Пять травм и твоя карьера

Описание поведения и установок, связанных с травмами, может показаться тебе неприятным. Я не раз слышала: «Я прочитал описание своей травмы и был шокирован. Мне было тяжело принять, что это обо мне». Первая реакция у многих – желание избавиться от травмы. Важно не поддаваться этой иллюзии. Не думай, что теперь у тебя есть все инструменты, чтобы больше никогда не сталкиваться с болью. Вместо этого ты познакомишься с подходом, который поможет тебе наблюдать за своими травмами и управлять ими – не подавляя, не отвергая. Именно это постепенно ведёт к исцелению.

Желание избавиться от травмы – это уже признак непринятия.

Так же как человек, желающий избавиться от лишнего веса, чаще всего отвергает себя, вместо того чтобы принять. Даже если тебе удастся «избавиться» от какого-то качества или человека, не приняв при этом ситуацию, облегчение будет временным. Проблема вернётся. Иногда – в другой форме. Иногда – с ещё большей силой.

Осознание того, какая травма активна, и готовность принять её поможет тебе не надевать маску, связанную с этой травмой.

Ты будешь приятно удивлён, когда почувствуешь: ты можешь наложить на эту рану бальзам, чтобы она перестала болеть. Этот бальзам – принятие. Ему посвящена отдельная глава 10 «Путь к профессиональному расцвету».

Постепенно интенсивность твоих травм начнёт снижаться. Они будут всё меньше влиять на тебя – даже в моменты, когда снова активизируются. Чтобы помочь тебе лучше осознать, какие из травм проявлены сильнее всего, в каждой главе я привожу примеры того, как они выражаются в поведении и отношениях. Всё, что от тебя требуется, – это открыть своё сердце и позволить этим страницам с нежностью прикоснуться к тебе.

Прежде чем измениться, наблюдай и принимай себя

Чем больше ты подпитываешь травму, тем сильнее она болит. Чем быстрее и резче ты реагируешь, тем дольше длится реакция. Чем сильнее ты хочешь что-то изменить, тем медленнее это меняется. Чем больше ты принимаешь – даже если не согласен, тем легче происходят перемены.

Почему мы всё чаще наблюдаем случаи выгорания, зависимости, самоубийств? Почему так много людей становятся зависимыми от сигарет, сахара, азартных игр, алкоголя, медикаментов или даже наркотиков – всего того, что мешает им взглянуть в лицо настоящей проблеме в своей профессиональной жизни? Почему, несмотря на все достижения науки и техники, несмотря на улучшение условий труда, профессиональных заболеваний становится только больше? Почему так много людей уходят с работы – увольняются, выгорают, «исчезают» в разных формах?

Потому что они не хотят чувствовать боль своей души. А отрицание боли лишь усиливает её. И тогда остаётся два пути: угаснуть или расцвести.

Нам нужно как можно скорее осознать: мы имеем право жить той профессиональной жизнью, о которой мечтаем, – жизнью, которая даёт чувство наполненности, а не страдания.

За годы работы я слышала тысячи историй о трудных ситуациях на работе. И я поняла одну простую истину: в зависимости от своих травм мы сами притягиваем определённые модели поведения со стороны других людей. Мы сами участвуем в этом взаимодействии – осознанно или нет. Со временем я пришла к выводу: практически каждый из нас страдает как минимум от четырёх из пяти травм. Мы все – в большей или меньшей степени – знакомы с болью отвержения, покинутости, предательства и несправедливости. Лишь травма унижения, похоже, встречается не у всех.

Я выросла в многодетной семье. Родители делали всё что могли ради одиннадцати детей, но у них не было ни времени, ни сил, чтобы быть по-настоящему внимательными к нашим эмоциональным потребностям. Они не могли нас выслушивать, не успевали нас похвалить. Так почему же одни дети чувствовали себя отвергнутыми, другие – покинутыми, третьи – преданными или уязвлёнными несправедливостью? А кто-то униженным? Теперь я знаю: дело было не в родителях. А в том, как мы воспринимали их поведение.

Причина страдания – всегда в нашем восприятии, в нашей интерпретации происходящего. Не в том, кем человек является или что он делает.

Треугольник жизни

Треугольник жизни – это образ, показывающий, что другие относятся к тебе так же, как ты к ним, и так же, как ты сам относишься к себе. Уровень страдания, страхи и эмоции проживаются в равной степени.

Представь, что ты работаешь с коллегой, которого считаешь грубым. Ты его осуждаешь. Посмотри: может быть, он в какой-то момент мог бы осудить тебя за грубость? А ты сам – когда ты бываешь груб с собой или с другими? К сожалению, мы редко замечаем, когда сами себя осуждаем. А ведь грубость считается недопустимой, и потому она вызывает сильные эмоции и страх.

Но как только ты увидишь, что и ты, и твой коллега носят маску грубости, чтобы защититься от своей уязвимости, – ваши отношения изменятся. Ты перестанешь злиться, начнёшь сохранять спокойствие, сможешь увидеть его сильные стороны, потому что поймёшь: вы оба – в защите.

Когда ты носишь маску – ты больше не являешься собой. И это верно не только про тебя, но и про других. Помня об этом, ты станешь терпимее. Тебе будет проще смотреть на коллег с состраданием, а не с раздражением.

И знай: маски, которые ты создал для самозащиты, не вечны. Если ты начнёшь применять предложенные в этой книге методы, ты заметишь, как маски ослабевают. И с ними меняется твоё отношение к работе. То же самое касается и твоего тела. Но телесные изменения требуют времени. Один из способов отследить прогресс – фотографироваться хотя бы раз в год.

Взаимосвязанные травмы

Наиболее заметные и легко распознаваемые травмы – это травма несправедливости и травма предательства. Мы осознаём их раньше других, поэтому чаще стараемся с ними работать. Однако за ними часто скрываются более глубокие и болезненные травмы – травма отверженности и травма покинутости. Осознать их труднее: к ним нужно подойти с большей честностью и внутренней готовностью, потому что они затрагивают самые уязвимые наши слои. Именно поэтому мы так долго сопротивляемся: отверженность и покинутость больнее, чем предательство и несправедливость. Но чем больше ты будешь исцелять свои реакции на несправедливость и предательство в рабочем окружении, тем в меньшей степени будут проявляться травмы отверженности и покинутости.

Если в профессиональной ситуации ты испытываешь бурные эмоции и глубокую боль, вполне возможно, что активировалось сразу несколько травм. Чтобы понять, какая из них «ведущая», задай себе один вопрос: какая маска активировалась первой? После этого – одна за другой – начинают включаться и остальные.

Я помню ситуацию, произошедшую более десяти лет назад, которая вызвала у меня мощную эмоциональную реакцию. Члены моей команды получили премии за отличные результаты. Генеральный директор объявил, что на следующий день приедет лично поблагодарить агентства и команды, которыми я руководила. Я была полна энтузиазма и гордости.

Но когда он приехал, он показал мне финансовый отчёт и – при всей команде – строго спросил, способна ли я на большее. Я почувствовала себя одинокой, несправедливо покинутой своими руководителями (все они были мужчинами). Я ощутила гнев – мне казалось, что меня предали.

Чтобы не впасть в панику, я, как всегда с детства, надела маску ригидного. Это был мой способ не показывать боли перед теми, кто для меня значим. Чтобы не разочаровать их. Когда он ушёл, я закрылась в своём кабинете. Я не могла выйти оттуда несколько часов. Меня охватила паника – я столкнулась лицом к лицу с травмой отверженности и это буквально парализовало меня. Вслед за ней поднялась травма покинутости, и я ощутила бесконечную грусть. У меня дрожали руки, сбивалось дыхание. Всё, чего мне хотелось в тот момент, – это исчезнуть.

Этот опыт активировал во мне четыре из пяти травм и помог мне осознать, насколько высокую планку я себе установила в плане профессионального совершенства. Этот идеал постоянно заставлял меня чувствовать себя ничтожной и некомпетентной – особенно в сравнении с мужчинами, с которыми я работала. Это была та же Натали-девочка, которая продолжала считать себя недостойной рядом с идеалом отца – человека, который, по моему представлению, символизировал профессионализм. И только мужчинам – так думала я – позволено быть признанными, успешными, компетентными.

Эта история – повод напомнить: когда ты сталкиваешься с проблемой в отношениях с человеком противоположного пола, очень часто активируются все четыре травмы, кроме травмы унижения. Кроме того, мы часто забываем, что глубина боли, которую мы чувствуем, напрямую связана с уровнем травмы отверженности, которую мы пытаемся отрицать.

Это и есть механизм отрицания: когда мы не хотим признать, что то, что кажется нам отвержением со стороны другого, на самом деле отражает наше внутреннее отвержение себя. Нашу непринятую часть. Нашу нелюбовь к себе.

Почему мы так не хотим в этом признаться? Потому что мы отдали управление своей жизнью эго. Это больше не наше истинное «Я» делает выбор, а эго. Вот почему, когда травма активируется, это всегда сигнал: мы больше не управляем своей жизнью. Эго взяло штурвал. И именно это лежит в основе большинства трудностей, с которыми мы сталкиваемся в профессиональной среде.

Быть собой на работе – странная идея, правда?

Когда я только начинала свой путь пробуждения, мне и в голову не приходило, что можно быть собой в профессиональной жизни. Я была мастером приспосабливаться. И как многие «хамелеоны», я большую часть карьеры подстраивалась под ожидания других. Я старалась соответствовать представлениям о том, «какой должна быть». Потому что я очень боялась быть нежеланной на работе. А соответствие ожиданиям давало ощущение, что у меня есть на это право.

Влияние окружения

Напомню: эмоциональные травмы формируются и повторяются с самого детства. Таким образом, любое отношение к учёбе, работе и взаимодействию с другими людьми, которое вызывает страдание в профессиональной сфере, – это продолжение того, с чем ребёнок не смог справиться в процессе обучения и воспитания.

Примерами для подражания, которые формируют отношение ребёнка к профессиональной сфере, обычно становятся:

• родители или значимые взрослые, выполнявшие родительскую функцию, – например, бабушка или дедушка;

• учителя или те, кто выполнял роль воспитателя.

Именно отношение к работе родителей (или тех, кто выполнял их роль) становится для ребёнка моделью, по которой он будет строить своё поведение и восприятие в профессиональной жизни.

Если в процессе учёбы ребёнок чувствовал, что его принимают, – это значит, что один из родителей тоже принимал себя в аналогичной манере. Повзрослев, такой человек не будет испытывать эмоций, проявляя это поведение. Оно не будет вызывать внутреннего конфликта. Он будет просто собой – без оценки «хорошо» или «плохо».

А вот если в детстве ребёнок не чувствовал себя принятым – это значит, что родитель тоже не принимал себя в этом качестве. Повзрослев, человек будет осуждать или обвинять себя за подобное поведение и переживать эмоции. Он будет считать это «неправильным» и будет испытывать за это вину.

Возьмём пример ребёнка, который откладывает выполнение домашних заданий до последнего момента. Если при этом он не чувствует страха или вины и если его родители или учителя не критикуют его за такую особенность, – значит, он принимает себя, чувствует, что его принимают, и он принимает других.

Но если кто-то из значимых взрослых обвинял его в прокрастинации (чаще всего из-за собственного страха), то во взрослой жизни он будет реагировать на подобное поведение сильными эмоциями. Это может выражаться в постоянном стрессе, когда он вновь будет поступать так, как когда-то было для него естественно. Или он станет перестраховываться всю жизнь – делать всё заранее, только чтобы не испытать ту же боль.

Сколько людей – столько и систем убеждений и ценностей. Каждый, кто выходит на рынок труда, – это ребёнок, выросший в своём уникальном окружении.

Наши родители стали для нас моделью отношения к обучению и работе. И они оказали на нас огромное влияние, даже если мы этого не осознаём.

Ребёнок может либо воспроизводить эту модель, либо восстать против неё – особенно если считает установки родителей неприемлемыми. Например, если тебе внушали: «Чтобы чего-то добиться, надо тяжело работать» или «Ты получишь признание, только если принесёшь нужную оценку», – скорее всего, ты начал профессиональную жизнь именно с таким мышлением.

Если только ты не пошёл в противоположную сторону, решив, что будешь «не таким, как они». Но это тоже ловушка: в этом случае твоё эго лишь создаёт иллюзию, что ты отличаешься от родителя того же пола.

Так и происходит из поколения в поколение: родители расстраиваются, что их дети отвергают ценности и убеждения, которые они старались им передать. А причина в том, что дети чувствуют: родители действовали из страха, а не из целостности.

На твою карьеру также повлияло то, как ты воспринимал отношения родителей с авторитетами. Особенно это обостряется в подростковом возрасте, когда ты начинаешь ставить под сомнение систему ценностей, усвоенную от родителей или учителей.

Я помню, как за семейным столом мой отец часто рассказывал, каким двоечником он был в школе и как любил подшутить над учителями, – например, перевести часы, чтобы перемена длилась дольше. Мне это казалось забавным… до тех пор, пока он не добавлял, как учитель бил его линейкой по пальцам, а дома его ждал ремень от отца. Уверяю тебя: в начальной школе я была примерной девочкой. Я предпочитала слушаться, приносить хорошие оценки, а не «куролесить».

Я пишу это, не чтобы обвинить моего деда, который воспитывал четырёх мальчиков, а скорее наоборот, чтобы с сочувствием отнестись и к той части себя, которая бунтует, и к той, которая цепко держится за правила. И та, и другая часть жили во мне, особенно в мире бизнеса.

В завершение этой главы я предлагаю тебе тест, который поможет лучше понять, какое влияние оказали твои родители на твою профессиональную жизнь.

Тест: как ты воспринимал отношение родителей к работе

Отметь по шкале от 0 до 10, как ты воспринимал отношение к работе своего отца и матери (или тех, кто выполнял родительскую роль) в подростковом возрасте (до 16 лет).

Вопросы – Отец – Мать

Качество отношений с профессиональными партнёрами своего пола – ___ – ___

Качество отношений с профессиональными партнёрами противоположного пола – ___ – ___

Способность справляться с эмоциями – ___ – ___

Способность справляться со стрессом – ___ – ___

Уровень здоровья на работе – ___ – ___

Умение утверждаться – ___ – ___

Готовность к развитию – ___ – ___

Баланс между личной и профессиональной жизнью – ___ – ___

Отношения с начальством – ___ – ___

Стабильность и ощущение безопасности в работе – ___ – ___

Умение признавать свои навыки и способности – ___ – ___

Способность хвалить себя, делать себе комплименты – ___ – ___

Умение слушать свои потребности – ___ – ___

Уважение к собственным границам – ___ – ___

Умение отключаться от работы – ___ – ___

В следующих главах ты увидишь, как твоё отношение и поведение в профессиональной среде связано с одной или несколькими эмоциональными травмами.

Глава четвертая

Травма отверженности

ВНЕШНОСТЬ БЕГЛЕЦА (Травма отверженности)

Соответствующая маска – Беглец

Родитель – Того же пола

Пробуждение травмы – С момента зачатия до одного года

Тело – Зажатое, узкое, худощавое или мелкое

Основной страх – Паника

Следующий тест поможет тебе понять, какие установки и модели поведения активируются в твоей профессиональной жизни, когда в тебе пробуждается травма отверженности и ты надеваешь маску беглеца. Возьми лист бумаги и карандаш либо сделай копию этих страниц, чтобы отметить те пункты, в которых ты узнаёшь себя. Оцени их по шкале от 1 до 5 в зависимости от степени их выраженности. Повторяй этот тест регулярно, чтобы отследить, как со временем меняется твоё поведение на работе.

Оценка Характеристики беглеца

■ Я чувствую себя оторванным от материального мира, от конкретных реалий

■ Мне ближе интеллектуальные задачи и профессии

■ Я склонен к перфекционизму, иногда даже до навязчивости

■ Я недоволен тем, кто я есть

■ С возрастом панических состояний становится всё больше

■ Я обесцениваю себя, порой считая себя полным неудачником

■ Я ощущаю себя никому не нужным, лишним, не представляющим интереса

■ У меня заниженная самооценка

■ Я легко замыкаюсь в себе, могу казаться одиноким

■ Мне трудно быть частью группы

■ На собраниях я стремлюсь остаться незаметным

■ Я боюсь говорить перед аудиторией

■ Мне непросто отстаивать своё мнение

■ Когда коллега повышает голос или становится агрессивным, я склонен «сматываться» – мысленно или буквально

■ Я испытываю тревогу, когда оказываюсь в центре внимания

■ В целом я человек незаметный

■ Мне кажется, что моё отсутствие никто бы не заметил

■ Я ощущаю себя не таким, как все, будто бы особенным

■ Я чувствую, что меня не понимают

■ Я убегаю в зависимости – алкоголь, сигареты, медикаменты и прочее

■ Я игнорирую то, что происходит у меня внутри

■ Со стороны создаётся впечатление, будто я «витаю в облаках»

■ Когда я остаюсь один, эмоции накрывают меня с головой

■ Я нервничаю, поэтому много и интенсивно работаю

■ Только когда я загружен под завязку, я чувствую, что существую

Рекомендуется также попросить двух хорошо знакомых тебе людей – одного из личного круга, другого из профессионального – пройти этот тест о тебе. Будь готов к неожиданностям: эго мешает нам увидеть себя такими, какие мы есть на самом деле. Поэтому постарайся с открытостью принять любые замечания от близких.

Отвергнуть кого-то – значит оттолкнуть его, не желая быть рядом.

Травма отверженности – одна из самых болезненных. Человек, переживающий её, ощущает, что его отвергают в самом праве быть, в его сущности, в его индивидуальности. Как и остальные четыре травмы, она может проявляться с разной силой – в зависимости от жизненного опыта каждого.

Активация этой травмы происходит через родителя того же пола, который для ребёнка является моделью любви – как к другим, так и к себе самому. Всё, что ребёнок воспринимает как страдание этого родителя в сфере учёбы или профессиональной реализации, он будет бессознательно отвергать. То же касается и случаев, когда он сам чувствует себя отвергнутым в собственном процессе обучения или когда сам кого-то отвергает.

Например, если родитель твоего пола не принимал в себе проявления авторитарности, вполне возможно, что и тебе будет тяжело переносить авторитет – как чужой, так и свой собственный.

Как мы уже обсуждали в предыдущей главе, в момент активации травмы мы надеваем маску, чтобы избежать боли. Мы перестаём быть собой, уступая контроль над своей жизнью эго.

Маска беглеца – это то, что человек инстинктивно надевает при активации травмы отверженности. На физическом уровне её часто выдают мелкие, худощавые или узкие очертания тела (в случае сильной травмы) либо отдельные миниатюрные части тела (если травма выражена слабее).

Такое тело как будто стремится занимать как можно меньше пространства. Благодаря этому беглец с лёгкостью остаётся незаметным в группе или на совещаниях. Это один из тех людей, о которых потом спрашивают: «А он вообще там был?»

Эта травма может активизироваться, например, когда твою кандидатуру не рассматривают при приёме на работу и ты думаешь: «Я им не нужен таким, какой я есть».

Беглец предпочитает работать в небольшом закрытом кабинете. Открытое пространство, где все на виду, может вызвать у него панику.

Чтобы не столкнуться с паникой от возможного отвержения, он предпочитает не привязываться к вещам. Это позволяет ему быстро «сбежать», например уволиться без предупреждения. Если же его увольняют, он не удивляется: будучи склонным к самоотвержению, он внутренне уверен, что не справился. Он крайне требователен к себе – не столько к тому, что он делает, сколько к тому, кто он есть. Беглец путает «быть» и «делать».

Он считает материальные ценности лишними, часто задаётся вопросом: «Что я вообще здесь делаю?» Его гораздо больше интересует всё, что связано с интеллектом, духом, смыслом.

Таким образом, травма отверженности приводит к тому, что человек скорее стремится исчезнуть, чем занять своё место в профессиональной среде:

• Беглец испытывает панику при одной только мысли о необходимости проявиться или озвучить своё мнение, особенно на публике. Это может даже вызывать кратковременную потерю памяти.

• Он может казаться неприметным, безликим, лишённым индивидуальности и харизмы. Вместо того чтобы высказаться, он предпочитает отмалчиваться и делать вид, что всё в порядке.

• Поскольку он уверен, что его не принимают таким, какой он есть, он считает себя никчёмным и ненужным, не понимая, чем может быть полезен команде.

• Он предпочитает держаться в стороне, чтобы снова не испытывать боль.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.