Парадокс Дорианны
- -
- 100%
- +
– Ну, не такая уж она и бедная, – насупилась та дама, что была помладше. – Все мы мечтаем стать королевами, но повезло именно ей.
– Вы же знаете, – возразила старшая, – будущий брачный союз правильнее назвать дипломатическим. Габсбургам и Бурбонам надоело воевать. Всегда дешевле дружить, чем убивать друг друга. Вот, перебрав своих детей, Мария Терезия и Людовик ХV остановились на младшей дочке австрийской императрицы и внуке французского короля. Кстати, переговоры шли три года. Пока, наконец, Людовик не прислал официальное прошение руки принцессы для своего внука и не назначил день свадьбы.
– Увы, мы не увидим столь грандиозного торжества. Что за блажь пришла в голову хранителям дворцового церемониала сделать бракосочетание многоступенчатым?
– Дорогая моя, придворный этикет – сложнейшая из наук. Столько формальностей нужно соблюсти. Не дать ни одной из сторон перещеголять друг друга, так увязать все процедуры, чтобы историки не могли потом придраться и сказать, что кто-то из участников действа превысил свои полномочия.
– Поэтому мы вынуждены трястись который день в карете, чтобы доехать до маленького острова на Рейне и зайти в деревянный домик?
– Хотя и вправду придумали много лишнего, с подобным решением я полностью согласна. Потребовалось найти место, которое бы находилось между Австрией и Францией, но не принадлежало ни одной из этих стран. Так вышли на песчаный остров на пограничной реке, который то появляется, то исчезает под водой. На него Антуанетта вступит эрцгерцогиней австрийской, а сойдет дофиной французской – невестой наследника престола. А, как вы изволили выразиться, «домик» – строение, по слухам, внушительных размеров. С гобеленами на стенах и громадным балдахином.
– Но принцессу же разденут донага!
– Да, малоприятная процедура для девочки. Однако, во-первых, в деревянном павильоне, обещают, сделать полумрак. Во-вторых, – графиня поправила корсаж, болтовня ей ужасно наскучила, – поверьте, дорогая, – это не самое страшное, что может потом свалиться на плечи королевы Франции.
Пожилая дама, желая показать, что разговор на данный момент закончен, приподняла штору и опустила окно. Прохладный апрельский ветерок принес с собой запах разогретой на солнце земли. Сквозь плотный ряд гвардейцев, гарцевавших на лошадях, можно увидеть лес. Время приближалось к полудню. До места передачи невесты французской свите оставалось не так долго ехать.
«К обеду доберемся», – подумала дама и хотела уже потянуть створку окна вверх, но ее рука замерла в воздухе.
Потому что на землю неожиданно обрушилась темень, причем абсолютная. Ни звезд на небе, ни луны. Птицы, которые только что галдели по сторонам, замолкли. Зато заржали перепуганные лошади. Невесть откуда взявшийся огненный шар со свистом пролетел меж деревьев и рухнул на крышу кареты. Удар был такой силы, что обе фрейлины вылетели на обочину…
В следующее мгновение ночь сменилась днем. Стройный ряд гвардейцев рассыпался. Испуганные лошади разнесли своих седоков по лесу. На том месте дороги, где только что ехала королевская карета, зияла большая воронка.
Первой пришла в себя дама постарше. Она тряхнула головой, ощупала прическу – явно придется вновь звать парикмахера. Посмотрела на платье: нужно срочно найти в этом хаосе свой сундук, одежду уже не отчистить – она вся заляпана жидкой грязью. С трудом встав, не с первой попытки – потяжелевший подол упрямо тянул к земле, фрейлина дошла до лежащей рядом подруги. Та стонала от боли, но это хороший признак – значит жива. Правда, вид у нее далеко не светский – волосы несколькими слипшимися прядями спадали на глаза.
– Случился конец света? – спросила младшая фрейлина, увидев склонившуюся над ней попутчицу.
– Вряд ли. В раю не бывает грязных луж, а в аду не светит солнце. Скорее, мы попали в необычную грозу без дождя. Молния ударила прямо в карету. Давайте руку, попробуйте подняться.
– А где принцесса? – поинтересовалась молодая женщина, выбираясь из липкой грязи.
– Принцесса? – в испуге повторила пожилая дама. Вот ужас – спасая себя, они забыли о главной фигуре процессии.
Обе женщины стали судорожно оглядываться по сторонам. И тут увидели невдалеке чье-то тело.
– О боже, если принцесса погибла, нас повесят, – прошептала младшая фрейлина.
Подхватив полы платьев, утопая изящными ножками (размокшие тряпочные башмаки пришлось скинуть) в холодной грязи, они добрались до края воронки. Принцесса выглядела непривычно. Вместо громоздкого атласного платья с кружевами и бантами на ней надета какая-то легкая рубашка до пояса и грубые штаны. Вьющиеся волосы распрямились, словно ловкие руки парикмахера никогда не завивали их в локоны.
– Как вы думаете, она жива? – дрожащим голосом спросила младшая фрейлина.
– Трудно сказать. Давайте пощупаем пульс. Так делает, по крайней мере, мой доктор.
…Заметив, что к ней направляются две странно одетых женщины, Аня зажмурила глаза. Пока она не разобралась, в чем дело, хорошо сказаться барышней, потерявшей сознание. «Быстро думай, – приказала себе девочка. – Самое главное – я жива, раз слышу и вижу. И происходящее не сон – я чувствую холодную, размокшую землю под собой. Судя по тому, что успела разглядеть, это не Подмосковье, и дачи нет. Чтобы сориентироваться, послушаем, что говорят аборигенки». Но тут Аню ждало первое разочарование. Разговаривали незнакомки на непонятном языке. Вроде по-немецки, натренированное ухо выхватывало знакомые слова. Но произносились они с неизвестным акцентом, а какие-то слоги вообще проглатывались. Одна из женщин схватила тонкую детскую руку и с силой сжала запястье.
– Ай, – вскрикнула Аня и открыла глаза.
Фрейлины с любопытством разглядывали принцессу. И терялись в догадках. Лежавшая перед ними девочка Марию Антуанетту напоминала отдаленно. Нет, у нее, конечно, были такого же пепельного цвета волосы, такие же синие глаза. Но в них напрочь исчезло наследственное выражение надменности.
– Нас казнят, – только и смогла сказать младшая фрейлина. – Причем неизвестно кто первый: императрица или французский король.
– Тс-с-с, – зашипела пожилая дама. – С чего вы взяли, что перед нами не принцесса?
– Но…, – рискнула высказать вслух свои подозрения младшая фрейлина, однако вторая ей тут же зажала рот рукой.
– Церемония передачи принцессы французской свите расписана по минутам, все знают свои роли, девочка лишь слепо следует инструкции. Дальше с ней никто из нас не поедет. Дед и внук видели невесту только на присылаемых миниатюрах. Изображение на них никогда не соответствует оригиналу, все зависит от услужливости придворного художника. Это же все знают, поэтому не удивятся, возникни какие-либо несоответствия. В Париже принцесса останется одна: ни мать, ни сестры, ни братья с ней видеться не будут. Через год она забудет даже наши имена. А как себя вести – мать императрица написала для дочери многостраничную шпаргалку на все случаи жизни. Рукопись – в личных вещах принцессы.
– А если возникнут вопросы? И одежда…
– Какие вопросы? Милочка, придите в себя. Вы несете несусветную чушь. В нас попала молния! Посмотрите на принцессу, она явно еще не пришла в себя от перенесенного шока. И его последствия могут сказываться потом очень-очень долго. И чем вам не нравится одежда? Да, рубашка изорвалась, панталоны так пропитались грязью, что задубели, волосы намокли.
Молодая фрейлина еще раз внимательно посмотрела на лежащую девочку. И, правда, что ей взбрело в голову? Всему на свете есть логическое объяснение. А ей надо поменьше болтать и больше слушаться тех, кто давно при дворе. Целее будешь.
– Эй, у вас все в порядке? – На обочине верхом на лошади появился шафер принцессы на церемонии передачи невесты из рук одной свиты другой. – Как Мария Антуанетта?
– У нас все в порядке – махнула ему рукой старшая фрейлина. – Только карета разлетелась в куски. Потребуется вторая. И разыщите парикмахера, камеристок, лакеев – ее высочеству необходимо помыться и переодеться.
– Не волнуйтесь, сейчас все организую. Гроза разметала свадебный поезд. Чьи-то лошади понесли. Но все постепенно нашлись.
– Дорогая, вы пришли в себя? – пожилая дама нагнулась над девочкой. – Скажите что-нибудь. Например, как вас зовут.
– Анна, – произнесла дрожащим голосом Аня.
– Все верно, – фрейлина торжествующе посмотрела на молодую наперсницу.– Мария Антуанетта Иозефа Анна. Могу понять ваше волнение, я сама до сих пор еще не пришла в себя от перенесенного ужаса. Сейчас нам пригонят вторую карету – как видите, король оказался предусмотрительным человеком и заказал их две. Мы поможем вам привести себя в порядок. Вижу, что уже и лакеи нашлись.
Пока старшая дама давала распоряжение слугам, Аня ловко спрятала стеклянный шарик за щеку. Из диалога двух женщин она поняла, что невероятным образом оказалась очень далеко от подмосковной дачи и что ее принимают за какую-то другую девочку. Можно, конечно, прямо сейчас потребовать вернуть ее домой. Но какой-то внутренний голос подсказывал, что мгновенное перемещение в пространстве из папиного кабинета в совсем другую страну – еще не главная проблема, с которой она столкнулась. Что-то в окружающем настораживало больше. Нужно сосредоточиться и все хорошенько проанализировать. И пока лучше молчать и слушать.
Аню подняли чьи-то сильные руки, занесли в подъехавшую карету. Смоченными полотенцами оттерли заляпанное грязью лицо. Вместо футболки и джинсов на нее надели шелковые чулки, смешные атласные башмаки и какую-то сложную многопредметную конструкцию, которую камеристки называли платьем. Аня захихикала: вспомнила сюжет про Звездный городок, который видела на днях по телевизору. Репортер специально несколько раз повторил, что скафандр – очень сложный агрегат, его невозможно надеть. Космонавтам приходится… входить в него, как в холодильник. Вот нечто подобное сейчас происходило и с Аней. Поверх рубашки ей надели корсет со шнуровкой, которую туго стянули. Косточки китового уса уперлись между лопатками, поэтому спину приходилось держать все время прямо. Потом на корсет приладили какую-то гигантскую корзинку, перевернутую днищем вверх, и натянули на каркас юбку из атласа. Дальше следовала верхняя часть платья из того же атласа, обильно украшенная бантами: они шли лесенкой от самого большого на груди до самого маленького на талии. Одновременно над головой мудрили парикмахеры. Они густо посыпали Анины волосы пудрой, подняли их высоко и украсили жемчужинами. Девочка посмотрела на себя в зеркало, услужливо протянутое камеристкой, и залюбовалась. Что там говорить, каждая девочка мечтает стать принцессой. И даже рисует себя в пышном платье и с короной на голове. Но одно дело рисунок в тетрадке в клеточку и совсем другое – когда все взаправду. Вот только откуда эта «взаправда» взялась?
Аня отвернулась от зеркала… ЗЕРКАЛО??? Погодите-ка, но ведь именно с него начались несуразности. Так, над чем работал ее папа? Он все время что-то бормотал про Эйнштейна, энергию времени, возможность попасть в прошлое… ПРОШЛОЕ? Аня пригляделась к суетившимся вокруг людям. К сложному платью, которое вызвало у нее усмешку. Вспомнила, как фрейлина дополнила ее имя какими-то еще словами. И главное – ее все время именуют титулом, причем очень важным: ваше высочество! А если папа добился своего, если дурацкое зеркало в его кабинете и есть дверь в прошлое, то… Аня зажмурилась. Ей стало страшно!
– Ваше высочество, Мария Антуанетта, – старшая фрейлина была начеку. – Вам опять плохо? Дать выпить что-нибудь успокаивающее?
Тут же перед лицом девочки оказался серебряный кубок с какой-то приятно пахнущей жидкостью. Аня прижала языком заветный стеклянный шарик к щеке и выпила густой теплый напиток. Сначала он обжег горло, захотелось крикнуть, но она сдержалась – потому что в следующее мгновение прошел страх. Окружающий мир погрузился в туман. «Папа, – простонала про себя Аня. – Я, конечно, сильный человек, но вытащи меня поскорее отсюда»…
Глава 4
– Анечка, девочка моя, мы обязательно вытащим тебя, – бормотал несчастный профессор, надеясь, что ребенок услышит его через века.– Держись, ты же сильный человечек. Я что-нибудь придумаю…
Сергей Петрович подошел к шкафу и взял с верхней полки рулон бумаги. Расчистил место на столе, чтобы удобнее развернуть лист: на нем теснились какие-то графики и столбики цифр.
– В первую очередь нужно выяснить: как ведет себя воронка после заброса живого объекта на энное количество лет назад. Ведь согласитесь, коллега, – профессор кивнул Андрею, приглашая того включиться в обсуждение, – если произошло перемещение какой-то массы из одного конца временной цепочки в другой, то должна последовать симметричная реакция. Но какой она может быть, я даже не представляю.
# # #
КОМАНДА 7. Синхронизация двух крайних точек. Обратный отсчет. 60 минут
# # #
Андрей внимательно слушал, и хотя всеми силами пытался вникнуть в суть, понимал мало. Однако виду не показывал. Краем глаза он следил за маленькой красной точкой на мониторе. Она продолжала монотонно мерцать. Это сейчас самое главное. Так же беспристрастно текло время на другом мониторе. Надо же, оказывается, уже прошел почти час, как Аня провалилась в прошлое. 13.50…13.51…13.52… Мальчик повернул голову в сторону ненавистного зеркала: все из-за этой проклятой воронки. Странно, но казалось, что серебристая поверхность опять ожила: она переливалась и дышала. Он хотел сказать профессору, но не стал того отвлекать. «Оптический обман, – подумал Андрей. – Видимо солнечный свет так отражается». Парень решил задернуть шторы, чтобы не нарушать рабочую обстановку кабинета. Идти к окну нужно мимо зеркала. И в тот момент, когда мальчик оказался совсем близко с энергетической воронкой, в лицо подул холодный ветер. Хотя, вряд ли неожиданный порыв можно назвать ветром, ведь нет никакого шума. Представляете: полная тишина и в то же время резкий выхлоп. Да такой сильный, что Андрей не удержался на ногах и шлепнулся на пол.
В тот же миг из зеркала вылетело что-то большое и грохнулось рядом.
Текучая поверхность опять моментально затвердела.
# # #
КОМАНДА 8. Обратный отсчет окончен. Компенсаторное введение объекта на вторую крайнюю точку.
КОМАНДА 9. Переход выполнен полностью.
КОМАНДА 10. Окончательное выключение системы.
# # #
– Симметричная реакция, – повторял, как заклинание, Сергей Петрович, – симметричная реакция… – Услышав грохот, он повернулся к зеркалу, увидел совершенно новый объект в кабинете и понял, что симметричная реакция произошла. Теперь нужно разобраться, что выкинула им воронка из прошлого в обмен на Аню.
На полу сидела девочка-подросток с сильно напудренным лицом и в странном платье, словно собралась на съемки новогоднего фильма. Атлас, кружева, банты. Андрей, потирая синяк на локте, сидел на полу и с любопытством разглядывал незнакомку. Девочка открыла глаза. Андрей вскрикнул: Аня? Глаза синие, волосы пепельные, вроде знакомые черты и в то же время абсолютно чужие. Воронка изменила девочку по-своему? Такова цена за возможность побывать в прошлом – возвращаешься совсем другим человеком? И почему на ней такой костюм?
– Ты – Анна? – осторожно спросил Андрей
– Аnnа? – похоже, девочка услышала знакомое слово. – Ja, Ja, Anna, – запинаясь, произнесла она.
– Она что-то сказала? – Наконец, рядом оказался профессор. – Она кто?
– Аня, – сказал Андрей. – Не видите, ваша дочь так изменилась, что стала совсем другой и говорит не по-нашему.
– Очнись, что ты несешь, – Сергей Петрович встряхнул Андрея. – Разве это Аня? Перед тобой лишь девочка, очень на нее похожая, которую воронка вытолкнула из одной точки временной цепочки на другую, компенсируя массу, унесенную из нашего времени. Но что теперь с чужим ребенком делать? Кто она и на каком языке с ней объясняться?
Гостья из прошлого со страхом смотрела на двух мужчин, явно не понимая, о чем они говорят. Но представительнице высшего света не пристало лежать перед простолюдинами. А что они именно такие, говорила их одежда. Никаких камзолов, париков и кружевных манжет. Рабочие рубахи и штаны. Наверное, конюхи, решила девочка, и находится она на конюшне. Мозг тут же предложил стройную версию происшедшего: неожиданная гроза напугала лошадей, они понесли, пассажиров кареты – а их было трое, она и еще две фрейлины – выкинуло на обочину. Потом легкий обморок, их подобрали эти чужестранцы, которые не говорят по-немецки, в Европе масса языков. Теперь нужно позвать слуг и двигаться в путь.
Девочка решительно встала, расправила складки на широкой юбке и направилась к двери.
В этот момент в коридоре послышались шаги, и на пороге появилась тетя Маргарита. Она, наконец, вернулась из магазина и крайне удивилась, обнаружив распахнутую дверь в кабинет. Но еще больший сюрприз ее ждал внутри: два остолбеневших мужика, маленький и большой, и незнакомая девочка в маскарадном наряде.
– Сережа, что здесь происходит? Вы решили начать день рождения без меня? А ты – Анина подружка? – тетя Маргарита протянула гостье руку.
Но та отскочила от женщины, ее глаза запылали негодованием.
– Что вы себе позволяете? Кто вы вообще такие? – закричала девочка по-французски.
– Так, – спокойно сказала тетя Маргарита. Громкую тираду она поняла дословно, потому что работала в МГУ преподавателем французского языка. – Откуда у нас взялась иностранка? Сережа, я жду объяснений.
– В обмен на Аню, – ответил профессор, как будто у них в доме иностранцы вполне обычное явление.
– Разве Аня уехала за границу? Когда? У них в гимназии никаких обменов на лето запланировано не было. И почему я ничего не знаю?
– Видишь ли, Маргарита, – профессор попытался сделать так, чтобы голос его не дрожал. – Аня уехала не просто за границу, а за границу на… на 240 лет назад.
– Андрей, – тетя Маргарита повернулась к мальчику: может быть, его объяснения будут выглядеть более правдоподобно. – А что знаешь ты?
– Сергей Петрович ничего не выдумывает. Все так и случилось. Мы делаем все, чтобы вернуть Аню назад. Но не понимаем – кто эта девчонка и чем она недовольна.
Тетя Маргарита – рациональный человек и живет по принципу: проблемы надо решать по мере их поступления. Тогда не возникнет излишней путаницы и суеты. Поэтому прежде нужно разобраться с гостьей, причем увести ее подальше от бункера, который и на нее всегда оказывала тягостное впечатление.
– Мадмуазель, – обратилась она к незнакомке. – Не бойтесь меня, сейчас мы поднимемся наверх, и вы мне все расскажете.
Удивительно, но, услышав знакомый язык, девочка успокоилась, протянула руку тете Маргарите и пошла за ней.
– В каждой ситуации есть положительный момент, – потер лоб профессор.
– Что уж тут может быть положительного? – возразил возмущенно Андрей, поднимаясь, наконец, с пола.
– Теперь мы знаем, что, во-первых, – загнул мизинец Сергей Петрович, – симметричная реакция заканчивается компенсаторным по массе выбросом живого объекта. И второе, – в ход пошел безымянный палец, – у нас есть ровно час, чтобы побывать в прошлом без последствий. Такая информация нам в будущем очень пригодится.
Андрей опять не понял, к какому открытию привело профессора появление девочки в атласном платье, поэтому решил навести относительный порядок в комнате. Хотя бы выкинуть мешок с осколками стекла, который он опять уронил на пол, вынести веник и совок, которые болтались под ногами. Чем и занялся.
Где-то через полчаса к ним спустилась тетя Маргарита. Она смело зашла в кабинет. Теперь запреты потеряли всякий смысл. Что поняла даже кошка Дуська, которая тут же примостилась на столе между мониторами, в самом теплом местечке.
– Я вытащила девочку из ужасного платья, переодела. Анины джинсы очень даже подошли. Поговорила с ней и напоила валерьянкой. Пусть поспит. По крайней мере, у нас есть какое-то время, чтобы обменяться мнениями и решить, что делать.
Как удалось выяснить тете Маргарите из короткого разговора, девочка, попавшая на подмосковную дачу из прошлого, была настоящей четырнадцатилетней австрийской принцессой Марией Антуанеттой. Вместе с многочисленной свитой она ехала в свадебном поезде в Париж, где должна стать женой наследника французского престола. На браке настояла мать – императрица Мария Терезия, чтобы заключить выгодный для Австрии политический союз. Как очутилась в профессорском бункере, девочка не понимает. Помнит лишь, что задремала под стук колес, вдруг прогрохотал гром, карета разлетелась на куски, а принцессу выбросило с такой силой, что она перелетела через кусты, росшие вдоль дороги. Девочка слышала крики фрейлин, ржание испуганных лошадей, но от страха ее словно парализовало. Принцесса была уверена, что продолжает спать, потому что не могла произнести ни слова, а так, она это знала, очень часто бывает именно во сне. Поэтому лежала тихо и постанывала, надеясь, что кошмарный сон все равно когда-нибудь закончится. Она зажмурила глаза и дала себе слово открыть их только тогда, когда рядом с ней кто-нибудь заговорит. Этим человеком оказался Андрей.
Также тете Маргарите принцесса честно сообщила, что замуж ей особенно не хочется, да и жених не нравится. Поэтому известие о том, что свадьба на неопределенное время откладывается, гостью даже обрадовало. Общаться с принцессой можно на двух языках: на ее родном немецком или французском, которому девочку усиленно учили, готовя к бракосочетанию. По крайней мере, у тети Маргариты проблем не будет. Но сможет ли она объяснить девочке, что на даче совсем не ХVIII век и далеко не королевские апартаменты? Задача не из легких.
Понятно, что гостья останется у них. До тех пор, пока Сергей Петрович не решит «задачу обмена двух живых объектов во времени». Из гимназии нужно забрать Анины документы, сказать, что отправили ее учиться за границу. Что, в общем-то, соответствует действительности.
– Ну что ж, Дуська, – тетя Маргарита позвала себе в помощники кошку, – пойдем наверх. Будить принцессу. Постараемся ей объяснить, что сказка стала жизнью: бывает, что и принцессы иногда превращаются в обыкновенных девочек.
Кошка Дуська понятливо мяукнула и поскакала вверх по ступенькам вслед за женщиной.
– Свадебная процессия, принцессы, женихи, ХVIII век … Сергей Петрович, может быть, мы спим? Все вместе? – Андрей с грустью посмотрел на профессора.
Сергей Петрович в ответ лишь молча кивнул на монитор, который отсчитывал время в двух реальностях. А про себя подумал: «Нет, это совсем не сон. Это только первый шаг на долгом и сложном пути».
Глава 5
Долгий и сложный путь, судя по всему, подходил к концу. Свадебная процессия преодолела очередной горный перевал, и все увидели внизу извилистую излучину Рейна. На той стороне виднелись башни знатного города Страсбурга – уже территория Франции. Четыре десятка карет долго и нудно выстраивались на свободной площадке. Разодетые дамы из свиты австрийской принцессы, приподнимая полы платьев, выбирались на твердую землю. Кавалеры спешивались. Лакеи подхватывали под уздцы лошадей. Двор собирался вокруг юной невесты. Она, правда, выглядела чересчур бледноватой – наверное, перестарались парикмахеры, но и другие дамы смотрелись не лучшим образом, сильно уставшими. Многодневный переезд из Вены, недавнее приключение с грозой всех изрядно выбили из колеи. К невесте особо и не приглядывались: каждому хотелось, чтобы предстоящая церемония быстрее закончилась, и можно отправиться в обратный путь, домой.
Аня осторожно ступала по мелкой речной гальке. Праздничная толпа вслед за девочкой зашла в деревянный мини-дворец. Внутри царил полумрак. Две фрейлины встали рядом с принцессой. С одной стороны, они играли роль ширмы, за их широкими юбками ничего разглядеть невозможно, а с другой, помогали девочке переодеваться. Когда Аня полностью разоблачилась, ей стали по очереди передавать нижнюю юбку, шелковые чулки, корсет, верхнюю юбку, банты, кружева. Австрийскую эрцгерцогиню одевали во все французское. Поправив платье, Аня обнаружила на боку маленький кармашек и тут же переложила туда спрятанный за щекой заветный стеклянный шарик.
Церемония переодевания завершилась, фрейлины расступились.
Австрийский шафер протянул принцессе руку и повел в зал. За ее спиной выстроилась австрийская свита. В центре зала, словно граница, стоял стол: по противоположную его сторону вытянулась французская свита. Австрийский шафер передает нежную ручку принцессы французскому коллеге, тот обводит девочку вокруг стола и представляет ей французскую фрейлину – графиню де Ноай. Теперь все повторяется в обратном порядке. Такая же праздничная толпа, с той лишь разницей, что она гудит исключительно по-французски, обступает невесту французского дофина и сопровождает до кареты с большими стеклянными окнами. Пушки на берегу дают залп. Звонят колокола собора. Невеста въезжает в Страсбург.