- -
- 100%
- +
– Что это?
Она озадаченно пожала плечами. Китаец выскочил в холл. Олег и еще какой-то детина в кожаном плаще стояли друг против друга и отчаянно матерились. Екатерина пыталась вклиниться между ними. Рядом с ней стоял охранник. Он было попытался утихомирить парней, но те грубо послали его куда подальше.
– Мальчики, Олег, Гриша, – плаксиво лепетала она, – давайте не здесь, у меня салон, мальчики…
– Отстань! – заорал Олег, вновь обращая покрасневшее от бешенства лицо к верзиле в кожаном плаще.
Охранник вцепился верзиле в руку.
– Уйди, – зарычав, оттолкнул его детина, – Катька, убери его, а то я ему…
– Слава, не трогай их! – крикнула Екатерина парню в голубой униформе.
В этот момент Григорий схватил Олега за воротник пальто и, злобно тряся, стал осыпать нецензурными эпитетами и угрозами.
Охранник, глядя на начальницу, испуганно отступил.
– Мальчики… – взмолилась Екатерина, бросаясь к ним. – Не трогай его! – закричала она, увидев, как детина схватил Олега.
Секретарша застыла у своего стола, глядя на «мальчиков» полными ужаса глазами.
– Если ты еще здесь, сука, появишься, убью! – орал Гришка, он толкнул Олега так, что тот отлетел к противоположной стене, сбив на пол огромный красочный плакат.
Из косметического кабинета вышла уродливая брюнетка, которая вместе с Китайцем ждала своей очереди.
– Господи, – боязливо и осуждающе прошептала она.
– Проходите, пожалуйста, – Екатерина вымученно улыбнулась брюнетке, помогая ей пройти. – Слава, проводи, пожалуйста, – обратилась она к охраннику.
Слава очень обрадовался, что может хоть что-то сделать, а не просто стоять с открытым ртом.
– Я даже никого из своих звать не буду, – горланил детина, – сам тебя замочу!
Его волчьи глаза свирепо горели. Олег демонстративным жестом отряхнул воротник пальто и с гордым видом, развернувшись на каблуках, пошел к выходу. Все с облегчением вздохнули.
Здоровяк повел Екатерину в соседнюю комнату. Она что-то сбивчиво и торопливо говорила ему, а он, сделавшись вдруг ласковым и спокойным, покровительственно приобнимал ее за плечи. Китаец вернулся в парикмахерский зал.
Когда он вышел из салона красоты, то заметил рядом со своим джипом огромный темно-синий джип «Шевроле», в котором сидела парочка «братков». Они хищно стрельнули глазами в Китайца, когда он садился за руль своего «Массо».
* * *Неделю спустя Танин сидел за столом в своем кабинете, лениво перелистывая газету. Рядом с ним стояла маленькая латунная пепельница, постепенно заполнявшаяся окурками. Было начало месяца. Скоро его секретарша Лиза начнет напоминать ему об очередных платежах. Уже почти две недели в их контору не заглядывал ни один клиент. Китаец даже решил, что если заявится какой-нибудь ревнивый муж и будет просить последить за женой, то он, пожалуй, согласится и на такую работу. Не то чтобы у него не было денег, как раз наоборот, после того, как с ним расплатились за расследование предыдущего дела, можно было жить спокойно еще несколько месяцев. Просто надоело без дела сидеть целыми днями в конторе.
– Лиза, – Китаец поднялся из-за стола и вышел в приемную, – сделай, пожалуйста, кофе.
Он опустился на свободный стул возле ее стола и принялся наблюдать за ее ловкими движениями.
– Хмурый ты какой-то, – задорно улыбнулась она, – у нас были времена и похуже.
– Зачем о них вспоминать? Меня волнует то, что к нам сейчас никто глаз не кажет, – тоскливо произнес Китаец.
– Подожди еще, придут, – ободряюще улыбнулась Лиза.
– Что бы я без тебя делал! – бросил Китаец на Лизу взгляд, полный добродушной иронии. – Ты всегда умела меня утешить и поддержать.
– А ты гнал меня из квартиры! – надула губки Лиза.
– Боже, Бедная Лиза, что за обиды! С тех пор прошло уже сто лет, а ты все дуешься!
– И все-таки, Танин…
Договорить Лиза не успела, потому что дверь секретарской с противным скрипом отворилась, и на пороге в недоумении замер стройный молодой парень, в котором Китаец узнал того самого Олега, что приходил к его несостоявшейся знакомой, начальнице «Орхидеи».
Парень был все таким же угрюмым, но кроме упорного ожесточения и мрачной несговорчивости на лице его ясно читалась тревога.
– Черт! – он тоже узнал Китайца и хотел было развернуться и покинуть помещение, но Танин его остановил.
– Вы что-то хотели? – миролюбиво улыбнулся он.
– Уже нет, – набычился парень.
– Но что-то ведь вас привело ко мне. Давайте знакомиться, моя фамилия Танин, зовут Владимиром Алексеевичем. А вы – Олег…
Парень злобно сверкнул глазами и кивнул.
– Вам нужен детектив?
– Нужен. Но не вы, – решительно заявил Олег.
– Я чем-то вас не устраиваю?
– Мне рекомендовали вас, это правда, – вздохнул Олег, – но я не представлял себе, что вы и…
– Давайте пройдем ко мне в кабинет, – покосился Танин на Лизу, – нам, думаю, есть о чем поговорить. А Лиза нам сделает кофе, – Танин кивнул своей расторопной и понятливой секретарше.
То ли Олег устал бычиться, то ли обстоятельства, приведшие его к Китайцу, были слишком серьезными, только он, продолжая демонстрировать холодную неприступность и оскорбительный скепсис, последовал за Китайцем.
– Располагайтесь, – Китаец занял свое место и указал на свободное кресло возле стола.
– Спасибо, – с кривой усмешкой поблагодарил Олег, – но…
– Вы можете мне довериться, – спокойно сказал Танин, – тем более что с вашей девушкой я познакомился за пять минут до вашего прихода в салон. Меня просто не могли принять вовремя, и я вышел покурить. Ваша приятельница составила мне компанию…
Китаец видел, как в течение того времени, пока он произносил эту фразу, темнеет лицо Олега. Пару раз его даже передернула нервная судорога.
– Не верю, – ехидно усмехнулся Олег, поднимая на Китайца враждебный взгляд.
– Это ваше дело, – флегматично пожал плечами Китаец.
Олег резко поднялся.
– До свидания, – выдавил он из себя.
– До скорого, – с тонким намеком попрощался Китаец и закурил.
Минуты через две в кабинет с подносом, на котором стояли две чашки и сахарница, вошла Лиза.
– Чего это он такой злой и расстроенный? – спросила она, деловито усаживаясь в освободившееся кресло.
– У каждого свои заскоки, – зевнул Китаец. – Ты решила составить мне компанию? – улыбнулся он, показывая глазами на дымящийся кофе.
– Ну не пропадать же добру! – простодушно рассмеялась Лиза.
– Отчим твой не появлялся?
– Не-е, с тех пор, как ты его отбрил, он забыл ко мне дорожку. Я вот тут с парнем одним познакомилась…
Китаец закатил глаза. Он знал, что сейчас начнется длинное и утомительное повествование о восторгах и опасениях. Потом – приставания с просьбой дать совет, как поступить.
– Лиза, давай не сегодня. Настроение неподходящее, – умоляюще посмотрел он на девушку.
– Ты мне просто, Танин, скажи, когда мужчины признаются в том, что ты им нравишься, а потом, ну, когда ты с ними… ну, сам понимаешь…
Танин с измученным видом кивнул и усмехнулся.
– …а у них одна вещь не фурычит, – с серьезным выражением лица продолжала неумолимая Лиза, – это что означает?
– Не маленькая, сама знаешь, как эта болезнь называется, – иронично посмотрел на Лизу Китаец.
– Импотенция, что ли? Это я знаю, – кокетливо махнула ручкой Лиза, – нет, я не про это. Зачем импотенту знакомиться с девушкой?
– Чтобы почувствовать себя социально значимым, – насмешливо скосил на Лизу глаза Танин.
– Я серье-езно! – заныла Лиза.
– И я тоже.
– Нет, он не импотент. Разве только у импотентов, я имею в виду хронических, не получается? Он мне сказал, что волновался очень…
Лиза жеманно улыбнулась и стыдливо опустила свои нагловатые синие глаза.
– От меня-то ты чего хочешь? – теряя терпение, полюбопытствовал Китаец.
– Может такое быть, что когда какому-нибудь мужчине девушка очень нравится и он волнуется, у него… сам понимаешь что…
– Может, – мотнул головой Танин, вкладывая в это слово всю убежденность, на которую был способен.
Ему думалось, что как только Лиза успокоится на этот счет, то сразу и отстанет. Но его ответ разбудил в ней новые сомнения.
– А в следующий раз это может повториться?
– Лиза, я не сексопатолог. Советую тебе серьезно, без присущего тебе жеманства, поговорить с парнем, все окончательно выяснить, и если он будет не против, купить ему «Иохимбе». Или «Красного Дракона».
– А-а, – просияла Лиза, – слышала… Средство от этого дела, да?
– Ага. Ты допила кофе?
– Избавиться от меня хочешь? – скуксилась она.
– Нет, что ты! Ты очень приятная собеседница, – с томной издевкой в голосе сказал Китаец.
– Ладно. – Лиза с оскорбленным видом встала с кресла и, захватив поднос, вышла из кабинета.
Китаец облегченно вздохнул.
Он проскучал до обеда в конторе. На обед пригласил Лизу в близлежащее кафе. Тронутая заботой и вниманием шефа, Лиза оттаяла и опять зачирикала на тему мужской импотенции и женского такта и чуткости, способных помочь сильному полу справиться с этим крайне утомительным для слабого пола недугом. Китаец уже сто раз пожалел, что пригласил ее в кафе. Она тарахтела, как сорока, так что обед был решительно испорчен. И только когда Танин по возвращении заперся в кабинете, он смог наконец прийти в себя и спокойно поразмышлять.
Откинувшись на спинку кресла и прикрыв глаза, он выкурил пару сигарет. Мысли усыпили его, и он задремал, поэтому, когда в дверь его кабинета тихо постучали, не понял вначале, где находится. Вошла ясноглазая и многозначительно улыбающаяся Лиза, пребывавшая все еще под впечатлением от его искреннего и неусыпного внимания во время беседы в кафе, и бодро произнесла:
– К тебе тот самый ненормальный.
– Спасибо, Лиза, ты всегда на удивление лояльна к клиентам, – иронично бросил он. – Зови.
Китаец вставил сигарету в угол рта и поднес свою старенькую «Зиппо». В кабинет резким твердым шагом вошел недавний посетитель.
Он остановился перед столом и выжидающе посмотрел на Китайца, дымившего с непроницаемым выражением лица.
– Ее убили, – сдавленно произнес Олег, отводя глаза, – именно поэтому я к вам и пришел.
Он медленно опустился в кресло, поставил руку на подлокотник и, обхватив двумя пальцами лоб, прикрыл ладонью лицо.
– Я вас слушаю, – сосредоточился Китаец.
Олег достал сигареты, Китаец пододвинул ему пепельницу. Сделав несколько глубоких жадных затяжек, Олег тяжело вздохнул и продолжил.
– Мне сказали, что вы – лучший детектив в городе. Я хочу найти ее убийцу. Сколько это будет стоить?
Своей торопливой речью Олег хотел побороть овладевшие им смущение и неловкость. Он вторично обратился к Китайцу, а для человека, привыкшего вращаться в кругу людей, где сознание собственной ошибки равносильно унижению, это было оскорблением чувства собственного достоинства. К тому же Олег находился в том возрасте, когда кажется, что все вещи вступили в заговор с целью поколебать честолюбивые амбиции твоего молодого «я» и вытолкнуть тебя из теплой утробы мира, которую ты по атавистической привычке отождествляешь с материнским чревом.
– Я скажу вам это, когда мне понятнее станет суть дела. Мои расценки колеблются в зависимости от сложности расследования. Надеюсь, вы познакомите меня с обстоятельствами?
– Вчера она была найдена мертвой в квартире своей подруги, – отвел глаза Олег.
– Точнее.
– В половине девятого утра.
– А где была подруга?
– Не знаю, уезжала куда-то, – затушил Олег в пепельнице недокуренную сигарету и тут же схватился за другую.
– Кто ее обнаружил?
– Подруга и обнаружила, когда утром вернулась домой.
– Означает ли это, что… – Китаец кашлянул, – Екатерина провела в квартире подруги всю ночь?
Олег нахмурился и кивнул.
– Подруга доверила ей ключи от своей квартиры?
– Да, – глухо процедил Олег, ставший еще более подавленным.
– У Кати была своя квартира?
– Да, – Олег назвал адрес в районе городского телецентра.
– Она жила там одна?
– Одна.
– У нее есть родственники?
– Мать, кажется, где-то в деревне, – Олег неопределенно махнул рукой.
– Кстати, вы не сказали, как ее фамилия?
– Екатерина Петрушенко.
– Как она была убита?
– Зарезана, – пробормотал Олег.
– Кто ее обнаружил?
– Вика Бергер, хозяйка квартиры.
– Для чего Екатерине понадобились ключи от квартиры подруги? – Китаец затушил сигарету и внимательно посмотрел на Олега.
Тот почему-то покраснел.
– Она… она… там встречалась с мужчиной, – дрогнувшим голосом произнес он.
– Вы знаете его?
– Нет.
– А подруга Ектерины? – Китаец изучал лицо собеседника.
Понятно, ему сейчас нелегко. Его девушка погибла. Она ему изменяла, и казалось, что ее смерть напрямую связана с изменой. Возможно, при ее жизни, даже в самые тягостные минуты эта ревность, вызывавшая в нем наряду с приступами бешенства жалость к самому себе, была для него утешением. Возможно. А теперь он лишен даже этой горькой услады. Пустота. Злоба, не знающая своего адресата. Жажда мести. Справедливое возмездие – вот, пожалуй, что может его нынче утешить.
– Не знаю, – Олег испытывал неловкость.
– А милиция? Она ведь должна была допросить подругу.
– Не знаю, – упрямо повторил Олег.
– Хорошо, я сам узнаю. Мне нужен адрес подруги.
– Шевченко, семнадцать, квартира три, – сухо сказал Олег.
– Кто мог быть заинтересован в смерти Екатерины?
– Любая дрянь, – ожесточенно произнес Олег и судорожно сжал кулаки.
– Я понимаю, каково вам сейчас, но эмоции мешают работе. Думаю, с этим вы не будете спорить.
Олег с холодной отстраненностью взглянул на Китайца. Тот остался невозмутим.
– Тот молодчик, с которым вы мерились силами в салоне, извините, что напоминаю… Кто он, и мог ли он убить вашу девушку?
– Она была его девушкой, – сделал Олег акцент на притяжательном местоимении. – Вернее, мы спорили с ним за право называть Катю своей девушкой. Он – мафиози. Занимается автомобильным бизнесом.
– Как его зовут?
– Григорий Мозлов. Так называемый Мозел, – злобно усмехнулся Олег.
– Где-то я о нем уже слышал, – Китаец задумался, – полагаете, у него мог быть мотив для убийства? – с сомнением спросил Китаец.
– А черт его знает! Это дикий, необузданный зверь. Может, приревновал…
– Где я могу его найти?
– Он почти постоянно сидит в своем офисе на автостоянке у стадиона «Волга». Компания «Автопарк». Или в баре по соседству.
– Почему Катя не могла встретиться с мужчиной у себя дома?
– Думаю, она боялась…
– Чего? – Китаец старался незаметно следить за выражением лица Олега. – Что заявится Гриша и учинит ей там скандал?
– Скорее всего.
– Простите за вопрос, Екатерина, насколько я понял, пользовалась вниманием противоположного пола. Вы знали ее мужчин?
– Что вы хотите сказать? – возмутился Олег. – Что Катька была шлюхой?
– Я не даю моральных оценок. В данном случае меня интересует, не знаете ли вы кого-нибудь, с кем она…
Олег испустил вздох нетерпения.
– Нет. Я хотел, чтобы Мозел отстал от нее. Ничего хорошего из их союза не вышло бы.
– Почему вы так думаете?
– Что хорошего может дать мафиози?
– Многие покупаются: богатая жизнь, романтика и всякий прочий бред, – возразил Китаец. – «Орхидея» была собственностью Екатерины?
– Нет, это Мозел поставил ее у руля, – вздохнул Олег.
– Так на что вы, извините, надеялись? На ее благоразумие? Но, как показывает, например, мой опыт, благоразумие свойственно женщинам лишь в самой малой степени.
Китаец со снисходительным дружелюбием посмотрел на сидящего перед ним идеалиста.
– А вы чем занимаетесь, если не секрет? – спросил он после небольшой паузы, в течение которой Олег кусал губы и беспокойно мотал правой ногой.
– Автомобильным бизнесом.
– У вас своя фирма?
– Я руковожу филиалом компании «Орландо».
– Торгуете подержанными иномарками? – спросил с иронией Китаец.
– Не только, – надменно процедил Олег, – покупаем машины в Тольятти оптом, а здесь продаем.
– И никакого криминала? – недоверчиво посмотрел на Олега Китаец.
Тот судорожно усмехнулся.
– Ни-ка-ко-го, – по слогам произнес он, достав из пачки новую сигарету.
– А кто руководит компанией?
– Моя мать.
– Стальная бизнесвумен? Извините за иронию, – выпустил Китаец в потолок струю дыма.
– Вы угадали. В этом бизнесе нельзя иначе, – вздохнул Олег, – она и мной пытается руководить.
– Ваша мать знала о ваших с Екатериной отношениях?
– Знала и не одобряла. Она говорила, что я разеваю рот на чужой каравай, – криво усмехнулся Олег.
– На каравай Мозела?
Олег кивнул с мрачным видом.
– А вы не отступали…
– Не отступал.
– Катя отвечала вам взаимностью?
– Мне казалось, что да, – кивнул Олег.
– Значит, вы с ней не были близки?
– У нас были приятельские отношения, но до постели дело не дошло, если вы это имеете в виду.
– Как вы с ней познакомились?
– Наверное, так же, как вы, – Олег покосился на Китайца, – пришел сделать стрижку, увидел ее там. Ну, я подошел, мы разговорились, я сразу в нее влюбился.
Китайцу показалось, что Олег даже покраснел.
– Мне нужны ваши реквизиты.
Олег расстегнул барсетку и, порывшись, достал визитку. Протянул ее Китайцу.
– На той стороне – мой сотовый, – пояснил он.
– Спасибо.
Китаец прочитал на черном лакированном картонном прямоугольничке с золотой обводкой: «Компания „Трейд-хаус“. Коммерческий директор – Сорокин Олег Юрьевич».
– Шикарная визитка. – Китаец вложил черный прямоугольник в записную книжку.
– Так вы беретесь?
– Десять тысяч долларов, – не моргнув глазом произнес Китаец, – чувствую, это расследование потребует от меня немалых физических и моральных затрат. Две тысячи – в качестве аванса.
– О'кей.
Олег вынул из барсетки пачку долларов, перехваченную красной резинкой. Отсчитал двадцать сотенных купюр и положил их на стол.
– О'кей, – в свою очередь сказал Китаец, пряча деньги в карман. – В том случае, если вы откажетесь от моих услуг, аванс останется у меня.
– Я не откажусь, – упрямо произнес Олег. – Только…
Китаец поднял на него вопросительный взгляд.
– У меня есть одно условие, – Олег застегнул молнию на барсетке.
– Какое?
– Моя мать не должна знать, что я заказал вам это расследование.
– Это может несколько все осложнить, – выпятил губы Китаец, – но если вы настаиваете…
– Я могу идти? – Сорокин поднялся со стула.
– Еще нет, – жестом остановил его Китаец. – Нужно подписать договор.
– Это обязательно? – Олег нервно крутил в руках брелок с ключами от машины.
– Лиза – моя секретарша – очень дотошна в этих делах, – вздохнул Китаец. – Требует, чтобы документы всегда были в порядке.
– Хорошо, – Сорокин снова опустился на стул, – давайте ваш договор.
* * *– Ну что? – заперев за посетителем дверь, Лиза вошла в кабинет Танина. – Опять убийство?
В мире жизнь человека не имеет корней глубоких,Упорхнет она, словно над дорогой легкая пыль.И развеется всюду, вслед за ветром, кружась, умчится, –монотонно проговорил Китаец, глядя Лизе в глаза.
– Тао Юань-Мин, – улыбнулась Лиза.
– Ого, – восхищенно произнес Китаец. – Откуда такие познания, Лиза?
– Убиралась у тебя в кабинете и нашла книгу его стихов, – зарделась она. – А что, нельзя?
– Тебе понравилось? – он не ответил на ее вопрос.
– Красивые стихи, – она мечтательно закатила глаза, – только немного грустные.
– Ну, не все же время веселиться, – возразил Китаец, – иногда можно и погрустить. Представляешь, убили девушку, директора салона «Орхидея». Неделю назад я был там и разговаривал с ней, а теперь она мертва.
– Да, это грустно, – со вздохом произнесла Лиза.
Она немного помолчала и снова посмотрела на своего шефа.
– Наверное, ты пытался с ней флиртовать?
– Мы с ней вместе покурили. Я даже и не думал о флирте, – Китаец пожал плечами, усмехнувшись про себя Лизиной прозорливости. – И потом, ты делаешь из меня какого-то Дон Жуана, а я простой сыщик. У меня нет времени на всякие глупости.
– Нет времени! – передразнила его Лиза. – Да у нас почти полмесяца не было работы. Ты же не берешь «оленьи дела», как ты их называешь.
– Ну какой интерес следить за чьей-то неверной женой? – усмехнулся Танин. – Если уж я выбрал себе эту профессию, то хочу делать только то, что мне нравится. К тому же, если я сижу в конторе, а не шляюсь по разным злачным местам или высоким кабинетам в поисках убийцы, то это не означает, что мне нечем заняться.
– Ладно, Танин, – вздохнула Лиза, – кажется, я тебя понимаю.
– Вот и умница, – похвалил ее Китаец. – А теперь сделай мне кофе и можешь идти домой.
– А ты?
– Мне нужно немного подумать.
Сварив кофе, Лиза попрощалась с шефом и ушла. Оставшись в одиночестве, Китаец глотнул кофе, закурил и вспомнил Катю Петрушенко и тот инцидент в ее салоне. Что это, классический вариант любовного треугольника? Двое мужчин и одна женщина. Гриша, конечно, парень горячий и ревнивый. Такой точно может нанять детектива, чтобы следить за своей возлюбленной. А Катя? Как она относилась к ухаживаниям Мозлова? В тот день ему показалось, что она из женщин того типа, которым нравится сильная мужская рука. Это предположение подтверждалось и тем, как она послушно шла с Мозловым после того, как Олег покинул салон. Нельзя, конечно, сбрасывать со счетов и то, что салон принадлежал не ей лично, а Грише. Так или иначе, она от него зависела.
ГЛАВА 3
Сигарета догорела почти до фильтра. Китаец бросил окурок в пепельницу, одним глотком допил остатки кофе и поднялся из-за стола. Поправил наплечную кобуру, надел легкую куртку и быстрым взглядом окинул перед уходом помещение. Недорогие обои на стенах, слегка покосившиеся дверные проемы, маленькие окна в старых деревянных рамах. Ему нравилась эта незатейливая простота, без всяких «евроизысков», успокаивающе действующая на сердце и ум.
Он запер дверь, устроился на удобном сиденье «Массо» и запустил двигатель. Спустя пятнадцать минут он въезжал во двор дома номер семнадцать по улице Шевченко. Это было серое пятиэтажное здание из силикатного кирпича, с балконами, ограждения которых были украшены белыми квадратными панелями, побуревшими от пыли.
Китаец запер машину и вошел в первый подъезд. Вторая дверь в тамбуре была оторвана и прислонена к стене тут же, неподалеку. Он легко преодолел несколько ступеней и позвонил в третью квартиру.
– Кто там? – раздался из-за двери усталый женский голос.
– Я по поводу Кати, – бодро сказал Китаец и услышал, как щелкнул замок.
Дверь открылась, и он увидел на пороге высокую рыжеволосую женщину. Она явно была утомлена, но вида старалась не показывать.
– Милиция? – она смерила его холодным бесстрастным взглядом, презрительно сжав большие чувственные губы. – Дадите вы мне сегодня отдохнуть?
Немного ошарашенный таким приемом, Китаец заглянул в ее зеленовато-ореховые глаза.
– У вас шикарные волосы. Вы делали прическу в «Орхидее»?
– Что вы хотите? – Вика посмотрела на него более внимательно.
– Я детектив. Владимир Танин. Мне нужно поговорить с вами о Кате, – он не сводил с нее глаз. – Очень сожалею, что меня привело к вам такое печальное обстоятельство, но…
– Проходите, – она немного отошла в сторону, пропуская его в маленькую прихожую.
Китаец повесил куртку на вешалку и прошел в гостиную, которая, как он понял, служила одновременно и спальней. Пол был застелен темно-красным ковром, стены оклеены недорогими, но приятными розовато-бежевыми обоями в полоску. В углу, напротив дивана, стоял небольшой телевизор. Светлая стенка под дуб занимала почти целиком одну стену, на стене напротив окна висели фотографии в деревянных рамках, под которыми в ряд расположились несколько стульев с мягкими сиденьями. Стола в гостиной не было, поэтому она казалась довольно просторной.
– Присаживайтесь, – Вика опустилась на диван, оставив Танину место рядом с собой.
– Не подозревал, что у Кати такая очаровательная подруга. – Китаец сел рядом.
– Катя, Катя, – проговорила Вика, покачивая головой в такт словам. – Вы, как я понимаю, – она повернула голову в сторону Танина, – действуете не по собственной инициативе?
– Нет, у меня есть клиент, – ответил Танин. – Но если вы не будете настаивать, я бы не хотел его называть.
– Не буду, – кивнула Вика и достала с маленького столика, стоящего у окна, пачку сигарет.
Она не без изящества прикурила и откинулась на спинку.
– Меня вчера милиция почти весь день мурыжила, – она выпустила дым в сторону окна, – сегодня я на работу не пошла, немного прибралась после вчерашнего. Вы позвонили, я подумала, что это снова милиция. Так что не сердитесь из-за такого приема.