- -
- 100%
- +
– Полагаю, что нам стоит молчать об этом? – спросил я.
До сего момента разговор с магистром вел Оби-Ван. Мне же показалось правильным отдать инициативу в этом деле ему. Во-первых, формально он теперь для меня главный, поскольку назначен моим учителем. Во-вторых, несмотря на явную лояльность ко мне со стороны Винду, не стоит лишний раз демонстрировать ему… что-то. Мало ли какие вопросы появятся в голове магистра при общении со мной. Всё же, членами Высшего Совета дураки и невежды не становятся.
– Правильно, – кивнул Винду, задумчиво посмотрев на меня, – И ещё. В случае, если гранд-магистр Йода вздумает вас двоих куда-то отправить, сообщите об этом мне. И без моего ведома его поручения не исполняйте.
– Я понял вас, магистр, – кивнул Кеноби, – Однако, позвольте узнать причины, чтобы мы могли лучше мотивировать свою позицию в случае… различных ситуаций.
Хмыкнув, корун откинулся на спинку кресла и произнёс:
– Прошлое решение гранд-магистра привело к серьёзным проблемам для всего ордена. Начиная со смерти мастера Джинна и возникших из-за этого сложностей с вами двумя, и… Буду честен – в Сенате нас вываливают в дерьме, которое мне приходится… разгребать. Кроме того, имел место открытый конфликт, впосле которого больше двух десятков опытных джедаев, включая одного магистра, пятерых мастеров и семнадцать рыцарей, причем, с учениками и ученицами, покинули орден сразу, а ещё трое – сегодня утром. Таков результат личной инициативы гранд-магистра Йоды. И её последствия, судя по всему, проявили себя далеко не полностью.
– Благодарю вас за ответ, магистр, – кивнул Оби-Ван, вызвав усмешку Винду.
– Кхм… Вот что, Кеноби, я всё прекрасно понимаю и потому… Возьми это, – достал из многочисленных ящиков своего стола карту памяти повышенного объёма магистр и протянул моему «учителю», – Ты, как я вижу, не чужд излишней словесности. В наше время это может оказаться полезным. Если справишься с этим объёмом, то я возьму тебя в свои помощники по работе с сенаторами.
– Благдарю вас, – принял неожиданный подарок Кеноби.
Между тем, Винду повернулся ко мне и поинтересовался:
– Как успехи с Цином?
– Хуже, чем мне хотелось бы, но прогресс, по словам мастера, имеет место, – ответил я, – Пока, главная проблема в последствиях жизни на Татуине, если я правильно понял объяснения Драллига.
– Хорошо, – кивнул Винду, – Здоровье поравят целители, а знания и тренировки тебе поможет Цин и… твой учитель, – бросил взгляд на Оби-Вана корун, – Кстати, мне доложили, что ты интересуешься Сайфо Диасом.
– Скорее, его биографией, – кивнул я, – И навыками. Хотя, изначально искал решения Совета по поводу назначения учениками рыцарей юнглингов такого же возраста, что и я… И по поводу родственников детей, принятых в Орден.
– Да, я видел историю запросов, – кивнул Винду, задумчиво глядя на меня, – Это всё? Или у тебя есть какие-то… вопросы?
Покосившись на Кеноби, я решился задать вопрос, который не отпускал меня с первого дня жизни в Храме. Опасный вопрос. Однако, не коснуться этой темы я не мог.
– Как и когда можно будет забрать мою маму с Татуина?
Тяжелый взгляд Винду сразу же смягчился, но отвечать джедай не торопился. Он посмотрел на Оби-Вана, а затем потер лицо руками:
– Энакин, – вздохнул корун, – Это сложный вопрос, как ты понимаешь. Формально, мы не можем вмешаться в ситуацию. Законы Республики не позволяют сделать это. Либо же, придется отправлять кого-то… тайно, как в случае с Набу. Разве что, не устраивватть бой в чьём-то дворце, а выкупать твою маму. Однако, в нынешней ситуации я опасаюсь возможных проблем. Сейчас нам в глотку готовы вцепиться очень многие. И до Набу хватало тех, кто не жаловал Орден, а теперь сенаторы видят в нас угрозу, способную лишить их власти просто грубой силой. Сейчас одно неверное движение с нашей стороны может закончиться трагедией для всего ордена. А это более пятидесяти тысяч разумных.
– Значит, вы ничего не можете сделать?
– Именно сейчас – да, – кивнул Винду, – Но это сейчас. Когда ситуация уляжется, мы вернемся к данной теме и попытаемся найти выход из ситуации.
– И виноват в этом… Йода? – спросил я, покосившись на в миг покрасневшего Оби-Вана.
Магистр несколько мгновений молчал, после чего кивнул:
– И гранд-магистр тоже. Хотя, с остальных участников этой… истории, скажем так, ответственность снимать не стоит. Остальные члены Совета, включая меня, не проконтролировали ситуацию, Амидала смогла уговоить Йоду… А остальное ты знаешь сам.
Честность Винду вызывала уважение. Далеко не каждый разумный способен не просто скинуть вину за всё на одного человека, но и признать свои ошибки. Впрочем, саму ситуацию это не меняло.
– Я вас понял и услышал, магистр. И буду ждать.
* * *
Когда за Скайуокером и Кеноби закрылась дверь, магистр Винду устало закрыл глаза. Рыцарь Зу Лария отправилась с ними в отдел снабжения, где решит текущие вопросы, после чего займется своими штатными обязанностями по анализу прессы и социальным анализом. Увы, но Мейс, из-за полученной благодаря Энакину и Оби-Вану информации, будет вынужден опять созвать Совет и задать Йоде ряд довольно неприятных вопросов. А дальше… Он сам не знал, что дальше.
То, что происходящее с этой парочкой является делом рук гранд-магистра, Винду был уверен. Не было никакого вмешательства в программы. Имела место вполне конкретная команда с терминала Йоды, ято Мейс увидел по истории операций в базе данных.
Впрочем, грядущий скандал магистра волновал не столь сильно, как вопрос, заданный мальчиком. Опасный и требующий решения, невозможного в текущий условиях, которые тоже спровоцировал Йода. И эта тенденция начала изрядно напрягать и беспокоить Голос Совета.
Гранд-магистр известен своими провидческими талантами. Он способен погружаться в Силу и видеть вероятности событий столь полно и глубоко, что смог провести орден через массу опаснейших ситуаций, не только избежав их, но и восстановив часть возможностей джедаев. И его многовековой опыт этому способствует. Однако, именно сейчас, Мейса начали терзать сомнения – а все ли те перепитии были естественными? Не был ли Йода источником многочисленных потрясений, через которые сам же и выводил доверившихся ему одаренных? Опыт и Сила не делают разумное существо непогрешимым. К тому же, все живые организмы, старея, начинают… деградировать.
Как бы там ни было, но вопрос с матерью Энакина придется решать. Мальчик прекрасно знает что такое жизнь рабыни. Да ещё и в столь неприглядном месте, как Татуин. Если с ней что-то случится… Закрыв глаза, Винду тяжело вздохнул.
Скайуокер, будучи, фактически, самоучкой девяти лет, демонстрирует более чем серьёзный уровень мышления, целеустремленности и личного могущества, присущий скорее многое повидавшим рыцарям, а то и мастерам, нежели падавану или юнглингу. Если такой разумный посчитает, что Орден виновен в смерти его матери, то он станет очень опасным и страшным врагом. И остановить его сможет только смерть – его или всех джедаев. Возможно, это произойдёт не сразу. И, скорее всего, так и будет. Мальчик будет ждать подходящего момента. Копить силы и знания. А затем ударит. Это логика тех, кто воспитывался вне Храма. Тех, кто увидел жизнь с иной стороны – тёмной, злой… криминальной. Например, на Татуине.
«Этого нельзя допустить, – мысленно вздохнул Винду, – Ни в коем случае!»
Оглядев кабинет, корунм покачал головой. Йода допустил ошибку. Видения… Такая зыбкая и сложная вещь…
Они могут предостерегать, могут предупреждать, а могут и предрекать. Порой, речь идет об одной из множества вариантов развития событий, что является лишь наиболее возможным. Однако, куда чаще, узревший «картины будущего» сам, своими руками, создает его. Такие случаи в истории Ордена Джедаев уже были. И древний гранд-магистр, увы, оказался среди тех, кто допустил эту ошибку.
Йода собственными руками превращает своё видение в монолит предопределенности. Именно действия гранд-магистра привели к невозможности быстро изъясть с Татуина мать Скайуокера, а это весьма плохо. Мальчик не в том возрасте, когда разрыв с родственниками может, с течением времени, стать менее важным, а семья в восприятии окажется подменена чувством локтя коллектива джедаев. От того и подход нужен иной.
И ничего особенного в этом деле нет. Такое в практике Ордена – норма. Не раз и и не два в стены Храма попадали взрослые, состоявшиеся личности, обладающие выдающимися способностями. С ними приходилось долго и вдумчиво работать, убеждая принять философию и взгляды джедаев не через долгое воспитание, идущее с детских лет, а через осознанное принятие Кодекса и тех норм, что принятые среди светлых одаренных.
Энакина, по большому счёту, следует относить именно к этой категории. Он, в отличии от большинства своих ровесников, рос в далеких от нормы условиях. Тяжелый физический труд, рабство, унижения, жажда свободы, неожиданное знакомство с голокроном и его обиталетем, страх смерти за обладание оружием… Всё это не могло не сказаться на мальчике. И, по большому счёту, им всем очень повезло, в том, что голокрон, попавший в руки Энакина, был создан джедаем. Да ещё и членом Совета одного из древних анклавов Ордена. Только мастерство давно умершего магистра помогло не дать юному Скайуокеру скатиться на Тёмную Сторону. А, ведь, если бы это оказался ситхкий голокрон? Что тогда? Учитывая запредельные показатели мидихлориан в организме Энакина, те же ситхи отдадут очень многое, чтобы заполучить в свои руки столь могущественного, пусть и в отдаленной перспективе, адепта. И тогда для Ордена Джедаев наступят действительно тяжелые времена.
Действия Йоды же толкают мальчика на Тёмную Сторону.
Вздохнув, магистр покачал головой и и принялся вызывать остальных членов Совета. Ситуация со Скайуокером требовала реакции. К тому же, Мейс начал подозревать, что мальчик – не единственный случай, когда гранд-магистр вмешивается в судьбы одаренных на основании своих видений. И сколько таких детей могло пострадать в результате самодурства Йоды – большой вопрос.
«А не слишком ли долго он находится в составе Совета? – задумался Винду, – Да и те реформы, которые, по итогу, провел в Ордене Йода, очень уж сильно напоминают Правило Двух, которому ныне придерживаются ситхи…»
Как ни парадоксально, но череда скандалов, неожиданно всплывающие вопросы, касающиеся поведения грнад-магистра, заставили коруна задуматься об очень многих неприятных моментах, на которые раньше мужчина закрывал глаза, считая меньшим злом и некоторой расплатой за стабильность и жизнеспособность организации.
* * *
– Энакин, – окликнул Кеноби мальчика, когда Зу Лария оставила их наедине.
Собственно, вызванная магистром девушка-твилек не только помогла получить всё, что было необходимо молодым одаренным, но и проводила их до места проживания – бывшей квартиры Джинна, которую теперь записали на Оби-Вана.
До этого моменты недавний падаван попросту не имел возможности поговорить со своим учеником наедине. Зато обдумать недавний разговор, произошедший в кабинете магистра Винду, смог. И выводы, к которым пришёл Оби-Ван, парню не понравились. Тяжело осознавать тот факт, что собственные действия привели к тому, что самый близкий и дорогой его ученику человек остается в рабстве и забрать её вближайшее время точно не получится.
«И Энакин это всё понимает, но… молчит, – подумал Кеноби, бросая взгляды на своего падавана, пока Лария, демонстрируя документы, выданные магистром, выбивала для них вещи, датапады и тренировочных дроидов, – Не устраивает скандалов, не высказывает претензий…»
Именно молчание Скайуокера больше всего пугало молодого джедая. Его воображение рисовало ужасы пыток, изнасилований, унижений, голода и действительно адские условия жизни, в которых находится мать Энакина, из-за чего поведение мальчика выглядело в глазах Оби-Вана ещё более мрачным и опасным. Как поступить в данной ситуации Кеноби не представлял. Единственным вариантом он видел лишь откровенный разговор, но чем это закончится – тот ещё вопрос.
– Что… учитель? – повернулся к нему Скайуокер.
Помявшись, Оби-Ван произнёс:
– Я понимаю, что мои извинения ничего уже не поменяют, но… Я прошу прощения. Я очень виноват перед тобой и твоей матерью. Из-за моей глупости и…
– Хватит, – отмахнулся Энакин, мрачно глядя на молодого рыцаря, – Толку от сотрясания воздуха? Ты можешь раскаиваться или думать, что раскаиваешься, но ситуации это не изменит. Раньше надо было думать о возможных последствиях. И не яйцами, а головой. Верхней.
– Теперь я это понимаю, – кивнул Оби-Ван, – Но…
– Вот и понимай дальше молча, – покачал головой Энакин, – Всё равно, ты ничего не можешь сделать. Просто… Молчи, Кеноби. Не порти настроение ещё больше.
– Хорошо, – кивнул парень, – Тогда…
– Закончим наводить порядок, – посмотрел на него Скайуокер, махнув рукой на дверь комнаты Квай-Гона, – Извини, но от вещей твоего учителя я хочу избавиться. Оставим только датапады, чипы и записи на бумажных носителях. Остальное надо отправить в утилизатор.
В свете понимания того к чему привели действия Йоды и Джинна, Оби-Ван не собирался спорить. Портит отношения со Скайуокером ещё больше парень не хотел. К тому же, теперь Кеноби было стыдно за своё нытьё по поводу собственной жизни и Квай-Гона. На фоне проблем Энакина, отношение других джедаев к Джинну и его ученику выглядели мелко.
– Хорошо, – покладисто повторил юный рыцарь, – Предлагаю после этого пойти в тренировочный зал и…
– Зал для медитаций, – покачал головой Скайуокер, – Мы договорились же, что ты учишь меня, а я тебя. Вот и будем исполнять договор. Обещания надо выполнять, Оби-Ван. Даже в мелочах.
* * *
Сидя за столом, Джанго задумчиво крутил пальцами рюмку с коррелианским виски. Аромат напитка с сорокалетней выдержкой приятно будоражил нос мандалорца. Не каждый наёмник мог позволить себе столь дорогой алкоголь. И ещё меньшее их число могло похватстаться почти дружескими знакомствами с теми, кого принято называть сильными мира сего.
Фетт был в числе таковых наёмников. Несмотря на все те удары судьбы, что обрушились на него, мужчина умудрился сохранить гордость, внутренний стержень и не опуститься. Хотя, был в шаге от этого.
– За тех, кого с нами больше нет, – тихо произнёс граф Дуку и выпил содержимое своей рюмки.
– Да, за тех, кого с нами больше нет, – согласился Фетт, последовав примеру аристократа.
Несмотря на традиции мандалорцев, сейчас наёмник был не в своей привычной броне, а в самой обычной одежде. Правда, на бедре мужчины имелась магнитная кобура с бластером, а на моясе покоились треомдетонаторы, но… Если знать нрав и традиции его народа, то можно сказать, что он сейчас выглядел почти по-домашнему.
Бывший джедай и Мандалор встретились не просто так. Их свела за столом с коррелианским виски годовщина Галлдраанской Резни. Оба мужчины чувствовали вину за произошедшее. Каждый из них считал, что в тот день допустил ошибку и мог бы повести себя иначе, дабы избежать бойни и вывести нечистого на руку правителя планеты. Лица погибших в тот день мандалорцев и джедаев по сей день не дают покоя Джанко и Дуку.
– Как там поживают мои клоины? – поднял взгляд на аристократа наёмник.
– Относительно… Альфы, самые первые из твоих… детишек, – усмехнулся граф, – Буянили. Каминоацы приняли решение погрузить их в стазис.
– Я хочу забрать их.
– Не факт, что получится. Кое-кто будет против, – покачал головой бывший джедай, – Чтобы всё провернуть, надо устроиь нечто громкое, а сейчас это несколько несвоевременно. Подожди начала войны и получишь их.
– Хорошо, – кивнул Фетт, – А остальные?
– Там работают генетики и специалисты по программированию личности, – вздохнул Дуку.
Бросив взгляд на хмурого одаренного, Джанго поинтересовался:
– Что тебя не устраивает?
– Эта война… Погибнет очень много разумных. И твои клоны тоже. Жертвы будут насчитываться сотнями миллионов…
– Я знаю, – кивнул Фетт, вновь наполняя рюмки, – Это лучше, чем те же сотни миллионов, ежедневно и под попустительством твоих бывших собратьев… Меня больше беспокоит Владыка… И его цели.
Хмуро кивнув, Дуку молча выпил содержимое своей рюмки, даже не пытаясь закусывать, и произнёс:
– Не только тебя, друг мой. Но, как мне кажется, и на него найдется управа.
– Он опасен. Я, пока что, не представляю как можно его убить.
– Убить его тело – не проблема, – фыркнул граф, – Меня беспокоит возможность его возвращения. Ситхи могут… гораздо больше, чем джедаи. Они уделяют гораздо больше внимания теме посмертия и возрващения в число живых.
– Всё настолько… плохо? – острожно спросил Фетт.
– Ты бывал на Коррибане? – поинтересовался вместо ответа Дуку.
– Не доводилось, – покачал головой наёмник.
– Там есть место… Долина Лордов. Усыпальницы древних ситхов. Самых выдающихся среди них. Их обитатели далеко не так мертвы, как хотелось бы. Некоторые из них даже снизойдут до общения с живыми, прежде чем убить своих гостей.
Фетт, представив себе это, передернулся.
– И мы стали работать с ситхом… – произнёс мандалорец, выпив очередную порци виски и вновь наполняя рюмки.
– А у нас были альтернативы? – горько усмехнулся Дуку, – Я их не видел.
– В любом случае, для начала ситх должен расправиться с Орденом, а потом мы займемся им, – покачал головой Джанго, – В крайнем случае, всегда можно убить одно чудовище руками другого чудовища.
– Ты о чем? – напрягся Дуку.
– Мандалор хранит множество тайн, – оскалился Фетт.
* * *
Опустив на платформу камни, предназначенные для тренировок в техниках телекинеза, я октрыл глаза и посмотрел на Кеноби, сидящего неподалёку. Парень, несмотря на то, что вёл себя не сликшом умело во время памятного боя в Тиде, оказался не столь плох. Во всяком случае, тот же телекинез в его исполнении был на уровне рыцарей моей прошлой жизни. Аналогично и с эмпатией. Если бы не привычка постоянно поддерживать самоконтроль и щиты, скрывающие мои эмоции, то он вполне мог считать моё отношение к нему. Не самое лучшее.
Увы, но мне приходилось держать себя в руках и не впадать в излишние откровения. В будущем мне придется идти с ним в бой, судя по всему, и ожидать от Оби-Вана удар в спину мне совершенно не хочется. А то, что ситуации, в которых мы будем вынуждены прикрыватть друг друга точно возникнут, я был уверен. Учитель и ученик. Рыцарь и его падаван. Рано или поздно, Совет отправит нас выполнять некое задание. А там…
– Ты был мне как брат, Энакин! – стоя надо мной кричит Оби-Ван.
В руке джедая пылает синим его меч. А я, лишенный рук и ног, скатываюсь к потоку раскаленной магмы. Жар огненной стихии быстро уничтожает щиты и пламя охватывает тело, проникает в легкие и сжигает глаза…
– Я любил тебя, Энакин! А ты всех нас предал!
«Вот так я и должен был стать Падшим, коего видел в первые годы новой жизни подле себя. Инвалидом в костюме поддержания жизни, – пришла на ум мрачная мысль, – Живущим через боль и гнев. Монстром, каковых ненавидят джедаи и презирают ситхи… Хороший ты учитель, Оби-Ван. Отличный.»
То, что от Кеноби придётся избавляться, я помнимал. Не сейчас, а значительно позже. Пока, он удобен. Неопытный юнец, которым можно манипулировать. К тому же, чувство вины, испытываемое им, мешает джедаю трезво воспринимать меня и мои действия. Остается лишь правильно этим пользоваться, дабы иметь возможность максимально полноценно воспользоваться ситуацией, развить свои силы, отработать навыки и… Дальше посмотрим по ситуации. Видения будущего говорят о грядущей войне. Большой, долгой и кровопролитной войне, в которую будут втянуты джедаи и вся изученная часть галактики. И это более чем хорошая новость.
Во время войны одни становятся историй, а другие выдвигают на первые роли. Третьи же и вовсе восходят на пьедестал, получая приз. Вопрос лишь в том, на каком месте оказаться в этой картине грядущего.
Видения… Видения, что не сбудутся, ибо я не хочу быть Падшим. Однако, кое-что из них мне удалось понять.
Высокая фигура, закованная в черный костюм жизнеобеспечения, проходит по мостику громадного космического корабля. Офицеры, находящиеся на вахте, лишь мельком окидывают странного визитёра взглядом, возвращаясь к своим обязанностям. Серая форма, так похожая на ту, что когда-то я внедрил на своём флоте…
Между тем, Падший подходит к стоящему перед обзорным иллюминатором разумному, чья фигура скрыта черной мантией, и становится рядом, скрестив протезы рук, поверх которых одеты перчатки из тканевой брони с армирующими нитями и многочисленными ставками из бронесплавов.
Корабль, где расположен этот мостик, направлен носовой частью к громаде строящейся станции, похожей на спутник планеты, на одной из сторон которого имеется кратер идеальной формы – главное орудие.
– Звезда Смерти, Ваше Величество, готова на две трети. Мы уже провели монтаж наиболее важных систем, включая вооружение… – произносит появляющийся рядом худощавый мужчина с выправкой военного.
Он так же одет в серую форму, но с соверщенно другими знаками различия и шефронами войсковой принадлежности. Однако, интонации в его голосе, движения и мимика выдают в говорящем того, кто обладает изрядной властью.
– Этот проект будет курировать мой ученик, – махнул рукой Император.
Император… Это точно не Вишейт, но кто-то очень близкий к нему по могуществу. Судя по всему, Орден джедаев доживает свои последние годы. Нет, десятилетия, судя по другим видениям. Мне же необходимо взять от сей организации максимум возможного, а потом начать действовать самостоятельно.
Остается понять – сбудется ли это вероятное будущее? Или так и останется мимолетной вероятностью? Ведь, судя по иным видениям, меня могла ждать далеко не самая беззаботная семейная жизнь с Амидалой, одним из результатов которой и стало бы отрезание конечностей с последующей неудачной кремацией заживо.
Вновь посмотрев на Оби-Вана, я мысленно скривил, не позволяя, впрочем, эмоция просочиться через щиты.
В ситуации с матерью, конечно, можно было бы обвинять и его. И даже нужно. Кеноби входит в число тех разумных, из-за которых произошла схватка с ситхом во дворце на Набу, одним из последствий которой стали долговременные проблемы у Ордена. Однако, его связь с Амидалой не является решающим фактором.
Как бы удобно ни было обвинять во всём Оби-Вана, он лишь молодой дурак, которым удачно сыграли. Да, он перед глазами, раздражает своими стенаниями о нелегкой судьбе, непонимании окружающих, паршивом характере Джинна и перепитиях собственной недорепутации. Именно он повелся на нескромные формы юной королевы, которая пошла по головам, ради достижения своих целей. Но не он принимал решения. И не он формировал план операции. Такой же подневольный разумный, как и я, коего поставили перед фактом, хоть и в довольно мягкой форме, не забыв подстастить пилюлю телом юной красотки.
Амидала и Йода.
Вот истинные виновники. Да, нынешние ситхи, судя по всему, изрядно постарались, провоцирую конфликт, а потом и участвуя в нём, но не они отправили группу на Набу. Йода.
Гранд-магистр, судя по всему, тоже имеет привычку, погружаясь в медитации, считывать вероятности будущего. Уж не знаю, что он там узрел, но увиденное ему явно не понравилось. И, если учесть происходящее вокруг, касались эти видения именно меня.
«Чтобы избежать наиболее вероятного будущего, необходимо менять его предпосылки, – понял я, обдумав ситуацию, – Значит, необходимо действовать комплексно. Пускай, мелкими шагами, постепенно и планомерно, но… Из мельчайших мазкой кисти по холсту формируется картина. Стоит поменять некоторые из них, как вся суть изображенного художником, окажется изменена. И чем больше таких мазков удастся перестроить, тем более отличным от предначертанного будет новое будущее.»
Пока, оценивая свои видения, приходящие в процессе медитаций, получалось понять, что даже самим фактом своих усиленных тренировок, я уже меняю будущее. Пускай оно изменяется лишь в мелких нюансах, но с каждым днём их всё больше. Да, мой разум чувствуют страшнейший пресс со стороны Силы, что, по каким-то причинам, пытается вернуть всё в изначальное русло. Однако, чем больше я действую, проявляя твердость, тем он слабее, и тем ощутемее перемены в грядущем.
«Амидала, – пришла на ум мысль, – Если убрать из уравнения её, равно как и Кеноби, то процесс изменения станет необратимым. Главное, сделать это своевременно и так, чтобы ко мне не вела ни одна нить… Грядущая война идеально подходит для этого. Она позволяет скрыть очень многое.»
– Вот вы где, – вывел меня из задумчивости голос Драллига, – Значит, навыки телекинеза тренируете…
– Да, мастер, – кивнул я, повернувшись к мечнику.
– Покажи, что ты момешь, – произнёс тот.
Пожав плечами, я поднял восемь стоящих на другой стороне зала камней, размером с астродроида. После чего приятнул их к себе и принялся раскручивать над собой, периодически меняя угол наклона их «орбит». Цин молча наблюдал за этим процессом, явно что-то обдумывая. Затем джедай кивнул каким-то своим мыслям: