слабость и, давай честно, никчемность. Я дерьмовый воин, толком ничего не умею и не знаю… вообще во всём. Даже техники Силы у меня… Ну, ты видел. Телекинез, внушения и эмпатия. Медитации я даже не рассматриваю как что-то серьёзное.
– Зря, – хмыкнул я, – Без этого не освоить очень многие вещи… Да и в бою способность быстро перейти в состояние транса, поддерживать его и использовать – очень ценная штука.
– Ты так говоришь, будто бы не юнглинг, а мастер, по меньшей мере, – фыркнул новоиспеченный рыцарь, – Впрочем, Джинн рассуждал таким же образом. И это ему не слишком помогло.
– Ну, я учился с помощью голокрона. А там был очень выдающийся джедай древности…
– Знаю, – кивнул Кеноби, – Я же присутствовал на том заседании Совета.
Сев рядом с бывшим падавном, пребывающим в растрепанных чувствах, я поинтересовался:
– Скажи, а почему с этими новостями ты явился ко мне?
– Как тебе сказать… – замялся Оби-Ван, чем вызывал у меня подозрения по поводу личности его ученика, – Причин у меня несколько.
– Ну, начни хоть с какой-нибудь.
– Во-первых, у меня, фактически, нет друзей, – вздохнул Кеноби, – Так уж вышло, что Джинн считался весьма специфической личностью. У него были свои взгляды на Силу и довольно натянутые отношения с членами Совета. Дуку, его мастер, прикрывал его и поддерживал, но… У Квай-Гона не только не было авторитета в ордене – его обходили стороной. Из-за этого многие рыцари и мастера не слишком одобряли общение своих учеников уже и со мной.
– Паршиво, – хмыкнул я, представив эту ситуацию.
– Не то слово, – согласился со мной Оби-Ван, – Ситуацию усугублял тот факт, что меня самого попросту навязали Джинну.
– С этого момента подробнее, – покосился я, крутя телекинезом рукоять учебного меча над ладонью, – Разве в ордене такое практикуется?
– Обычно, нет, но… Всё сложно, – вздохнул Кеноби, уставившись куда-то в пространство перед собой, – И со мной тоже. Меня никто не хотел брать в ученики, хотя, я был лучшим во владении мечем и техниками Силы среди своих ровесников. Однако, меня попросту опасались. Видите ли, характер у меня не такой… Да и слишком уж я серьёзно к учебе относился… Многие мастера просто бегали от меня.
– Кхм… Прости, но что значит – характер не такой или слишком серьёзно к учебе подходил? Тебя должны были обучать, а не любоваться тобой или чаепития устраивать, – не смог сдержать я удивления, – Ты же не голая стриптизерша у шеста, чтобы всем нравиться?
– Знаю, но в ордене не всё просто. Большинство предпочитает брать в ученики покладистых падаванов, а не тех, кто задает много вопросов…
– Мда… Похоже, что тут всё очень неприятно пахнет, – покачал я головой, – А что – во-вторых?
– Во-вторых, у меня для тебя плохая новость, – скривился Кеноби, – Моим учеником назначили тебя.
– Скажи, что ты пошутил, – уставился я на новоиспеченного рыцаря.
– Держи, – Кеноби, вместо ответа, протянул мне небольшой пластиковый лист с коротким текстом, несколькими печатями и двенадцатью подписями, – Ознакомься.
Быстро прочитав документ, я едва сдержал пытающиеся сорваться с языка нелестные слова.
– Можешь орать и возмущаться, – хмыкнул Оби-Ван, – Я матерился.
Бросив взгляд на Кеноби, я покачал головой.
Дерьмовая ситуация. Откровенно говоря, давать статус полноценного рыцаря недоучке – уже глупость. В первой же самостоятельной миссии он может либо наломать дров, либо погибнуть. Ещё большая глупость – давать такому индивиду ученика. Молодость, отсутствие опыта и знаний… Очень опасный коктейль. Однако, Совет пошел ещё дальше – назначил учеником такового «рыцаря» – юнглинга, который даже в силу возраста не подходит для личного ученичества у кого угодно.
– Не знаешь чья это была инициатива? – поинтересовался я, оценив документ.
Составлен искомый был по всем правилам орденской канцелярщины, да ещё и с отсылками к законам и кодексам Республики, касающимся джедаев, их учеников и юридического статуса таковых.
– Магистр Винду, вручивший мне этот документ, – фыркнул Кеноби, – Сказал, что ему не удалось поспособствовать моему и твоему нормальному обучению. Но кто именно это всё устроил он не сказал. Выглядел он… мрачно.
– Йода, – сделал я вывод.
– С чего ты взял?
– Ну, он, заведомо зная, что ты и Джинн не справитесь с ситхом даже вдвоем, отправляет вас на Набу, идя против решения Совета. Да ещё и меня в это впутывает, нарушая все законы Республики, устав Ордена и тысячелетние традиции… Как ты думаешь, что он хотел получить в результате?
– Ты считаешь… Нет! Не может быть! – возмутился Оби-Ван.
– Я лишь предполагаю, исходя из своей логики. К слову, ты тоже. Однако, сейчас я даже приблизительно не могу понять в чем дело и какова его задумка.
– Надо…
– Подумать, – оборвал я Кеноби, – И не творить глупостей, раз уж так вышло. Надеюсь, ты не собираешься поднимать скандал и портить свою репутацию ещё больше?
– А она у меня есть? – скривился парень, – Репутация… Кое-кто уже озвучивает мысль, что меня сделали рыцарем несколько… незаслуженно. Просто потому, что никто не желает со мной возиться после смерти Квай-Гона…
– Неприятно, – вздохнул я.
«Оригинальное начало, – подумалось мне, – Обзавестись сторонниками среди джедаев, при таком раскладе, будет более чем проблематично. Замкнутый коллектив, слухи… Йода очень тонко всё просчитал. Даже если мы с Оби-Ваном не подохнем на первом же задании, ни о какой поддержке коллектива говорить не придется. Мы теперь, по сути, почти прокаженные для остальных орденцев. Не выйдет у меня создать свою команду из джедаев. Паршиво и погано, что тут ещё сказать… Впрочем, это пока и конкретно сейчас. Если ничего не предпринимать, то ситуация и не изменится. Хотя, работы будет более чем изрядно.»
– Вот что. Давай мы начнём с простого. Раз уж тебя назначили учителем и рыцарем, а меня – твоим падаваном, то настала пора переезда. Будем пользоваться привилегиями. Зря страдаем, что ли?
– В каком смысле? – посмотрел на меня Кеноби.
– Я живу в общежитии юнглингов. А падаваны в квартирах со своими учителями, – пояснил я, успел ознакомиться с нынешними правилами и уставом Ордена ещё в первую неделю своего тут пребывания, – Так понятно? А потом займёмся нашим обучением. Нам обоим надо очень многому научиться, чтобы не стать париями. Или ты хочешь сдаться и оставить ситха безнаказанным?
– Хорошо, – кивнул Оби-Ван, поднимаясь со скамьи.
Не скажу, что Кеноби внезапно обрел уверенность в себе, но из явной депрессии он явно вынырнул. Видимо, месть, вечный мотив для кого угодно, может заставить шевелиться и его. Даже несмотря на явную неприязнь Оби-Вана к своему умершему учителю.
– Только это не всё, – усмехнулся я, – Нам ещё надо побывать у снабженцев, на складах и в библиотеке. А потом… Помнится, Драллиг обещал подтянуть меня в фехтовании? Попробуем его уговорить на занятия с нами обоими.
– Так! – поднял руку Кеноби, – Не торопись. Начнем с малого, а потом уже займёмся остальными вопросами. Будем решать вопросы последовательно. Пока – переезд.
Наш разговор происходил в одном из многочисленных залов для тренировок в фехтовании. Конкретно это помещение выделил для меня мастер Драллиг, пользуясь своим статусом постоянного наставника для юнглингов и спарринг-партнера для рыцарей и их падаванов.
– Ладно, – кивнул я, – Хотя бы, этот вопрос надо закрыть.
После Набу ситуация для меня сложилась… печально. Все мои вещи, включая запас комплектующих для мечей, деньги и банковские слитки из драгметаллов, погибли вместе с «Черной Звездой». Даже датапад, приобретенный через Уотто, обладающий весьма выдающимися по нынешним меркам, характеристиками, был в моей каюте на борту корабля. Как результат, у меня остались штатная роба юнглингов и комплект одежды из тканной брони… Правда, со шлемом, наручами, наколенниками и кирасой, но, увы, на этом и всё. В бой я взял простой датапад, купленный перед отлетом на Набу, дабы, в случае его утери, важные данные не попали в руки посторонних. Из-за этого все мои записи, включая скачанные из самых разных электронных библиотек, архивы, в том числе, содержащие громадный объем важнейших для меня сведений, исчезли. Восстановить всё это можно, однако, данный процесс займёт время и отнимет изрядное количество сил и нервов.
Хорошо ещё, что Амидала соизволила оплатить наше возвращение на Корусант, которое стало не меньшей проблемой, чем похороны Джинна. Как оказалось, официальным путем возвращаться в Храм нам было нельзя, ведь, формально, мы его и не покидали. Мандалорцам демонстрировать своё присутствие в Тиде тоже не слишком хотелось. Как результат, мне пришла в голову идея стать контрабандой. Задумка состояла в том, что некий надёжный специалист по тайной доставке специфичных грузов привезет на Набу медикаменты или провиант, а уже от туда направится на Корусант. Только в качестве «специфичного груза» будем выступать мы – я, Кеноби и наёмники.
Крис, недолго думая, подрядил на это одного из своих знакомых, рассказав заранее оговоренную версию о тайной перевозке двух охраняемых его группой персон, пострадавших во время конфликта в Тиде. Тейн, тот самый надежный пилот и давний товарищ мандалорца, то ли плевать хотел на любые истории, то ли поверил, но вопросов не задавал. Доставил он нас в грузовой сектор космопорта Корусанта, откуда мы с Кеноби добирались самыми обычными такси, делая несколько пересадок и петляя, что хищные звери Кашиика, дабы запутать следы и сбить возможных наблюдателей.
– Вот что, малец, – произнёс Крис, когда мы прощались в космопорте, – Держи, – передал мне мужчина карту памяти, – Здесь список способов выйти со мной на связь. Если тебя в вашем моральном борделе достанут – в моей команде для тебя найдется место.
– А если мне потребуется помощь? – поинтересовался я.
– Если лично тебе, то обращайся, – хмыкнул мандалорец, – А для вашей… организации – нет. Уж извини, но хватило.
– Хм… Может, сойдемся на том, что в какой-то момент я захочу обратиться к тебе за рядом услуг? Не за просто так, понятно.
Помедлив, Крис кивнул.
– Главное, чтобы всё было по уму, как ты понимаешь. Не люблю я такое дерьмо… – махнул рукой воин, – И не люблю терять своих людей.
– Понимаю.
Тот факт, что мне удалось наладить контакт хоть с кем-то вне храма и эти личности не имеют ко мне претензий, как в случае с Уотто, который, судя по всему, ставя гипертрейсер решил подстраховаться перед хаттами, обнадеживал, хоть и не слишком сильно. Сейчас я, как и в момент осознания себя в новой жизни, нищий и лишенный свободы передвижения и зависим от других. Да ещё и врагов добавилось.
Впрочем, имелись и положительные моменты. Теперь у меня имеется возможность полноценно тренироваться. Более того, над головой более не висит угроза смерти в качестве наказания за обладание оружием, как было на Татуине. Гибель «Черной Звезды», несмотря ни на что, тоже довольно неплохой расклад. Корабль был слишком приметным и засвеченным перед хаттами и Джанго Феттом. Гибель мандалорки Риммы и моего имущества стали неприятным фактом, но не смертельным лично для меня. В конце-то концов, речь идет о грузовом корабле и одном пилоте, а не крейсере с громадным экипажем.
Глава 9
Будни падавана
Реальность оказалась куда хуже, чем мне первоначально думалось. Несмотря на документ, предоставленный магистром Винду, структуры Ордена не торопились шевелиться в ответ на требования Кеноби, который старательно свои запросы оформлял согласно всем правилам канцелярщины. Снабжение не жаждало выдавать тот список вещей, которые мы желали получить, хотя, ничего выдающегося там не было – комплекты одежды, датапады, карты памяти и тренировочные дроиды. Да и с переселением возникли вопросы. Как оказалось, никто не удосужился провести информацию о моём и Кеноби изменении статуса в Ордене. А без этого никто не собирался даже рассматривать вопрос смены места нашего проживания.
Всё это нервировало и выводило Оби-Вана из себя. Почти неделя обивания порогов, испорченных нервов и острого желания покинуть Орден у нас обоих закончилась тем, что мы попросту остановились и решили подумать.
– Я не могу понять – в чём дело? – нахмурился мой новоиспеченный учитель, – Обычно, таких проблем ни у кого не возникает, а здесь… Решение Совета есть, причем, оформленное по всем правилам. В основном циркуляре Ордена оно тоже есть, но в списки остальных структур его не занесли, хотя, обычно, программа всё делает в автоматическом режиме.
– Значит, кому-то это выгодно, – покачал я головой, – Например, кто-то хочет на корню убить нашу репутацию – твою и мою.
– Йода? – задумался Кеноби.
– А ты не в курсе о каких-то разговорах между ним и твоим покойным учителем? – поинтересовался я, – Не просто так же Квай-Гон согласился на авантюру с Набу.
– Был один, – поморщился Кеноби, – Правда, меня быстро выпроводили. Но кое-что они при мне успели обсудить.
– Так, – вздохнул я, – Рассказывай.
– Особо нечего, – покачал головой Оби-Ван, – Йода вызвал учителя, но Квай-Гон взял меня с собой. И когда мы пришли к гранд-магистру, тот потребовал, чтобы я покинул помещение. Джинн удивился, но Йода сказал, что речь пойдет по тебе и твоему отношению к какому-то пророчеству. Учитель сразу же меня и отправил в коридор – дожидаться конца их беседы.
– Пророчество? – удивился я, – Что за пророчество?
– В голову приходит только одно, – хмыкнул Кеноби, – Которым грезил Джинн. Пророчество об Избранном, который должен восстановить некое равновесие. Якобы, его создаст Сила и будет он непомерного могущества…
– Какая глупость, – покачал я головой, – Нет, пророчества, конечно, бывают, но… Один разумный никакое равновесие не сможет восстановить… Во всяком случае, единолично. Да и размыто как-то… Равновесие… Равновесие, это когда имеет место баланс, равенство, между чем-то. Один разумный никогда и ничего серьёзного не сможет восстановить или разрушить. Особенно, в том, что касается Силы.
– Я тоже такдумаю, – кивнул Оби-Ван, – Как и большинство. Но Джинн… Скажем так, он мыслил весьма специфично и очень много внимания уделял тем вещам, которые для других покажутся странными.
– Хм… Так, а ты всё ещё живешь в вашей квартире? – спросил я, посмотрев на Кеноби.
– Да. Никто даже не стал вещи Квай-Гона забирать.
– А это нам на руку. Во всяком случае, мы сможем понять о каком пророчестве идет речь и какое к нему имеет отношение Йода.
– Ты собрался копаться в вещах учителя? – напрягся Оби-Ван.
– Не копаться, а искать ответы на жизненно важные для нас обоих вопросы. Причем, даже не в вещах, а в записях. Грязные трусы твоего покойного учители мне явно не нужны.
Как и ожидалось, покойный мастер Джинн имел весьма дурную для нас привычку ставить пароли на своём датападе. Причем, повсеместно. Практически все папки в памяти устройства оказались защищены, из-за чего я всерьёз задумался о том, что мне придётся становиться «ледорубом», дабы докопаться до истины.
К счастью, ответы нашлись в другом месте – в шкафу рядом с кроватью покойного джедая. Там находились книги, взятые из орденской библиотеки, а так же… Несколько его дневников! И это было уже более чем хорошей новостью… Как мы думали изначально. Увы, но, как оказалось, в личных записях Джинна речь шла о его изысканиях по теме некоей Живой Силы и её влияния на разумы живых существ, руками которых она вмешивается в события.
– Чушь, – фыркнул Кеноби, читая «по диагонали» рукописи.
– Знаешь… Очень похоже, что нет, – вздохнул я, заставив Оби-Вана удивленно на меня уставиться.
– Только не говори, что и ты такой же.
– Видишь ли… – покачал я головой, – В день нашей встречи, на Татуине, я не начинал с вами беседы. Я вообще в лавке Уотто слова при вас не проронил.
– Кхм… Так… Но кто-то же… Я же помню голос, который что-то спросил у Амидалы!
– В этот момент рядом со мной, в Силе, был кто-то другой… Похожий на меня и… По сути, это был я, которым должен был стать изначально. Но… Во время медитаций, мне стали приходить образы того, во что я превращусь.
Кеноби смотрел на меня с возрастающим удивлением.
– И?
– Мне очень не хочется стать таким. Потому я и принялся меняться. Взял свою судьбу в свои руки… Насколько смог, – пришлось мне пояснить ему свои действия, – Принялся работать над собой, чтобы избежать уготованной мне участи.
Оби-Ван несколько мгновений молчал, а затем спросил:
– А тот голос?
– Рядом со мной появилась моя копия, но в том виде, в каком я должен был быть изначально. Это он спросил Амидалу – «Ты ангел?», – пояснил я.
– И…
– Я полагаю, что в этих записях есть некая доля истины. Понятно, что Джинн не мог знать всего, но о некоторых вещах, судя по всему, догадывался. И, то ли не захотел самостоятельно вершить свою судьбу, то ли не смог, – вздохнул я, припомнив эмоции погибшего джедая и его состояние, каковые наблюдал на Набу.
– Почему ты так думаешь?
– А ты сам вспомни как он себя вел в день своей смерти. Он мог остановиться и послушать Криса. Мог действовать иначе или изначально разработать другой план действий.
Оби-Ван взял в руки один из дневников своего покойного учителя и хмыкнул:
– Фатализм… Ему всегда это было присуще. Он слишком сильно верил в том, что Сила ведёт его… куда-то. Слищком сильно доверял этому ощущению. Судя по всему, не всегда Сила действует во благо… Как минимум, не для всех.
– Как бы там ни было, – поднялся я из-за стола, за которым мы сидели, – Придется разобраться с этим Пророчеством и понять почему информация о нём и моей гипотетической связи с ним привела к смерти Джинна… Но это сейчас не самое важное. Нам надо решить вопрос со всеми инстанциями.
– И как ты себе это представляешь? – хмыкнул Кеноби, – Идти к Йоде с претензиями? Это даже не смешно.
– Ну, я хотел предложить обратиться к мастеру Драллигу. Он в неплохих отношениях с Винду и сможешь донести информацию о нашей проблеме.
– О, нет… – вздохнул Оби-Ван.
Отношения Кеноби и Цина ещё до ученичества у Джинна были… сложными. Несмотря на то, что Оби-Ван имел неплохие задатки мечника, он изначально предпочитал атару, как собственно, и покойный Квай-Гон. Учитывая же явный переизбыток акробатики, совершенно противопоказанный во время боя людям и анатомически близким к ним расам, можно было с уверенностью сказать, что Кеноби свой боевой потенциал попросту закапывал. И Драллиг, в годы постоянного общения с моим новоиспеченным учителем, не забывал тому об этом «толсто намекать», не стесняясь в выражениях. После смерти Джинна Цин несколько сбавил обороты, но от своей идеи наставить Оби-Вана на «путь истинный» не отказался. Особенно, когда осознал наличие поддержки в этом вопросе уже с моей стороны. Я, к слову, оценив все плюсы и минусы атару, пришел к выводу, что мой потолок в использовании этой фехтовальной формы будет заключаться лишь в интегрировании некоторых её аспектов в мой основной стиль ведения боя. Всё же, схватка на мечах – не цирковое представление на потеху толпе. В бою каждое действие должно давать конкретный результат и затрачивать минимум ресурсов и времени. В этом плане атару выделялся в худшую сторону своей неэффективностью. Это для рас с куда меньшим весом и большей подвижностью данная форма будет подходить если не идеально, то близко к тому.
Собственно, именно проблемы в общении с Драллигов и не давали Оби-Вану обратиться к мастеру за помощью. Неожиданно проступившие гордыня и упрямство, коих при Квай-Гоне не наблюдалось, меня неприятно удивили.
– И не стони так, – покачал я головой, – Ничего страшного не произойдет, если мы пойдем таким путем. Астероид на Корусант не упадет, а магистры не начнут нюхать «красный песок».
– Мда… И почему мне так повезло? – поднял глаза к потолку Оби-Ван.
– Можешь пойти к Йоде узнать. Вроде бы, это он нам обоим такой «подарок» устроил, – пожал я плечами, – В любом случае, поднимайся. Нечего сидеть и ныть.
К счастью для моего «учителя», Драллига искать не пришлось. Как не пришлось искать и магистра Винду. Корун попался нам на пути к кабинету Цина, благодаря чему Кеноби избежал встречи с ненавидимым им мастером меча. Собственно, данный факт заставил Оби-Вана едва ли не вцепиться в члена Высшего Совета, от чего тот изрядно удивился.
– Магистр! – подскочил к Винду Кеноби, заставив коруна, от неожиданности схватиться за рукоять меча, – Вы нам очень нужны! У нас проблемы!
Мейс, окинув нас взглядом, напрягся:
– Опять Амидала?
– Всё гораздо хуже, – начал Оби-Ван, – Нас, судя по всему, кто-то из джедаев очень качественно подставляет.
Услышав это, Винду огляделся, а затем коротко произнёс:
– За мной. Молча.
В итоге, нам ничего не осталось, кроме как последовать за магистром. Тот же, направился в свой кабинет, где, усевшись за рабочий стол, кивнул нам кресла для посетителей и только после этого спросил:
– Что конкретно у вас происходит?
Кеноби замялся, а затем довольно подробно рассказал о наших злоключениях, вызванных странностями с базами данных ордена и поведением тех же снабженцев, откровенно посылающих нас в ответ на самые элементарные запросы. Причем, оформленные официальным путем.
– У вас составленые документы при себе? – спросил корун, когда Оби-Ван закончил свой рассказ.
– Да. Как и зарегистрированные ответы тех служб, где мы уже обывали, – кивнул Кеноби.
– Показывайте, – протянул руку магистр.
Получив требуемое, мужчина принялся вдумчиво изучать содержимое запросов и ответов на них. Видимо, прочитанное магистру не понравилось, поскольку включил свой терминал и принялся проверять содержимое баз данных, вводя номера документов в поисковые строки.
– Так, – вздохнул Винду спустя полчаса, – Пока вы будете жить в той же квартире, где Оби-Ван проживал с Квай-Гоном. С одеждой и остальными вашими проблемами я решу вопрос в течении… – просив взгляд на экран датапада, корун кивнул и продолжил, – Десять минут. А что делать с базами данных… Думаю, тут надо разбираться более серьёзно. По какой-то причине из наших операционных систем удалены скрипты, отвечающие за внесение изменений в реестры служб на основании базы данных о назначениях. И это уже не только вас касается. Кто-то умудрился залезть в программное обеспечение Храма и это серьёзная проблема.