Чужая кровь

В кабинет капитана Николая Семеновича Евдокимова вошла женщина, одетая в простое темное пальто. Сидящий за столом следователь, едва взглянув на женщину, благодаря своей интуиции сразу понял, что сейчас произойдет нечто необычное. Женщина выглядела взволнованно, но не настолько, чтобы внушать беспокойство. И все же… Капитан приготовился услышать то, о чем ему впоследствии предстоит крепко задуматься.

– Здравствуйте, – сказала женщина. – Мне сказали обратиться к вам.

– Ну что ж, раз сказали, проходите, – приветливо подбодрил посетительницу следователь и представился: – Капитан Евдокимов.

– Моя фамилия Разумова. Вера Николаевна, – ответила женщина.

– Прошу вас, Вера Николаевна. Что у вас за беда?

– Понимаете, у нас по всему району расклеены фотографии девушки, Маши Ивановой, – сказала женщина. – Написано, что она пропала.

– Да, да, да! Вы ее видели? – обрадовался капитан.

– Нет, девушку я не видела. Но там описаны ее приметы. Да и на фотографии видно. Ее волосы. Они светлые.

– Так, и что же? – Евдокимов не понимал, к чему клонит женщина.

– В листовке… ну, в той, что на столбе висит… написано, что волосы у девушки редкого золотистого оттенка. Это особая примета такая.

– Верно, так сказали ее родители. А какое это имеет отношение…

– У моей сестры такие же волосы и голубые глаза, – сказала Вера и заерзала, пытаясь отыскать носовой платок в карманах пальто.

– Продолжайте, – сказал Евдокимов.

– Моя сестра, Надя, она немного… ну, с нервами у нее с некоторых пор были проблемы. Всё успокоительное пила, даже к врачу ходила. Тот посоветовал ей обратиться к психиатру, но она боялась, всё говорила, вдруг в психушку упекут. И вдруг она пропала.

– Как пропала? – Именно в этот момент в голове капитана прозвенел первый тревожный звоночек. – Когда это случилось?

– В том-то и дело, что я не знаю. Последний раз мы виделись больше недели назад. Тогда Надя мне сказала, что ей хотелось бы уехать в деревню. Она собиралась пожить вдали от суеты и отдохнуть. Честно говоря, я ей не поверила, но на всякий случай стала отговаривать. Говорила ей: «Куда ты поедешь, как ты будешь жить одна?» Несколько дней назад позвонила ей, а телефон не отвечает. Вне доступа. Господи, думаю, ведь эта ненормальная и вправду способна уехать в какую-нибудь глушь, где связи нет!

– Так вы дозвонились до сестры?

– Не дозвонилась! – взволнованно сказала Вера. – А сегодня я эти объявления увидела! С фотографиями! Маша эта хоть и моложе моей Нади, но похожа на нее очень! Особенно волосы. Я сразу так испугалась, сразу почувствовала, что с Надей что-то плохое случилось!

– Вера Николаевна, с этого места давайте разбираться подробнее. Насколько вы были близки с сестрой?

– Мы рано потеряли родителей. У нас кроме друг друга никого нет. Я старше Нади на семь лет, можно сказать, воспитывала ее с подросткового возраста. Несколько лет назад я вышла замуж и переехала к мужу, а Надя осталась жить в квартире наших родителей. Примерно раз в неделю мы навещали друг друга.

– Какой у Надежды был характер? – продолжал спрашивать следователь.

– Раньше она была жизнерадостной девушкой, но что-то на работе у нее не заладилось. Она устроилась в серьезную фирму, работы было много, уставала очень, и не только физически. Стала вести себя как-то странно.

– Что вы хотите этим сказать?

– Она всегда была погружена в свои мысли, – откровенно поведала Вера капитану. – Надя стала избегать общения с друзьями, часто оставалась одна.

По мере того как Вера рассказывала, в голове Евдокимова рождалась новая пугающая версия: это напоминало серию, так как приметы обеих девушек были слишком похожи. Был еще один момент, который вызвал тревогу следователя – время исчезновения. Вера не видела свою сестру больше недели, а Маша Иванова исчезла несколько дней назад. Это значило, что… Надежда Разумова была первой жертвой. Жертвой кого? Серийного маньяка? Преступника, похищающего девушек с белокурыми золотистыми локонами?

– Вот что, Вера Николаевна, пишите заявление о пропаже сестры. Кстати, вы знаете, обращалась ли все-таки Надежда к психиатру?

– Не знаю. Она говорила, не хочет, чтобы ее считали сумасшедшей.

– Что ж, ладно, – вздохнул следователь. – Напишите мне список всех знакомых вашей сестры, попробуем их опросить. Может, хоть кто-нибудь из них что-то знает.

Капитан Евдокимов был проницательным и опытным специалистом, поэтому у него не осталось и тени сомнения, что оба исчезновения девушек, Надежды Разумовой и Марии Ивановой, были связаны между собой. Они обе пропали в течение недели и имели схожие черты: голубые глаза и светло-золотистые волосы. Возраст у них был разный – Марии было семнадцать, а Надежде двадцать четыре, но, по мнению капитана, это ничего не значило. Ясно было, что для преступника важней была внешность, а не возраст. Евдокимов вызвал к себе двух своих лучших детективов: лейтенантов Олега Краснова и Валентину Михайлову.

– Похоже, у нас серия, – сказал он помощникам. – К пропавшей Марии Ивановой добавилась еще одна девушка с белокурыми локонами. Ознакомьтесь с делами и отправляйтесь осматривать места, которые посещали обе девушки, особенно вторая, Надежда Разумова.

– Почему особенно? – спросила Валентина.

– Потому что неизвестно, где она пропала, в отличие от Марии, которая около десяти утра вышла из дома, но не дошла до библиотеки, где ее ждала подруга. А это в пятистах метрах. В общем, соберите показания свидетелей, отчет мне на стол.

Чтобы не терять времени, молодые детективы разделились. Олег взял на себя более трудную задачу – выяснить хотя бы примерное, когда и откуда пропала Надежда, а Валентине поручил найти свидетелей, видевших Марию, чтобы отследить ее путь от дома к библиотеке.

Олег думал, с чего начать, и решил пойти на предприятие, где работала Надежда, – в «Московскую кабельную компанию». Продемонстрировав на проходной удостоверение, он попал в кабинет директора, где до недавнего времени Разумова занимала должность секретаря. На ее месте сидела другая девушка.

– Здравствуйте, могу я поговорить с вашим директором?

– Он сейчас занят.

– Я подожду, – сказал Олег и сунул девушке под нос удостоверение. – А пока доложите, что его хочет видеть лейтенант милиции Краснов.

Секретарша, слегка округлив глаза, с таинственным видом пообщалась с интерфоном, тот проскрипел ей что-то в ответ, и она указала рукой на дверь директора:

– Проходите.

Олег зашел в кабинет, где за столом восседал грузный мужчина лет пятидесяти.

– Чем могу быть полезен, молодой человек?

– Я расследую исчезновение одной из ваших сотрудниц. Меня зовут лейтенант Краснов.

– Одна из наших сотрудниц исчезла? – искренне удивился директор. – Мне об этом ничего не известно. Кто это?

– Надежда Разумова.

– Ах, эта… Постойте! Что значит исчезла?

– Я думал, вы мне об этом расскажете, – Олег сел, не дожидаясь приглашения. – Она ведь была вашей секретаршей? Когда она уволилась?

– Да она не увольнялась. Просто в один прекрасный день не вышла на работу. Ну, я ее сам и уволил.

– И вы еще удивляетесь? Значит, ваша секретарша не выходит на работу, и никому до этого целую неделю нет дела? Ее просто увольняют и забывают о ней?

– Послушайте, – примирительно сказал директор, – как бы вы на моем месте поступили? Она была сумасшедшая. Я взял ее на работу из-за внешности: красивая была, как модель. Но уже через несколько дней пожалел об этом.

– В чем заключалось ее сумасшествие?

– У нее начали появляться разные идеи. То она придумала организовывать совместные завтраки с печеньем и кофе, то предлагала разводить в офисе живые цветы. Изначально это казалось милым, но всему есть предел! У нас серьезная компания, и мы здесь работаем, нашим сотрудникам некогда, знаете ли, чаи распивать и цветочки поливать.

– Вы как-то пытались ей это объяснить? – спокойно спросил Олег.

– А как же! Но она не останавливалась. Предложила организовать корпоратив, да не простой, а маскарад в костюмах животных! Вы можете себе представить? Этого я уже терпеть не мог. Работающие в серьезной компании люди должны переодеться в костюмы тигров и панд!

– Да, действительно, перебор.

– Теперь вы меня понимаете? – оживился директор. – Но это еще не все. Надежда решила проводить в обеденное время «творческие семинары». Она предложила собираться и рисовать. После того как никто не согласился, она стала разрабатывать какие-то тесты, распечатывала их и раздавала сотрудникам.

– А что это были за тесты?

– Какие-то упражнения на доверие. Сотрудникам тоже надоели ее приставания, кто-то прямо сказал ей что-то обидное, и тогда Надежда устроила истерику.

– Как вы отреагировали на это? – поинтересовался Олег.

– Что я должен был делать? Уволить ее я не мог. Пытался поговорить с ней по-доброму, предложил отпуск за свой счет. Она принялась плакать: мол, никто ее не понимает, никто не желает жить в обществе, все люди, как дикие звери в лесу. Я посоветовал ей обратиться к нашему психологу.

– С этого места, пожалуйста, подробнее.

– Да как подробнее? – вздохнул директор. – Психолог сказал, что она просто креативная личность. Странная немного, но не более. А мне что было делать с ее странностями? На мне предприятие, а я должен с ней, как с малым дитем, возиться? Постоянно на свою жизнь жаловалась, на проблемы с подругами, с сестрой. Если кто-то не уделял ей внимания, сразу начинала истерить.

– Расскажите о последнем ее дне здесь. Когда она не вышла на работу?

– В последний день, это было… дайте вспомнить… числа двадцать второго июня. Так вот, Надежда пришла в офис с огромной коробкой. Там оказались какие-то странные глиняные фигурки. Она сказала, что психолог посоветовал ей «арт-терапию», и мы все должны помочь. Я пытался снова объяснить, что у нас здесь работа, а не развлечение, но она не слушала. Дело кончилось тем, что я вызвал охрану и попросил, чтобы она ушла.

– Так когда вы ее уволили? – спросил Олег.

– В тот день у меня было совещание, и я просто хотел, чтобы в офисе было тихо. На другой день я собирался серьезно поставить вопрос о ее лечении, но она не явилась на работу.

– И что вы сделали?

– Я позвонил Надежде, но она не ответила, – развел руками директор. – Я звонил на следующий день несколько раз, телефон снова не отвечал. Я подумал, что такой… экстравагантный человек способен просто пренебречь своими обязанностями и даже не вспомнить о них. Что мне оставалось делать? Мне нужна была нормальная секретарша, которая бы добросовестно выполняла свою работу. Я принял на эту должность другую девушку, а Надежду уволил. Но ее трудовая книжка все еще находится в отделе кадров.