Прикосновение тьмы. Аид и Персефона. Комплект из 4 книг

– Персефона, мне жаль, что приходится тебе это говорить, но Аид уже видел статью. У него есть специальные люди, которые выискивают такие вещи. – Персефона встретилась с Лексой глазами, и ее подруга вздрогнула: – Ого.

– Что? – В голосе Персефоны послышалась истерика.

– Твои глаза, они… какие-то странные.

Избегая взгляда Лексы, в то время как внутри ее бушевали эмоции, Персефона потянулась за сумочкой.

– Не беспокойся об этом. Я скоро вернусь.

Она вышла из комнаты и хлопнула входной дверью как раз в тот момент, когда Лекса выкрикнула ее имя.

Прождав автобус пятнадцать минут, Персефона решила идти пешком. Она достала из сумочки пудреницу и наложила еще немного чар.

Неудивительно, что Лекса так отшатнулась. Ее глаза вернули свой сияющий бутылочно-зеленый цвет. Волосы стали светлее, черты лица – острее. Ее божественность проявилась намного сильнее, чем обычно.

К тому времени как Персефона дошла до Акрополя, ее смертный облик восстановился. Когда она вышла из лифта, Валери поднялась из-за стола.

– Персефона, – нервно произнесла она. – Я думала, ты сегодня не работаешь.

– Привет, Валери. – Она постаралась придать своему голосу беззаботность и вести себя так, будто все было как обычно – будто Адонис не украл ее статью, а Лекса не разбудила, чтобы сунуть эту самую статью ей под нос. – Да просто пришла кое-что доделать.

– О, ну для тебя есть несколько сообщений. Я, эм, переслала их тебе на голосовую почту.

– Спасибо.

Но Персефону не интересовала ее голосовая почта. Она пришла сюда из-за Адониса. Она бросила сумочку на стол и зашагала через рабочий зал прямо к нему. Адонис сидел в наушниках, напряженно уставившись в экран своего компьютера. Сначала она решила, что он работает – может, редактирует то, что украл. Но, подойдя к нему сзади, она обнаружила, что он смотрит телевизионное шоу – «Титаны после мрака».

Она закатила глаза. Это был популярный сериал о том, как олимпийцы победили титанов. Хотя она смотрела его лишь мельком, все боги стали представляться ей такими, какими они были представлены в этом шоу. Но теперь она знала, что Аид не был бледным уклончивым созданием с пустым лицом. Если уж он захотел бы за что-нибудь отомстить, то это определенно должно было быть то, как его изобразили в этом сериале.

Она похлопала Адониса по плечу – он подпрыгнул и вытащил наушник.

– Персефона! Мои поздрав…

– Ты украл мою статью, – перебила она его.

– Украл – слишком грубое название для того, что я сделал. – Он отодвинулся от стола. – Все лавры достались тебе.

– Ты думаешь, это имеет значение? – вскипела она. – Это была моя статья, Адонис. Ты не просто забрал ее у меня, ты еще и добавил туда свое. Зачем? Я же сказала тебе, что отправлю тебе, когда закончу!

Честно говоря, богиня и сама не знала, какого ответа от него ждала, но уж точно не того, который получила:

– Я решил, ты передумала.

Она непонимающе уставилась на него:

– Я сказала тебе, что хочу написать об Аиде.

– Не об этом. Мне показалось, он может убедить тебя, что его контракты со смертными оправданны.

– Давай-ка уточним. Ты решил, что я неспособна думать самостоятельно, и поэтому украл мою работу, изменил ее и опубликовал?

– Все не совсем так. Аид – бог, Персефона…

«А я богиня», – хотелось ей прокричать. Вместо этого она процедила:

– Ты прав. Аид – бог, и по этой причине ты сам не захотел писать о нем. Это ты боишься его, Адонис. А не я.

Он поморщился:

– Я не имел в виду…

– То, что ты имел в виду, не имеет никакого значения, – рявкнула она.

– Персефона, – позвал Деметрий, и они с Адонисом повернулись к кабинету начальника. – Можно тебя на минуту?

Она бросила свирепый взгляд на Адониса и направилась в кабинет Деметрия.

– Да, Деметрий? – произнесла она, стоя в дверях.

Он сидел за своим столом со свежим выпуском газеты в руках.

– Присядь.

Она села – с краю, потому что не знала, что Деметрий думает о статье – она едва могла назвать ее своей. Скажет ли он ей сейчас «Ты уволена»? Говорить, что вам нужна правда, – это одно, но публиковать ее на самом деле – совсем другое.

Она задумалась над тем, что будет делать, если потеряет место стажировки. До окончания колледжа оставалось меньше шести месяцев. Вряд ли еще какая-то газета наймет девушку, посмевшую назвать бога подземного мира худшим из богов. Она знала, что страх Адониса перед Тартаром разделяли многие люди.

Как только Деметрий открыл рот, чтобы заговорить, Персефона выпалила:

– Я могу объяснить.

– Что тут объяснять? – спросил он. – По твоей статье уже понятно, что ты пыталась здесь сделать.

– Я разозлилась.

– Ты хотела рассказать о несправедливости, – сказал он.

– Да, но это еще не все. Это только часть истории, – сказала она. Она и правда показала Аида лишь с одной стороны – и в ней совсем не было света, только мрак.

– На это я и надеюсь, – кивнул Деметрий.

– Что? – Персефона выпрямилась.

– Я прошу тебя писать дальше. – Богиня весны умолкла, и Деметрий продолжил: – Мне нужно еще. Как скоро ты сможешь написать еще одну статью?

– Об Аиде?

– Да. Ты ведь рассказала об этом боге лишь малую часть.

– Но я думала… разве вы… не боитесь его?

Деметрий отложил газету и посмотрел ей в глаза:

– Персефона, я говорил тебе с самого начала. Мы здесь, в «Новостях Новых Афин», ищем правду, но никто не знает правду о властителе подземного царства – ты можешь помочь миру узнать ее.

Из уст Деметрия это прозвучало вполне невинно, но Персефона знала, что опубликованной сегодня статьей она могла лишь усилить ненависть к Аиду.

– Те, кто боится Аида, также испытывают любопытство. Они хотят знать больше, и ты им в этом поможешь.

Персефона расправила плечи, услышав его прямой приказ. Деметрий встал и подошел к окнам, сложив руки за спиной.

– Как насчет статьи раз в две недели?

– Это очень много, Деметрий, я же еще учусь, – напомнила она ему.

– Тогда одну в месяц. Пять, шесть статей… что скажешь?

– А у меня есть выбор? – пробормотала она себе под нос, но Деметрий все равно ее услышал.

Уголки его рта изогнулись:

– Не недооценивай себя, Персефона. Просто подумай – если все получится так, как я думаю, после окончания колледжа выстроится очередь из желающих нанять тебя.

Только это уже не будет иметь никакого значения, ведь она станет узницей – не просто подземного царства, а самого Тартара. Интересно, какие пытки выберет для нее Аид?

«Наверное, откажется меня целовать», – подумала она и закатила глаза от собственных мыслей.

– Твоя следующая статья должна быть готова к первому числу, – сказал Деметрий. – Давай добавим немного разнообразия. Пусть речь пойдет не только о сделках Аида. Чем еще он занимается? Какие у него хобби? Как на самом деле выглядит подземное царство?

Персефоне стало неловко от всех этих вопросов, и она спросила себя, было ли это все интересно публике или же в первую очередь самому Деметрию?

После этого он ее отпустил. Персефона вышла из кабинета начальника и села за свой стол. Голова была словно в тумане, и у нее не получалось сосредоточиться.

«Ежемесячная большая статья о боге мертвых? Во что ты себя втянула, Персефона?» – Она громко застонала. Аид никогда на это не согласится.

И опять же, это не обязательно.

Может, у нее появился шанс сторговаться с ним. Удастся ли ей использовать новые статьи как угрозу, чтобы убедить его расторгнуть контракт?

И окажется ли его обещание наказать ее правдой?

Выйдя из Акрополя, Персефона сразу отправилась на занятия. Казалось, абсолютно у всех есть копия сегодняшних «Новостей Новых Афин». Этот черный жирный заголовок взирал на нее в автобусе, по пути в кампус и даже на парах.

В аудитории кто-то неожиданно дотронулся до ее плеча. Она обернулась и увидела двух девушек, сидящих за партой позади нее. Персефона не знала, как их зовут, но они сидели за ней с начала семестра и ни разу не заговаривали с богиней до сегодняшнего дня. Девушка справа держала в руках копию газеты.

– Ты ведь Персефона, верно? – спросила одна из них. – То, что ты написала, это все правда?

Вопрос заставил богиню поморщиться. У нее возникло инстинктивное желание ответить «нет», потому что не она написала эту историю, по крайней мере не полностью, – но она не смогла. Она ограничилась комментарием:

– Эта история еще не закончена.

Чего она совсем не ожидала, так это увидеть восторг в глазах девушки.

– Так будет еще?

Персефона прокашлялась.

– Ага… да.

Девушка слева наклонилась над столом:

– Так ты встречалась с Аидом?

– Ну что за глупый вопрос, – упрекнула ее вторая. – На самом деле она хочет знать, какой он, Аид. У тебя есть фотографии?

В животе у Персефоны возникло странное ощущение, словно внутри затянулся металлический узел, – она одновременно почувствовала укол ревности и желание защитить Аида. Довольно иронично, с учетом того, что она пообещала написать о нем новые статьи. И все же теперь, когда ей задали эти вопросы, она уже не была уверена, что хочет делиться личными знаниями о боге подземного царства. Хочет ли она рассказывать о том, как застала его играющим с собаками в перелеске в подземном царстве? Или о том, как забавно было играть с ним в камень-ножницы-бумагу?

Это были… человечные стороны бога, и она вдруг почувствовала, что они принадлежат ей. И только ей.

Она безрадостно улыбнулась:

– Думаю, вам стоит дождаться продолжения.

Деметрий оказался прав – мир испытывал настолько же сильное любопытство по отношению к этому богу, насколько сильным был и их страх.

Эти девушки были не единственными, кто попытался расспросить о статье. По пути в кампус к ней обратилось несколько незнакомцев. Сначала они просто спрашивали ее имя и, убедившись, что перед ними и правда Персефона, подбегали, чтобы задать одни и те же вопросы: «А вы на самом деле встречались с Аидом?», «А как он выглядит?», «А у вас есть фотографии?».

Персефона находила оправдания, чтобы побыстрее уйти. Она совершенно не ожидала такого внимания. И не могла решить, нравится ей это или нет.

Стоило ей пройти мимо Сада богов, как у нее зазвонил телефон. Благодарная за возможность проигнорировать еще нескольких незнакомцев, она ответила на звонок:

– Алло.

– Адонис рассказал мне потрясающую новость! Серия статей про Аида! Поздравляю! Когда ты снова пойдешь брать у него интервью и можно ли мне пойти с тобой? – рассмеялась Лекса.

– С… спасибо, Лекс, – выдавила Персефона. После того как Адонис украл у нее статью, девушку совсем не удивило, что Адонис также поторопился написать ее подруге о новом рабочем задании еще до того, как у нее появился шанс самой ей обо всем рассказать.

– Нам надо отметить! «Ля Роз» в эти выходные? – предложила Лекса.

Персефона простонала. «Ля Роз» был люксовым ночным клубом, которым владела сама Афродита. Богиня весны никогда не бывала внутри, но видела фотографии. Там все было в кремово-розовых тонах, и, как и в аидовской «Неночи», в этом клубе был список ожидания, в который было невозможно попасть.

– И как же мы пройдем в «Ля Роз»?

– У меня свои методы, – озорно ответила Лекса. Персефона задалась вопросом, подразумевали ли эти методы помощь Адониса, и уже собиралась спросить, как вдруг заметила краем глаза какое-то движение. Она больше не слышала, что говорила Лекса, потому что все ее внимание было обращено к матери, появившейся из листвы сада в нескольких футах от нее.

– Лекса… Я перезвоню. – Персефона сбросила звонок и коротко поприветствовала мать: – Мама. Что ты здесь делаешь?

– Мне нужно было убедиться, что ты в безопасности после той ужасной статьи, что ты написала. О чем ты вообще думала?

Персефона почувствовала, как ее охватывает смятение, словно электрический поток, разрастающийся в груди.

– Я думала… я думала, ты будешь мной гордиться. Ты же ненавидишь Аида.

– Гордиться? Ты думала, я буду гордиться? – презрительно усмехнулась Деметра. – Ты раскритиковала бога – и не просто бога, а Аида! Ты умышленно нарушила мое правило – и не один, а несколько раз. – Удивление Персефоны, должно быть, отразилось у нее на лице, потому что мать добавила: – О да. Я знаю, что ты возвращалась в «Неночь».

Персефона пристально взглянула на Деметру:

– Откуда?

Ее взгляд упал на телефон в руках Персефоны.

– Я следила за тобой.

– С помощью моего телефона? – Богиня знала, что мать не гнушается нарушением личных границ, чтобы контролировать дочь – та доказала это, послав нимф шпионить за ней. И все же не Деметра купила ей этот телефон и не она платила по счетам. Она не имела права использовать его как систему навигации для слежки.

– Ты это серьезно?

– Я должна была что-то сделать. Ты ведь со мной не разговариваешь.

– С каких это пор? – возмутилась Персефона. – Мы виделись только в понедельник!

– И ты отменила наш ланч, – фыркнула богиня. – Мы теперь почти не проводим время вместе.

– И ты думаешь, что твои преследования вдохновят меня проводить с тобой больше времени? – негодовала Персефона.

Деметра рассмеялась.

– О мой цветок, я тебя не преследую. Я твоя мать.

Персефона пронзила ее взглядом.

– У меня нет на это времени. – Она попыталась обойти ее, но обнаружила, что не может ступить и шага – ее ноги будто приковали к земле. Персефона встретилась с темным взглядом матери и впервые за долгие годы увидела в Деметре мстительную богиню, которой та являлась, – ту, что порола нимф и убивала царей.

– Я тебя не отпускала, – сказала мать. – Помни, Персефона, ты здесь только благодаря моей магии.

Персефоне хотелось крикнуть: «Продолжай напоминать мне, что я бессильна». Но она знала, что бросать Деметре вызов было глупым решением. Именно этого та и добивалась, чтобы вынести дочери наказание. Так что вместо этого она сделала нервный вдох и прошептала:

– Прости, мама.

Несколько напряженных секунд Персефона ждала, отпустит ее Деметра или же насильно уведет за собой. Затем она почувствовала, как мать ослабила хватку вокруг ее дрожащих ног.

– Если ты снова вернешься в «Неночь», снова встретишься с Аидом, я заберу тебя из этого мира.

Персефона не знала, откуда в ней взялась храбрость, но она смогла посмотреть матери в глаза и произнести:

– Даже не думай, что я когда-нибудь прощу тебя, если ты снова посадишь меня в свою тюрьму.

Деметра резко рассмеялась:

– Мой цветок, я и не нуждаюсь в прощении.

После этого она исчезла.

Персефона знала, что Деметра хотела сказать своим предупреждением. Проблема была в том, что она не могла не вернуться в «Неночь». Ей нужно было выполнить контракт и написать статью.

У Персефоны в руках завибрировал телефон, и она увидела сообщение от Лексы: «Так как насчет “Ля Роз”?»

Она набрала в ответ: «Звучит отлично».

Ей понадобится много алкоголя, чтобы забыть этот день.