Ритм прошлого. Первая нота

Люди боялись его угрюмого вида, но никто и не догадывался, что за этим скрывается постоянная борьба с собственными мыслями. И уж точно он не думал о простых слугах – разве мог он знать, что его взгляд внушает кому-то страх?

Нэлли отнесла продукты на кухню и аккуратно разложила всё по своим местам, спрятав всё подальше от кухарок. Чтобы не привлекать к себе лишнего внимания, она решила подождать около получаса, а затем направилась прямиком в библиотеку.

Внутри библиотеки было темно и тихо. Девушка зажгла свечу, чтобы лучше видеть, и принялась искать нужные книги. Её интересовало всё, что касалось истории и политики – особенно упоминания о "новом мире". Именно так называли период после последней войны, самой разрушительной за всю историю страны.

Страна ещё не оправилась от последствий. Люди жили в страхе перед цензурой и предпочитали не вмешиваться в дела, за которые можно было поплатиться. Одни наживались на горе пострадавших, другие до сих пор не могли выбраться из бедности и хаоса, оставленного войной. Именно поэтому император ввёл программу помощи гражданам и работал без устали, иногда не покидая свой кабинет по несколько суток.

Рэм, как правило, тоже задерживался до глубокой ночи, но чем именно он занимался, оставалось загадкой. Ходили слухи, что он безжалостно наказывает людей "просто так", но сама Нэлли ничего не знала о нём, кроме этих сплетен. Август же вёл себя совершенно иначе – бесцельно шатался по дворцу и ждал своего восемнадцатилетия. До совершеннолетия наследники не имели права принимать решения от имени правительства. Единственное, чем он действительно занимался, – переводил дипломатические письма благодаря знанию иностранных языков.

Хотя с момента окончания войны прошло уже восемь лет, мирный договор с некоторыми странами до сих пор не был подписан. Император работал над этим практически круглосуточно, стремясь окончательно урегулировать конфликт.

«Интересно, найду ли я здесь что-то действительно полезное?»

Порывшись на нескольких полках, Нэлли наткнулась на старую книгу по мифологии. Отлично! Это было гораздо ближе к её цели. В книге подробно описывались божества и духи, в которых верили на этой земле.

Листая страницы с богами, девушка обнаружила, что почти половина страниц была вырвана. То, что осталось, выглядело странно и немного жутко. Раздел, который был вырван практически полностью, был посвящен смерти и загробном мире.

Некоторые утверждали, что видели богов собственными глазами, но им, конечно, никто не верил. Особенно жуткие рассказы касались времени начала войны: тогда земля стала неплодородной, урожай погибал, и фермеры клялись, что видели на своих полях богиню скорби и печали. Их сочли сумасшедшими, но после войны эти истории вспоминались с тревогой – многие боялись, что она может появиться снова.

"Смогу ли я пронести эти книги к себе под юбкой?"

Нэлли отложила книгу в сторону и нашла ещё несколько, которые могли ей пригодиться. Она уселась за стол и начала читать их при тусклом свете свечи. Но тишину нарушил странный шум из дальнего угла библиотеки.

Стараясь не шуметь, девушка осторожно выглянула из-за шкафа. Источник звука быстро нашёлся – кто-то копался в почтовом ящике, предназначенном для императорской корреспонденции. Каждый день этот ящик забирали, чтобы отправить письма – от важных дипломатических посланий до благодарственных записок от имени правителя.

Но было одно странное «но» – в ящике копался не кто иной, как Август.

Младший принц явно искал что-то конкретное, перебирая бумаги с небывалым усердием. Наконец, он сложил письма обратно, закрыл ящик и вдруг поднял голову, посмотрев в сторону, где пряталась Нэлли.

Девушка едва успела спрятаться за шкаф, прикрыв рот рукой и задержав дыхание.

Хотя у неё и было официальное разрешение на посещение библиотеки, встреча с Августом сулила одни лишь неприятности – и ей совсем не хотелось лишний раз привлекать его внимание.

Принц, по всей видимости, ничего не заметил. Он подошёл к двери, вышел и запер библиотеку на ключ.

«Отлично! И как мне теперь выбраться?»

Нэлли уснула прямо за столом, окружённая стопкой книг, и проспала так до самого рассвета. Первые лучи солнца пробрались сквозь окна и ударили ей в лицо, заставив проснуться. Протерев глаза, девушка села ровнее и потянулась, размяв затёкшую шею.

Тишину нарушил скрип открывающейся двери – кто-то входил в библиотеку. Испугавшись, что её могут поймать, Нэлли быстро собрала книги в охапку и, перебежками двигаясь вдоль стеллажей, направилась к выходу. Её план выбраться незамеченной почти сработал, но прямо у дверей её остановил охранник:

– Что ты тут делаешь? – недовольно спросил он, окинув её подозрительным взглядом.

– Я… я книги читала. У меня есть пропуск от императрицы! – с невинным видом выпалила Нэлли, надеясь, что это её спасёт.

– Чтение – это, конечно, хорошо, но книги должны оставаться в библиотеке, – напомнил девушке охранник, протянув руку.

«Чёрт, не получилось!» – мысленно выругалась девушка, неохотно отдавая свои честно найденные книги.

Оставив свою добычу в руках охранника, Нэлли поспешила в свою комнату. Нужно было привести себя в порядок перед работой. Хотя назвать это полноценной работой было сложно – она чаще всего помогала девочкам-кухаркам и время от времени готовила десерты для госпожи Мари. И этот день не стал исключением.

На кухне уже вовсю кипела работа: шум кастрюль, аромат свежего хлеба и раздающиеся повсюду разговоры. Нэлли занялась привычным делом – чистила овощи и помешивала огромный чан с варящимся рисом, который готовили для рабочих.

– Нэлли, спой нам что-нибудь! – с надеждой попросила одна из девочек, отставляя в сторону корзину с зеленью.

– Да, спой, как в прошлый раз, – подхватила другая, вытирая руки о передник.

Девушка улыбнулась, услышав просьбу. Она всегда радовалась, когда её просили петь – хотя бы потому, что могла немного потренировать голос. За месяц, что она провела во дворце, её связки начали терять былую гибкость, и это её беспокоило.

С другой стороны, какой теперь в этом смысл? Она уже никогда не станет мировой звездой. Стараться так, как раньше, было неинтересно. Её мечты остались где-то там, в прошлом.

Но иногда просто петь – для себя и тех, кто хочет послушать, – было очень даже приятно.