Навязанная жена. Единственная

– И я понимаю почему… – сглотнув противный ком в горле, прохрипела я.

Я ощущала такую тяжесть, словно на грудь повесили огромный валу. А еще боль… магия внутри меня буйствовала и рвалась наружу, почуяв древнее начало. Темное, жуткое и неожиданно родное. Мне пришлось стиснуть зубы, чтобы сдержаться.

Наверное, именно так чувствует себя страдающий от жажды путник, который, наконец, натыкается на родник чистейшей воды. Вот и мне сейчас хотелось податься вперед, пройти… нет, пробежать эти метры. Коснуться остатков червоточины, которые еще не успели убрать. Я не видела их, но улавливала пульсацию темной магии. И впитать ее в себя.

– Воды? – спросил Рейган.

– Нет… все нормально.

Закрыв глаза, я глубоко вдохнула. Секунды текли мучительно медленно. Но вскоре морозный воздух перебил вкус крови, пепла, заполняя легкие чистотой и свежестью. Вместе с этим очищался и мой разум, исчезала жажда.

Тряхнув головой, я снова осмотрелась и заметила, что здесь не только мы с Рейганом и те два мага. Вдали от остальных стоял еще один маг. И его я тоже узнала. Ханс Верфолд собственной персоной. С белоснежными волосами, собранными в низкий хвост, орлиным носом и пронзительным взглядом серо-зеленых глаз в обрамлении черного ободка.

– Верфолд? Здесь? – негромко удивилась я, покосившись на мужа.

– Он же темный, – сухо отозвался Рейган. – Так уж вышло, что у него получается лучше, чем у светлых чародеев справляться с последствиями червоточины.

– Я могу с ним поговорить?

– Сейчас?

– Да.

– Мне казалось, что ты хотела бы осмотреться здесь.

Я вновь взглянула на выжженное поле, которое осталось после червоточины, и сдержанно кивнула.

– Хочу. Но чуть позже.

Если я так реагировала на червоточину сейчас, то страшно представить, что будет, когда решусь открыться и прощупать пространство с помощью магии. Но даже этого короткого осмотра оказалось достаточно, чтобы понять природу червоточины.

– Хорошо, – после небольшой паузы кивнул Рейган. – Пошли.

– Одна, – попросила я, взглянув на него.

– Франческа…

Такой поворот князю явно не понравился. Он нахмурился и поджал губы.

– Пожалуйста. Короткий разговор. Один на один. Я не собираюсь никуда сбегать и уж точно не стану подбивать на побег одного из твоих генералов.

Хотела пошутить, но вышло как-то не очень весело. Мы оба понимали, что я способна на всякие странности, даже такие.

– И о чем ты хочешь с ним поговорить?

– О том, чего он никогда не скажет при тебе. Ты его князь, он твой генерал. Но ты светлый, а Верфолд – темный. Не знаю, что именно происходит у вас здесь, в Запределье, но могу сделать вывод, что напряжение между двумя видами все-таки есть.

Рейган смотрел на меня несколько секунд, а потом сдержанно кивнул.

– Хорошо. Но только недолго. И еще, Франческа…

– Что?

– Помни, что я доверяю тебе.

«Не предай мое доверие…» – читалось в его глазах.

– Я помню.

Ханс молча наблюдал за тем, как я медленно шагаю к нему по рыхлому утоптанному снегу. Он не делал попыток уйти или приблизиться, а просто стоял и ждал.

– Княгиня, – почтительно проговорил он, когда я подошла ближе, и склонил голову, – я рад приветствовать вас.

– Что вы видите, Верфолд? – без лишних слов и реверансов потребовала я.

Он резко вскинул голову. Наши глаза встретились. И я сразу поняла, что он понимает, о чем именно я спрашиваю. Мы оба были темными, оба пережили преследование и равнодушие светлых.

– Почти ничего, – тихо отозвался Верфолд. – Мутная пелена, тени, шорохи. Я чувствую тьму, ее невозможно не чувствовать, но не вижу. Мой дар слишком слаб.

– А остальные темные? Здесь ведь есть темные маги?

– То же самое. Мы не видим, а скорее чувствуем.

Верфолд замолчал на мгновение, а потом тихо добавил:

– Но даже этого хватает, чтобы понять: это дело рук темного мага. Не так ли?

Я снова обратила взгляд на поле, перерытое и обожженное, со следами пепла, крови и ошметков темной магии.

– Нет, – чуть слышно возразила, ощущая, как от тревоги, боли и отчаяния болезненно сжимается сердце, – не мага… ведьмы. Это сделала темная ведьма. Именно она прокляла Запределье.

– Значит, все-таки ведьма, – глухо протянул Верфолд.

В светло-зеленых глазах что-то мелькнуло и пропало, уступив место равнодушию и какому-то смирению.

– Да, – подтвердила я.

Пальцы от напряжения слегка сводило. Кроме того, здесь было довольно холодно. Стоило бы достать перчатки, но я словно забыла о них.

– Уверены?

– Более чем, – вцепившись в воротник пальто, кивнула я.

Верфолду, как темному, не требовалось объяснять о притяжении тьмы. О том, как горят пальцы от ощущения родной магии. О жутком голоде, который не сможет утолить никакая еда или напиток. О темной крови, что горела в жилах, искушая переступить тонкую грань, которая отделяет нас от безумия.

– Это проклятие ведь можно обратить?

– Не знаю, – честно призналась я.

Обернувшись, встретилась глазами с Рейганом. Он стоял в стороне, не сводя с меня взгляда. И этот взгляд неожиданно стал поддержкой, которой мне так не хватало.

– Вы же ведьма и должны…

– Что? – резко спросила я, пытаясь скрыть за злостью свою растерянность и тревогу. – Должна все уметь? Проклинать и снимать любое проклятие по щелчку пальцев? Это так не работает. Не каждое проклятие можно обратить. Не каждую силу можно остановить.

Верфолд тут же отступил, виновато склонив голову.

– Простите, я не хотел вас обидеть, княгиня.

Конечно, он не виноват. Но близость тьмы и аромат крови действовали опьяняюще, вытаскивая наружу не самые лучшие качества. Мне нужен был якорь, тот, за кого я могла бы ухватиться и не утонуть в запретной жажде крови.

– Вы свободны.

Я махнула рукой и, резко развернувшись, направилась к мужу. Старалась идти медленно и спокойно, хотя хотелось бежать.

Рейган словно почувствовал мое состояние, быстро распрощался с магами и сам зашагал ко мне. Мрачный, темный, с пронзительным взглядом фиалковых глаз.

– Проблемы?

Лишь оказавшись рядом, я смогла сделать глубокий вдох. Все это время я задерживала дыхание и сама этого не замечала.

– Ты знал о проклятии? – порывисто поинтересовалась я, вновь поправляя воротник пальто.

Ветер в поле был резким и очень сильным. Мороз щипал за щеки и кончик носа, а пальцы без перчаток совсем онемели.

Рейган промолчал.

– Поэтому ты так не любишь темных? Поэтому все так… так ко мне относятся? Потому что я одна из ведьм? – продолжила напирать я. – Потому что одна из тех, кто проклял Запределье?

– Значит, ведьма, – медленно произнес Рейган, отводя глаза и осматривая поле.

В его голосе я не услышала удивления, скорее принятие. Совсем как у Верфолда. И это тоже разозлило.

– Только не говори, что ты не знал, – резко бросила я и полезла в карманы, пытаясь найти перчатки.

– Догадывался.

– Издеваешься, да любая ведьма…

– Ты не поняла, Франческа, – перебил Рейган, вновь переводя на меня взгляд. – Во всех двенадцати княжествах почти не осталось ведьм. Темных магов очень мало, а те, что есть, имеют очень слабый дар. У нас не было никого, кто бы мог рассказать о проклятии и подтвердить подозрения. Мы догадывались, но не могли ни подтвердить, ни опровергнуть это.

Я открыла рот и закрыла. Обернувшись, тоже осмотрела поле. Снег был такой белый, что глазам больно. И на фоне этой невинной белизны черная обожженная земля с кусками изуродованной растительности воспринималась каким-то кощунством.

– Ты сможешь снять это проклятие?

Такое впечатление, что Рейган даже дыхание затаил, так ждал ответа. И тем сложнее было ему сказать.

Перчатки я все-таки нашла и принялась надевать, специально затягивая время. Жаль, что у меня не имелось возможности растянуть это на более долгий срок.

И вот руки попали в тепло. Медлить больше нельзя, настала пора признаваться. Зажмурившись, я выдохнула:

– Нет.

Рейган не стал ругаться, спрашивать, издеваться и насмехаться, мол, такая сильная ведьма и не способна снять какое-то проклятие.

– Ясно.

Он отвернулся. Наверняка мысленно делал подсчеты и строил планы, как быть и что делать, раз я оказалась бесполезной.

– Нет, не ясно, – огрызнулась я и, глубоко вздохнув, выпалила: – Уровень у каждой ведьмы разный. Как у любого мага и чародея. Одна сильнее, другая слабее. Проклятия тоже бывают разной силы. Но каждое из них меркнет перед предсмертным!

Наши взгляды встретились.

– Эту ведьму убили, – тихо добавила я.

Рейган вздрогнул.

– Убили? Этого не может быть. – Он покачал головой, отказываясь верить. – Здесь в Запределье не вели охоту на темных. Они не подвергались гонениям, которые существовали во времена Раскола.

– И тем не менее. Рейган, это предсмертное проклятие, которое ведьма произносит в момент своей насильственной смерти. Не знаю, за что… как, но… она очень сильно ненавидела своих палачей, раз решилась на такое.

Я зябко повела плечами и попробовала представить себя на месте несчастной. Смогла бы я поступить так же? Смогла бы… хватило бы сил и злости.

Винила ли я ее? Нет. Если бы и меня предал любимый, а я подозревала, что дело именно в этом, то… не простила бы. Ни его, ни его потомков.

– Если его нельзя снять, то что нам делать? – спросил Рейган.

Я не сразу ответила. Некоторое время стояла, глядя перед собой.

– Узнать правду.

– Какую правду?

– Кто и за что ее казнил.

– И как ты себе это представляешь? – нахмурился он. – Ты хоть знаешь, сколько времени прошло? Возможно, три или четыре столетия. Это долгий срок. Ведьмы столько не живут. А мы даже не знаем ее имя.

– Диана, – тихо произнесла я. Мне показалось, что тихо. Но ветер подхватил это имя и стремительно закружил по полю, а потом понес дальше через все Запределье. – Ее звали Диана, – глядя в глаза Рейгану, повторила я. – И она была первой женой твоего предка.

Он сразу догадался, о какой ведьме идет речь, но не поверил. Сощурился, пристально изучая мое лицо, словно силился понять, шучу ли я или говорю правду.

– Почему ты решила, что это она? – наконец спросил он.

– Тебе не кажется, что слишком много совпадений? – поинтересовалась я в ответ. – Подумай сам. Мы с тобой очень похожи на них. Ты сам видел портрет. Практически одно лицо. Совпадение? Нет. Судьба решила помочь уничтожить червоточины и указала на меня. Это тоже не случайность. Она привела нас с тобой сюда не просто так. Боги хотят, чтобы мы исправили то зло, которое совершилось здесь сотни лет назад.

– Ты веришь в переселение душ?

– Я не верю в случайности. А здесь их очень много.

– Диана… откуда ты знаешь ее имя? В источниках оно не сохранилось.

Можно было солгать, придумать что-то. Например, что я нашла его в подвале, как и коготь дракона. Но я не стала врать. Это было бы глупо.

– Услышала во сне, – глядя ему в глаза, сообщила я.

Рейган несколько секунд смотрел на меня, а потом задал новый вопрос:

– Ты видела ее во сне?

– Их, – поправила я и, не удержавшись, добавила: – Ты очень похож на своего предка, Рейган.

– Думаешь, это был не просто сон?

– Думаю, это были воспоминания. Ее воспоминания.

– И что же тебе снилось?

– Ничего особенного. – Я пожала плечами. – Но они действительно любили друг друга.

Я отлично помню те чувства, которые Диана испытывала при виде своего мужа. Она его любила. Очень сильно любила. Интересно, чем ей пришлось пожертвовать ради него?

– Согласно хроникам, первая жена князя Зендена умерла от лихорадки, – после продолжительной паузы подал голос Рейган.

Зенден. Значит, так его звали. Зенден и Диана Каллигар.

– Значит, хроники врут, – безапелляционно заявила я и тут же поспешно проговорила: – Не смотри так на меня. Ты же знаешь, что историю пишут победители. В нашей истории Диана оказалась проигравшей.

– Не забывай, она была княгиней. Никто и никогда не посмел бы ее казнить, – покачал головой Рейган. – Что-то не сходится. Ты сказала, что они любили друг друга. Тогда почему Зенден не остановил казнь? Как он позволил казнить ту, которую любил?

– Может, разлюбил? – предположила я.

– Если мы с ним похожи, то он бы не позволил причинить ей вред. Тем более казнить.

– Правду нам предстоит узнать самим. Как и за что казнили Диану. Только я не знаю, как это сделать, – призналась я, – потому что в официальных источниках мы правды не найдем.

Оставался гримуар ведьмы. Хотя вряд ли она описала там процесс своего убийства. Но, может, там найдутся какие-то подозрения, сомнения, предположения. Я была так занята, что забыла о нем.

– Значит, нам придется обратиться к другому источнику, – заявил Рейган.

– И к какому? Сказкам, преданиям?

– К ведьмам.

– Ты же сказал, что в Запределье их почти не осталось, – напомнила я.

– Не в Запределье, – покачал головой муж. – Я сказал, что их нет в двенадцати княжествах.

– Есть разница?

– Появление и разрастание червоточин не прошло бесследно. Народ стал бунтовать против ведьм, обвинять их в произошедшем.

– Неужели? Кто бы мог подумать, – понимающе хмыкнула я.

Рейган мое замечание проигнорировал.

– Полторы сотни лет назад они ушли с земель княжеств на болота и топи и стали жить там, практически не контактируя с остальным миром.

– Ты хочешь сказать, что у вас есть собственный ковен ведьм? – ахнула я. – Точнее был. По-твоему, они еще живы?

– Были живы пару лет назад.

– Но почему вы ни разу не обратились к ним за помощью?

– Мы обращались, – кивнул Рейган. – Неоднократно. Вот только они отказывались отвечать и помогать. Заявили, что мы сами виноваты в том, что произошло.

– Жестоко, – пробормотала я.

– Но теперь у нас появился шанс все узнать.

– Почему? – спросила я, уже примерно догадываясь, каким будет ответ.

– Потому что у нас есть ты. Тебя они примут. И тебе ответят на вопросы.

– Хороший план, – усмехнулась я и поежилась от резкого порыва ветра.

– Замерзла? – тут же всполошился Рейган, меняя положение тела. Теперь он стоял, закрывая меня от ветра. Мелочь, а приятно.

– Немного, – улыбнулась я, испытывая легкое смущение.

Все-таки когда мы рычали друг на друга и ругались или равнодушно игнорировали было легче. Я никак не могла подстроиться под нового Рейгана и не знала, как себя с ним вести.

– Я столько дней провела в замке, что немного отвыкла от холода, – зачем-то принялась оправдываться я.

– Мне жаль, что так вышло, Франческа, – извинился он, внимательно изучая мое лицо.

От этого стало еще хуже. Неловко кашлянув, я повернулась и вновь посмотрела на последствия червоточины.

– Вы будете убирать последствия?

– Надо восстановить землю, иначе здесь потом годами ничего не вырастет, – пояснил Рейган. – Червоточины опасны еще тем, что они буквально выжигают все на своем пути. Я просто прослежу за процессом, дам указания, и мы вернемся в замок. Подождешь?

– Конечно, – легко согласилась я.

– Можешь подождать в кабинке. Я прикажу Орху опуститься, чтобы ты забралась внутрь. Там намного теплее.

Меня заметно передернуло. Одна только мысль, что придется одной сидеть в этом узком пространстве, вызвала у меня раздражение и легкую панику.

– Нет, я не готова сидеть в кабинке. Прости, но она просто кошмарно тесная и неудобная. Можно я просто постою в сторонке и не буду вам мешать?

– Не замерзнешь?

– Я найду способ себя согреть, – хмыкнула я.

Рейган кивнул.

– Хорошо. Я недолго.

Он отправился к магам, которые терпеливо ждали его у края черной земли. Странно, я думала, что они уже вовсю занимаются работой. Наверное, ждали распоряжений.

Стоять просто так было скучно, потому я не придумала ничего лучше и отправилась к драконам. Тем более что они очень внимательно меня изучали. Все четверо.

Странно, но они молчали. Я только сейчас осознала, что даже во время полета не слышала ни одного из них. Онемели от счастья? Или причина в другом?

– Ну наконец… наконец-то, – недовольно проурчал Орх, когда я подошла ближе.

Сейчас, при дневном свете, все четверо смотрелись особенно величественно и немного ужасали. Как-никак, они были огромными рептилиями со сверкающей на солнце чешуей, огромными крыльями, острыми клыками и длинными когтями. Один удар мощной лапой и меня никакой целитель не спасет. На картинках в учебниках они выглядели не столь устрашающе. Просто четыре огромных исполина.

«Стоп! Четыре?».

Я обернулась и пересчитала магов, которые как раз начали заниматься восстановлением земли от последствий червоточины. Магов было пять, а драконов четыре.

– А где дракон Верфолда? – спросила я, взглянув на красного дракона.

– Он темный… темный не может быть… никак не может быть… наездником, – пророкотал Орх. – Таков… таков закон.

– И Рейган еще будет рассказывать мне о том, что темных в Запределье не притесняют. Еще как притесняют, только не так громко, как в империи, – проворчала я.

Говорить громко я не собиралась. Не стоило привлекать к себе внимание магов, иначе придется объяснять, как я общаюсь с драконами, когда этого никто не может. Еще один пункт в списке странностей Франчески Морентон.

– Не все… совсем не все могут… могут стать наездниками, – возразил Орх. – Лишь избранные… единицы… очень мало… могут заслужить честь… честь и пройти испытание… серьезное испытание и стать одним из избранных.

– Сомневаюсь, что Верфолд не смог бы удостоиться такой чести, – покачала я головой.

Светлые чародеи обожали придумывать новые правила и условия, которые что-то запрещали бы темным.

– Мы ждали… ждали тебя… – тем временем продолжил красный дракон. – Они… просят… просят позволения…

– Кто? – не поняла я и покосилась на трех драконов, которые молча взирали на меня.

– Они, – повторил Орх, указав на своих молчаливых друзей. – Нужно… от тебя нужно… разрешение… на общение.

– Надо же, – пробормотала я, – а вот ты разрешения не спрашивал.

– Ты дала… дала, когда пришла… сама пришла… ко мне пришла в пещеры.

– Поверь, если бы я знала, что ты там, то сто раз подумала бы, прежде чем спускаться.

– Ты… ты жалеешь? – В голосе Орха, пусть даже я слышала его лишь в своей голове, прозвучала обида.

– Просто напоминаю себе об осторожности. Так для общения нужно мое согласие? – быстро перевела я тему и повернулась к остальным драконам. – Хорошо. Я позволяю вам со мной разговаривать.

И замерла, ожидая жуткой какофонии из голосов в голове, но драконы молчали, лишь смотрели на меня. Пусть они изучали меня вполне дружелюбно, но все равно стало немного жутко.

– Что-то не так? – обратилась я к Орху. – Почему они молчат?

Красный дракон тихо рыкнул и слегка оскалился.

И тут закивал светло-голубой дракон. Если к огромной рептилии можно применить такое слово, то он оказался самым мелким среди своих сородичей. С узкой мордой, длинными ветвистыми рогами, слегка раскосыми светло-зелеными глазами, он производил впечатление более изящного представителя драконьих.

– Приветствую тебя… княгиня, – донесся до меня совершенно незнакомый голос.

– Да ты… девочка, – улыбнулась я, по-новому изучая ее.

– Ир-р-р-рмина, – склонила голову драконица.

– Фрэн.

Я тоже сделала легкий реверанс. Если такое древнее и могучее создание проявляет уважение, то, конечно же, следовало ответить ему тем же.

– Для меня честь… честь, быть представленной вам… вам, княгиня.

– А для меня честь познакомиться с вами.

Тут слегка подался вперед черный дракон с белыми прожилками на крыльях. С приплюснутой, немного квадратной мордой и крохотными глазками, короткими рогами и массивной челюстью, он выглядел самым мощным и крупным из присутствующих.

– Ар-р-рган, – представился он, – к вашим… вашим услугам, княгиня.

Голос у него был под стать его внешности – низкий, немного вибрирующий и глухой.

– Приятно познакомиться, Арган, – улыбнулась я, слегка присев перед ним.

– Красивая… – заметил он, – князь… князь дурак, если еще… еще думает.

И пока я хлопала ресницами от удивления, Орх громко рявкнул и клацнул зубами, явно желая отстоять честь своего наездника. Арган ответил не менее грозным ворчанием.

Что-то они расшалились.

Я быстро обернулась. И точно, спор между драконами не остался незамеченным. Маги бросились свои дела и уставились на нас.

– Фрэн! – в голосе Рейгана скользило больше тревоги, чем раздражения.

Кажется, он по-настоящему волновался за свою навязанную жену, которая с завидной регулярностью попадала в разные передряги.

– Все в порядке! – крикнула я и помахала рукой. – Никакой опасности! Продолжайте.

Князь не слишком-то мне поверил и на всякий случай прикрикнул на своего дракона:

– Орх!

Еще и магии добавил.

Красный дракон мотнул мордой, еще раз раздраженно рыкнул на Аргана и отвернулся, давая понять, что инцидент исчерпан.

– У меня есть жених за воротами, – сообщила я, чтобы хоть немного обелить князя в глазах сказочных существ. – Кроме того, Рейган является возлюбленным моей сестры. Мы просто… союзники.

– Жаль, – выдал Арган, отступая.

Его место тут же занял последний из драконов – темно-зеленый. На солнце его чешуя становилась светлее и сверкала, словно самые настоящие изумруды. Он был средним драконом – не крупным, но не мелким, не мощным, но и не хилым, с изогнутыми рогами и глазами золотистого цвета.

– Приветствую, княгиня. – Его голос звучал мягко, плавно, с легкими мурчащими нотками.

Странное сравнение для дракона, но другого я не нашла. Судя по всему, этот чешуйчатый считался ловеласом среди драконов. Вон как быстро отвернулась Ирмина.

– И я вас, – улыбнулась я.

– Мое имя… имя Унар.

– Очень приятно, Унар.

Итак, представление закончилось.

– Ты почувствовала его… почувствовала проклятие? – вмешался Орх, не сводя с меня своих фиолетовых глаз.

Вместо того чтобы ответить, я задала свой вопрос:

– Вы тоже его ощущаете?

– Это Тьма… сама Тьма, – тихо прорычала Ирмина.

– Она открыла… распечатала путь Тьме, – добавил черный дракон.

А вот это меня заинтересовало.

– Вы что-то знаете? Или, может, слышали? Это действительно сделала Диана? Жена первого князя Оргух-айла?

– Зло… они разбудили зло, – прорычал красный дракон.

– Кто? Вы что-то знаете?

От волнения у меня даже перехватило дыхание.

Но драконы не успели ответить. Окружающий мир словно треснул и раскололся на части. Звон стоял такой, что меня слегка оглушило, и я рефлекторно присела на корточки.

– Что это такое? – прохрипела я, осматриваясь.

Ко мне уже спешил Рейган.

– Червоточина. Где-то рядом новый прорыв!