- -
- 100%
- +
ЧАСТЬ I
Поднимавшееся из-за поросших густым ельником холмов солнце заливало золотистым светом верхушки деревьев и нежно ласкало первыми лучами ветхую крышу маленькой, давно заброшенной избушки лесника.
Покосившееся от дождей и ветра, поросшее мхом строение с подгнившими бревнами приютилось на вершине холма. Оставленное человеком, оно доживало свой век в мрачном окружении высокого частокола елей и сосен.
Сидевшая у входа молодая девушка чувствовала себя такой же одинокой и всеми забытой, как эта кособокая избушка.
Обхватив руками колени и целиком погрузившись в себя, девушка медленно раскачивалась. Ее большие зеленые глаза смотрели на открывшуюся внизу долину с раскинувшейся на ней деревушкой. Уютные домики и стройные, тянущиеся к небу тополя живописно сочетались с зелеными холмами и ярко-голубым куполом небосвода. Ни один художник не смог бы равнодушно пройти мимо этой замечательной картины.
Но девушка не видела открывшейся перед ней красоты. Ее мысли и чувства были далеко отсюда, а сжимающий сердце ледяными пальцами страх не давал думать ни о чем, кроме нависшей над ней смертельной опасности.
Судорожно вздохнув, девушка в сотый раз посмотрела на часы… Задерживается… Николай должен был вернуться еще полчаса назад, но…
Ирина встала и покрепче стянула на себе висевшую на плечах джинсовую куртку.
– Коленька, милый, ну где же ты? – беззвучно прошептала она, тревожно озираясь по сторонам. – Не бросай меня, вернись… Пожалуйста.
Где-то недалеко послышался хруст сломавшейся ветки.
Ирина почувствовала, как сердце, едва не выскочив из груди, бешено забилось.
– Коля?
Сделав несколько нерешительных шагов, девушка остановилась и прислушалась. Тишина. Может, послышалось?
Минуту, показавшуюся вечностью, она стояла, боясь пошевельнуться, не слыша ничего, кроме стука собственного сердца.
– Наверное, все-таки показалось, – попыталась она успокоить себя. Решив, что в избушке более безопасно, Ирина медленно повернулась к двери.
В тот же миг страшной силы удар опрокинул ее на землю. Вскрикнув, она сделала несколько инстинктивных движений, пытаясь отползти в сторону. Земля с опавшей прошлогодней хвоей бешено вращалась перед ней, глаза застилал алый туман, где-то далеко над собой она услышала торжествующий смех. Предприняв отчаянную попытку, Ирина перевернулась на спину.
Ничего не видно. Все плывет и мелькает, как картинки в калейдоскопе, невыносимо ноет затылок.
– Что, сучка, хреново? – прогремел до боли знакомый голос.
Ирина тряхнула головой. Алый туман медленно рассеивался. Прямо перед ней возникли расплывчатые контуры человеческой фигуры. Постепенно они становились четче и яснее и вскоре приобрели очертания кошмара из самых страшных снов. Кошмара, ворвавшегося в ее жизнь и в корне изменившего ее в считаные дни.
Перед ней стоял высокий, худощавый мужчина в светлом изодранном пиджаке. Темные, потерявшие свой цвет из-за пыли и грязи волосы мокрыми паклями спадали на скошенный, украшенный шрамом лоб. Полноватые, разбитые в кровь губы кривились в омерзительной ухмылке. Взгляд холодных карих глаз буравил ее рентгеновскими лучами и не предвещал ничего хорошего. Так могла смотреть только смерть. Лицо мужчины можно было назвать красивым, если бы оно не внушало столько ужаса. Это был ангел смерти. И пришел он за ней. Ему нужна была ее душа. И весь его вид говорил о том, что он добьется того, зачем пришел.
– Не ожидала? – издеваясь, спросил он.
Ирина машинально отодвинулась, хотя прекрасно понимала: уйти от этого посланника преисподней ей не удастся.
Словно прочитав ее мысли, мужчина улыбнулся и поднял руку.
Ирина широко раскрыла глаза. В лицо ей смотрело безжалостное дуло пистолета.
– Скажешь что-нибудь на прощание, крошка? – все так же мерзко улыбаясь, поинтересовался убийца.
Ирина сжалась в комок. События четырех последних дней пронеслись перед ней как на кинопленке. Четыре дня, наполненные ужасом, неопределенностью. Отнявшие у нее друзей, лишившие ее покоя и… подарившие ей любовь. Четыре дня, которых любому человеку хватило бы на целую жизнь. Четыре дня, изменившие ее судьбу и приведшие к такому финалу…
…Пышнотелая, коротко стриженная брюнетка Люся, зажав телефонную трубку между плечом и ухом, непринужденно болтала, одновременно нанося слой яркого лака на длинные ухоженные ногти. Время от времени она запрокидывала голову и оглашала квартиру веселым переливчатым, как звон колокольчика, смехом.
Шесть молодых девушек в соседней комнате не могли удержаться от улыбок всякий раз, когда до них долетала эта заразительная мелодия радости.
– Ой, неужели правда?! Так и сказала… Ха, ха, ха! – заливалась Люся. – Ну, ты даешь, Анютка! Я бы так не смогла.
– Люсь, потише! – крикнула одна из девушек. – Соседей разбудишь. Проблем потом не оберемся. Мы и так здесь на птичьих правах.
– Да пошла ты! – отмахнулась Люся. – Видала я этих соседей в одном месте… Да это я не тебе, – бросила она в трубку. – Ну, дальше-то что, Анют? Он не очумел?
Звонок по другому номеру лишил ее на время возможности узнать продолжение заинтересовавшей ее истории.
– Погоди, Анютка, тут звонят. Не отключайся.
Она быстро защелкала пальцами по кнопкам на телефоне.
– Алло, я вас слушаю, – выхолощенным голосом произнесла она.
– Добрый вечер, – ответил приятный, чуть сипловатый мужской голос, – вы не подскажете, куда я попал?
– А куда хотели попасть? – хохотнула Люся.
– В рай, – ответил голос.
– Тогда вы попали по адресу, – засмеялась девушка. – Вы у врат рая.
– А конкретнее?
– Фирма «Кристина», – ответила Люся.
– «Кристина»? – Мужчина мечтательно вздохнул. – Что ж, очень рад. И что бы вы могли мне предложить, Кристина?
– Все, что только захотите. – Люся нажала кнопку селекторной связи, чтобы девушки в соседней комнате могли слышать их разговор.
– Я хочу тепла, внимания и ласки, – томно прошептал голос.
– Этого сколько угодно, – Люся давилась от смеха.
– Но у меня большие запросы и необузданная фантазия, – предупредил мужчина.
– Наша работа – воплощать фантазии в реальность, – заверила его она.
Девушки вышли из комнаты и обступили Люсю со всех сторон. На их лицах играли улыбки.
– Если это так, то вы меня убедили, – радостно сказал мужчина, – согласен на любые условия.
– Ну, условия будут обоюдными.
– Сначала ваши!
Люся бросила взгляд на экранчик определителя. Номер не определен. Она нахмурила брови.
– Мне нужен ваш адрес и номер телефона.
– У меня сотовый, – подумав, ответил мужчина, – зачем он вам?
Люся вопросительно оглядела девушек. Те начали пожимать плечами, махать руками и гримасничать.
– Ну, ладно, обойдемся без него, – сдалась Люся. – А адрес, куда нам подъезжать?
– Улица Орджоникидзе, – ответил мужчина. – У магазина «Шарм» будет стоять белый «Опель», мы будем там.
– А сколько вас?
– Двое.
– Вы хотите… в машине? – спросила Люся.
– Нет, в квартире. Но мы сами отвезем их туда. А после всего вернем на место, – спокойно ответил мужчина.
– Гм-м… – Люся не знала, что и сказать. – Вообще-то, у нас так не…
– Мы хорошо заплатим, – перебил мужчина. – В американской валюте.
– Но…
– Ни о чем не беспокойтесь, мы очень порядочные, интеллигентные люди.
– Хорошо, – поразмыслив, ответила Люся, – сколько вы хотите девушек и на какое время?
– Двух, на всю ночь.
– Какие-нибудь особые требования будут?
– Желательно помоложе и пофигуристей, – полушепотом произнес мужчина, – с пышными, густыми волосами до плеч. Цвет волос значения не имеет. Ну, и чтоб не слишком длинных. Не люблю дылдочек.
Девушки рассмеялись.
– Когда вы будете нас ждать?
– Мы уже ждем…
– Договорились, – Люся улыбнулась, сверкнув ровными белоснежными зубами. – Скоро будем.
Она вновь щелкнула кнопками.
– Игорек? Поднимись к нам, есть работа.
Люся бросила трубку и, крутнувшись на стуле, придирчиво оглядела девушек.
– Все слышали? – громко спросила она. – Нежности и ласки мужикам захотелось. Кто рискнет обуздать неукротимую фантазию?
– Ну, уж точно не я! – скривила губки Алена, высокая блондинка, облаченная в вызывающую красную «кожу». – Во мне сто восемьдесят пять чистого роста без каблуков. Этот хмырь не любит дылдочек.
– А у меня прическа не в его вкусе, – высказалась Наташа, проведя ладонью по гладкой, как мячик, голове, – да и возраст не катит, за тридцатник давно, – она приблизилась к столику. – Люсь, я журнальчик у тебя скоммуниздю?
Не дожидаясь разрешения, Наташа взяла номер «Космополитен» и, послав подругам воздушный поцелуй, удалилась.
Вслед за ней, виляя худыми бедрами, обтянутыми красными кожаными брюками, покинула комнату Алена.
– Чао, девочки! – крикнула она на прощание. – Клевой вам тусовки.
Оставшиеся девушки в той или иной степени подходили под описание клиента. Молодые, фигуристые, с пышными волосами до плеч.
Люся внимательно и очень придирчиво оглядела каждую. Она не сомневалась, что, по крайней мере, Ириной клиент останется доволен.
Эта девушка работала у них меньше года, но уже успела снискать себе популярность и обзавестись несколькими постоянными, весьма состоятельными клиентами.
Люся окинула Ирину беглым взглядом с головы до ног. Да, есть на что поглядеть и за что подержаться. Высокая, упругая грудь с просвечивающими сквозь легкую ткань топика сосками. Ровный и гладкий животик с очаровательной сережкой в пупке. Красивые стройные ножки.
Да и личиком удалась. Не сказать, что красавица, но чертовски мила. А большие зеленые, как два изумруда, глаза могли свести с ума любого. В общем, не девушка, а русалочка из диснеевских мультфильмов.
Остальные, конечно, тоже ничего. Все-таки не лохи их сюда подбирали. Танька, вон, словно с обложки «Плейбоя» сошла. Грудь, правда, маловата да обвислая немного. Сказались роды и кормление младенца. Но все остальное то, что надо.
Юлька – сногсшибательная блондинка, с правильными чертами лица и ослепительной улыбкой. А роскошные волосы семнадцатилетней Ксении, ее юное, можно даже сказать невинное, личико и обалденная попка не могли оставить равнодушным ни одного нормального мужчину.
Но Ирина все-таки лучше. Несравненно лучше.
Внешний облик девушек мог смутить кого угодно. Вряд ли кто, даже опытный сотрудник полиции нравов, смог бы признать в этих четырех скромницах представительниц древнейшей профессии. Скорее всего, их можно было принять за студенток-первокурсниц или за секретарш серьезных заведений, на худой конец.
Не забивая себе голову бесполезным поиском правильного решения, Люся вздохнула и кокетливо поправила бюстгальтер на увесистых грудях.
– Поедете все, – выдала она. – Кто понравится, того и выберут. Игорек сейчас подойдет, и мотайте отсюда, чтобы духу вашего через пять минут здесь не было, кикиморы.
Девушки наперебой отозвались:
– Ой-ой-ой, уж кто бы говорил!
– На себя посмотри!
– Сама заплыла вся, рожа в зеркале не помещается.
– Пончик!
– Давайте, давайте, – отмахнулась Люся. – Езжайте, некогда мне с вами лялякать. – Она отвернулась и потянулась к телефону. – У меня дела и поважнее ваших найдутся. Счастливой ночи, крошки!
Игорь Маслов, водитель-охранник фирмы «Кристина», тяжело плюхнулся на сиденье салатовой «девятки» и повернулся к пассажиркам.
– Готовы, девочки? – Его широкое лицо расплылось в улыбке до ушей. – Ничего не забыли?
– Ничего, Игореша, – ответила за всех Татьяна. – Жми на газ, поехали.
– Ладушки, – Игорь подмигнул ей и повернул ключ зажигания, – поехали, так поехали. Мое дело маленькое.
– У тебя все маленькое, – хихикнула Юля.
– На что ты намекаешь?! – возмутился Игорь. – Что это у меня маленькое?
– Да ничего, шучу я так, – Юля похлопала его по плечу. – Не обращай внимания, крути баранку.
– Хм, маленькое, – не унимался Игорь, – я вот тебе сегодня покажу, что у меня маленькое, а что большое.
– Это когда?
– А вот если тебя не выберут сейчас, то прямо сразу узнаешь, что у меня почем.
Девушки рассмеялись.
– Какой у нас Игореша обидчивый стал, – отметила Ксения. – С чего это вдруг?
– Ему, наверное, жена сегодня не дала, – предположила Ирина.
– Или Юлька его за живое задела, – вставила Татьяна.
Салон «девятки» наполнил новый взрыв смеха.
– Не, ну вы че, дурехи? – очумело спросил Игорь. – Че за базар такой?
Девушки продолжали смеяться, не обращая внимания на его возмущение.
– Не, у вас точно кукушка улетела, причем у всех сразу. – Игорь притормозил на перекрестке и включил поворотник.
– Это мы в предвкушении прекрасного вечера, – объяснила Ирина.
– Какого вечера?! – теперь уже засмеялся Игорь. – Вы че, думаете, в Кремль на елку едете? Я же вас на случку везу.
– Ну вот, взял и все опошлил! – всплеснула руками Татьяна. – Весь кайф сломал.
– И че я тебе сломал? – Игорь переключил скорость. – Как будто я че не так сказал.
– Да ну тебя, – надула губки Татьяна. – Мы тут вовсю стараемся не думать об этом, отвлечься, так сказать, а ты…
– Да ладно! – Игорь вырулил на улицу Орджоникидзе и, влившись в поток движения, прибавил газу. – Не корчь из себя монашку. Третий год извращенцев удовлетворяешь, а туда же!
– Пошел ты! – Татьяна обиженно отвернулась к окошку.
– А Игореша и в самом деле сегодня не в духе, – покачала головой Ксения. – Дурь из него так и прет.
– Какая, к чертям собачьим, дурь? – вскинулся Игорь. – Это еще неизвестно, кто из нас полон дури. Дурью, по-моему, вы страдаете, а не я.
– Что ты имеешь в виду? – холодно спросила Юля. – Ты на что, змей, намекаешь?
– А ни на че! Как будто ты сама не дотумкалась, на че, – оскалился Игорь. – Я собой не торгую и измываться над собой никому не позволяю, пусть даже за хорошие бабки.
В машине повисла гнетущая тишина.
– Ну все, хватит, – попыталась разрядить обстановку Ирина. – Не хватало, чтобы мы еще подрались сейчас. А ты, Игореша, попридерживай язычок, нельзя быть таким злым.
– Ну, извините, девчонки, – смутился Игорь, – гадом буду, не хотел вас обидеть. Вспылил. Извините.
– Все тип-топ, – успокоилась Юля. – Забыли.
– Мы не злопамятные, – Ксения обняла его сзади за шею. – Мы же знаем, что ты у нас добрый и безобидный, как Винни-Пух.
Игорь размяк и едва не пропустил красный сигнал светофора. Взвизгнув шинами, машина застыла у пешеходной зебры.
– Тьфу! Совсем с ума меня свели! – Игорь откинулся на сиденье. – Вы че, а? Так ведь до инвалидной коляски недалеко.
– Да уж, ты поосторожнее, – согласилась Татьяна. – Не дрова везешь. В твоих руках и наши жизни тоже, между прочим.
– За свои задницы можете быть спокойны. Уж что-что, а их я сохранить и защитить всегда смогу!
– Надеемся, – с сомнением произнесла Ирина.
Хотя на самом деле в правдивости его слов она нисколько не сомневалась. Девяностопятикилограммовый атлет, прошедший боевую подготовку на Северном Кавказе и великолепно владеющий восточными единоборствами, одним своим видом внушал уважение и страх и был несокрушимым гарантом безопасности и спокойствия. Не случайно среди друзей и знакомых за ним прочно закрепилось прозвище Терминатор.
Но, несмотря на могучие бицепсы и суровые, несколько резковатые черты лица, Игорь был добрейшей души человек, что называется, рубаха-парень. Безотказный, веселый, он чувствовал себя как рыба в воде в любой компании и мог без труда найти общий язык с кем угодно, хоть с самим чертом.
Правда, временами на него находило и он мог пустить в ход свой острый, колючий язычок, но такое, к счастью, бывало редко.
Что же касается работы, то он всегда готов был костьми лечь за тех, кто находился на его попечении. Девушки рядом с ним чувствовали себя в абсолютной безопасности. Игорь не раз выпутывал их из переделок, ставя на место зарвавшихся клиентов и мордоворотов из конкурирующих фирм.
– Долго еще? – спросила Юля.
– Почти приехали, – Игорь перестроился в правый крайний ряд. – А ты че, очень торопишься?
– Тороплюсь поскорее отвязаться от этого и лечь спать, – ответила Юля. – Раньше начнем, раньше кончим.
– Кончим? – засмеялась Ксения. – Ты хоть раз-то кончала под клиентом?
– Поначалу бывало. А сейчас, – она махнула рукой, – не до этого. Смотрю на все как на работу.
– А я вообще забыла, что такое кончать, – призналась Ксения, – для меня оргазм что-то из области фантастики. Да и как тут кончишь – ставят раком и имеют во все дырки. Ну, в лучшем случае одним минетом отделаешься. А если уж на извращенца нарвешься, вообще кирдык. Неделю потом унитаз пугать будешь.
– Все, девчонки! – прервал ее Игорь. – Кончай трепаться. Наводите марафет, улыбки на фейсы. Приехали.
– Уже? – удивилась Татьяна.
– Уже! – Игорь направил машину к тротуару и плавно притормозил. – Кажись, они.
Девушки подались вперед и посмотрели в направлении, указанном водителем. Метрах в десяти от них, в свете уличных фонарей сверкал новенький белоснежный «Опель Кадет».
– Похоже, действительно они, – согласилась Татьяна.
Словно в подтверждение ее слов, дверцы «Опеля» распахнулись и из машины неторопливо вышли двое мужчин в строгих костюмах. Переглянувшись, они обошли автомобиль и выжидающе замерли у багажника.
Мужчины были похожи друг на друга, как братья, хотя вполне возможно, они таковыми и являлись. На вид им было лет сорок – сорок пять. Высокий рост, спортивные фигуры, благородные черты лица и безукоризненная осанка делали их похожими на бравых офицеров. Но дорогая машина и элегантные костюмы выдавали в них скорее работников посольства или чиновников госслужбы.
Игорь повернулся к девушкам:
– Сидите пока здесь. Я выйду, перекалякаю с этими Чипом и Дейлом. Из машины выходите только по моему сигналу и становитесь вон у того дерева. Все понятно?
– А что непонятного? – ответила Ирина. – В первый раз, что ли.
– Ну и ладушки. – Игорь поправил за пазухой газовый пистолет и, метнув взгляд в зеркальце заднего вида, вышел из машины.
Разговор с клиентами был короткий. Все нюансы и сложные моменты были улажены за пару минут. Убедившись, что клиенты не представляют опасности, Игорь незаметно махнул девушкам.
Одна за другой они грациозно вышли из машины и полукругом встали у раскидистого клена.
Немного смутившись, мужчины подошли к ним в сопровождении Игоря.
– Ну че, мужики, выбирайте. Лучшие девушки Поволжья к вашим услугам! – тоном продавца предложил Игорь. – Берите любых, не пожалеете. Все – профессионалки экстра-класса, с ними вы можете чувствовать себя абсолютно раскованными и ничего не стесняться. Они исполнят все, че вы захотите. Живыми с них не слезете.
– Да не тараторь ты, дай налюбоваться, – остановил его словесный поток один из мужчин, выглядевший постарше. – У нас и так глаза разбегаются.
– Не знаю, как ты, а я выбираю вот эту, – определился второй, указывая на Ирину. – Всю жизнь о такой королеве мечтал.
– О'кей, – не стал спорить старший, – тогда я беру эту, – он подошел ближе и взял за руку Ксению. – Вас, кстати, как зовут, красавица?
– Ксюша, – улыбнулась девушка.
– Прекрасное имя. Очень идет вам. А меня Владимиром.
– Очень приятно.
– Мне тоже. А это мой брат, Георгий.
Георгий улыбнулся и склонил голову.
– А меня Ира, – завершила знакомство Ирина.
– Вот и ладушки. – Игорь хлопнул в ладоши. – А теперь, раз господа довольны, предлагаю перейти к финансовой стороне дела. Вы можете идти в машину, – махнул он Татьяне с Юлей.
– Я думаю, этот вопрос не займет у нас много времени, – вежливо произнес Владимир, доставая бумажник и отводя Игоря в сторону.
– Нисколько не сомневаюсь в этом, – усмехнувшись, ответил Игорь.
Подмигнув брату, Георгий взял девушек под руки и, не переставая сыпать комплименты, повел их к белому «Опелю».
Время перевалило далеко за полночь, когда в кромешной тьме, освещая себе путь фонариком, из придорожных кустов вышел высокий мужчина в сером «омоновском» камуфляже и с небольшим, но тяжелым рюкзаком за спиной.
Поправив на голове черный берет, молодой человек, не теряя времени, быстро пересек автотрассу и нырнул в лесопосадки.
До цели, шикарной уединенной дачи заместителя начальника Управления налоговой полиции Владимира Холостова, оставалось меньше сотни метров, и парень на всякий случай выключил фонарик. Эту дорогу за последний месяц он выучил наизусть и мог не опасаться споткнуться или угодить в канаву, а привлекать излишнее внимание светом ему не хотелось.
Он успел вовремя. На даче еще никого не было. Оставалось надеяться, что информатор его не подвел и сегодня произойдет то, ради чего он чуть ли не каждую ночь в течение месяца приходил сюда. Рано или поздно его терпение и настойчивость должны были быть вознаграждены, но он верил, что это произойдет именно сегодня. На этот раз информация была получена из надежного источника.
Николай Гринев был не просто профессиональным фотографом, он был папарацци и неплохо зарабатывал себе на жизнь скандальными снимками. Доход от такой работенки, конечно, был непостоянным, и случалось, целые месяцы проходили в бесплодных поисках и выслеживаниях. Но он никогда не отчаивался и легко переносил все неудобства, ведь достаточно было одного удачного снимка, чтобы обеспечить себе безбедное существование на долгое время. И ради этого Николай готов был терпеть все. А терпения и выдержки ему было не занимать. Закалка, полученная за восемь лет в военной разведке, развила в нем недюжинные способности и не раз помогала ему в этой нелегкой и очень опасной работе.
Гринев был профессионалом высокого класса. Те, кто покупал у него снимки, прекрасно знали это и никогда не скупились на гонорары, какую бы высокую цену он ни заломил. Один его снимок мог поднять рейтинг любого издания до заоблачных высот. Поэтому редакторы дорожили им и соглашались на любые условия, лишь бы Николай не перешел к конкурентам, которых было немало.
Все это весьма импонировало Гриневу, и он нередко пользовался этим.
На все недостатки своей профессиональной деятельности, связанной с недостойным бывшего боевого офицера поведением, Николай не обращал никакого внимания. Он давно забыл о том, что такое кодекс чести и с чем его едят. Свою работу он любил, а о прошлом и будущем старался не думать. Он жил настоящим и довольствовался этим.
В десяти метрах от каменной ограды дачи рос высокий вековой дуб. Николай давно облюбовал его. Это было идеальным местом для наблюдения. Дача с внутренним двором, равно как и все подъезды к ней, виднелась отсюда как на ладони.
Осторожно оглядевшись по сторонам, Николай ловко и бесшумно вскарабкался на дерево и удобно устроился на заранее подготовленной смотровой площадке. Сняв рюкзак, он положил его перед собой. Еще раз огляделся. Никого. Значит, все в порядке. Можно начинать.
Сквозь густую листву не пробивался даже свет только народившегося месяца, и действовать приходилось в полной темноте. Но Николаю не нужен был свет. Его руки сами знали, что делать.
Из рюкзака поочередно были извлечены тяжелый фотоаппарат и мощный полуметровый объектив, напоминающий скорее телескоп. Это была жуткая техника. С помощью такого объектива без труда можно было сфотографировать занимающуюся любовью парочку на космической орбитальной станции.
Высокочувствительная пленка и расстояние в неполных тридцать метров гарантировали успех, при наличии света в окнах, конечно.
Николай салфеточкой протер стекла объектива и навернул его на фотоаппарат. Проверил слаженность механизмов. Все в норме. Остается только ждать. А ждать он умел сколько угодно. Это его работа.
Скучать на этот раз долго не пришлось. Не прошло и десяти минут, как со стороны лесопосадок послышался шум приближающегося автомобиля.
Николай сосредоточился. Да, никаких сомнений, машина едет сюда. Это могут быть только они. Информатор не подкачал. Молодец. Не зря он отвалил ему столько бабок.
Когда к массивным воротам подкатил белый «Опель Кадет», сердце Николая радостно забилось. Похоже, сегодня конец его мучениям.
Подъехавший «Опель» привлек внимание и привел в боевую готовность не только Гринева. Трое молодых людей, затаившихся в кустах сирени, насторожились и напряженно замерли.
– Это они. – Худощавый брюнет в светлом пиджаке, не сводя глаз с машины, выхватил пистолет и щелкнул затвором. – Будьте внимательны.
– Все будет в ажуре, шеф, – заверил здоровенный детина с длинными, собранными в хвост русыми волосами. – Не подкачаем.
– Вадим, – обратился брюнет к самому юному спутнику, – обойди забор. Зайдешь с торца. Подстрахуешь нас с тылу. Осмотри там все хорошенько – и к главному входу. Мы будем ждать там. Но, пока хозяева не зайдут в дом, сиди тихо, не рыпайся. Ферштейн?