Гештальт-терапия, фокусированная на эмоциях (EGT). Учебное пособие
- -
- 100%
- +
– Ирония на самим собой. Клиент может часто обращать внимание на абсурдность своего поведения и смеяться над ним, что говорит о внутреннем расщеплении.
– Невербальные проявления. При ретрофлексии мы можем видеть достаточно зажатую и монолитную позу, бедность на жесты и мимику. Можно наблюдать и неспецифические действия, направленные на сброс стресса, например раскачивания или переминание рук. Последнее будет отличаться от жестикуляции при дефлексии тем, что человек с ретрофлексией может стремиться сделать себе больно (например, крайне сильно сжать кулаки или воткнуться в себя ногтями). Мимика будет напряженной, по ней будет заметно, что человек себя сдерживает (сжатые челюсти с катающимися желваками).
– Преобладание стыда или вины. Стыд и вина – это главные чувства при ретрофлексии. Причем клиент может как напрямую жаловаться на них, так и проявлять их в процессе контакта.
– Психосоматика. Клиент может рассказывать вам о симптомах и напряжениях, которые возникают в процессе терапии. Например, он может сказать, что в результате работы у него заболела голова или что в какой-то момент «начала отваливаться шея». Исследования показали корреляцию ретрофлексии с повышенным мышечным тонусом и сниженной вариабельностью сердечного ритма.44
Схожие проявления мы можем наблюдать и у терапевта при ретрофлексии.
– Избегание самораскрытия. Терапевт будет сдерживать свои чувства и мысли даже тогда, когда ими было бы полезно поделиться. Причем он может делать это как незаметно для себя, так и опираясь на терапевтические правила в стиле запрета на самопредъявление.
– Перфекционизм. Терапевт может ощущать недовольство результатами терапии и злиться на себя за это (очевидно, что данная злость является отражением злости, направленной на клиента, которая возникла в связи с тем, что это именно он не приносит результатов).
– Самодисциплина и опора на авторитет. Как и при интроекции терапевт может чрезмерно опираться на авторитетов, терапевтические нормы и теории. Однако в отличии от интроекции, где это будет являться попыткой найти хоть какую-то опору, в данном случае мы будем видеть именно противоречие между внутренними побуждениями терапевта и методом, который он использует.
– Сдержанность. У терапевта могут проявляться зажатость и чрезмерное наблюдение за собой. Терапевту может быть важно «ни двинуть и пальцем» в присутствии клиента, не говоря уже о том, чтобы банально отлучиться в туалет.
– Рационализаторство. Терапевт будет склонен работать скорее в когнитивном ключе, нежели экспериенциальном (ориентированном на опыт и проживание), хотя это безусловно может относится и просто к стилю работы терапевта. В тоже время такой стиль может стать проблемой, если терапевт откажется от обращения к эмоциям, когда это будет нужно.
– Избегание социальных контактов и профессионального взаимодействия. Терапевт избегает общения с коллегами или участия в профессиональных мероприятиях, что может свидетельствовать о страхе быть отвергнутым или непонятым.
Способ конфронтации: обратить внимание на сдерживаемые чувства в процессе контакта.
Стратегия работы с ретрофлексией в целом такая же, как и при работе с другими прерываниями: необходимо развернуть импульс от себя на тот объект, куда он был направлен изначально. Здесь могут быть использованы следующие подходы.
– Воссоздание объекта. В рамках различных техник мы стремимся к тому, чтобы клиент восстановил тот объект, на который изначально были направлены его чувства и выразил их. Например, это может быть техника регрессии, когда индивид вспоминает папу или маму, на которых он злился и выражает им это. Или это может быть работа с пустым стулом, когда клиент может понять от кого на самом деле исходит его критикующий импульс.
– Работа с телом. В ряде случаев мы можем помочь человеку осознать свой импульс, направляя внимание на тело. Это может быть как в полной мере телесная терапия (телесное направление гештальт-терапии мы в данной книге не рассматриваем), так и работа с отражением невербальных проявлений. Например, мы можем указать клиенту на то, насколько сильно он сжимает свои руки.
– Экспрессивные техники. Мы можем использовать и техники, направленные на совладание с собственными чувствами. Например, если девочка не знает, как получить облегчение, кроме как порезав себя, мы можем ей предложить изобразить свою боль в рисунке или танце.
– Экспозиционная терапия (эксперимент). Во многих случаях мы можем помочь клиенту получить корригирующий эмоциональный опыт, который помог бы ему справиться со сдерживанием. Например, если клиент боится получить от нас негативную оценку, сказав что-то не то, мы можем предложить ему сделать это и посмотреть на нашу реакцию.
– Работа с частями. Отдельно может применяться терапия частей, которая поможет подвести клиента к интеграции его полярностей. Например, мы можем выделить критикующую и критикуемую части и провести между ними диалог. Клиент выяснит, что каждая из частей выполняет определенную полезную функцию и возможно подведет их к перемирию.
Задача в переносе. Показать, что желания и намерения клиента могут быть восприняты с принятием и интересом, а не с критикой и агрессией.
Ретрофлексия – это не просто прерывание, но и механизм, описывающий образование невротического конфликта, конфликта между «хочу» и «нельзя». Сам этот конфликт, может быть, в разной степени осознан, как и механизмы его разрешения бывают разной степени зрелости. Все же для нас основным критерием ретрофлексии является сдержанность индивида и его телесная зажатость.
ПРОФЛЕКСИЯ
Ретрофлексия, которую мы рассмотрели в предыдущем разделе, состоит в перенаправлении импульса с другого человека на себя, которое, как правило, возникает из-за запрета на выражение чувств по отношению к другому, но что произойдет, если запрет будет стоять на действия по отношению к самому себе? Тогда мы встретимся с обратной ретрофлексии ситуацией: импульс, изначально направленный на себя, будет перенаправляться на других людей. Профлексия была описана более поздними гештальт-терапевтами, а многими она воспринимается как комбинированный механизм, который включает в себя ретрофлексию, а также проекцию. Действительно, ретрофлексию мы рассматриваем как производный механизм от интроекции, в то время как профлексия является продуктом проекции (или того, что в психоанализе называется проективной идентификацией). При профлексивном действии мы проецируем свою личность на другого, в тоже время сдерживая собственный реальный импульс по отношению к нему.
Профлексия также является обыденным механизмом в процессе нашего взросления и социализации. Последняя имеет особое значение, ведь родители постоянно учат нас, что «надо относится хорошо к другим, тогда и они отнесутся хорошо к тебе», а это, в свою очередь, также проявляется во многих запретах в стиле «сначала дай поиграть своему брату, потом и ты сможешь», «отнеси подарок Васе, и тогда он тоже подарит тебе что-то хорошее», «Я все для вас делаю, а вы такие неблагодарные!» и т. д. Таким образом родители учат жить нас среди людей, где один из основных законов звучит как «услуга за услугу». В тоже время в нас воспитывается стыд в случае, если мы не делимся с другими или не помогаем им. Все это и формирует механизм прерывания под названием профлексия.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Примечания
1
Raffagnino, R. (2019). «Gestalt Therapy Effectiveness: A Systematic Review». Open Journal of Social Sciences, 7 (6), 66—83.
2
Strümpfel, U. (2006). «Therapieziele in der Gestalttherapie: Eine empirische Untersuchung». Gestalttherapie, 20 (1), 5—22
3
Brownell, P. (2022) «Gestalt Therapy in the Age of Neuroscience»
4
Strümpfel, U. (2004). Therapie der Gefühle: Forschungsbefunde zur Gestalttherapie. Psychotherapy Research, 14 (2), 208—222.
5
Strümpfel, U., & Goldman, R. (2002). Research on Gestalt therapy. In M. Lambert (Ed.), Bergin and Garfield’s Handbook of Psychotherapy and Behavior Change (5th ed., pp. 193—222). Wiley.
6
Gonzales, L., et al. (2021). Gestalt therapy versus CBT for generalized anxiety disorder: A randomized controlled trial. Psychotherapy Research, 31 (3), 345—360.
7
Bressi, C., et al. (2017). Gestalt therapy versus pharmacotherapy in depression: A randomized clinical trial. Journal of Affective Disorders, 208, 591—597.
8
Beisser, A.R. (2020). Gestalt therapy for irritable bowel syndrome: A randomized pilot study. Journal of Psychosomatic Research, 128, 109889.
9
Fuchs, T., et al. (2019). Embodiment in psychotherapy: A neurobiological perspective on Gestalt therapy. Frontiers in Psychology, 10, 2545.
10
Kepner & Toman (2019). «Contact Cycle Disturbances in PTSD: Treatment Implications». Psychotherapy Research, 29 (5), 678—694.
11
Kellogg, S.H. (2022). Five-year follow-up of Gestalt therapy outcomes. Psychotherapy, 59 (1), 112—125.
12
Кляйн, М. (1948/2018). «Труды по психоанализу» (Contributions to Psycho-Analysis). London: Hogarth Press. М.: Когито-Центр, 2018 (рус.)
13
Bartlett F. С. Remembering: A Study in Experimental and Social Psychology (Cambridge University Press, Cambridge, 1932)
14
McGaugh (2015). «Consolidating Memories». Annual Review of Neuroscience, 38, 1—23
15
Monfils et al. (2017). «Memory reconsolidation as a tool for emotional habituation». Trends in Cognitive Sciences, 21 (7), 531—543
16
Bouton (2019). «Context, ambiguity, and unlearning». Neurobiology of Learning and Memory, 161, 1—8
17
Эта стратегия предполагает, что мы практически не вносим своего материала в процесс терапии и не направляем клиента, а лишь раскрываем его мысли и значения в процессе диалога.
18
В этой стратегии весь упор идет на применение техник а контексте проблемы клиента, а не на диалог «здесь и сейчас».
19
Lambert, K., & Beisser, A. (2022). «Neurophysiological Markers of Contact Boundary Disturbances: An EEG Study». Journal of Humanistic Psychology, 62 (4), 567—589.
20
Авдеев П. Физиологические основы гештальт-терапии в соответствии с учением о доминанте Ухтомского. // SCI-ARTICLE.RU. 2017. №44 URL: http://sci-article.ru/stat.php?i=1492196043 (дата обращения 01.06.2017)
21
Gonzalez-Castillo et al. (2021). «Whole-brain mapping of need-related activity». Nature Human Behaviour, 5 (4), 1—15
22
Robine (2020). «Microanalysis of Contact Cycles: An Empirical Validation». Gestalt Review, 24 (2), 134—155.
23
Parlett & Lee (2022). «Neurophenomenology of Contact Cycles: fMRI Evidence». Frontiers in Human Neuroscience, 16, 891403.
24
Райх В. Анализ характера / Пер. с нем. Е. Поле. – М.: Апрель Пресс, Эксмо, 2006. – 528 с.
25
Thelen, E. (2000). «Motor development as foundation and future of developmental psychology.» International Journal of Behavioral Development, 24 (4), 385—397.
26
Anderson, M.C., et al. (2004). Neural systems underlying the suppression of unwanted memories. Science, 303 (5655), 232—235.
27
Fuchs et al. (2019). Embodiment in Gestalt Therapy: Neural Correlates of Contact Boundary Phenomena. Frontiers in Psychology, 10, 2545.
28
Fotopoulou, A., et al. (2008). Self-observation reinstates motor awareness in anosognosia for hemiplegia. Neuropsychologia, 46 (12), 2886—2897.
29
Bird, G., et al. (2010). Empathic brain responses in alexithymia. Brain, 133 (5), 1515—1525.
30
Taylor, G. J., & Bagby, R. M. (2000). «An overview of the alexithymia construct.» Handbook of Emotional Intelligence, 40—67.
31
Эллис, А. Рациональная-эмоциональная-поведенческая терапия: Основные принципы и применение / А. Эллис. – М.: Эксмо, 2019. – 288 с.
32
Yontef, G., & Jacobs, L. (2021). «Neuroscience and Gestalt therapy: An integrative review». Gestalt Journal, 44 (2), 15—42.
33
Whalen, P. J., et al. (1998). Masked presentations of emotional facial expressions modulate amygdala activity without explicit knowledge. Journal of Neuroscience, 18 (1), 411—418.
34
Lieberman, M. D., et al. (2007). Putting feelings into words: Affect labeling disrupts amygdala activity in response to affective stimuli. Psychological Science, 18 (5), 421—428.
35
Lane, R.D., et al. (2015). Defensive verbal behavior attenuates the neural response to threat. Social Cognitive and Affective Neuroscience, 10 (3), 378—384.
36
Фрейд, З. Остроумие и его отношение к бессознательному / S. Freud, «Der Witz und seine Beziehung zum Unbewußten», 1905.
37
Fuchs, T., Koch, S.C., & Schlimme, J.E. (2019). Embodiment in Gestalt Therapy: Neural Correlates of Contact Boundary Phenomena. Frontiers in Psychology, 10, 2545.
38
Stawarczyk, D., et al. (2014). Neural correlates of body consciousness during the rubber hand illusion. NeuroImage, 98, 129—137.
39
Lanius et al. (2018). «Dissociation and endogenous opioids: A translational dimensional approach». Biological Psychiatry, 83 (10), 866—876.
40
Yontef, G., & Jacobs, L. (2021). «Neuroscience and Gestalt therapy: An integrative review». Gestalt Journal, 44 (2), 15—42.
41
Waller, E., & Scheidt, C.E. (2006). Somatoform disorders as disorders of affect regulation. Clinical Psychology Review, 26 (1), 17—31.
42
Lumley, M.A., et al. (2011). Emotional awareness and expression training improves irritable bowel syndrome. Journal of Clinical Psychology, 67 (6), 649—660.
43
Claes, L., et al. (2010). The relationship between self-injury and alexithymia in borderline personality disorder. Psychopathology, 43 (3), 145—151.
44
Geuter, U. (2015). Body Shutdown: Psychophysiological Correlates of Retroflexion. Psychosomatic Medicine, 77 (5), 555—563.