Секреты фальшивого жениха

Глава 3

– Ух! – Морган схватилась за свою раскалывающуюся голову, когда на следующее утро перевернулась в постели. – Который час?

Она взглянула на часы на прикроватной тумбочке и увидела, что уже почти полдень. Надо же, проспала все утро! Нахлынули воспоминания о прошлой ночи. Сначала отповедь Генри на приеме. Потом она опрокидывала виски стакан за стаканом. И наконец, был Джаред.

О да, она не могла забыть Джареда.

Таинственный незнакомец, который каким-то образом сделал прошлую ночь сносной. Морган вспомнила их флирт, тот первый, невероятно чувственный танец, удивительный поцелуй у ее двери. Она взглянула на место преступления и явственно почувствовала скольжение его губ по ее губам. Но тут же на память пришло, как после своего единственного и неповторимого поцелуя с горячим парнем она все испортила, бросившись в ванную в позыве рвоты.

Но что случилось потом? Она взглянула на место рядом с собой; другая сторона кровати была нетронута. Джаред не остался на ночь. Секс, вероятно, был последним, о чем он думал после того, как стал свидетелем последствий ее перебора с алкоголем.

Взглянув на тумбочку, она увидела воду в бутылках, аспирин и мысленно поблагодарила Джареда за его доброту. Проглотив две таблетки, Морган запила их водой. Он мог бы воспользоваться ее бесчувственным состоянием, но не сделал этого.

Она нисколько в этом не сомневалась. Если бы у них был секс, она бы знала. В конце концов, она была девственницей. Да, последней в своем роде среди двадцатипятилетних, Морган была в этом уверена.

Конечно, Морган немного задело, что, увидев ее обнаженной, Джаред не захотел секса, но зачем ему нужен был труп в постели?

Откинув одеяло, она направилась в ванную. Чистя зубы, решила взглянуть на ситуацию с другой стороны. Джаред был хорошим парнем, который спас ее от худшей участи.

Она никогда не злоупотребляла алкоголем. Но вчерашний день был необычным. Не каждый день отец, о котором ты мечтала всю свою жизнь, отвергает тебя. У нее была причина напиться, но Морган поклялась никогда больше не попадать в такую ситуацию, как прошлой ночью.

Закончив, Морган приняла душ, насухо вытерлась полотенцем, отыскала в шкафу свой стандартный наряд – черные джинсы и черную футболку. Она одевалась так каждый день, чтобы оставаться на заднем плане в качестве ассистентки Дэйна. Она была уверена, что лишится работы, как только Дэйн узнает, что она сделала. Что ж, у нее за плечами колледж. Конечно, она сможет найти новую работу, чтобы оплачивать счета.

В то же время ее роль в жизни Дэйна давала ей некоторые преимущества, потому что Морган знала расписание Стюартов. Они планировали скоро вернуться в Остин. Ей придется вступить на их территорию, чтобы сразиться в этой битве.

Она не собиралась убегать, как какая-нибудь бедная родственница. Она была дочерью Генри, и он у нее в долгу. Задолжал за все пропущенные вечеринки по случаю дня рождения и Рождества. За то, что не позаботился о ее благополучии и не обеспечил ей счастливое детство.

Она собиралась потребовать причитающееся ей по праву.

– Джаред, ты слышал хоть слово из того, что я сказала? – спросила его мать, когда он сел напротив нее за стол, где они с родителями завтракали в воскресенье. Это было еженедельное мероприятие, и традиция не прервалась даже после сердечного приступа его отца и операции на открытом сердце год назад.

– Мне жаль, мам. О чем ты? – спросил Джаред.

Всю прошлую неделю он был рассеян. И как полагал, это как-то связано с некой брюнеткой, которую он не мог забыть. Он спал беспокойно, ворочаясь с боку на бок и думая о кареглазой красавице.

Джаред поинтересовался, как у нее дела. Новости о родственных отношениях Морган с Дэйном просочились в прессу, и эта история попала в таблоиды.

Дэйн был в свадебном путешествии, когда Морган исчезла.

– Я спросила тебя, знаешь ли ты, где твой брат Крис, – сказала Мэри. – На него не похоже – пропустить воскресный завтрак.

– Нет. Я с ним не разговаривал, – ответил Джаред. – Его помощник сказал, что он взял отпуск на неделю по личным делам.

– Крис такой же трудоголик, как и я, – заметил его отец. – Я рад, что он извлек урок из моего пагубного опыта и находит время для себя.

– А как насчет Дэйна? – спросила его мать. – Я пыталась дозвониться Норе по поводу заявления таблоидов о том, что у Генри есть незаконнорожденная дочь, но она не ответила. Ты думаешь, это правда?

– Да ладно, Мэри, ты не можешь верить сплетням.

– Это не сплетни, папа, – возразил Джаред.

Его отец нахмурился.

– Откуда тебе знать?

– Я встретил Морган на свадьбе. Мы поговорили. Она очаровательная молодая женщина.

– Которая, без сомнения, охотится за богатством Стюартов. И может быть шокирована, узнав, что положение Генри совсем не таково, каким может показаться, – сказал его отец. – Если бы не его зять Гейдж и деловая хватка Фэллон, компания давно бы развалилась.

– Не все зависит от денег, – сказал Джаред. – Морган просто хочет, чтобы семья знала о ней.

– Значит, вы с ней на «ты»? – спросила его мать, приподняв бровь.

– Ты же знаешь, что наш сын не может устоять перед красивым личиком, – усмехнулся его отец. – Она, должно быть, красавица.

Спина Джареда напряглась от обиды, и он вытер рот салфеткой.

– У меня пропал аппетит, так что я пойду.

– Убегай, как ты всегда делаешь, – подначил его отец.

– Мне жаль, что твой любимый сын не смог прийти на поздний завтрак, но не вымещай досаду на мне.

Джаред подошел к матери и поцеловал ее в щеку.

– Мам, я позвоню тебе позже.

Джаред не потрудился попрощаться с отцом. Так сложилось давно.

Ему было любопытно что-нибудь узнать о Морган, но, возможно, было к лучшему, что он не видел ее с той ночи. Джаред не узнавал себя, когда был рядом с ней, и подозревал, что, если увидит ее опять, у него будут проблемы. Он сомневался, что сможет снова уйти.

В тот день Морган сидела в своей машине возле особняка Стюартов.

Потребовалась неделя, чтобы привести ее дела в порядок, и прежде всего начать оформление документов для законного изменения ее имени с Морган Янг на Морган Стюарт. Пришло время занять свое законное место в семье.

Она также отправила Дэйну заявление об уходе. Через несколько дней после свадьбы появились новости о том, что она младшая сестра Дэйна Стюарта, и репортеры появились возле ее маленькой квартиры в Калвер-Сити. К счастью, она собрала вещи заранее и решила поехать в Остин. Позже это привлекло бы слишком много внимания. Она жила скромно, и Дэйн хорошо ей платил, так что у нее имелись сбережения, чтобы продержаться без проблем какое-то время.

И теперь она была здесь, ожидая, пока служба безопасности допустит ее на священную территорию. Морган кипела от злости в своей машине. В конце концов, она была одна из Стюартов, а с ней обращались как с посторонней. Но разве это не так?

Она не выросла в этом поместье, как Дэйн или Фэллон. У них было все. Самый лучший дом. Одежда. Машины. Образование. В то время как у нее не было ничего. Она имела право находиться здесь. Генри должен признаться, что он ее отец. Морган не собиралась уходить, пока он этого не сделает.

Охранник положил трубку телефона и высунулся из караульного помещения.

– Прошу прощения, мэм. Мне сказали, что встреча вам не назначена.

– Ты не можешь меня не пускать, – настаивала Морган. – Мне нужно поговорить с моим отцом.

– Мне очень жаль, но вам придется уйти. Иначе я буду вынужден вызвать полицию из-за незаконного проникновения.

– Незаконное проникновение? – Голос Морган повысился. – Ну, это круто. Представьте, что скажет пресса, когда узнает, что Генри выгнал собственную дочь.

Морган вздрогнула от того, что позади раздался сигнал клаксона, и красная «ауди» остановилась рядом с ее «хондой-аккорд». Стекло опустилось, и наружу высунулась Фэллон. В машине она была не одна. Эйден, их старший брат, сидел рядом с ней.

– Все в порядке, Дрю. Она со мной.

– Вы уверены? Ваш отец распорядился, чтобы ее не пускали.

– Я разберусь со своим отцом, – спокойно произнесла Фэллон и обратилась к Морган: – Поезжай за мной.

Морган молча кивнула, завела машину и последовала за «ауди» по ухоженной дороге. Когда они наконец остановились перед двухэтажным особняком, Морган глубоко вдохнула, оглядываясь вокруг, затем, выключив двигатель, вышла из машины и обнаружила Фэллон, прислонившуюся к ее машине. Она выглядела шикарно в джинсах, майке, сапогах до колен и длинном плаще. Морган была уверена, что наряд был дизайнерским, в то время как ее собственный – массового пошива. Хотя Дэйн хорошо платил ей, жизнь в Лос-Анджелесе была дорогой, и Морган не могла позволить себе дизайнерскую одежду.

Эйден тем временем стоял неподалеку, спокойно оценивая ее. Морган хотела, чтобы ситуация была другой, и он заключил бы ее в крепкие братские объятия.

Разве не о своей семье она всегда мечтала?

– Пройдем в дом, кажется, нам есть о чем поговорить, – сказала Фэллон, ее карие глаза были прикованы к Морган. Совсем такие же глаза, как те, которые Морган видела каждый день, когда смотрелась в зеркало.

– Ну, и зачем ты здесь? – раздался позади них резкий голос.

Морган повернулась и увидела Генри. Она не знала, как долго он стоял там, прислушиваясь к их разговору.

Ее отец неторопливо вошел в гостиную, и Морган почувствовала его негатив с того места, где сидела. Он окутывал его, как темный плащ. Генри выглядел зловещим, несмотря на то что был одет весьма прозаично: в темно-синие брюки и клетчатую рубашку на пуговицах. – Ты здесь, чтобы потребовать то, что принадлежит тебе? Разве не так?

– Папа. – Фэллон встала.

Морган наблюдала, как Генри обнял свою старшую дочь и поцеловал в щеку, но его глаза не отрывались от Морган.

Морган тихо ответила, поднимаясь с дивана:

– Я здесь потому, что пришло время вам признать меня своей дочерью.

– Не знаю, какой ложью твоя мать забила тебе голову, но я не твой отец.

– Докажите это, – заявила Морган. – Пройдите тест ДНК. Если я ошибаюсь, то публично признаю, что выдумала всю эту историю. Но если я права, вы должны…

– Я ни черта тебе не должен, – ответил Генри, подойдя к ней почти вплотную. – Кем ты себя возомнила? Врываешься в нашу жизнь, в мой дом и предъявляешь требования?

– Отойди от нее. – Эйден вскочил на ноги.

Морган оценила, что старший брат был готов защитить ее от большого злого волка, но она сама способна постоять за себя.

– Я ваша дочь. – Голос Морган сорвался. – Как вы можете так со мной обращаться?

Фэллон встала между ними и потеснила отца назад.

– Папа, пожалуйста… не делай еще хуже. Ты хоть представляешь, как расстроена мама? Я знаю, ты не святой, лучше признайся. Может быть, она сможет простить.

– Фэллон, я ценю то, что ты пытаешься сделать, но мои отношения с Норой касаются только меня. Мне не нужно твое вмешательство.

– Я думаю, что все и так ясно, – горячо возразила Фэллон. – Посмотри на нее! – Пристальный взгляд Фэллон остановился на Морган. – У нее такие же глаза, как у нас, папа. Я удивлена, что не замечала этого раньше.

– Признай это, Генри! – потребовал Эйден. – Ты изменил Норе. Так же, как было с моей матерью. Будь мужчиной и признайся в том, что ты сделал!

– Не вмешивайся, Эйден, и не начинай ворошить прошлое. Мы пришли к перемирию. Оставь спящих собак лежать, сынок.

Эйден покачал головой:

– Я не позволю тебе отказать еще одному ребенку.

– Почему вы оба ополчились на меня? – спросил Генри, глядя на Эйдена и Фэллон. – Разве недостаточно того, что мой брак разваливается из-за этой девушки?

– Эта девушка виновата? – Слезы навернулись на глаза Морган. – Да эта девушка росла в бедности. У нее не было ничего – ни дома, ни друзей. Мы кочевали с места на место, пока мать пыталась найти работу, но стареющей танцовщице из Вегаса не просто устроиться. Она обратилась к мужчинам, надеясь, что они позаботятся о ней. Они бесконечным потоком входили и уходили из ее жизни. Входили в мою жизнь и уходили из нее. А когда мужчины ушли, появились наркотики, пока окончательно не добили ее.

– Сожалею о твоем детстве. Но я тебе ничего не должен. И если любой из вас, – Генри взглянул на своих детей, – с ней заодно, тогда я ухожу, потому что для меня разговор окончен.

Морган с удивлением наблюдала, как отец, на признание которого она надеялась, вышел из комнаты. Потрясенная, Морган осталась стоять как вкопанная.

– Не могу поверить, до чего велико бесстыдство этого человека. – Эйден поскреб щетину на подбородке. – Думал, ниже ему падать некуда, но оказалось, я ошибался.

– Я должна идти. – Морган направилась к выходу.

– Подожди! – Фэллон потянулась к ее руке. – Не уходи. Дай мне немного времени, чтобы поговорить с отцом. Я смогу достучаться до него.

Эйден кивнул.

– Если кто и может, так это Фэллон. Она его любимица.

– Эйден… – Фэллон строго посмотрела на брата.

Он поднял руки в притворной капитуляции.

– Пожалуйста, останься, – мягко сказала Фэллон. – Мы можем разобраться с этим. По-семейному.

Морган фыркнула.

– Разве ты не слышала его? – Она указала на дверь. – Я не член вашей семьи. Я – никто. Так что оставьте меня в покое. Я не хочу иметь ничего общего ни с кем из вас!

Она быстро вышла из комнаты.

Когда Морган села в машину, она тяжело дышала и слезы катились по ее щекам. Она ударила кулаками по рулю.

Черт бы побрал Генри!

Почему она позволила ему так с собой обойтись? Она требовала то, что принадлежит ей по праву, но вместо этого Генри Стюарт дал понять, что не намерен признавать ее своей дочерью. Более того, вел себя так, как будто ее не существовало.

Что ж, теперь Морган перестала быть милой. Она собиралась выступить перед прессой со своей историей и рассказать малоприятные подробности о великом Генри Стюарте.

Глава 4

– Мне нужно немедленно тебя увидеть, – сказала Рут Робинсон Джареду позже тем же вечером.

Джаред старался держаться подальше от своей бабушки. Она, так же как его отец, хотела, чтобы он был похож на своего брата. Крис был умным человеком с мозгами и деловой хваткой, чтобы управлять «Робинсон холдинге». Крис никогда не причинял родителям ни малейшего беспокойства. Он делал именно то, что от него ожидали. Закончил Гарвард. Получил степень МВА. Пришел в «Робинсон холдинге». И работал, работал, работал…

Джаред же был разгильдяем и неудачником. Он получил степень бакалавра в сфере маркетинга, но был слишком занят развлечениями и любовными интрижками, чтобы беспокоиться о занятиях. После окончания колледжа он взял годичный отпуск и путешествовал по Европе, а затем вернулся домой, чтобы работать в семейном бизнесе.

После поездки по холмам Уэстлейка с видом Остина на горизонте Джаред въехал на своем «порше-кайене» в ворота бабушкиного поместья и припарковался. Территория содержалась в безупречном состоянии ее персоналом, и дом был похож на замок.

Выйдя из машины, он прошел небольшое расстояние до входной двери и позвонил в дверной звонок. Дворецкий в униформе поприветствовал его.

– Привет, Антуан. – Джаред похлопал пожилого мужчину по спине, входя в просторный дом. – Где бабушка?

– В библиотеке, – ответил Антуан. – Позвольте проводить вас.

– Не нужно церемониться. Возвращайся к своим занятиям. Я найду дорогу.

Джаред шел по коридору, отделанному итальянским мрамором, пока не отыскал свою бабушку в библиотеке, обшитой панелями из красного дерева, сидящей в резном кресле.

– Ну, посмотрите, кто наконец решил пожаловать. – Она поднялась ему навстречу и поцеловала в щеку.

Рут Робинсон была царственной особой с гладкой кожей цвета кофе с молоком и искусным макияжем. Даже в свои семьдесят пять она выглядела потрясающе в накрахмаленной белой блузке с пышными рукавами, черных брюках и с жемчугом на шее. Ее седые волосы были уложены в элегантную прическу, которая доходила до плеч.

– Бабушка, я тоже рад тебя видеть, – ответил Джаред. – Не хочешь ли чего-нибудь выпить?

– С удовольствием.

Джаред пересек комнату и подошел к небольшому бару, налил себе виски и шерри для бабушки, затем принес ей стакан и устроился на кожаном диване коричневого цвета. Он откинулся на спинку и сделал глоток своего напитка.

Его бабушка отхлебнула шерри и посмотрела ему прямо в глаза.

– Тебе придется научиться ценить время, как только разразится этот скандал.

Джаред выпрямился, услышав ее комментарий.

– О чем ты говоришь?

– Мими, моя добрая подруга, владелица одной из газет Остина, позвонила мне по поводу эксклюзивной статьи, которая появится в их газете завтра.

– Да? И о чем же? – Джаред поднес стакан к губам.

– Твой брат обрюхатил экзотическую танцовщицу, – бесцеремонно заявила Рут.

Напиток брызнул у Джареда изо рта.

– Прошу прощения?

– Ради бога, Джаред. – Его бабушка закатила глаза. – Приведи себя в порядок.

Джаред вскочил с дивана, быстро подошел к бару и взял несколько салфеток, чтобы промокнуть рубашку. Закончив, он вернулся и встал перед бабушкой.

– Садись.

Джаред не стал спорить и сел.

– Я не понимаю.

– Я рассказала все, что знаю, – ответила она. – Крис уволился из «Робинсон холдингз» на прошлой неделе. Он, должно быть, знал, что эта история вызовет большую шумиху. Я возлагала такие большие надежды на твоего брата. Но Крис проявил недальновидность. Если он не может управлять своей личной жизнью, как можно ожидать, что он будет управлять компанией по недвижимости стоимостью миллиард долларов? Ответ прост: он не может этого делать.

– Еще как может, – возразил Джаред. – Ну и что, что от него забеременела девушка? Такое случается. Это не конец света. Ты придаешь этому слишком большое значение.

– Я не согласна. Твой дедушка и я слишком усердно трудились, создавая бизнес и наш имидж респектабельных управляющих для инвесторов. Мы не можем позволить плохому поведению твоего брата негативно повлиять на компанию. Он ушел. И теперь ты в деле.

– Я? – Джаред не смог сдержать удивления. – Ты, должно быть, шутишь. Крис был подготовлен к тому, чтобы руководить компанией. Ты сама так всегда считала. Более того, мне это неинтересно. – Он опустошил свой стакан, поставил его на столик для коктейлей перед собой и встал.

– Сядь, – повысила голос бабушка.

– Бабушка…

– Я сказала, сядь, Джаред. Я не стану повторять.

Джаред вздохнул, но сделал, как она велела.

– Я не создан для этого. Понятия не имею, как управлять компанией. Я занимаюсь маркетингом.

– С правильными людьми за спиной ты научишься.

– Нет. – Джаред покачал головой и поджал губы. – Я не могу этого сделать.

– Ты можешь, и ты это сделаешь. Слишком долго мы позволяли тебе валять дурака. Ты возьмешься за дело, как твои отец и брат до тебя.

Джаред ненавидел, когда его загоняли в угол, и ему, конечно, не нравилось идти против матриарха их семьи, но то, что она предлагала, было нелепо.

– Ты приступишь завтра. – Рут говорила так, как будто то, что Джаред займет место Криса, было предрешено. – Я взяла на себя смелость запросить документы по текущим приобретениям Криса.

Она поднялась с кресла и подошла к боковому столику, где лежала стопка файлов, и протянула их Джареду.

– Прочти их сегодня вечером, а утром обсудим.

Он недоверчиво уставился на нее:

– Ты серьезно об этом говоришь?

– Конечно. Ты должен знать меня достаточно хорошо, чтобы не сомневаться, что, когда я принимаю решение, все бывает сделано.

Джаред действительно знал, и это было именно то, чего он боялся. Он не был создан для управления «Робинсон холдинге». Быть дамским угодником и работать, когда ему хотелось, – вот его жизненное кредо. И он понятия не имел, как выбраться из сложившейся ситуации. Да поможет им Бог, потому что бизнесу и их семье предстояло нелегкое испытание.

Когда Джаред добрался до своего пентхауса после визита к бабушке, он прежде всего позвонил Крису. Но звонок сразу перешел на голосовую почту.

Что происходит?

Молчание Криса было необычным. Он никогда не игнорировал звонки Джареда – знал, что, возможно, нужно выручать брата из очередного затруднительного положения, в которые тот частенько попадал.

По дороге домой Джаред заглянул в обычные места, где бывал Крис – спортзал, офис, джентльменский клуб, который он иногда посещал, – все бесполезно. Крис не хотел, чтобы его нашли.

Джаред не мог понять, как его брат так легко отдает все, чего так усердно добивался. Ради чего?

Женщины? Для Джареда они были легко заменяемы. Он никогда не встречал женщину, которая заставила бы его рискнуть всем ради любви. Но Крис именно так и сделал. Их бабушка была готова лишить его наследства за этот трюк.

Джаред был крайне недоволен. Он привык к тому, что Крис спасал положение, но сейчас бабушка выбрала его. Ответственность, которую она возлагала на его плечи, была тяжелой, и Джаред чувствовал ее непереносимую тяжесть. Он недостойный. Как он мог даже в малой степени соответствовать Крису? Оправдать надежды бабушки будет нелегко. Да и справится ли он с этой задачей?

Морган свернулась калачиком на диване в своем гостиничном номере с банкой мороженого «Бен и Джерри», которое купила на обратном пути из поместья Стюартов. Она уже съела половину пиццы, опустошила две банки пива и делала все возможное, чтобы справиться со своими проблемами.

Прошлая неделя не стала звездной. Единственным светлым пятном было воспоминание о том, как Дэйн и Айрис женятся и уезжают в свадебное путешествие. Возможно, она ошиблась, подойдя к Генри после приема, но ей тогда показалось, что встреча с ним на публике заставит его признаться в том, что он изменил Норе и имеет ребенка от другой женщины.

Морган не думала, что он решительно откажется признавать их родство. Даже столкнувшись лицом к лицу со своими собственными детьми, которые умоляли рассказать правду, Генри отказался признать это.

Может быть, даже хорошо, что у нее не было отца?

Ни один из мужчин, которых ее мать когда-либо приводила в свою жизнь, не подходил ей в отцы. Они были заинтересованы только в том, чтобы использовать Кристал для собственного удовольствия.

Морган погрузила ложку в густую массу и продолжила есть, вспоминая одного из тех мужчин. Трой Уилкинс был одним из бойфрендов ее матери. Часто он оставался на ночь, и, когда это случалось, Морган запирала дверь своей спальни. Она возненавидела его с первого взгляда. Он был худощавым и жилистым, со зловещими глазами, которые всегда блуждали по ней. Морган пыталась держаться от него подальше, но однажды, когда вернулась домой из школы, застала его в их квартире. Трой сказал ей, что Кристал пошла в продуктовый магазин.

Морган тут же придумала предлог и попыталась быстро уйти, но Трой оказался проворнее ее. Он захлопнул входную дверь и накинул цепочку, сказав Морган, что ей неплохо бы быть с ним понежнее, схватил за руку и потащил в ее спальню.