Мои закаты и рассветы

7

Собирая Зиновия на пригородную электричку, которая приходит в полпятого утра, Эльвира сказала ему: «Если умершие друзья являются в твои сны, значит помянуть их больше некому, я вот немножечко в сумку твою карамелек положила, может, на работе с напарником чайку попьёте». Едва закрыла за мужем дверь на защёлку, как следом же в неё постучались. Думая, что это Зиновий из-за своей рассеянности зачем-то обратно вернулся, она торопливо распахнула дверь настежь, боясь, что он опоздает на поезд, но на крылечке никого не было, от этого ей стало не по себе. Её зачастую пугала привычка опрометчиво открывать двери, не спрашивая «Кто там?». В голове Эльвиры мелькнула мысль, опять пустые стуки в их дом. Для неё это было плохим знаком, означавшим потерю близких. Она не раз убеждалась на своём жизненном пути в правдивости народных примет. Почувствовав лёгкое головокружение от недосыпания, Эльвира взглянула на часы. Оставалось достаточно времени, чтобы выспаться до семи утра, и она, едва прикоснувшись к подушке, окунулась в розовые сны, где не шла, а будто плыла навстречу вольному ветру ромашковым полем, явно вдыхая в себя ароматы медового разнотравья, словно хотела им вдосталь насытится. Но дребезжание будильника вернуло Эльвиру из чудесного сна в обыденность повседневных забот.