Счастливая несчастная жизнь. Сборник рассказов

– А вот за границей… – начал было кипятиться Андрей Николаевич…

– Так то, за границей! – оборвала жена.

И Андрей Николаевич смирился. Решил заняться тихими, доступными ему радостями.

Начал ездить на рыбалку. Но бросил после того, как в азарте из за упиравшейся и видимо очень большой рыбы, оступился и свалился с мостков. Прямо в одежде и при всей амуниции.

Молодые ребята, рыбачившие рядом, его вытащили и один из них совершенно беззлобно, но как-то серьезно сказал:

– Сидел бы ты, дед, дома. Не дай бог – утонешь!

В то лето рано пошла первая летняя волна грибов. И Андрей Николаевич стал ездить в лес.

Но как-то вечером жена, увидев, как он снимает одежду, чтобы идти в душ, вскрикнула:

– Андрюш! Что это там у тебя?!

Это был клещ. Пришлось ехать в травму, вытаскивать и сдавать на анализ.

Клещ оказался не заразным, но и с лесом было покончено.

– Потому что, «представляешь, Андрюш, если бы он был берлиозным! И к твоим болезням только этого не хватало!»

Жизнь сужалась.

Андрей Николаевич впал в депрессию. Он часами лежал на диване, ел, когда его позовут. Почти все время молчал и отвечал односложно и на не простые вопросы.

Жена повела его к врачу, знаменитому в их городе психиатору.

– Возрастная депрессия, – развел тот руками, – лечения нет. Куда-нибудь кривая приведет!

Кривая вывезла очень странно. Солнечным летним утром Андрей Николаевич проснулся совершенно бодрым и засобирался на работу.

Неожиданно на кухне его встретила незнакомая женщина, впрочем, что-то ему определенно напоминавшая.

– Вы кто? – спросил Андрей Николаевич.

– Андрюш! Что с тобой?! Я твоя жена!– Изумилась жена, присев от испуга на стул.

– У меня нет жены, – в свою очередь удивился Андрей Николаевич.

– Ничего себе! – уже поняв, что это шутка, оправилась от испуга жена. – Куда же она делась?

– Ну, я точно не помню, – засомневался Андрей Николаевич, кажется, мы развелись. Много лет назад.

Разговор начал принимать неприятный оборот. Видно было, что Андрей Николаевич не шутил.

Мелькнула смутная догадка, что наступает катастрофа. Может деменция, может … ну бывает так, что внезапно и сразу сходят с ума. Надо было вести себя осторожно.

– Андрей, а я кто?

– Не знаю, – честно ответил Андрей Николаевич, – и почему я, «Андрюш» и как вы попали в мою квартиру?!

Тут жена поняла, что нужно быть предельно тихой с больным, по крайней мере, до врача, и быстро сочинить какую-то легенду.

Ее охватил ужас от такого финала их жизни, но сейчас требовалось что-то предпринять.

– Я, Андрюш, начала она, подыскивая слова, – сестра твоей жены. У тебя, видимо, легкий провал в памяти, не беспокойся, так бывает!

– А у нее была сестра?

–Ну, да! Когда – то вы вместе приезжали ко мне в Краснодар, ты, наверное, забыл.

– А как ты здесь оказалась?

– Я приехала позавчера, ты же сам встречал меня на вокзале. Ты немножко заболел. Нет-нет, все порядке, но у тебя стали возникать провалы в памяти. Пока редко, но вот видишь, сегодня опять!

Сестра попросила меня присмотреть и приглядеть за тобой. Недолго. На недельку!

Андрей Николаевич был озадачен. Ничего этого он не помнил. Но не врет, же эта женщина! Да и сходство с женой все-таки есть – смутно понял он.

– Извини, конечно, но я действительно не помню, как тебя зовут?

– Оля – сказала жена.

Имя Андрею Николаевичу ничего не сказало.

– Ладно, – немного подумав, сказал он, – вечером разберемся. А сейчас я опаздываю на работу.

– А куда, – осторожно спросила Оля, – ты мне вчера рассказывал, что уволился с работы.

– С чего бы я уволился? – удивился Андрей Николаевич.

– По возрасту.

– По какому возрасту? Мне всего пятьдесят лет!

Тут жена поняла, что дело совсем плохо. Слезы выступили у нее на глазах, но она продолжала держаться. До врача.

– Ну, ты так сказал, может я что-то не поняла!

– Вот именно, не поняла! – рассердился Андрей Николаевич.

Андрей Николаевич пошел на работу. Но какой-то червь сомнения все же грыз его. Ну, не придумала же Ольга, что он рассказал ей про увольнение. Значит, увольнение было. Просто он забыл. Провал в памяти. Она из-за этой болезни и приехала.

Рассуждал он здраво. Ну, не совсем больной. Просто провал в памяти. И чтобы не выглядеть нелепо в лаборатории, пошел прямо к директору.

– Привет, Андрей! – мирно улыбнулся директор.

– Как вольная жизнь?

– Вольная? – переспросил Андрей Николаевич, – Значит, я и правда уволился?!

– Ну, посуровел директор – я тебя за руку не тянул, сам принес заявление!

– Слушай, – начал Андрей Николаевич, они давно были на «ты», все-таки двадцать лет вместе проработали, – Я не знаю, как это получилось. А назад нельзя?

– Ну, куда назад? – поднял брови директор, удивляясь этому странному разговору, – на твоем месте новый заведующий, я его, что выгнать должен!

– Знаешь, у меня, оказывается, провал в памяти, недавно узнал,– размышлял Андрей Николаевич,– видимо, в одном из провалов я и написал заявление. А так я вполне здоров, голова варит, идей у меня полно. Я молод, жизнь впереди большая! Ну, не могу я без дела! Можно же что-то придумать!

Странная эта беседа тянулась более часа. Странная она была для директора. Но видел – голова у Андрея Николаевича действительно варит, идей много – он был талантливый ученый.

Договорились так: Андрей Николаевич как уволился, так уволился. В штате он состоять не будет. Но по трудовому договору ему дают одну заказную разработку, для работы над которой требовался только компьютер с входом в институтскую сеть. Большой простор для различных идей.

На следующий день Ольга настояла пойти к врачу. Тому самому психиатру, который консультировал ее насчет депрессии.

– Никуда не пойду! – Отрезал Андрей, – я что, больной?!

– Андрей, у тебя встречаются провалы в памяти. Ты здоровый, но представь, если ты встретишься с другом и не вспомнишь, как его зовут! Что он о тебе подумает?

И Андрей Николаевич сдался.

Психиатр осторожно начал вокруг да около, а потом неожиданно спросил:

– Сколько вам лет?

– Пятьдесят, – спокойно ответил Андрей Николаевич.

– Вы точно знаете?

– Странный вопрос, – удивился Андрей Николаевич, – а вы точно знаете, сколько вам лет?!

– Знаю, – ответил психиатр.

– Ну, вот и я знаю! –

После разговора психиатр попросил Андрея Николаевича подождать в приемной.

– Такое бывает, – объяснил он жене Андрея Николаевича, – после острой депрессии голова в качестве спасения возвращается в тот период, когда ему было привычно и хорошо. То есть обманывает себя, а потом и верит в это.

– Это сумасшествие? – с испугом спросила жена.

– Не совсем. Это временное оторванное от действительности состояние. Оно проходит…. И, подумав, добавил:

– Иногда не проходит. Вот тогда уже это сумасшествие. Но сейчас он вполне здоров и адекватен. Просто живет в другом измерении, соответствующем его внутреннему возрасту. По паспорту ему семьдесят пять, а по энергетике и возможностям – пятьдесят. Бывает

– Что мне делать. доктор?

– А это уж вы сами выбирайте. Вы можете его разбудить и показать паспорт. И он умрет во второй раз. Боюсь, уже навсегда.

Или живет там, где находится. Не вечно, но еще сколько-то лет проживет. В своем счастливом состоянии. А там болезни заставят вернуться. Да и смерть не за горами.

– А я, доктор?!

Психиатр развел руками.

… Андрей Николаевич решил начать новую жизнь.

Днем он увлеченно занимался научной разработкой, сидел за компьютером, созванивался и консультировался с коллегами. Не только из института, но и по интернету с коллегами из других НИИ и даже из-за границы.

Но сидящая работа требовала активности, и он решил записаться в тренажерный зал.

Тренер подозрительно долго вглядывался в его документы и лицо, зачем-то спрашивал о давлении и сердцебиении, потом махнул рукой и сказал:

– Начнем с легкого и только под моим наблюдением.

Ребята в этом спортивном центре были молодые, не старше тридцати, и когда один из них одобрительно сказал, проходя мимо Андрея Николаевича:

– Ну, ты, дед, даешь! – Андрей Николаевич не обиделся – перед тридцатилетним, он, пятидесятилетний, конечно, дед!

… Андрей Николаевич пустился во все тяжкие. Он вспомнил, что как будто в каком-то сне видел модный зеленый пиджак, чудом нашел этот магазин и вечером явился в обновке домой.

– Какой-то слишком молодежный, – с сомнением покачала головой жена, она же сестра жены Ольга.

– А я что, по-твоему, старый? – с издевкой произнес Андрей Николаевич.

Жена, она же Ольга спала, конечно, отдельно, в другой комнате, ничем старалась себя не выдавать, вела хозяйство, обслуживала.

Андрею Николаевичу, в принципе, это было удобно – он мог, не отрываясь сидеть за своей работой, ходить в тренажерный зал, зная, что по возращению его ждет готовый ужин.

Совсем другие проблемы терзали жену. Во-первых, она понимала, что роль сестры будет тоже не вечно. Через месяц Андрей Николаевич укажет на дверь. Ну ладно, можно еще на один-два месяца что-то придумать. Но не на всю же жизнь!. Главное в другом, она никак не могла решить что делать? Разрушить сладкий сон Андрея – и опять превратить его в дряхлеющего старика?! К тому же узнавание этого обмана может вообще доконать его!

Но, однако, тем самым приносила в жертву себя. Это даже не брошенная жена, это жена, прячущаяся по подворотням и тайком следящая за счастливой жизнью мужа!

… В довершение всего Андрей Николаевич влюбился.

С Елизаветой Андрей Николаевич познакомился в том магазине, в котором покупал зеленый пиджак. Оглядывая себя в зеркало, он попросил проходящую мимо молодую женщину посмотреть со спины – не узок ли?

– Нормально, – одобрила женщина.

При выходе из магазина они снова столкнулись. Был повод предложить подвести.

– Ну, если не трудно, – улыбнулась женщина, показывая на объемистые пакеты с покупками.

В машине сначала от неловкости молчали, потом, очевидно, чтобы разредить обстановку, попутчица, улыбнувшись, сказала:

– Хорошо все-таки иметь машину. А то лето проходит, а тут из города не вылезешь! –

– Давайте вместе вылезем, – неожиданно для себя предложил Андрей Николаевич.

– Ничего себе начало – засмеялась попутчица – с такой скоростью со мной еще никто не знакомился!

– Андрей, – приняв это за предложение, протянул руку Андрей Николаевич

– Без отчества? – почему-то спросила она, и, получив, утвердительный кивок головы, пожала ему руку.

– Елизавета – И куда же Вы меня Андрей повезете?– насмешливо спросила она.

– Ну, куда-нибудь в лес. Вы же хотели лето!

– То есть, в кусты? Да, Андрей, скорость у Вас просто немыслимая! Давайте я лучше здесь выйду, а то не дай бог, прямо в машине все это произойдет. Не дожидаясь леса!

Андрей Николаевич, на минутку оторвался от дороги, внимательно посмотрел на нее. Тонкое лицо, изящная фигура, на вид ей можно было дать где-то от сорока пяти…

– Пятьдесят два, – подсказала она.

– А Вы угадываете мысли?

– Нет. Но и так понятно.

– Что-то, Лиза, у нас не тот разговор, – посерьезнев, сказал Андрей Николаевич.-

В кусты, я Вас не повезу, нет необходимости – у меня своя квартира. Но и в лес я Вас не приглашаю. Просто можно съездить за город отдохнуть.

– А Вам не с кем?

– Может, Вы еще и не женат?

– Нет.

– И не были?

– Был. Но давно.

– И детей нет?

– Нет.

– И всегда свободны?

– Недавно ушел с работы. Теперь свободен.

– Господи! Это где такие золотые мужчины берутся: не женат, без детей, с квартирой, машиной, в кусты сразу не тащит! …

– Ну, так что?

Я, подумаю. А вот, кстати, моя улица. Остановите, пожалуйста.

Андрей Николаевич тормознул.

– А как я узнаю, что Вы подумали?

– Давайте телефон, я позвоню.

– Нет, лучше вы давайте!

– Что, боитесь все-таки, что жена трубку возьмет?

– Я же сказал – нет жены. Просто, боюсь, что Вы не позвоните.

– Странно. Минутное знакомство, а Вы меня боитесь потерять.

– Вы мне понравились.

– Ладно, записывайте телефон. А вы не боитесь, что муж возьмет трубку?

– Нет у Вас мужа.

– Откуда знаете?

– Замужняя женщина не дала бы телефон.

… Елизавета действительно была не замужем. Был сын, но он давно со своей семьей жил в другом городе. Были временные любовники, но все больше женатые, их устраивала Лиза как любовница, а ее нет.

Жизнь уже во второй половине, ждать дальше нечего, а стабильность не наступала.

Да и материального благополучия нет. Работа так себе, не пыльная, но и не денежная.

Случайная эта встреча просто всколыхнула ее.

Да, видела она, мужчина в возрасте. Лет, наверное, около семидесяти. Но прекрасно выглядит, неглуп, свободен, со всеми признаками достатка, а может, и просто богатый, там посмотрим. А что староват, так что с этого, лет пять-шесть еще продержится, ну, а если что?! Если что, то все останется ей. Нет, упускать нельзя!

… Андрей Николаевич не выдержал – позвонил на следующий день. Встретил с работы, и они поехали в лесной загородный ресторанчик на берегу озера.

Андрей Николаевич помнил, что в этом месте он бывал, но не помнил с кем.

Да! Это было лето. Листья, плавающие на спокойной глади озера, светлые березы по берегам, открытая терраса ресторана, спускающаяся к воде.

И – тишина.

– Выпьете что-нибудь? – осведомился Андрей Николаевич.

– А вы?

– А я за рулем!

– Ах, да! А я выпью. Для настроения.

Заказали бокал вина, легкий ужин, говорили о чем угодно, не выбирая тем, не напрягаясь, к закату оказались почти родственными душами. У Елизаветы пропало ощущение разницы в возрасте.

«Интересно, какой он в постели?!» – подумала она, уже не сомневаясь, в постели они окажутся.

На обратном пути перешли на «ты».

Прощаясь, он спросил:

– Мы увидимся?

– Ну, ты же обещал пригласить меня в свою квартиру!

– Ничего себе скорость! – передразнил Лизу Андрей Николаевич.

– Ну, ты знаешь – чему быть, того не миновать! Мы с тобой, Андрей, уже не мальчик с девочкой!

… Андрей Николаевич до сих пор воспринимал Олю, как временного, постороннего человека в свой жизни, который, однако, не мешал ему жить. Наоборот, с ней было даже удобно – завтрак, обед ужин были всегда на столе, таблетки подавала пить по расписанию, все основное время Ольга проводила в своей комнате, или уходила по хозяйственным делам.

Но сегодня нужно было что-то сделать. Не то, чтобы, Андрей Николаевич как-то комплексовал перед неизвестной ему сестрой бывшей жены, но он был человеком воспитанным, чутким.

Хотел провести этот разговор за завтраком, но отложил до обеда.

Но вот и обед начался. Надо было с чего-то начинать, и Андрей Николаевич решил сказать прямо.

– Ольга, – начал он, – видишь ли, какое дело, ко мне вечером придет женщина…

Ольга, то есть жена, онемела. Чего-чего, а такого поворота события она не ожидала.

– Она останется на ночь, – проронил Андрей Николаевич, преодолев секундное неудобство, – я понимаю, что в этом городе у тебя нет подруг и родственников, но я дам тебе деньги, сними номер в гостинице…

– Андрей! –заругалась Ольга, – как ты можешь!…

– Знаешь, еще могу. Я ведь довольно молод, у меня естественные отношения с женщиной!

– А кто она? – неожиданно для себя спросила жена, позабыв, что она Ольга.

– Это возмутительно! – вскричал Андрей Николаевич, – я что, обязан отчитываться перед посторонним человеком!? И вообще, не пора ли тебе съехать отсюда!? Я что, обязан, всю жизнь с тобой проводить?!

– Ладно, извини! Смягчился он, увидев, как побледнело лицо женщины. – Дальше посмотрим. Но сегодня прошу тебя – оставь нас.

–… Хорошо, – еле выдавила из себя Ольга. Во сколько мне уйти?

– Сейчас позвоню, узнаю, в какое время придет моя гостья.

– Лиза, – набрав номер, ласково проговорил в трубку Андрей Николаевич, – я тебе еще не говорил, что у меня есть прислуга, ну не прислуга, а так, помогает мне по хозяйству. Дальняя родственница. Во сколько мне ее отпустить?

Этого удара «прислуга» не перенесла. Она резко собрала сумки и хлопнула дверью.

…Не яркий, уютный свет торшера освещал недопитую бутылку вина и так не съеденный салат на журнальном столике, тускло переливаясь в разброшенных по подушке каштановых волосах Лизы.

Встретившиеся еще несколько дней назад случайно, мужчина и женщина, лежащие сейчас в постели – были, казалось, совершенно счастливы.

Они лежали. Потому что нельзя быть другими после бурного секса, прибывая в нежности и, казалось, им в любви.

Оба, наверное, соскучились по таким ночам, по таким словам, невольно вырывавшихся у них во время бурных ласк, и может быть, друг по другу, хотя друг друга никогда не знали.

– Ты устал? – почему-то спросила Лиза, чувствуя прерывистое дыхание Андрея и гулкие удары его сердца.

– Это пройдет, – ответил он, – просто я отвык от марафона.

– Тебе сколько лет? – Почему-то, спросила Лиза.

– Пятьдесят, – искренне ответил Андрей Николаевич.

– Верю! – засмеялась Лиза, приняв это за шутку.

– Не спеши, – сказала она, – если хочешь, такие ночи у нас будут все время. Не бойся – засмеялась она, – сильно приставать я не буду. Я ведь, получается, тебя старше!

– Хочу, – Андрей Николаевич, обнял ее и шепнул в ушко, – давай поспим. У нас ведь будет много таких ночей. Завтра ты ко мне переедешь.

– Что-то у нас все стремительно, – улыбнулась Лиза и шутливо куснула его за ухо.

– Я тебя ждал, – ответил Андрей Николаевич.

… Ночь жена Андрея Николаевича провела без сна. Ворочаясь в казенной гостиничной кровати, она размышляла: до какой же чудовищной жизни довела ее жертва, принесенная ею Андрею.

Да, она хотела дать ему какое-то возможное счастливое время, которое он проведет в этой иллюзии второй молодости.

И Андрей не виноват, он просто реально начал эту жизнь. И он реально биологически был ближе к выдуманным пятидесяти, чем к паспортным семидесяти пяти, по которым его принуждали жить.

И если бы не эта женщина, может быть еще год- два эту придуманную жизнь еще можно было сохранить. Потом, конечно, придется его разбудить. Ну, не до конца же жизни быть ей не женой и какой-то Ольгой!.

А там уж, может быть, его биологический и паспортный возраст сравняются. И никакой депрессии!

Но эта женщина!

Вторую половину ночи она думала, как выключить из их жизни эту женщину.

… Телефон Лизы, несмотря на быстрое бегство из квартиры, она все же успела списать из мобильника мужа. Не знала, зачем, просто по-женски интуитивно, имя, названное Андреем, запомнила.

А еще, перебирая в памяти, кто бы мог ей помочь, вспомнила она о своем бывшем ученике, это уже на исходе своей педагогической деятельности, на встрече выпускников, он дал ей свою визитку, « Начальник отдела уголовного розыска, полковник»

… На следующий день Лиза отпросилась с работы. Ведь Андрей Николаевич решительно сказал, чтобы вечером она пришла с вещами. Вернее, он заедет сам, и чтоб та была собрана.

Неожиданный звонок оторвал ее от сборов.

– Елизавета Петровна?

– Да

– Здравствуйте. Начальник уголовного розыска, полковник Евтюхов.

– Я слушаю, – растерялась Лиза

– Вы Елизавета Петровна, не пугайтесь. Вы нечего не совершили. Пока. Но есть один разговор. Можно сказать профилактический. Я решил, поэтому просто пригласить вас на беседу. Ваше право отказаться. Но тогда я буду вынужден действовать официально.

Завести доследственное дело, поскольку на вас поступило официальное заявление. Прислать повестку. Как нам поступить?

При слове «Заявление» Лиза вообще упала духом.

– Я приду – тихо сказала она.

– Жду Вас к четырнадцати в мой кабинет.

.. В кабинете полковника сидела какая-то пожилая женщина.

– Знакомьтесь, – предложил Елизавете полковник

– Жена Андрея Николаевича, она и написала на вас заявление…

– У него нет жены! – пыталась возразить Елизавета.

– Женщина, молча, протянула ей паспорт, открытый на странице, где стояла отметка загса.

– Обратите внимание на дату регистрации. Это было пятьдесят лет назад. Нам было тогда по двадцать пять. Значит, сегодня Андрею семьдесят пять лет.

Елизавета все еще не понимала происходящее.

– Он женат, наврал про возраст… Он мошенник?!

– Он больной человек, – наконец влился в разговор полковник и положил перед Лизой заключение психиатра.

– Но он не производит такого впечатления – пробормотала Лиза.

– Не производит. В целом он абсолютно здоров. И адекватный – продолжил полковник. Кроме одной шизофренической мысли в голове – что ему пятьдесят лет, он не женат, ну и все что из этого вытекает. Это болезнь, не мошенничество. Да, вы не знали. Но теперь мы вас проинформировали. И если вы сознательно будете продолжать с больным человеком эту историю, наверно с корыстными целями – старый человек, наследство, то в мошенничестве можно будет обвинить вас. А беседа эта профилактическая. Сейчас вы напишете расписку, что проинформированы о болезни Андрея Николаевича.

– Елизавета, – мягко обратилась к ней женщина, – я зла на вас не держу. Но прошу вас, давайте не рассказывайте ничего Андрею. Пусть он живет в своих иллюзиях. Ведь его так жалко!

–А меня!? – спросила уже приходящая в себя Лиза.

Женщина помолчала и ответила тем же вопросом:

– А меня!? Вы с ним прожили три дня. А я пятьдесят лет.

… Вечером Андрей Николаевич позвонил Лизе, чтобы сказать «Я еду!»

Телефон не отвечал.

И на его звонки в дверь никто не открывал.

Андрей Николаевич был в растерянности. Как же так? Только что была ночь любви, только что началась новая жизнь, в которой будет одно солнечное счастье!

Он перебирал в голове все варианты, продолжая время от времени позванивать по телефону.

Пропала? Но куда? Сбила машина и она в больнице? Но сделала бы хоть короткий звонок! Протрезвела после ночи и поняла, что он ей не нужен! Ну почему не позвонить, не сказать?! Нет, что-то здесь не так.

Он звонил и звонил, и ходил из угла в угол. Ольга молча наблюдала за ним из свой комнаты.

… Прошло два месяца. Андрей Николаевич не то, чтобы смерился с непонятным окончанием только что начавшейся любовной истории, но мучила его тайна исчезновения Елизаветы, все еще переживал он потерю этой возникшей на горизонте его жизни и так очаровавшей его женщины, и пришлось с горечью понять, что этого уже не изменить. Иногда он впадал в жуткую тоску и от отчаянья, понимая всю бессмысленность потуг, звонил ей.

Телефон молчал. Обиднее всего было думать, что его просто поставили в черный список.

Жене было больно и обидно смотреть на его страдания. Она по прежнему была Ольгой, прислуживала ему и боялась, что вот-вот время ее выйдет, он перестанет мучиться и обратит внимание, что она до сих пор здесь, в его квартире, и что тогда делать?!

Она сходила опять к тому знаменитому психиатру:

– Плохо, – сказал доктор, – выслушав ее рассказ, – такие стрессы могут прорвать оборону его сознания. Он проснется. Осознает себя стариком. Но впадет не в прежнюю депрессию. Нет! Работа будет слишком велика, он начнет стариться катастрофически. И помолчав, добавил:

– Тогда смотрите, чтобы не наложил на себя руки.

… Стоял конец сентября. Начались уже легкие осенние дожди, и по обочинам дорог уже желтели и краснели березы и клены. К асфальту дорог, и стеклам проезжавших автомобилей прилипали опадающие листья, небо было мокрым, но через тучи все еще проглядывалось летнее солнце.

Ольга сказала:

–А давай прокатимся в маленькое путешествие. Здесь в двухстах километрах наша с сестрой маленькая родина. Мы там, у бабушки проводили детство. Просто прокатимся по осени. А то ты как-то мучаешься, я же вижу.

Да и к тому же я скоро уеду. Я выполнила просьбу сестры, пора и честь знать!

Вот съездим и уеду.

… Машина плыла мимо мокрых лесов, поникших от дождя полей, маленьких деревень, скрытых холмами.

– Что-то нас все обгоняют, – задумчиво сказала Ольга.

– Мы, куда-то спешим? – Спросил Андрей Николаевич.

– Да нет, – улыбнулась Ольга, – но ты же у нас орел!

Андрей Николаевич нажал на газ. И когда машина влетела в крутой поворот, жена дотянулась до руля и рванула его в сторону от дороги …