- -
- 100%
- +
– Господин майор, – вздохнув и закатив глаза к потолку, выдавил из себя Родион. – Мои подчиненные только знали, что меня не будет в выходные. Во-первых, это и так в порядке вещей. И второе: я редко, и только в особых случаях, повторяю – в особых, ставлю работников в известность, где меня следует искать в случае крайней потребности. В этот раз такой необходимости не было.
– Может, ваша девушка? – попробовал закинуть удочку Федоров.
– Моим девушкам, – владелец «Встречи» посмотрел на собеседника, как на несмышленого ребенка, – я вообще не имею обыкновения отчитываться о том, где и с кем я провожу время.
«Говнюк! – сохраняя спокойствие, майор выдавил из себя понимающую улыбку. – Попробую с другой стороны».
– Понимаете, Родион Константинович, я же не просто так задаю вам все эти вопросы. Дело в том, что квартиру вашего отца обокрали явно не случайно. Я прихожу к выводу, что преступление было тщательно спланировано. Кто-то сделал дубликат ключей, кто-то дал своевременную наводку...
– Наводку? Да, вполне можно предположить, – на минуту став серьезным, согласно кивнул головой Сиднюков-младший. – Но, насколько я понял со слов родителя, дверь просто взломали или открыли отмычкой? Я не очень во всем этом разбираюсь.
– Да нет, наш эксперт склонен к другому мнению.
– Это меняет дело, – нахмурившись, заявил Родион. – Отец об этом знает?
– Мы утром с ним беседовали, и я задал ему ряд подобных же вопросов.
– Ключи есть только у него и у его домработницы. Ну, про нее говорить даже нечего. – Он так же, как отец, махнул рукой. – Она быстрее с жизнью расстанется, чем допустит, чтобы против нашей семьи что-либо сотворили непотребное. Мои ключи от его квартиры предок отобрал с месяц назад... – Почему, если не секрет?
– Это наше семейное дело. – Зубочистка в очередной раз совершила свою прогулку. – Хотя... Наверное, я вам лучше расскажу. По-моему, в этом кое-что есть... Отец – страшно занятой человек, и, когда купил новую квартиру, поручил заботу по благоустройству мне. Не сказать чтобы меня это сильно обрадовало – я тоже не бездельник. Хотите кофе? – неожиданно предложил он.
– Не откажусь, – согласился следователь, внимательно слушая Родиона.
– Вера! – открыв дверь, громко крикнул тот.
На призыв тотчас появилась миленькая девушка и преданно уставилась на шефа.
– Два кофе, – не глядя на нее, распорядился Сиднюков-младший.
– Вам черный или со сливками? – Вопрос касался только Федорова. Вкус своего босса девушка наверняка отлично знала.
– Черный, не очень крепкий, – улыбнувшись, попросил Олег Сергеевич.
Официантка моментально испарилась.
– Так вот, я по просьбе родителя подключился к этому делу. Естественно, мне потребовался дубликат ключей. Когда все закончилось, после официального банкета я просто забыл их отдать сразу... – Он замолчал, как бы собираясь с мыслями.
– Где-то через неделю я гулял у друга на дне рождения в ресторане «Камелот» и неожиданно ловлю на себе женский взгляд. – Родион усмехнулся. – Призывный, знаете, такой...
Федоров кивнул, подтверждая, что он знает, что такое призывный женский взгляд.
– Мы познакомились. Даму, оказалось, зовут Лина. Меня это сразу насторожило, но я был немного навеселе, а девушка, скажу я вам, просто шикарная.
– Почему насторожило? – сразу спросил следователь.
– Ну, редкими женскими именами обычно называют себя проститутки. Я не пользуюсь их услугами. В очень редких случаях, поверьте. Предпочитаю быть охотником, а не добычей.
– Тут оказался именно такой редкий случай?
– Все это выяснилось позже. Про деньги она мне и не заикалась. Мы потанцевали, и я предложил даме подышать свежим воздухом. Она согласилась. Мы немного посидели в другом кафе, и я понял, что красавица созрела. По некоторым соображениям я не мог вести ее к себе домой и вспомнил об отцовской квартире. Позвонил ему и узнал, что тот до позднего вечера пробудет на каком-то там заседании с важными дядьками. – Молодой человек криво усмехнулся. – Заседания, как я знал по опыту, заканчиваются у них в районе полуночи или позже. Все складывалось как нельзя лучше. Мы нырнули к нему домой...
Очевидно, от приятных воспоминаний лицо Родиона приняло блаженное выражение.
...Лина тихонько постанывала, когда язык Родиона нежно теребил ее сосок, ставший вдруг твердым. Молодой человек стоял напротив нее. Он только что раздел девушку, аккуратно снимая с нее вещь за вещью. Язык скользнул выше, к подбородку и замер на мгновение. Девушка тем временем расстегнула пуговицы на его рубашке, и едва мужчина остановился, сделала то же. Только ее язычок побежал вниз. С сосков на ямку на животе... Пальцы проворно расстегнули ремень брюк и ловко справились с пуговицей... Его член уже наполовину набрал силу и язычок девушки заплясал по его головке. Затем губы сомкнулись на нем плотным кольцом...
Родион почувствовал себя наверху блаженства. Когда девушка остановилась, он моментально освободился от мешавшей одежды и бережно уложил ее на здоровенную кровать...
– В общем, когда все кончилось, – вернулся молодой парень из своих грез и остатки мечтательного выражения покинули его лицо, – я еще валялся на постели, а дама отправилась в ванную. Я ей объяснил, где что найти. Чувствую, что-то слишком долго нет моей подружки. Смотрю, она в соседней комнате любуется отцовскими шедеврами. Кивнула на одну из картин и спрашивает меня, как удалось отцу купить такую редкую вещь, и автора называет. Я не силен в живописи. Пожал плечами и сказал ей об этом. Потом я отправился под душ, и мы с ней слегка побаловались шампанским и сделали дубль два. А вот затем... Затем мне показалось, что я только на секунду прикрыл глаза. Только чувствую, меня отец за плечо трясет. Пышет, как вулкан! Орет, что как я посмел, да на его постели! Ну, и все такое...
Молодой человек поморщился и сделал небольшой глоток кофе. Федоров последовал его примеру, ожидая продолжения.
– В общем, вытурил нас и забрал у меня ключи. Я договорился встретиться с ней на следующий вечер, и мы расстались. А потом у приятеля, с которым вместе гуляли на дне рождения, узнаю, что никакая она не Лина. Зовут ее Соня Ленцова, обыкновенная проститутка. Вечером я ее спросил, и она сама мне все подтвердила... Ну, я с ней быстро и культурно расстался.
Молодой человек замолчал, наблюдая за реакцией следователя.
– Вы хотите сказать, что она может быть замешана во всей этой истории?
– А вы не находите ничего странного в том, что проститутка не берет с клиента денег? Раз. Разбирается в живописи, два. И третье: помните, я уснул? Сначала я не придал этому никакого значения, поскольку из квартиры отца даже ржавого гвоздя не пропало. Не знаю, как вам, а мне теперь этот эпизод видится несколько в ином свете. И последнее: когда я пришел на следующий день вечером и выложил, что я все знаю про нее, дама сильно разозлилась. По ней это хорошо заметно было. Не слишком ли много случайностей?
– Пожалуй, я с вами соглашусь, – подумав, ответил Федоров. Он вспомнил странный звонок Кузнецову, но рассказывать про него Родиону не стал.
– Как ее разыскать, вы знаете?
– Понятия не имею.
– Ну а приятель ваш?
Молодой человек набрал номер.
– Слава? Привет! Помнишь, ты мне про одну кадру говорил? Соня... Ленцова... Да, проститутка. Нет, по делу нужна. Как ее изловить, знаешь? Где? Аж в музее?! А сейчас... Понятия не имеешь. Ну, ладушки, пока.
– Говорит, раньше в музее краеведческом работала или числилась там, не знаю.
– А поточнее узнать нельзя никак?
– Господин майор. – К сынку Сиднюкова вернулся его прежний тон. – Я вторично буду звонить в правительство области занятому человеку и беспокоить его расспросами о какой-то проститутке? Может, все же сумеете обойтись без моей помощи?
«Вот стервец! Корчит из себя пуп земли!» – Майор сдержал нараставший гнев и даже нашел в себе силы улыбнуться на прощание.
– Не буду отнимать у столь занятого человека время, – не удержался он все же от легкого сарказма. – Вот мой телефон. Если что еще вспомните полезного для следствия – звоните. Благодарю за кофе.
– Не стоит, – откинувшись в кресле и явно не собираясь вставать, выдавил из себя сынок бывшего народного избранника.
Вера проводила мужчину любопытным взглядом, на всякий случай улыбнувшись на прощание.
Вернувшись на службу, майор тотчас дал поручение оперуполномоченному Цветкову разыскать девушку Соню Ленцову, предположительно сотрудницу Тарасовского краеведческого музея.
Через некоторое время в дверь постучали, и на пороге появился Кузнецов.
– Тебе никто не звонил? Я имею в виду таинственную незнакомку?
– Нет, – ответил Федоров. – А тебе?
– Звонила, родимая. Назвалась даже по имени-отчеству. Сообщила, что неплохо бы мне в Музей Радищева сходить, на картины полюбоваться да заодно с неким Васиным поговорить о сиднюковских полотнах. И трубку бросила, как в первый раз. Я даже рта раскрыть не успел. А вы что такой хмурый?
– С Родионом Константиновичем имел беседу. Снизошел он до того, чтобы поучить старого сыщика. Но наколку дал неплохую. Как раз дамы касается.
– Расскажите, если не секрет?
– Расскажу, только не сейчас. Кстати, ты полностью прав насчет молодого человека по фамилии Сиднюков. Отвратительный тип.
Кузнецов согласно кивнул головой и покинул кабинет старшего следователя.
«Интересно, что за таинственная такая незнакомка? Может, одна из брошенных этим ловеласом пассий старается? – размышлял Олег Сергеевич, подперев подбородок руками. – Ну что ж, – приняв решение, вновь поднялся старший следователь. – Пойду знакомиться с этим таинственным Васиным, как и рекомендовала неизвестная по телефону».
Улица встретила Федорова поднявшимся невесть откуда ветром. Несмотря на яркое весеннее солнце, стало заметно прохладнее. Олег Сергеевич прибавил шагу и быстро залез в свою машину. Синий «жигуль» побежал по улице. Обогнал ползущий автобус и свернул направо.
От управления до Музея Радищева было недалеко, и первоначально старший следователь хотел пройтись пешком, но каприз погоды заставил его переменить решение. Вскоре небо потемнело, и майор подумал, что правильно сделал, отказавшись от пешей прогулки.
Неожиданно посыпал самый настоящий снег. В середине апреля явление редкое. Снегопад разошелся, и вскоре Олегу Сергеевичу пришлось даже включить «дворники» и сбавить скорость. Белые хлопья сплошным щитом встали между небом и землей.
Однако обильный снегопад продолжался недолго и вскоре пошел на убыль. Когда Федоров припарковал свое авто, лишь редкие холодные пушинки плавно опускались на асфальт.
Майор закурил, задумавшись о том, о чем, собственно, будет разговаривать с неизвестным. Выкинув окурок, решительно направился в сторону красивого двухэтажного здания.
Директором музея оказалась тучная женщина с приветливым, добродушным лицом. Она подтвердила, что такой человек у них действительно работает.
– Олег Сергеевич, только огромная просьба – подождите, пожалуйста, минут пятнадцать. Сейчас как раз идет экскурсия, столь редкая в наше время, и не хотелось бы отвлекать экскурсовода. Если дело не терпит отлагательства, конечно...
– Терпит, терпит. Если позволите, я тоже присоединюсь к экскурсии, а заодно и с Васиным познакомлюсь. Андрей Никитич, вы говорите, его зовут? Ну и чудесно. Только большая просьба – о нашей с вами предварительной беседе ничего не говорите.
– А что у вас за дело к нему? – спросила наконец директорша.
– Уверяю вас, ничего особенного. Просто мне нужно проконсультироваться насчет некоторых предметов искусства.
– Вам виднее, – несколько подозрительно заметила директорша и вышла проводить майора.
– На втором этаже их найдете, – негромко напутствовала она вслед.
Андрей Никитич оказался кругленьким парнем лет двадцати пяти с веснушчатым лицом и бегающими плутоватыми глазками.
– Мне вас порекомендовали как знатока тарасовской живописи. – Олег Сергеевич решил пока не представляться официально. – Один... Скажем так, хороший знакомый.
– И что бы вы хотели у меня узнать? – задушевно улыбаясь, поинтересовался Васин.
– Я хотел бы расспросить вас о коллекции господина Сиднюкова.
Улыбка сползла с лица искусствоведа, но, быстро справившись с собой, молодой человек нашелся:
– Извините, но о частной коллекции без ведома ее владельца я разговаривать не могу. Поймите: вы незнакомый мне человек, да... и неэтично это просто.
– Вам нужно разрешение Константина Степановича?
– А почему бы вам не расспросить о ней его самого?
«Шустрый молодой человек», – отметил про себя Федоров.
– Вы с ним знакомы? – задал он вопрос, внимательно глядя на собеседника.
– Не имею чести. – Самообладание вновь вернулось к парню, и его лицо опять выражало сплошное дружелюбие.
– А с сыном его, Родионом Константиновичем?
Майору показалось, что при упоминании младшего Сиднюкова вновь тень беспокойства пробежала по лицу работника музея.
– Нет, не знаком, – просто ответил он, останавливаясь у двери служебного помещения.
– Ну что ж, постараюсь расспросить самого Константина Степановича, – в ответ развел руками Федоров.
– Желаю вам удачи, – лучезарно улыбнулся парень и скрылся за служебной дверью.
«А ведь он примерно ровесник сынка Сиднюкова. И похоже, он врет, что незнаком с ним», – глядя на закрывшуюся дверь, подумал следователь, вспомнив реакцию молодого человека на вопрос, и медленно пошел к выходу.
«Надо о нем еще директора порасспрашивать», – подумал Федоров, направляясь к ее кабинету.
Но оказалось, что та уехала по делам.
«Ладно, отложим до завтра». Майор посмотрел на часы. Стрелки показывали половину пятого. Время бежало незаметно.
Подумав, Олег Сергеевич все же решил ехать в отдел.
Оказалось, что его оперу повезло больше.
Федоров сразу догадался, что это именно Соня Ленцова. И еще ему так же сразу стало понятно, почему Родион Сиднюков запал на девушку. Сказать, что она красива – все равно что ничего не сказать. Красивых девушек много. Соня обладала исключительной красотой. Казалось, в ней все было создано природой специально для того, чтобы разбивать вдребезги мужские сердца. Волнующий взгляд больших серых глаз невольно притягивал к себе, манил. Милые ямочки на щеках, небольшая родинка над верхней губой – вот вам портрет девушки, сидевшей перед старшим лейтенантом Цветковым. Густые русые волосы разметались по плечам.
На вошедшего Олега Сергеевича девушка смотрела без страха, что сразу отметил про себя старший следователь.
– Добрый вечер, – буркнул Федоров, усаживаясь на свое место.
– Здравствуйте, – пропела девушка, обнажая в улыбке ровные белые зубы.
Федоров покосился на опера, не сводившего глаз с девушки, и подумал: «Пропал Вовик».
– Старший лейтенант Цветков, вы можете идти.
Владимир кинул слегка потерянный взгляд на начальника и с неохотой покинул кабинет.
– Итак, гражданка Ленцова Софья... По батюшке как?
– Георгиевна. – Ее милая мордашка стала серьезной. Длинные густые ресницы медленно опустились, прикрывая чудные глаза, и следователь внезапно поймал себя на мысли, что вместо того, чтобы думать о предстоящем разговоре, откровенно любуется этим совершенным творением природы. Вздохнув, он взял себя в руки.
– Софья Георгиевна, вам знаком молодой человек по фамилии Сиднюков? Зовут его Родион.
Соня поморщила лобик и ответила:
– С месяц назад я знакомилась с одним Родионом. Но наши с ним отношения были непродолжительными.
– Почему, если не секрет? – вкрадчиво спросил следователь.
– Мерзкий тип.
«Совершенно верное определение», – мысленно согласился с девушкой следователь и, вздохнув, постарался как можно тверже спросить:
– Софья Георгиевна, вы не будете отрицать, что с упомянутым гражданином с месяц назад посещали квартиру его отца?
– Нет, не буду, – недоуменно пожала плечами девушка. – Его отец нас выгнал оттуда... Когда мы туда отправились, Родион сказал, что это его квартира. А что, собственно, вообще случилось?
«Притворяется или действительно ничего не знает?» Внимательнейшим образом наблюдая за поведением девушки, Федоров никак не мог ответить себе на этот вопрос.
Неожиданно ему в голову пришла другая мысль. Он набрал номер внутреннего телефона и попросил пригласить капитана Кузнецова. Тот оказался еще на месте.
– Саша, зайди ко мне на минутку.
– Что случилось? – повторил вопрос девушки майор. – Вот об этом у нас с вами сейчас и пойдет речь. Скажите, чем вы зарабатываете на жизнь?
– Работаю искусствоведом в нашем краеведческом музее.
Следователь заметил, что девушка немного напряглась, взгляд стал чуточку сосредоточеннее. Но не более того.
– У меня есть несколько иные сведения на ваш счет. По некоторым данным, вы занимаетесь проституцией.
– Я незамужняя женщина. Совершеннолетняя. Без ложной скромности скажу, что бог внешностью не обидел...
«Уж это точно», – вновь мысленно согласился с девушкой майор. В это время в дверь постучали и вошел Кузнецов. Олег Сергеевич кивнул головой в сторону свободного стула. Капитан послушно прошел и во все глаза уставился на собеседницу. «Еще один попался», – усмехнулся следователь.
– И если у меня имеются поклонники, помогающие мне материально в наши суровые дни наступившего капитализма, то... – девушка недоуменно пожала плечами. Носик вызывающе вздернулся.
– Родион из числа таких поклонников?
– Нет, – усмехнулась девушка. – Я же говорила, что наше знакомство было непродолжительным и совершенно бескорыстным с моей стороны. Хотите, я вам расскажу, если вас так это интересует?
– Любопытно было бы услышать.
– Вечером в конце февраля я зашла в ресторан «Камелот». Родион подошел ко мне и пригласил потанцевать. Мы с ним посидели, выпили шампанского. Он мне понравился. Мы решили продолжить вечер, как он сказал, у него дома. Да, он еще звонил кому-то. Какому-то Покемону... Потом еще кому-то, я не прислушивалась, а скажу вам, наверное, напрасно.
Так вот, мы захватили с собой шампанского, – продолжала девушка, – и отправились на такси к нему, как он говорил. А часов в одиннадцать пришел его отец и со страшным скандалом выставил нас на улицу. Крайне неприятная сцена получилась. Я потом догадалась, что это он отцу звонил второй раз, пытался выяснить, когда тот домой вернется. Но мы все же договорились с ним встретиться на следующий вечер. Он пришел и наговорил мне кучу всяких гадостей. На этом мы и расстались. Вот, собственно, все.
– Не совсем, – ответил Олег Сергеевич, бросив быстрый взгляд в сторону Кузнецова. – Саша, подожди меня, пожалуйста, у себя, я к тебе загляну чуть позже.
Кузнецов вышел, понимающе кивнув.
– Вы видели картины господина Сиднюкова. Что вы можете сказать о них?
– Прекрасные работы конца прошлого века. Любой музей области гордился бы ими. Да и не только области – страны, мира.
– Родион говорит, что вы очень интересовались ими.
– Конечно! Я же искусствовед.
– Ах да, – невольно смутился Федоров, но тут же взял себя в руки.
– Так вот, красавица, эти картины у него украли, и есть основания полагать, что вы можете быть причастны к этому!
– Господи! – Девушка наградила майора изумленным взглядом. – Я-то тут при чем?
– Что вы подсыпали Родиону, что он моментально уснул?
– Ничего я ему не подсыпала и вообще никто не засыпал! – искренне возмутилась Соня.
– По его словам, после полового акта между вами он уснул и разбудил его отец. Вы все это время находились одна в квартире.
– Да, рядом с ним. Только он не спал. Глаза у него были закрыты, это верно. Но он не спал! – Носик опять вздернулся. – Уж поверьте, могу я отличить спящего мужчину от бодрствующего?
– Думаю, что сможете, – усмехнувшись, заметил старший следователь. – Тогда почему он никак не прореагировал на звук открываемой двери? Вряд ли он хотел, чтобы родитель застал в его постели голым, да еще с вами.
– Мы не слышали. Магнитофон играл, – просто ответила девушка.
– Хорошо. И долго он так «не спал» с закрытыми глазами?
– Минут пятнадцать, двадцать.
– Ну а вы чем в это время занимались?
– Сходила в ванную и легла рядом с ним. Закурила и ждала, когда ему надоест балдеть.
– Ладно. Оставим пока это. У вас есть с ним общие знакомые?
– Насколько я знаю – нет.
– А у меня другие сведения на этот счет, – глядя на красавицу в упор, отчеканил следователь. – В администрации области случайно нет у вас поклонника по имени Слава?
– А! Я-то думаю, откуда он на следующий день так много про меня узнал, – предаваясь на секунду собственным мыслям, пробормотала девушка. – Да, знаю такого. Водителем там работает.
«Занятого человека отвлекать! – вспомнил слова Родиона следователь. – Вот трепло!»
– Тоже бывший ваш поклонник? – едко спросил Олег Сергеевич.
– Почему «тоже»? – парировала девушка, слегка усмехнувшись, – Родиона я к числу своих поклонников не причисляю – так, неудачный короткий эпизод в жизни. Жалко, что этот человек доставил мне новые неприятности. Поверьте, – очень серьезно глядя своими чудными серыми глазами на следователя, заявила вдруг девушка. – Никакого отношения к краже я не имею!
– Хотелось, чтобы это было именно так. – Федоров неожиданно поймал себя на мысли, что действительно желает этого. – Тогда объясните мне, почему при знакомстве с Сиднюковым-младшим вы назвались вымышленным именем?
– И всего-то? – неожиданно весело рассмеялась девушка. Затем накинув серьезность на свое симпатичное личико, трагическим шепотом объявила:
– Я еще и несуществующий телефон даю в первый вечер знакомства.
– Зачем?
– Да чтоб такие моральные уроды, как этот самый Родион, по полгода потом с объяснениями не доставали, если после первого свидания мне не захочется идти на второе!
– И что, помогает? – улыбаясь, спросил следователь.
– Вполне.
– Ну что ж. – Улыбка вновь сошла с его лица. – Смех смехом, а дела грустные. Я вас попрошу из города пока никуда не выезжать. Возможно, вы мне еще понадобитесь. Паспорт у вас с собой?
– Нет, – немного удивилась девушка.
– Тогда проедем за ним. Мне будет очень любопытно взглянуть на него и заодно посмотреть, где вы живете. Приглашаете? – Улыбаясь, майор ждал, что он смутит девушку подобной просьбой, и несколько разочарованно отметил, что это ему не удалось.
– Поехали, – пожав плечами, она мило улыбнулась. Федоров опять почувствовал, что тонет в омуте серых глаз, чего уже с ним не случалось давненько.
– Посидите пять минут, – вдруг вспомнив, попросил он девушку и стремительно вышел из кабинета.
– Где вы такую королеву откопали? – встретил его вопросом Кузнецов.
– Королева не королева, а ты мне лучше скажи – не она с тобой сегодня по телефону беседовала?
– Совершенно другой голос, – уверенно ответил капитан.
– Ну хорошо, – буркнул майор, думая о своем, и, попрощавшись, вышел.
Федоров с девушкой спустились на улицу.
– Прошу. – Олег Сергеевич кивнул на свою машину, отключая сигнализацию.
– Я на своей, – лукаво улыбнувшись, заметила девушка и подошла к вишневой «девятке», припаркованной чуть дальше.
Они отправились в сторону Ленинского района: впереди Соня, следом – Олег Сергеевич.
На Саперной улице «девятка» полезла в гору и, попетляв по проулкам, остановилась около двухэтажного кирпичного дома, довольно древнего на вид.
Около подъезда стояли несколько молодых людей, и, едва Соня вышла из машины, один из них направился к ней. Почуяв недоброе, майор быстро покинул свою машину.
– Я те сказал: поедешь с нами! – долетело до него, и он заметил, как второй из четверых поспешил к вишневой машине.
Олег Сергеевич подошел как раз в тот момент, когда первый парень пытался выкрутить девушке руку.
– Я те сказал: не дергайся, – прошипел он, косясь на мужчину, неожиданно появившегося рядом с ним.
– Отец, все нормально, – не отпуская девушку, нагло заявил он майору. – Иди своей дорогой. Дела семейные – без тебя... Оу! – не успел закончить он и схватился руками за причинное место. – Курва!
«Молодец!» – мысленно похвалил Соню Федоров, приходя ей на помощь.
Долговязый парень как раз начал разгибаться. Ему помог в этом майорский кулак, попав аккурат в подбородок. Парень полетел назад, сбив одного из спешащих на помощь ему товарищей.
Справа приближался второй, и, судя по его свирепой роже, намерения у него были самые что ни на есть недобрые.
– У! Падла! – Кулак чуть было не заехал следователю в лицо.
Олег Сергеевич имел неплохую подготовку, но возраст все же брал свое. От одного удара он увернулся, но от второго не успел. Однако тут же ответил.
Квадратный парень, метивший ему в лицо, согнулся от резкого пинка в живот. Но ему на помощь уже спешили другие.
«Пора прекращать этот балаган», – решил Федоров, доставая удостоверение.