- -
- 100%
- +
– Оплати квитанции и положи денег на телефон нам с матерью и себе, – прервал мои размышления отец, протягивая наличность, – а на следующей неделе надо будет раскошеливаться на кабельное ТВ! Пора бы и тебе сынок вставать на ноги и начинать помогать нам.
Слова отца сильно ранили меня, я понимал, что в какой-то степени становлюсь родителям в тягость. Они всерьез рассчитывали, что после стольких лет отличной учебы их сын из ботаника превратится в респектабельного бизнесмена, который легко воплотит в жизнь мечты членов своей семьи. Тем более что мечты эти не были запредельными: мама хотела норковую шубу, а папа и того меньше – сходить в Англии на футбол. Однако процесс превращения в успешного человека затягивался, я не мог позволить себе даже футболки, а возможность понаблюдать за кудесниками кожаного мяча была разве что во дворе. Такое положение вещей нужно было срочно менять. Спускаясь по лестнице, я думал о том дне, когда у меня будет автомобиль, хороший костюм и, может быть, даже любимая, а главное, любящая девушка. Если вы знакомы с нейролингвистическим программированием, то знаете, что для достижения успеха рекомендуется представлять конечный результат – визуализировать желаемое. Смешно конечно представлять спортивный автомобиль в каменных джунглях Дальних Лихобоз. В справочниках мой район фигурирует как спальный, но я считаю его очень оживленным. Да, здесь нет метро, гипермаркетов и развлекательных центров, зато есть жизнь – настоящая, без купюр и прикрас. И это мое убеждение было тотчас подтверждено. Проходя мимо трамвайной остановки, я заметил трех здоровых кондукторов, бивших ногами подвыпившего мужичка-зайца, видимо решившего заартачиться. В центре такого не увидишь!
Положить денег на телефон удобней всего в соседнем магазине – там поставили новый автомат «Авокадо», принимающий платежи. Быстро сунув сто рублей в купюроприемник и приготовившись бежать на собеседование, я увидел на экране сообщение, сильно меня озадачившее. «Уважаемый клиент, вам предлагается сыграть в красное или черное на внесенную сумму. В случае выигрыша она удвоится, и вам на счет поступит двести рублей. Вы можете отказаться, выбрав соответствующий пункт меню, но вчера пенсионерка из Москвы Вера Ильинична подняла полторы тысячи рублей со ста. Мы уверены, сегодня повезет именно вам». Машинально потянувшись к кнопке «отказаться», я вдруг подумал, а почему бы разок не сыграть? Подумаешь, проиграю сто рублей, зато выиграть-то могу двести! Пересилил себя и выбрал черное. «Поздравляем, вы выиграли! У вас на счету двести рублей». Обрадовавшись, что хоть раз в жизни повезло, и собираясь убегать, прочитал следующее: «Играть нужно пока везет, не упустите свой шанс, и вам на счет будет переведено четыреста рублей». Других дураков поищите, а я меру знаю! Хотя с другой стороны… Вновь выбрав черное, не верю своим глазам: «Поздравляем, вы снова выиграли! У вас на счету четыреста рублей. Но только слабые останавливаются на полпути. Сыграйте еще, и восемьсот рублей ваши!» Восемьсот рублей на телефоне! Таких денег не помню со времен повышенной стипендии! Немного вспотев, ставлю на красное. О, чудо! «Вы победили, у вас на счету восемьсот рублей. Вам остается последний шаг, повторите успех Веры Ильиничны из Москвы и выиграйте полторы тысячи рублей. Желаем удачи!» Дрожащей рукой снова ставлю на черное, хотя все существо подсказывает, что вот тут-то и надо остановиться. Так и есть. «Не расстраивайтесь, пусть сегодня вам не повезло, но вы всегда сможете отыграться в следующий раз. Ждем вас с деньгами у наших автоматов «Авокадо». У вас на счету по-прежнему ноль. С уважением, председатель Общества обманутых вкладчиков Юлий Павриди».
Наш герой не знал, что идея совместить игровые автоматы, которые правительство всеми силами пыталось запретить, с аппаратами оплаты услуг связи пришла в голову одному из вновь принятых членов партии «Аскеты России», председателю Общества обманутых вкладчиков Юлию Павриди. Новация (ставшую модной, но ничего не означающую приставку «ин» мы в хорошем смысле опустим) была направлена на пополнение средств партийной кассы. Новая программа «Лох платит всегда» приносила аскетской казне около ста тысяч рублей ежемесячно.
Остановимся подробней на деятельности Юлия и его Общества. Ни для кого не секрет, какое огромное число наших сограждан пострадало от финансовых пирамид, предлагавших разбогатеть на дармовщинку. Оно и понятно – при социализме обогатиться было нельзя, даже если все силы отдать на построение светлого, но, как выяснилось, не своего будущего. А с приходом демократии подобного рода аферисты появлялись, как грибы после дождя. Новая экономическая модель предполагала, что хороший заработок и тяжелый труд – вещи взаимоисключающие, а свои сбережения лучше отдавать компетентным специалистам в области финансов. После чего, не напрягаясь, пожинать заслуженные плоды. Конечно, это пришлось населению сильно по вкусу. Итогом развернувшейся кампании стал вылет миллионов рублей в трубу, направленную в строго определенном направлении, и появление в стране особой категории граждан – обманутых вкладчиков, которые не перестают судиться, ходить по телевизионным передачам, причитать, угрожать, но не теряют надежду вернуть потерянные денежки.
Общество обманутых вкладчиков как раз и было создано, чтобы помочь этим несчастным. Председатель Юлий Павриди – серьезный специалист в вопросах обмана, в свое время еле унесший ноги. Деятельность его организации заключалась примерно в следующем. Ясно, что вернуть такие огромные деньги за короткий срок невозможно. Поэтому, пока Общество титаническими усилиями возвращает исчезнувшие миллионы, обманутые вкладчики снабжаются акциями с портретом Павриди на потерянную сумму. Сразу после обнаружения средств акции можно будет обменять на живые купюры. Но поскольку поступлений ожидается неимоверное количество, приобрести акции Общества на свои деньги может любой желающий, чтобы потом получать миллионы с хорошими процентами. Гарантом выступит партия аскетов. Но мы отвлеклись.
Креативное бюро представляло собой комнатушку в обветшавшем подвальчике. На двери был приклеен лист А4 с не самым креативным названием «Креативное бюро: Bureau». В фойе, а точнее в некоем предбаннике, столпилось с десяток таких же обиженных жизнью бедолаг, как и я. На их лицах ясно читалось, что работать они готовы где и за сколько угодно, лишь бы взяли. Я приготовился ждать, но к моему удивлению собеседования длились не более пяти минут, а все покидавшие офис буквально светились от счастья. Это несколько настораживало.
– О’кей, как вас зовут, дружище? – приветливо улыбнулся менеджер бюро.
Мужчина средних лет выглядел хорошо и даже дорого, что как-то не вязалось с запустением подвальной конторы.
– Я указал все данные в анкете.
– Верно, верно. Просто времена сейчас такие, многие не пишут правды. На сайтах знакомств себя же можно назвать как угодно. Что-то подобное и c резюме. Кто будет смотреть анкету Олеси, если рядом Джессика? Да и вообще я предпочитаю не углубляться в эти бумажно-табличные пещеры, в них можно так и остаться. Я ратую за живое общение. На какой уровень заработка вы рассчитываете?
– А что будет входить в мои обязанности?
В объявлении, на которое я наткнулся в Интернете, ничего про конкретный вид деятельности креативщиков, их зарплату и график сказано не было.
– Кофе не держим – вредно для здоровья, чай тоже не предлагаю. Мы же не парочка студентов, чтобы чаи гонять?
– Так что мне нужно будет делать?
– Мы можем предложить вам заработок до восьмидесяти тысяч ежемесячно. – Менеджер встал из-за стола и начал прогуливаться по комнате. – Уровень дохода зависит от вашего старания. Сразу предупрежу, поначалу будет непросто, но вы, как я вижу, не из робкого десятка, так?
– Прошу меня простить, но что именно будет входить в мои обязанности, если я буду работать у вас?
– Как я люблю настойчивых! – Работодатель замахал руками. – Нет, даже не настойчивых, а упертых, упрямых. Пожалуй, вы приняты!
Эта фраза, а вы представляете, как долго я ждал ее, ослепила меня. Наконец-то что-то начинает получаться! Но пока все еще не верилось такому счастью.
– Эмм, вы имеете в виду, что берете меня на работу?
– Совершенно верно, молодой человек! Поздравляю!
– Ух, так неожиданно!
– Еще вчера я предложил совету директоров компании рассмотреть вашу кандидатуру, и лично генеральный директор утвердил ее. Да, искать в грязи бриллиантовые песчинки – это часть моей непростой работы, – менеджер засмеялся, – приступить можете, как только уладим формальности и дойдут деньги.
– Какие деньги? – Улыбка не сходила с моего лица.
– Расходы на рекламу, вы же понимаете, респектабельная фирма нашего уровня должна быть полностью уверена в своих новобранцах! Тем более что речь идет о пустяковой сумме в пять тысяч рублей. Разумеется, эти деньги будут приплюсованы к вашей первой зарплате.
– Уф, а что значит на рекламные расходы? Просто мне нужно будет объяснить родителям, у меня самого, к сожалению, такой суммы нет…
– Ну, если вы не в состоянии ее покрыть, боюсь, мне придется пойти на сделку с совестью и взять кого-то другого. А делать этого не хочется, ты мне приглянулся и вполне возможно далеко пойдешь. Но есть такое понятие, как правила игры, они одинаковы для всех. Не в моих силах менять или нарушать их. – Креативщик расстроенно упал в свое кожаное кресло.
– Подождите, – я поспешил успокоить работодателя, – может быть, мне удастся что-то придумать. Когда нужно перевести деньги?
– В течение трех дней, – мужчина просиял, – вот моя визитка, на ней расчетный счет. Как только финансы поступят, и мы поймем, что тебе можно доверять, в тот же день проставляйся перед друзьями – ты получил престижную работу!
– Класс, а что делать-то нужно будет?
– Разве так важны детали? Талантливый человек талантлив во всем, слышал такую тему? Я уже вижу тебя в таком же кресле. – Он похлопал ладонью по кожаной обивке. – Почему бы и нет? Кстати, у тебя есть сигаретка, а то я свои в машине оставил?
Столкнувшись с этим креативщиком гораздо позже, я узнал, что номер счета, который он мне всучил, совпадал с тем, на который должна была перевести деньги певица Виктория. Только в отличие от нее я этого так и не сделал.
Глава V
Лотомат
Страну продали за копейки.… Без нас.
Владимир Ильич Членин, распорядитель клуба «Narkotiky»Для сокращения расходов редакция районной газеты «Наши Лихобозы» переехала в подлежащий сносу, полуразвалившийся дом, жителей которого давно расселили по новостройкам. У входа кто-то из местных со спущенными штанами чинно справлял нужду, весело насвистывая «У Курского вокзала стою я молодой». «Туалет-то у нас не работает», – виновато улыбнувшись на мой укоризненный взгляд, пояснил гражданин, направляясь в здание. Тут до меня дошло, что, по-видимому, это сотрудник редакции. Проследовав за ним, я оказался на третьем этаже, где через некоторое время отыскал закуток, который занимал главный редактор – лысоватый мужчина лет сорока.
– Студент-практикант? К нам, что ль? На работу? И небось, как и все с пустыми руками?
Такое начало поставило меня в тупик. Я решительно не знал, как реагировать.
– А вообще не дурно, если бы кандидаты приходили на собеседование с чаем и конфетами, но лучше, конечно, с чем покрепче! Мы же всегда так делаем, когда хотим понравиться девушке, а уж если рассчитываем на что-то большее, без коньячку никуда. – Он подмигнул.
Пока я обдумывал ответ, редактор пересек комнату и скомандовал куда-то вдаль: «Бегом на летучку!» Я догадался, что таким образом он собирает сотрудников на рабочее совещание, так сказать, планерку. И действительно в скором времени пространство заполнилось людьми с одной общей чертой – у них не было глаз. На меня смотрели какие-то стекляшки. Вы видели фильмы о зомби?
– Все в сборе? Быстро, быстро, быстро! – Редактор захлопал в ладоши.
Газетчики полезли в карманы, извлекая из кошельков, бумажников и портмоне по двадцать пять рублей. Общий котел отсутствовал, поэтому деньги ложились прямо на стол начальника. Коллектив был небольшим, сумма набралась скромная.
– На две хватит! – радостно выпалил босс, скрупулезно пересчитав банкноты. – Вот ты на летучку и побежишь!
– А собеседование? – Я по-прежнему плохо понимал, что происходит.
– Оно уже началось, – вступил в разговор один из стеклоглазых. – И чем быстрее ты прибежишь, тем скорее его пройдешь.
– Ага, понял, – Взяв деньги и решительно направившись к выходу, я остановился у двери. – А что брать-то?
– Как что?! – недоумению редактора не было предела. – Ее родимую! – Он смотрел он на меня как на новорожденного. – Водочку «Вкусную» и литр «Запивки».
«Запивка» – самый дешевый фруктовый сок, назначение которого ясно из названия. Им удобно запивать крепкие напитки, а цена быстро сделала его любимым продуктом всех алкоголиков.
– Ты теряешь время. – Взгляд редактора приобрел серьезность.
Бежать пришлось в местный лихобозовский гастроном с многозначительным названием «Магазин». По дороге я поймал себя на мысли, что никогда в жизни не покупал водку. Как-то не приходилось, спиртное я употребляю редко и в основном пиво. Презрительно-равнодушный взгляд продавщицы винного отдела упрекал: «Молодой, а уже берешь горькую с утра во вторник?» Расплатившись и взяв «груз», я с удивлением обнаружил, что в столь ранний час за мной образовалась приличная очередь. Спившийся интеллигент, бродяга-попрошайка, слесарь и… дядя Миша – мой сосед по лестничной клетке! «Прям с утра «Трудового» захотелось», – сообщил он. Очередь понимающе закивала – бутылочкой «Трудового» с утра никто не попрекнет.
С Дядей Мишей знаком лет десять, но до сих пор не представляю ни его возраст, ни род занятий, а спрашивать все как-то неудобно. Вроде бы он на пенсии. Одевается в один и тот же потрепанный костюмчик и походит на обычного выпивоху. Но не все так просто. Проницательному человеку в его взгляде откроется глубокое понимание действительности и полное отсутствие страстей, свойственное философам. Картину, правда, несколько портит (или дополняет) неизменная бутылочка пива «Пролетарское», без которой я его почти никогда не видел.
Суть соседской философии можно понять из немногословных диалогов, происходивших каждое утро, когда я, спеша в институт, встречал его на лавочке около дома в обнимку с «Пролетарским».
– Как дела, дядь Миш?
– Пока бутылка в руке, какие могут быть дела? Вот если ее нет, тогда уже думай, как ее достать.
– Дядь Миш, новости смотрели? Местных чиновников опять в бане со шлюхами застукали!
– Все пустое, – спокойно отвечал дядя Миша, показывая на только что допитое «Пролетарское».
А один раз он выдал интересный монолог, который я, не обладая в то время профессиональной журналисткой привычкой все записывать, не зафиксировал. Так что передаю, как помню. Речь зашла о пиве.
Пиво появилось много тысяч лет назад на восходе цивилизации и, хотя и представляется непосвященным обычным алкогольным напитком, на самом деле является разумной субстанцией, готовой к симбиозу с человеком. Оно проводник высших смыслов и абсолютная квинтэссенция бытия, альфа и омега, инь и ян, начало и конец всего. Истина открывается только через пиво, но очень немногие на протяжении всей истории дошли до этого. Человек в жизни пребывает в двух состояниях: когда у него есть пиво и когда он пива лишен. Первое состояние устойчиво, в нем обретается самодостаточность, спокойствие и счастье. Второе неустойчиво, единственная цель в нем – любыми средствами перейти в первое.
С начала времен люди испытывают какой-то дискомфорт, мучаются, чего-то ищут: власти, денег, славы, пресловутого высшего смысла. Но еще ни один человек не преуспел на этом пути, то есть не стал навсегда и бесповоротно счастлив. А все потому, что никто не был готов принять единственно правильную жизненную философию – философию пива. Если бы люди открыли свои сердца пиву, человечество обрело бы, наконец, абсолютное счастье. Не было бы войн, болезней и страданий. Единственная цель властей состояла бы в обеспечении населения пивом. Высшая добродетель – поделиться пивом с ближним, а добывать священный напиток нечестным путем недостойно. Это и есть форма совершенного государства. А всякие там коммунизмы, капитализмы и демократии – от лукавого это все. Пиво гораздо выше этих, хм…, понятий.
Тогда у меня надолго отвисла челюсть. До этого разговора я считал соседа недалеким пивным алкоголиком, хотя он и вызывал у меня сочувствие, казался добрым и отзывчивым. Но с тех пор я его зауважал и стал считать философом, правда, не могу сказать, что подобную философию разделяю – сам-то почти не пью.
В редакции «Лихобоз» я отсутствовал не более пятнадцати минут, но назвать прием теплым было нельзя.
– Тебя только за смертью посылать! – завопил редактор. – Ты о людях подумал? Ждут же!
Шефа поддержали подчиненные:
– Да! У меня вот речевые обороты не берутся, а статью на весь подвал забацать надо!
– И у меня тоже не взялось!
– Вот видишь, что ты творишь, – редактор покачал головой, – ладно, давай допинг сюда!
Я выставил на стол две бутылки «Вкусной» и литр «Запивки». Поляна к тому моменту была накрыта: по соседству с немногочисленными папками и бумагами ждали своей участи бутерброд с колбасой, порезанный на нужное число кусочков (меня не учли), и такое же количество пластиковых стаканчиков. Заветный эликсир был разлит по ним с космической скоростью, и не успел я оглянуться, как редактор поднял свой фужер со словами: «За творчество!» Коллектив дружно прокричал «Ура!», и огненная вода разлилась по организмам пишущей братии. Только когда труженики пера начали расходиться по рабочим местам, умиротворенный редактор указал мне перстом на дверь – зайди, мол, завтра, дам тебе еще один шанс, хотя человек ты, похоже, не творческий.
Но возвращаться в творческую обстановку желания не возникало. Оставался последний шанс – рекламное агентство. Там-то должен витать незримый дух рождения шедевров. Я представлял, как войду в красивое здание, меня встретит девушка модельной внешности, которая томным голосом попросит немного подождать. Я сяду на кожаный диван, рядом будут валяться свежие выпуски модных журналов. Нескольких минут хватит, чтобы пробежаться по их заголовкам. Девушка принесет мне ароматный кофе и пригласит на собеседование. Мы мило пообщаемся с HR-менеджером, который непременно отметит мой красный диплом. От этих мыслей я невольно заулыбался. Говорят, приятен не столько конечный результат, сколько сам процесс.
Однако моим мечтаниям не суждено было претвориться в жизнь. Общение с потенциальным работодателем проходило в парке. Дама постбальзаковского возраста с полурастаявшим мороженым, видимо любящая (нет, не мать) хорошо покушать, встретила меня с улыбкой, так и не встав со скамейки, что было вполне допустимо. Ее одежды напоминали простыни, в которые заворачивались римские трибуны, а пышный растрепанный парик смотрелся довольно вульгарно. Прочитав мои мысли, рекламщица выпалила прокуренным голосом: «Надо же из толпы выделяться! Такие, брат, времена! Это раньше всех под одну гребенку чесали, а теперь в свободной стране живем. Вот и обособляемся как можем, не хочется серой массой быть». Она кивнула в сторону проходящей парочки белых воротничков, ищущих, где бы отведать бизнес-ланч. Я устроился на скамейке и подумал, возможно, меня проверяют на стрессоустойчивость. Мама рассказывала, что сейчас на Западе модно проводить так называемые агрессивные собеседования, на которых кандидата подвергают ощутимым психологическим нагрузкам: кричат, задают неудобные вопросы, ставят в неловкие ситуации. Пожалуй, происходящее со мной можно было охарактеризовать подобным образом. Я был готов ко всему… Кроме того что это не агрессивное, а самое обычное собеседование.
– У нас, по правде говоря, офиса нет. Да и зачем нужны все эти пыльные столы, стулья и другая многофункциональная рухлядь? А эти однообразные помещения, разделенные перегородками? Как могут в них рождаться шедевры? Не для того жил Диоген, чтобы мы гнили в комфортабельных каменных бараках!
Речь женщины меня впечатлила. Действительно, история знает случаи создания гениальных произведений в самых обычных и даже спартанских условиях. Но, несмотря на красноречие собеседницы, я все-таки пытался возразить:
– А в дождь мы тоже тут встречаться будем?
– Конечно! Дождь – это так романтично! Еще Демосфен говорил: небесная вода – источник жизни. К нему и припадем!
Мороженое из рук дамы упало прямо на простыню. Не поведя глазом, она принялась слизывать подтаявший пломбир. Я с трудом выдержал подобное зрелище, и, честно говоря, мне как раз, наоборот, хотелось в душные офисы и серые будни. Может, я отстал от жизни? Не отрываясь от своего основного занятия, рекламщица спросила:
– Деньги есть? В моем агентстве испытательный срок оплачивает сам кандидат.
– Нет, денег у меня нет. – Эта фраза заставила мою собеседницу приостановить процесс слизывания.
– Что, совсем?
– Совсем, я только на проезд взял.
– Вот люди наглые пошли, – она смотрела на меня, как фашист на пленного, – и не стыдно, а? Еще на собеседования ходит. Да чтобы прикоснуться к волшебству создания рекламы, знаешь какие бабки отваливают?
– Простите, а каково портфолио вашего агентства?
– Мм, это почтовый индекс что ли?
– Не совсем, я имею в виду, какими своими работами вы можете похвастать?
– Из громких проектов выделю туалетную бумагу «Нежность» и презервативы «Комплимент», слыхал о таких?
– Эм, вроде нет.
– Естественно, мал еще. – Ее оценивающий во всех смыслах взгляд пробежался по мне.
Разговор был окончен. По дороге домой меня одолевали тяжкие думы, может, родители правы, пора завязывать с журналистикой и перепрофилироваться в страховые агенты? Тем более что рекламные объявления так и пестрели заманчивыми предложениями типа «Зарплата от тридцати тысяч!», «Карьерный рост!», «Дружный коллектив молодых специалистов!» Было над чем задуматься.
– Чай будешь? – Отец сверлил меня глазами прямо с порога, пытаясь понять, удалось ли мне найти работу.
– Можешь ничего не говорить, на лице все написано. Опять не сложилось, да?
– Пап, я стараюсь, ты же видишь. Пока не получается…
– Твои старания не приносят результатов, и знаешь почему?
– Ну?
– Да потому что усилия прилагаются не в том направлении. Вот Олег, твой друг, смог же найти себя! Не жалуется, не ноет! Как и ты, в массмедиа подался! Кто он там? Музыкальный критик? Почему, кстати, он тебя не пристроит?
– Я не хочу быть никому обязанным! Я сам кое-чего стою!
– И чего же?
Вопрос отца снова наталкивал на грустные размышления. Чего я смог добиться к двадцати двум годам? Почти ничего… Одна бравада и обещания самому себе.
– В общем так, – голос папы стал серьезным, – идешь ко мне на завод! Все, баста! Не для того мы тебя с матерью воспитывали, чтобы ты не мог и рубля заработать. Свои пятнадцать тысяч получать будешь. На первое время и такой доход подойдет. Все лучше, чем ничего!
– Ну, пааап!
– Ничего не хочу больше слышать!
– Дай хоть один шанс!
– Я уже потолковал кое с кем из пятого цеха, сходишь к ним в пятницу. Если все сложится удачно, в понедельник выйдешь на работу.
– А если до пятницы я что-нибудь найду?
Папа снисходительно посмотрел на меня и улыбнулся.
Глава VI
Божье Провидение
Наше дело будет жить вечно, даже если кому-то придется погибнуть ради этого. Боюсь, что кому-то из вас…
Клим Моржовый на встрече с руководством Североатлантического АльянсаСледующий непогожий и казавшийся самым обычным летний денек принес в мою жизнь кардинальные изменения. До разговора с отцом я, как и многие, просто плыл по течению, вперед сильно не заглядывая. Да и страшновато было заглядывать. Пока учился, был четкий распорядок, свои задачи и пути их решения. Известные пути. А вот дальше… Надо искать работу, обустраиваться в жизни, создавать семью, помогать родителям. Мой отец однажды отправился на встречу с однокашниками – отметить тридцатилетний юбилей выпуска. Вернувшись домой, он долго пребывал в замешательстве: оказалось, положения в обществе добились исключительно бывшие троечники и двоечники. А те, кто вместе с ним прилежно учился, влачили жалкое существование. Позже я понял, что ничего удивительного в этом нет. Кесарю – кесарево. Исходя из этой теории, я преуспевающим стать не должен.
Положа руку на сердце, я догадывался, что работодатели не будут встречать меня с распростертыми объятиями. Но и полного фиаско в трудоустройстве тоже не предполагал. Тем временем все мои однокурсники разбежались по редакциям и издательствам. Причем чем хуже человек учился, тем лучше местечко ему доставалось. Такая вот прямо пропорциональная зависимость, хотя скорее, обратно пропорциональная. Тогда я еще удивлялся и негодовал: «Как же так? Я старался, учился, сдавал, а на работу берут бездарей и растяп?» Прогульщики стали спецкорреспондентами, неучи выбились в ведущие рубрик, а самые отъявленные тупицы вообще устроились редакторами! Да, именно так и должно быть. Если вы не согласны, можете поспорить, но увидите, у вас ничего не получится. За годы обучения лентяи приобретают самые необходимые в жизни навыки: умение льстить, предлагать взятки, сдавать экзамены без знаний. А ботаники и отличники вроде меня просто учат все, что им задают, то есть идут по пути наименьшего сопротивления. Разница в поведении и мышлении проявляется при устройстве на работу. Какому кандидату отдаст предпочтение работодатель: уверенному, следящему за своим внешним видом, улыбчивому и раскованному или застенчивому, скромно одетому и не умеющему себя преподнести? Комментарии излишни.… Никаких парадоксов здесь нет, со временем зубрилы оказываются в подчинении у тех, кому давали списывать. Эту и многие другие прописные (но так никем и не записанные) истины мне только предстояло принять и освоить.