Три дня из жизни L

Когда к нему попала информация о "биоматериале", Вольф и предположить не мог, что это окажутся живые младенцы. Они с Адамом сочли, что речь идёт об образцах тканей, может быть, каких-либо органов... Уточняющая информация даже к Адаму попала уже после взрыва. Они едва не стали убийцами детей!

Проклятые фашисты! Как их вообще земля носит — использовать новорожденных как биоматериал! Это уже чем-то смахивает на сатанизм.

Вольф как раз шёл по соседней с дымящейся лабораторией улице, когда его обогнал казённый чёрный автомобиль, в глубине салона которого на секунду мелькнуло и тут же сделалось невнятным и невидимым, знакомое бледное девчачье личико.

Значит, Либен уже арестовали. Быстро. В скорости реагирования гестаповцам не откажешь.

Если б Вольф сразу знал о том, что она вытащила детей, он немедля позаботился бы об удалении данных с уличных видеокамер. Если бы, да кабы...Сейчас он боялся не успеть, как не успел убрать с глаз брошенную тележку уборщицы.

Пусть человека под маскировкой на камере не различишь, но два плюс два сложит любой следователь. Нельзя, чтоб увидели на записи, как тачка катится в сторону общежитий — до взрыва! Пусть ломают голову, как она там оказалась — да хоть взрывной волной закинуло! Но видео надо снести ко всем чертям. Флешка с кодами доступа в базу СЭлС у него была, спасибо широкой сети подпольщиков. Осталось только найти компьютер. Конечно, их достаточно на работе, но тогда останется след, откуда совершён вход, и при доскональном изучении хороший специалист способен вычислить взломщика. Нельзя недооценивать айтишников СЭлС.

Вольф прибавил шагу, на ходу раздумывая о том, как решить эту задачу.

Просто так в сеть не попасть, она есть только в учреждениях. Или в домах немцев.

Командир подполья решительно свернул в сторону немецких кварталов, на ходу накидывая плащ, скрывающий от слежки видеокамер, тот самый который вернула ему Либен. Ткань — сверхсекретная разработка, сделанная для высших представителей арийцев. Власть имущие тоже не хотели светиться на камерах в некоторые моменты своей жизни. Тотальная слежка велась за всеми и, хотя у немцев не было чипов, их вполне заменяли мобильные телефоны. Вот и получило их бюро тайный заказ на такое маскировочное изделие. Ткань покрыта специальным полимером, который не даёт камерам "увидеть" фигуру человека.

На высокий рост Вольфа плащ, конечно, оказался коротковат, и на камере будут видны ноги. Но это, если кто-то возьмётся смотреть. Не пялятся же сотрудники СЭлС в мониторы круглосуточно, тем более сейчас у них и так будет много работы — проверять записи до взрыва. Кто это будет делать, СЭлС или само Гестапо, Вольф не знал. Возможно обе организации. Но база данных всё равно одна. Не то, чтобы Вольф был гениальным взломщиком, но кое-что умел.

Командир подполья прошёл квартал многоэтажных застроек, в котором обитали рабочие. Дома — простые коробки без премудростей. От рабских общаг отличались только тем, что внутри были разделены на квартиры, а не на комнаты.

Потом следовал район более вычурных многоквартирных домов, окруженных сквериками и детскими площадками — там жили рядовые немцы.

Тут Вольфа посетила одновременно гениальная и безумная идея, и он направился к конкретному дому, находящемуся ещё дальше, в квартале частных домов городских шишек. Именно здесь обитает в свободное от работы время главный гестаповец города Ганс Голлем.

От задуманного у Вольфа даже улучшилось настроение. Это будет знатная шутка! Осталось только найти возможность попасть в дом штандартенфюрера СС и не напороться на патруль.

Спустя некоторое время Вольф был на месте. Прикрыв лицо капюшоном, он прошёлся вдоль решётчатого забора нужного дома, приметил вездесущие камеры слежения, и встал в стороне, чтобы находиться в слепой зоне. Надо разведать обстановку, прежде чем лезть в эту "львиную пасть".

Дом главы городского Гестапо представлял собой добротный двухэтажный особняк старой постройки из белого камня — такой простоит и столетие. Однако, окна и двери были заменены на современные, что придавало зданию молодцеватый вид. Участок вокруг дома походил на маленький парк со скамеечками, фонтанчиками и скульптурами. Чувствовалось, что здесь не жалели денег на своё жилище.

Улица была пуста, и поначалу ничего не происходило, но вот, к воротам дома подошла полноватая женщина в простом платье, скорее всего домработница. Она достала электронный ключ, приложила его к сканеру. Мощная дверь щёлкнула, открываясь. Домработница вошла и направилась к дому. Пока калитка за женщиной медленно закрывалась, Вольф активировал небольшое устройство, внешне похожее на брелок авто, но по сути действия это был своего рода маленький РЭБ (средство радиоэлектронной борьбы). Одно нажатие в сторону ворот, невидимый глазу импульс, и замок на закрытие не сработал.

— "Спасибо что пользуетесь электронными замками, а не древними щеколдами. От всей души!" — подумал Вольф. Иначе пришлось бы лезть через забор.

Подождав пока прислуга войдёт в дом, он украдкой последовал за ней. Особняк достаточно большой, и где-нибудь наверняка будет открыто окно, или дверь на заднем дворе.

Командир подполья обошёл дом, и едва не наткнулся на хозяйку, которая занималась цветочной клумбой с обратной стороны здания. Вольф резко метнулся, чтобы спрятаться за высоким, пышным кустом роз. Медленно выдохнул. Надо быть осторожнее!

— Фрау Голлем! — раздался голос домработницы. — Здравствуйте, фрау Голлем! Это я, Берта. Какие будут на сегодня указания?

Жена штандартенфюрера оставила садовые инструменты, стянула перчатки и направилась через внутренний дворик к стеклянным задним дверям.

Вольф тенью скользнул за ней. Женщина ушла командовать прислугой, а он поспешил подняться на второй этаж в поисках кабинета хозяина.

Стараясь ступать как можно тише, Вольф потихоньку обошёл всё правое крыло этажа. Мрачноватая классика — благородный тёмно-зеленый цвет стен в сочетании с дверями из натурального дерева, бархатными портьерами и белоснежными потолками, с изящной лепниной — всё это говорило о консерватизме жильцов. Две комнаты оказались спальнями — мужской и женской, видимо, хозяева предпочитали спать раздельно. Нашлась даже бильярдная и комната-кинозал. Наконец, одна из дверей не поддалась. Кабинет хозяина был заперт. На простой замок. Такой старый, что в его скважину можно было заглянуть.

Письменный стол внутри комнаты был пуст.

— "Вот же чёрт! — мысленно психанул Вольф. — Неужели у главы Гестапо дома нет компьютера?! Или у него ноутбук, и он таскает его, не выпуская из рук..."

В любом случае это фиаско. Время утекало бешеным водопадом, а проблема оставалась нерешённой. Вольф подошёл к окну. Жена Голлема, дав указания домработнице, улеглась на шезлонге отдохнуть под нежными лучами майского солнца. Было слышно, как она трещит по мобильному, обсуждая главную новость сегодняшнего утра — взрыв лаборатории. Судя по "ахам" и бесконечным "ужас" и "кошмар", фрау болтала с такой же дамочкой — подругой или соседкой.

Внизу послышался гул пылесоса — служанка начала уборку. Через какое-то время она доберётся и до второго этажа.

Вольф вышел из хозяйского кабинета и двинулся было по коридору к лестнице, но там внизу уже виднелась круглая фигура домработницы, поэтому он поспешил проскочить дальше, в левое крыло второго этажа, пока она не обернулась.

Эта часть дома была похожа на отдельную квартиру, настолько всё отличалось от хозяйской половины. Светлая мебель, нежно-персиковые стены. Вольф толкнул одну из дверей — не заперто. Вошёл. Здесь явно обитала девушка. Что на это намекало больше — то ли неуловимый запах духов, то ли сброшенная на постели шёлковая сорочка, оказалось совершенно не важно. Главное — здесь был компьютерный стол и на нём стоял ноутбук, причём даже не выключенный. Такое ощущение, что девушка уходила из комнаты в спешке.

Вольф прислушался к далёкому гудению пылесоса и решил, что времени ещё достаточно. Сел и принялся за дело. Он точно знал, какая камера поймала Либен и примерное время, поэтому быстро нашёл запись. Вырезал эпизод с тележкой и подменил его более ранним изображением, чтобы не было разрыва по времени. Готово! Надо будет поблагодарить товарищей за коды доступа к базе СЭлС. В данной ситуации без них он бы не справился.

Вольф извлёк флэшку с кодами, удалил следы своего присутствия из журнала ноута и на всякий случай отправил его в перезагрузку. Протёр рукавом клавиатуру и маленькую красную мышку.

— "Спасибо этому дому!" — Командир подполья уже приблизился к двери, но тут пылесосный гул раздался совсем близко. — "Вот же чёрт!.."

Вольф замер на секунду, прислушиваясь к утробному гудению, которое постепенно удалилось в сторону апартаментов старших хозяев. Мужчина выдохнул. Подождав, пока домработница зайдет в одну из спален, он неслышно выскользнул из комнаты, спустился по лестнице и ушёл из дома. Покинув ухоженный двор, Вольф, наконец, позволил себе немного расслабиться.

Он надеялся, что на этот раз успел, и хоть чем-то помог Либен замести этот след. Но на душе всё равно было неспокойно. Он представлял, как девчонку допрашивают гестаповские мордовороты, и кулаки непроизвольно сжимались. Как её вытащить?

Размышляя обо всём этом, мужчина шагал обратно в сторону "офисного" района города.

Ему срочно нужно переговорить со своим агентом внутри Гестапо. Как же не хватало современных средств связи! В век мобильных телефонов и прочих электронных технологий приходилось использовать опыт дедов — задёрнутые либо раскрытые шторы на определенных окнах, цветок на подоконнике, короткие записки в условных местах.

Мобильная связь полагалась только немцам, даже слугам, работающим в домах у важных персон, вот той же Берте, например, чтобы те могли являться по первому зову. Все телефоны, конечно, отслеживались СЭлС.

Вольф присел на одну из скамеек в маленьком сквере неподалеку от кафе, куда ходили обедать гестаповцы. Достал блокнот, и, вырвав из него листок, написал:

"14 W". Это означало для агента встречу в два часа дня, в заранее условленном месте. Записку Вольф скомкал в маленький шарик и просунул между дощечками скамейки. Агент будет идти на обед и заберёт сообщение, а после пойдёт не сразу на работу, а заскочит за кофе в небольшую кофейню. У них будет пара минут на обмен информацией.

***

Клара хлопнула трубкой телефона по корпусу доисторического проводного служебного аппарата. Но тот был стоек, как монолит, и на своём веку получал удары и посильнее.

Гестаповка злилась и недоумевала. Это чёрт знает что происходит! Попыталась успокоиться, но сердце билось, как бегущий конь.

Хорошо, что она сделала не официальный запрос, а всего лишь позвонила сокурснику по академии, который теперь просиживает штаны в СЭлС. Разговор у них получился такой:

— Привет, Макс, можешь помочь по-дружески?

— Клара! Для тебя всё что угодно, красавица!

— Спасибо, боюсь красные глаза после нескольких часов за монитором меня уже не так украшают. И как вы постоянно этим занимаетесь?! Ну да ладно, я по делу. Скажи мне, Макс, ты можешь отследить, заходил ли кто смотреть файлы с камеры, её номер я сейчас продиктую. И желательно узнать откуда был вход.

— Давай, я записываю. Перезвони через пять-семь минут, хорошо?

Эти пять минут Клара просидела, закрыв глаза ладонями. Видеть монитор было уже физически невыносимо.

Не выдержав время, она снова набрала служебный номер однокурсника.

— Ну ты нетерпеливая, красотка! Погоди секунду. Так, смотрим, что тут у нас. По всему выходит, что запись смотрела только Клара Голлем.

Гестаповка разочарованно сморщила нос.

— Причем оба раза.

— Оба? — подпрыгнула на стуле Клара.

— Ну да, первый раз со служебного компьютера в Гестапо, а второй — с личного ноутбука. А что, что-то не так?

— Нет-нет, всё нормально! — поспешно ответила девушка. Её мозг в этот момент усиленно соображал.

Она и отец были здесь. Дома мать и, возможно, домработница. Но представить недалёкую Берту в роли хакера — это за гранью. А мать и подавно не полезла бы к ней в ноутбук. Но тогда кто?

Клара вспомнила, что, торопясь на службу, не выключила комп.

— Красотка, ты ещё здесь? Ещё чем-то помочь? — Голос однокурсника вытащил её из задумчивости.

— Да, в смысле, нет! Спасибо, Макс! Ты уже помог.

— Может, сходим проветримся вечерком, а? Ты ж ещё не вышла замуж за этого, как его там?..

— Не напоминай!

— Ты по-прежнему его "любишь"?

— До зубовного скрежета. Ладно, спасибо ещё раз, и, знаешь, лучше не говори, что я спрашивала, у меня тут сбойнуло что-то, могут прицепиться, а я не виновата. Хорошо?

— Всегда готов на подвиги ради прекрасной Клары! Пока, красотка!

— До связи!

Гестаповка сжала виски ладонями. Да как такое возможно?! Это уже какая-то мистика с фантастикой! Одно точно — нельзя теперь никому сказать о том, что видела тележку, катящуюся по улице, которая потом загадочно исчезла с записи. Судя по всему, виновата останется только сама Клара. Тем более, она не успела уточнить время, как запись исчезла. До или после взрыва? Неизвестно.

Клара вновь посмотрела на монитор, выводя на экран список арестованных к этому часу. Куча научных сотрудников, техники, уборщица. Либен-020320100745-60427-S.

Спасибо отцу, что поднял ей допуск — Клара просмотрела информацию об уликах, найденных к этому часу. Есть! Тележка уборщицы оказалась аж возле мусорных контейнеров рабских общежитий! Километр-полтора от лаборатории? Надо уточнить расстояние. В любом случае, мотора у тачки нет. Кто-то её туда докатил. Зачем? Вся пресловутая женская интуиция просто вопила Кларе о том, что она на верном пути.

Кажется, настало время допросить эту уборщицу.