- -
- 100%
- +
Та махнула рукой.
– Днём меня всегда в сон клонит, это нормально!
Светлана даже отвернулась, делая вид, что берёт инструмент, чтобы не рассмеяться ей прямо в лицо. Ну ещё бы – такие ночные пташки днём крепко спят!
– Как у вас там? Приморозило? – поинтересовалась только.
Брюнетка скривила рот, пытаясь достать до щеки языком, и Светлане вновь пришлось отворачиваться – этот естественный жест с учётом только что прозвучавших откровений смотрелся сейчас крайне двусмысленно. Сдерживая смех, она зажмурилась так, едва не прослезилась. Зато с какой улыбкой орудовала потом турбиной!
Леча её, она размышляла, как далеко могут зайти все эти эксперименты и насколько они безопасны для неё самой. Пациенты, допустим, ничего не узнают – просыпаясь, никто уже не помнит их короткого разговора. Вряд ли кто-то из них будет публично жаловаться, что после анестезии на пару секунд заснул. Значит, никаких поводов для проверки не будет. Главное – отработать все эти дни без Анечки ровно, без происшествий, чтобы никому и в голову не пришло посмотреть записи из кабинета. Иначе она сильно рискует со своей непрошенной добротой, шарясь в вещах пациентов! В том, что это случится ещё не раз, Светлана, зная себя, уже не сомневалась.
Довольно быстро она досверлила до нерва – теперь нужно было его удалить. Эх, если б можно было с такой же лёгкостью удалять у людей вызывающие боль мысли! Книги по психологии, которые она вчера перед сном полистала, не ответили и на половину её вопросов, казались заумными, полными бессмысленных фраз. Разочаровали. Ей бы метод попроще – вот как сейчас! Ввернуть аккуратно в канал пульпоэкстрактор и одним махом вытащить то, что болит. Ведь порой столько бед доставляет один-единственный страх, окопавшийся надёжно и глубоко. Нащупав его, человек отступает – больно! – и так и живёт, мирясь с ним и стараясь лишний раз не задевать. И если после укола этот страх вдруг показывается на глаза, и она уже держит его за кровавый мясистый кончик, инстинкт врача требует вырвать его целиком! Позвонить бывшему клиенту не может, цаца какая! Боится! Грудь делала – не боялась, под нож легла! А тут, казалось бы, всего лишь картины… Значит, всё-таки была одна нормальная фраза в одной из вчерашних книжек – ты настоящий там, где чувствуешь самый сильный страх…
Глава 6
Громкая музыка и хохот за соседними столиками мешали им разговаривать, но атмосфера в баре была настолько весёлой, что они, перебивая друг друга и хохоча, сидели так уже второй час. Официанты забегались и забыли о своих обязанностях – рядом с каждой стояло по паре пустых бокалов из-под коктейлей.
– Да ладно! Так и сказала? – Марина уже была довольно пьяна.
– Ага! «Проститутка я! Хо-ро-ша-я!»
Проходящий рядом парень недоумённо на них оглянулся, и подруги, поняв, что он услышал последнюю фразу, истерично захохотали.
– А ты что?
– Что-что… да я обалдела!
– Это мощно! – согласилась Марина, – очень мощно!.. гордость!.. – она глотала слова от смеха, нащупав вдруг шутку, – гор… гор… гордость без предубеждения!
Это был уже даже не смех – почти визг. Открыв рты и только хлопая ладонями по столику от невозможности что-то сказать из-за душившего их хохота, на секунду они даже стали центром внимания – несколько человек с улыбками обернулись.
– А я – врачиха! – Светлана, тоже слегка подшофе, театрально подбоченилась и закатила глаза. – Хо-ро-ша-я!
Отсмеявшись, они успокоились, да и между песнями как раз возникла пауза – музыканты потянулись на перекур. Ушла большая шумная компания по соседству, и в неожиданно наступившей тишине Светлана вдруг вспомнила вчерашний день. Попова, Данилиных, визит к гинекологу… Довольно быстро она помрачнела.
– Мне рожать надо, доктор сказал. В ближайшие год-два. Представляешь? Ну где я найду мужика?
Марина, пьяно ей подмигнув, оглянулась на трёх парней, пьющих пиво за барной стойкой. Она скорчила такую комичную рожицу, что Светлана лишь усмехнулась – всё было понятно без слов.
– Я не хочу так. А с Игорем не сложилось… Помнишь, в кино со мной был?
Она нервно сдавила в ладони бумажный зонтик от коктейля и не заметила, как Марина, кивнув, тут же поменялась в лице.
– Не спи, с кем работаешь – раздосадовано продолжала Светлана, – сама же это всем говорила! И вот – наступила на грабли. Не замечает меня… как будто просто в кино сходили…
Она горько улыбнулась.
– Значит, не судьба, как говорится… Всегда – «не судьба»! А я хочу, чтобы – судьба! Чтобы – судьба! Чтобы навсегда, а не так, как у отца с матерью – мне двух лет не было, как они развелись. Понимаешь?
Она уже всхлипывала, будто недавнее безудержное веселье требовало такой же порции слёз для неведомо кому нужного жестокого равновесия.
– Я же могла на Дальний Восток уехать, девчонкой ещё… мой первый, Сергей, офицер, готов был замуж позвать, я же всё видела… Но ему двадцать семь, мне восемнадцать, какой Дальний Восток – после Москвы-то? Я в медицинский поступать хотела… А кто знает, может, была бы с ним счастлива – любил ведь он меня очень! Вспоминаю о нём иногда…
Слёзы брызнули из глаз как-то сами собой, удивив такой стремительной переменой и её, и Марину, и официантку, которая быстро забрала пустую посуду, ничего не сказав. Спасла музыка – вернувшийся гитарист взял пару аккордов, да и увлёкся, нащупав какой-то одному ему известный ритм. Подруга положила ей ладонь на руку, стиснула её крепко, молча. Долго смотрела – то ли с жалостью, то ли думая о чём-то своём.
– По домам? – наконец предложила она.
– Давай… мне ещё на ночь глядя с этой эскортницей разбираться…
– Кого хочу я осчастливить, тому уже спасенья нет! – продекламировала Марина и усмехнулась, – смотри, а поговорочка-то прям про тебя!
– Это уж точно!
– Только сильно не увлекайся! Не надо за других всё решать, пусть гребут сами. Да и не откажется она уже от своих лёгких денег…
Светлана пожала плечами.
– Я ничего не решаю – просто хочется дать шанс…
Элвис её заждался – утробное мурчание перемежалось у него с недовольным мявканьем. Он путался в ногах, ластился, но, когда растроганная Светлана полезла к нему целоваться, быстро сбежал из-за шедшего от неё запаха алкоголя. Накормив кота, она сварила себе кофе – надо было продержаться ещё пару часов – и вставила в ноутбук флешку, куда скинула на работе всю информацию о брюнетке.
Чего там только не было! Другая жизнь, не иначе! Её пациентка ходила по дорогим ресторанам, покупала себе бельё, о котором она могла только мечтать, проводила время в таких интерьерах, после которых нельзя было без боли смотреть на диван от «Икеи». За всё это, конечно, ей приходилось расплачиваться, и с лихвой. Откровенных фото и видео в её телефоне было столько, что на таком материале можно было бы снять не один порнофильм. Светлана лишь хмыкнула, вспомнив, с какой робостью она в кабинете несколько секунд рассматривала её грудь. Знала бы, в каких деталях всё скоро увидит, даже бы не начинала! На какое-то время она позабыла, зачем, собственно, копается в переписках – слишком много нового и необычного там оказалось. Будто ликбез по половому воспитанию параллельно прошёл…
– Ирочка-дырочка… – пробормотала она чуть ли не с завистью, увидев, как называют девушку некоторые из клиентов, – ну, где же твой любитель прекрасного?
Лишь через полчаса, догадавшись использовать поиск, Светлана по слову «галерея» нашла нужный контакт. Мужчина оказался довольно немолод – сильно за пятьдесят – и по комплекции был похож на Попова. Да и пожелания у него были весьма специфическими. Вот, видимо, почему девушка и не хотела быть ему чем-то обязанной – сообразила Светлана. Она уже не завидовала брюнетке – слишком много грязи скрывала её красивая жизнь. Лучше уж заглядывать людям в рот, как она, чем разбираться с их причудами метром ниже. Пусть денег и меньше, зато правила игры очень просты: ты всегда сверху, в халате, командуешь – и без смены ролей! Жаль только, что если ты действительно хороша, то долго к тебе не ходят…
Она закрыла ноутбук и до двух ночи читала книги по психологии, подчёркивая карандашом понравившиеся моменты. К её удивлению, их набралось не так мало, и теперь она не жалела, что вчера так потратилась. А что, если лет через пятнадцать, когда позвоночник уже не позволит ей оставаться в профессии, переквалифицироваться в психолога? Практику-то, между прочим, она уже получает! Если кому-то из пациентов сможет сейчас помочь, то уже всё не зря! Разве этого недостаточно, чтобы перестать волноваться, правильно ли она поступает? Что вообще может быть более правильным, чем делать добро?
Светлана отправилась в спальню, но сон всё никак не шёл, и причина была явно не в кофе. Виной всему был Ирочкин телефон, не на шутку её раззадоривший. Фыркнув от смеха, она достала из ящика тумбочки вибратор – и Элвис, уже было запрыгнувший к ней на кровать, увидев его, с позором ретировался. Что ж… день, когда мужчины смогут смириться с тем, что в мире существует что-то лучше их драгоценного пениса, ещё долго, наверное, не наступит.
Глава 7
Утром по пути на работу баннер «Это судьба!» снова попался ей на глаза. Интересно, на сколько арендуют такие огромные штуки – на месяц, два? Ей пришло в голову, что если заходить на сайт каждый раз, когда она видит эту рекламу, то из этой затеи может что-то и выйти – чем чёрт не шутит? Светлана полезла в сумочку за телефоном и была сразу же вознаграждена – несколько новых сообщений показались ей вполне адекватными. Она ответила на них, но не успела закрыть сайт, как один из кавалеров – тридцатишестилетний Алексей, подтянутый и симпатичный – снова что-то ей написал. Завязалась лёгкая, юморная беседа, быстро перекочевавшая в ватсап, и она сама не заметила, как, подъезжая к клинике, согласилась уже на свидание. Из машины Светлана выпорхнула как птичка и, наверное, сияла как медный таз – Верочка в регистратуре даже спросила, где по утрам раздают столько счастья. И не признаться ведь, что на сайте знакомств! Что теперь хочется не ковыряться в чьих-то зубах, а пить вино, танцевать и заниматься сексом…
После нескольких безрезультатных для неё и благополучных для пациентов осмотров в кресло наконец села пожилая женщина с кариесом в двух верхних резцах. Тонкую работу Светлана любила, чувствуя себя в такие минуты не только врачом, но и скульптором. Случай был сложным, но это лишь добавляло азарта.
– Давно хочу к вам попасть, – сказала неожиданно пациентка, – но то одно, то другое мешало.
– Почему же ко мне?
– Коллега лечился полгода назад, остался очень доволен. Говорит, руки у вас золотые. На днях на даче зуб так заныл… как вчера в город вернулась – сразу в блокнот посмотрела, куда ваше имя записывала. Позвонила – и надо же, было свободное время! Ну, думаю – это судьба!
– Спасибо, мне правда очень приятно! – Светлана даже смутилась.
– Это же сразу видно, когда человек с душою работает, когда он на своём месте! Так мне про вас и сказали… Вот я в школу пошла не за деньгами или карьерой, конечно – нигде себя больше не видела, ничего больше и не хотела! А во врачи сам бог велит идти по зову души…
– С детства хотела ходить в белом халате! – призналась Светлана. – Не сразу, но получилось, не жалею. Ну что, поставим укольчик?
Сидя рядом с заснувшей пациенткой, она долго не могла начать разговор. Нахлынули воспоминания – тёплые, ламповые, от которых чуть не заслезились глаза. Всё действительно могло просто не получиться – ведь первый раз экзамены в медицинский она завалила. Подвела, конечно же, химия. Да и по биологии, в которой она была совершенно уверена, не удалось взять высший балл. Это погрузило её в такую депрессию, что матери даже пришлось покупать ей успокоительные – но помогли не они, а подруга, заставлявшая её каждый день наряжаться и ходить с ней на какую-нибудь вечеринку. На одной из них она и познакомилась с Сергеем – своим первым мужчиной.
Он был на девять лет старше, военным, и относился к ней, как к принцессе. Не атаковал сразу – скорее, в осаду взял, исполнял любые прихоти, не обижался на капризы. Стыдно сказать, влюбилась тогда в его красивую форму даже больше, чем в него самого, но ничего серьёзного с ним даже и не планировала. Подневольный, кочующий с места на место, почти тридцатилетний – это сейчас каждый год в паспорте на строгом учёте, а тогда как вольно она округляла! Ей казалось, они точно не пара. Но он был рядом, и однажды она позволила всему случиться. В первый раз это вышло как-то сумбурно и совсем её не впечатлило, но прошёл всего лишь месяц, и она стала с нетерпением ждать каждой следующей близости. И с удивлением осознала, что постель многое поменяла – он вдруг получил колоссальную власть над ней. Которой, однако же, не хватило, чтобы забрать её с собой на Дальний Восток, когда ему пришёл перевод. Променять своё будущее на казармы мужа, в восемнадцать-то лет? А кто знает, как бы всё повернулось? Может, была бы с ним счастлива?
Светлана посмотрела на женщину в кресле. Ещё минуту назад она не знала, как с ней заговорить, а тут слова будто с губ сняли.
– Вы счастливы? – спросила она.
– Нет… – выдохнула та сразу же к её изумлению.
– Почему?
– Дети уже большие… живу одна… С мужем расстались так глупо, до сих пор забыть не могу. Просто уже друг от друга устали. Тогда этого даже хотелось… свежего воздуха… а сейчас понимаю – это была ошибка. Большая ошибка…
– Когда вы развелись?
– Десять лет уж прошло. Разошлись легко, без скандала… как и жили. Как будто надоела старая куртка, и сняли её с плеча… А без неё… зябко…
– Он женился?
– Почти сразу. Года через четыре она его бросила – так говорят. Он никогда не признается в этом из гордости…
– Вы виделись с ним? Общались?
– Я хотела. Передавала через детей. На выпускном рядом сидели, но с ним было не поговорить…
– Выпил?
– Нет, слава богу. Просто бывает так, что у каждого своя правда, и чужую слушать не хочешь. А я тоже гордая… Я же ему ничего плохого не сделала…
В глазах у неё появились слёзы, и у Светланы защемило где-то в груди. С минуту они просидели молча, а потом она наконец решилась – даже вперёд подалась, чтобы каждое слово точно было услышано.
– Вы… вы хотите его вернуть?
Женщина замерла. Ответила медленно, не сразу.
– Не то что бы его… что-то общее было – смех, тепло… цели… Сердце по этому истосковалось – столько ведь прожили. Притёрлись. Он не умеет готовить, много денег тратит на покупное, а оно разве хорошее? А у него желудок… Я уж всего его знаю, и он меня… Почему бы не побыть вместе, даже поговорить вечером, чай попить – всё не в одиночку!.. Да, получается так, что вернуть хочу… Никогда бы про себя такие слова не сказала…
С грустной, растерянной улыбкой на лице она замолчала. Светлана, чувствуя, что глаза её тоже начинают блестеть, встала с кресла и подошла к её сумочке. Доставая оттуда сотовый телефон, она уже не терзалась угрызениями совести, как в первый раз. Даром, что ли, клиника так называется? Пусть удовольствий, как в сказке, будет все тридцать три…
Глава 8
Вечером она была в ресторане. Сырная тарелка, стоящая на столе, могла сделать счастливым кого угодно, а бутылка вина, сразу заказанная Алексеем, позволяла не цедить из бокала по капле, растягивая его на полчаса. Да и сам он вроде был ничего.
– Ты даже похож на фото в анкете! – рассмеялась Светлана, – по нынешним временам это редкость!
– А вот ты – нет! – быстро парировал он, – вживую ты интереснее!
– Комплимент из топ-десять мужского журнала?
– Недооцениваешь! Из топ-три!
– Чудесно! Сколько раз был женат?
– Я и сейчас женат – вон на той официантке!
– Она любит девочек или ты такой жадный, что готов на любой риск ради скидки по её карте?
Оба весело захохотали.
– Я не был женат, – улыбнулся Алексей.
– А я не люблю девочек…
Подошла официантка и подлила в бокалы вино, не понимая, почему они так улыбаются, смотря на неё.
– Ты правда стоматолог?
– Опять не похожа?
– Да вас, как урологов – в толпе же не вычислить!
– Мне кажется, у нас рабочая, так сказать… область, – Светлана прочертила вилкой в воздухе что-то абстрактное, – всё же поприятнее, чем у урологов!
– Ну, я не согласен! Кому что!
Хохоча и незримо борясь с подступающим хмелем, она пыталась понять, была ли шуточка про урологов импровизацией или домашней заготовкой нового кавалера. Быстро он берёт её в оборот! Юмор ниже пояса, целая бутылка вина на первой же встрече – неужели это очередной «скакун» по Марининой классификации, мастер пикапа со своими отработанными приёмчиками? Или просто парень весёлый и языкастый? Да и вино – кто сказал, что он хочет её напоить? Может же она элементарно ему понравиться? Так, чтобы он захотел посидеть с ней подольше… В любом случае, ничего, кроме как «посидеть», сегодня ему и не светит – даже если ей самой очень захочется. Нет уже у неё ни душевных сил, ни свободного времени на секс ради секса, да и будущий муж должен её ценить. Всё это промелькнуло у неё в голове за пару секунд.
Светлана кокетливо закинула ногу за ногу.
– А ты дизайнер, да? Логотипы, сайты – в таком духе?
– В духе упаковок для макарон и этикеток для кваса, скорее…
– Но тебе нравится?
– Жить можно…
Она покачала головой.
– А мне кажется, у тебя работа мечты… Можешь творить когда угодно, откуда угодно! Пусть даже этикетки для кваса… И на кого-то работать можешь, и на себя! Это же очень круто! А я – хочу не хочу – каждый день должна к своим денежкам ехать, зубки по почте-то не пришлют! И кресло хорошее стоит под миллион, если кабинет открывать… Это только кресло, а сколько ещё надо всего!
– Собираешься начать сама?
– Думала… да и думаю до сих пор… но едва за квартиру вот рассчиталась, дико устала пахать… Одна не вытяну…
– Вообще тема выгодная, – оживился, задвигался Алексей, – люди никогда не перестанут лечить зубы, а за хорошим врачом из клиники в клинику переходят… Ты же хороший врач?
Он явно опешил, когда Светлана вдруг начала хохотать.
– Я врачиха хо-ро-ша-я! – захлёбываясь от смеха, едва выговорила она. – Извини, не могу рассказать эту историю, даже не проси!
– Слишком неприличная для первого свидания?
– Слишком невероятная, чтобы я потом могла рассчитывать на второе!
Дома, едва переодевшись, Светлана села за ноутбук, воткнула флешку с работы – очень хотелось что-то придумать с мужем учительницы. Поцелуй, которым они обменялись в такси с Алексеем, жёг до сих пор губы и волновал, а запах его парфюма бродил в волосах, напоминая о себе при каждом движении. Даже в душ из-за этого не пошла – пусть он ещё немного побудет с ней рядом. Настроение было приподнятым, солнечным.
– Нина Эдуардовна, не подкачай! – прошептала она негромко, закусив от нетерпения губу. – Где же там твой благоверный?.. Нет, только не «Одноклассники»!..
Переписок у её пациентки оказалось на удивление много. Одних чатов с учениками и их родителями было не меньше тридцати – с каждым классом по два, а то и по три. От слов «Нина Эдуардовна», «домашнее задание», «контрольная» и похожих одна на другую школьных фотографий быстро зарябило в глазах. И хоть большинство чатов с конца учебного года замерли по понятным причинам, размах впечатлял. А вот контакт «Сыночек» не радовал – в ответ на несколько её сообщений были лишь слова «Напишу позже», отправленные неделю назад. Не лучше выглядела и переписка с «Семёном» – судя по аватарке, искомым бывшим супругом – тёплое поздравление с днём рождения и всего лишь лаконичное «Спасибо» от когда-то самого близкого человека.
От улыбки Светланы не осталось и следа. Возможно, это ещё и не называется разбитой вдребезги жизнью, но что будет, когда учительница выйдет на пенсию, лишится весёлого гомона первоклашек и трескотни школьных звонков? Ни мужа, ни сына, ни ребятни – только цветы на даче… На душе сразу стало муторно и одиноко, и, подозвав кота, она начала его гладить и целовать.
– Вот так вот, пушистик… любишь кого-то, всего себя ему отдаёшь, а он потом исчезает, просто перестаёт возвращаться домой…
Элвис, чувствуя опять алкоголь, вырвался, обиженно замяукал. Ну что ж – насильно мил не будешь даже коту! Она вздохнула и создала заметку на сотовом – «Семён Григорьевич». Долго смотрела на предыдущую свою запись – «Ирочка» – а потом решительно набрала в поиске: «Как изменить голос по телефону». Скачав на сайте программу, принялась баловаться, превращая свой обычный писк то в бархатный баритон, то в раскатистый бас. Оставалось ещё узнать, как скрыть при звонке свой номер, чтобы завтра можно было уже начинать. Без рентгена и ассистента, прямо на оголённом нерве – лечить уже не зубы, а души.
Глава 9
Да, сегодня она даже ждала эти огромные буквы на баннере по пути на работу. Сейчас они были ей очень нужны – как союзники и молчаливые сообщники её авантюры. «Это судьба!» – подбадривали они, и казалось, что вся эта наверняка очень дорогая реклама предназначалась одной только ей. Будто наверху кто-то уже отчаялся изменить жизни этих нелепых людей, проходящих каждый день мимо своего счастья, и выбрал её как последний шанс достучаться до них. Светлана не слишком верила в знаки, но тут всё было так недвусмысленно, так очевидно, что она сама удивилась, как легко настроилась на этот мистический лад. Оставалось лишь сделать шаг…
Пропищал телефон – пришло «Доброе утро!» от Алексея. «Доброе!» – написала она в ответ, а затем отправила вдогонку ещё одно сообщение – «Свободен вечером? Есть пара билетов в театр».
«С удовольствием! Куда идём?»
«Пусть это будет сюрприз! У «Большого» в семь, окей?»
«Окей!»
Светлана улыбнулась – этот трюк с «парой билетов» всегда работал отлично. Она нашла в списке контактов нужный номер и нажала на вызов.
– Танечка, золотко, привет! Есть сегодня куда-нибудь два билетика? Хоть куда, если ты порекомендуешь. Да, опять у «Большого»!.. В семь… Добежим, успеем, спасибо! Целую!
Улыбаясь, она стала разглядывать через окно прохожих – такси было от клиники уже в паре кварталов. Стройная девушка в мини-юбке, переходящая прямо перед ними дорогу, напомнила ей об Ирине, и Светлана быстро наклонилась к водителю.
– Остановите здесь, пожалуйста!
Выйдя из машины, она надела наушники с гарнитурой, зашла в программу изменения голоса и, набравшись смелости, позвонила.
– Максим Анатольевич? Помните Ирочку? Какую? Ирочку-дырочку! Нет-нет, не беспокойтесь, у нас строго конфиденциальный разговор! Если вы сами, конечно, не против… Неважно, как меня зовут – представьте, что это судьба! Вот и славно! Я звоню по поводу её картин…
Администратор имела, наверное, глаза на затылке – стоя спиной ко входу, как-то заметила, что она пришла пешком, а не приехала на такси, как во все предыдущие дни.
– Вы прямо искритесь вся, Светлана Александровна! – всплеснула руками Верочка, – и уже второй день! Где это видано, чтобы вы до работы гуляли?! В чём секрет?
Никакого двойного смысла в этом вопросе не было – она же сама жаловалась на всю клинику, как тяжело ей, сове, вставать по утрам. Даже просила не записывать к ней сложных пациентов раньше обеда. Светлана могла бы просто улыбнуться и промолчать, но настроение после недавнего телефонного разговора было ещё боевым.
– Простой женский секрет… – подмигнула она, – называется «новый парень»! Расписалась в журнале и гордо, ощущая спиной Верочкин взгляд, прошла в кабинет. Пусть теперь шепчутся, что у Светланы Александровны новый любовник! Было бы хорошо, если бы этот слух дошёл и до Игоря – пусть её поревнует, хоть самую малость. Не может ведь быть, чтобы он совсем ничего к ней не чувствовал…
Закрыв за собой дверь кабинета, Светлана решила отпраздновать свою первую маленькую победу сразу двумя кружками капучино. Максим Анатольевич сначала так испугался, что незнакомец с солидным басом в курсе всех его шалостей, а потом так обрадовался, что отделался малой кровью, что разговор с ним оказался довольно забавным. Поняв, что его таинственный собеседник настроен миролюбиво, тот обещал сделать всё, чтобы картины «нашей Ирины» как можно скорее были выставлены в одной из столичных галерей. Неожиданный интерес к её творчеству он предложил объяснить проектом «Новые лица», который тут же на ходу и придумал. Правда, обладательницу солидного баса в тот момент куда больше уже волновало, как бы не запачкать туфли – из-за внезапных дорожных работ последний квартал до клиники превратился в сплошную полосу препятствий.
До начала рабочего дня оставалось ещё пятнадцать минут, а внутри всё бурлило, пело, плясало – и Светлана, включив на телефоне модный латиноамериканский мотив, начала танцевать. Она описала дугу вокруг кресла, так энергично дёргая головой, что из уха постоянно выскакивал левый наушник, а волосы выбились из-под резинки-спиральки и совсем растрепались. Дотанцевав до холодильника, она распахнула дверцу и схватила в одну руку ампулу с анестезией, а в другую – шприц, пожалев на миг только о том, что никто не может её сейчас сфотографировать. Какая же она молодец, как ловко всё провернула! А сколько приключений у неё впереди! Выкидывая по-боксёрски руки под каждый новый аккорд, Светлана пропрыгала ещё три круга, обходя кресло, и в итоге чуть о него не споткнулась – удержаться на ногах помог подоконник. Донельзя довольная, почти без сил, она с трудом отдышалась и едва успела привести себя в порядок перед приёмом. Кайф, который она испытала этим утром, был не сравним ни с чем.