У старых грехов тени длинные

Глава 9

Дни полетели один за другим смазанной, как с сиденья карусели, картинкой. Федора Игнатьевна назначила Светлану ответственной за проведение новогоднего корпоратива и велела каждую пятницу после обеденного перерыва устраивать в конференц-зале прием предложений. Под бдительным оком начальницы к Светлане потянулись с предложениями и идеями сотрудники из других отделов. Профсоюзный босс Слепцов предложил провести шуточную эстафету с передачей морковки вместо эстафетной палочки. На что главбух Ираида Ивановна, женщина в возрасте и телесах, так мрачно повела массивной челюстью, что Слепцов подавился воздухом и пулей выскочил вон. Такой же неласковый прием получила хорошенькая Петрова из дошкольного отдела с идеей конкурса красоты. Сама Ираида Ивановна внесла свою лепту в общее дело предложением украсить стены актового зала декорациями «карликовых пальм». Федора Игнатьевна свела начальственные брови к переносице и рявкнула, что «карликовыми бывают не пальмы, а березки в тундре, на родине Ираиды». Бухгалтерша удалилась, бурча про себя, что «карликовым бывает что угодно, в том числе и диктаторы». Светлана прыснула в кулак и нарисовала в углу листа предложений карликовую пальму с кривым, чахлым стволом и повесила на нее гигантскую морковку.

Дома дела обстояли немного лучше. Вита с неохотой вернулась на танцы, и хотя по-прежнему пряталась в своей берлоге, но уроки уже делала. Светлана связалась с каждым предметником и по вечерам контролировала выполнение заданий. Геннадий тоже был занят на работе, приходил домой поздно, по выходным запирался в кабинете, а когда появлялся, то рассеянно отвечал на вопросы и вообще вел себя как сам не свой.

В субботу Светлана проснулась поздно. Геннадий уже давно встал, и даже широкая деревянная чаша на тумбочке, в которую он складывал мобильник и ключи, была уже пустой. Такой же пустой была у Светланы голова после двойной дозы снотворного, а все потому, что посередине ночи навалился кошмар. Похожий на гибрид человека и волка монстр, голая человеческая грудь и гигантская лохматая волчья голова, вонзал в кого-то клыки, метались по земле длинные темные волосы жертвы.

Светлана проснулась в два часа, продрогшая, как мышь после наводнения. Геннадий помог ей сесть, подложил под спину мокрую то ли от пота, то ли от слез подушку и принес с кухни чашку воды. Светлана съела вторую таблетку снотворного и провалилась в зеленую, мутную жижу сна. Вдалеке забулькали, заныли голоса, несколько раз казалось, что в комнату пришла Вита. Остаток ночи прошел в борьбе с самой собой, Светлане чудилось, что она пытается пальцами раздвинуть веки, потому что боится на них наступить. Сон не имел никакого смысла, но был лучше, чем кровавый человек-волк.

Светлана дотянулась до цилиндра упаковки снотворного на тумбочке и вытряхнула содержимое на ладонь. Осталось всего десять плоских подушечек с надрезом посередине. В начале декабря Светлана была уверена, что упаковки хватит до февраля. Она ссыпала таблетки обратно в упаковку и с такой силой долбанула по крышке, что заныла рука.

После горячего, почти обжигающего душа и растирания жестким полотенцем в тело потихоньку вернулась энергия. Светлана оделась и пошла на доносившийся с кухни запах свежего кофе. По выходным Гена варил настоящий кофе из зерен. Сначала методично молол зерна в ручной мельнице, затем заливал их, обязательно фильтрованной, водой и варил в пузатой медной турке. По мнению Светланы, которое она держала при себе, запах получался куда лучше, чем вкус.

Тихо-тихо заскрипели под ногами половицы в коридоре, обсуждая непутевую жену хозяина. Светлана рысцой добежала до кухни и с треском раздвинула бамбуковые жалюзи. Хмурое, туманное утро безразлично заглянуло в окно и слегка разбавило темноту.

Светлана включила свет, поставила чайник и закинула хлеб в тостер. Достала тарелку и разрезала вчерашнее вареное яйцо. Может быть, яйцо не было вчерашним, поверхность желтка выглядела серо-голубой и совсем неаппетитной. Или дело было в том, что Геннадий положил плошку с вареными яйцами на верхнюю полку холодильника, где температура была самой низкой. Светлана размяла яйцо вилкой, добавила ложку сметаны, приправила луком из банки и намазала смесью тост. Даже в соленом виде дикий зеленый лук поднял настроение, напомнив о лете, выжженной солнцем сухой траве и бездонном, бледно-голубом небе. Светлана вытащила из укромного места банку растворимого кофе, насыпала ложку в чашку, залила кипятком и щедро плеснула сверху молока. Геннадий осуждал ее «плебейские» привычки, и поэтому Светлана пила свои «помои», только когда оставалась одна.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

1

См. значение в словаре в конце книги.