Рисую красками узор

Судьбоносный тот вечер

Для меня сохранит.

* * *

Что называем мы весной?

С тоской прося погоды новой,

Иль нам наскучил снег густой

В объятьях мерзлоты суровой.

Просторов, белых до небес,

В восторг приведшее сиянье,

Мы отдадим да дивный лес,

За лес, в зеленых одеяньях.

Куда не глянь – печаль кругом:

Осколки зимней непогоды,

Природу просим лишь о том,

Чтоб нам явила жизни новой.

Пусть цвет, как с чистого листа,

Окрасит поле краской яркой,

Пусть к нам опять придет весна

И одарит любовью жаркой.

* * *

Потухшее небо укроет печали,

Хоть даже они нестерпимо кричали;

Пусть тени обнимут тебя до конца:

Никто не увидит тревогу лица.

* * *

Вот и ты – моя нежная спутница,

Вижу блеск твоего серебра:

Знаю, ты от пути не отступишься,

Знаю, ты не покинешь меня.

А тропа тканью шелковой стелется,

С каждым шагом светлеет земля.

Ты вверху, как огромная мельница:

Не даешь мне лишиться ума.

* * *

Я подарил тебе сердце свое,

Я отпустил в небеса свою душу.

В надежде на счастье одно,

Не думая, что будет лучше.

Душа возвратилась с небес,

А сердце осталось с тобою…

И жизнь мою словно Зевес

Пронзил своей острой стрелою.

Мой разум терзает печаль,

А грудь разрывает тоскою,

Но мне себя даже не жаль:

Ты жизнь осветила собою.

Я Богом был создан таким

Нет власти моей измениться,

Со злобой отмечен ли им…

Я в силах лишь с этим смириться…

Ты мне бесконечно мила,

Твой образ – мое покаянье,

В унынье согреет меня

Улыбки твоей обаянье.

* * *

Я забудусь. Пусть мир катится!

Закрою ладонью очи…

Где же ты… Моя красавица!

В закромах ненасытной ночи?

Словно снег твои пряди белые

В кристальном, чистом огне,

Словно бабочки мягкотелые

Тянутся звезды к тебе.

* * *

Город никогда не спит:

Словно в судорогах бьется,

И асфальтовый гранит

Серым пламенем нальется.

Чешуя бетонных плит

Его тело облепляет,

Город никогда не спит –

Он рассудок усыпляет.

* * *

Мерцают огни городской мостовой,

На небе луна одинока.

Не раз оглушимо людскою молвой

Горит ее белое око.

* * *

Я не пью вино ночами,

Не гуляю под луной,

Ведь сражен навек очами

Милой девушки одной.

Холод звезд на небе темном

Не остудит сердца пыл,

И всегда я буду помнить,

Как ту девушку любил.

* * *

Звезды – мышки полевые,

Расползлися в вышине,

И горят глаза лихие

На охотнике-коте.

* * *

Я далеко не Пендрагон,

И я совсем не Ланцелот.

В моей душе погас огонь:

Печаль давно ее оплот.

* * *

Огненный шар пролетит над землей.

Ночь настает, все уходят домой.

Я лишь останусь на звезды смотреть:

Тошно мне все… Тьмы окутала сеть.

* * *

Серые краски, черная тушь,

Нет, не отмыть нам испачканных душ.

Кровь запеклась на ворсинках пера:

Девушек много – любовь лишь одна.

* * *

Мне твоих ясных глаз

Так не хватает порой…

И я жалел не раз,

Что я сейчас не с тобой.

Пусть я уеду прочь,

Пусть я сожгу мосты,

Ты лишь меня не порочь…

Жизнь моя только ты.

* * *

Я с улыбкой вспоминаю

Свои четырнадцать лет,

Когда мечты о прекрасном

Появились на свет.

* * *

Прочь уберите руки кровавые,

Ехидство, насмешки, улыбки лукавые.

Вы, знаю, не в силах свободы узреть,

Сердца ваши могут лишь злобу призреть.

* * *

Первый снег ложится тихо,

В вечер тот, слегка кружась.

Ветер гонит осень лихо,

И на зимний пух стелясь.

Затаился месяц в небе,

Побелела вся земля,

Я не знаю, что на свете,

Лучше ночи декабря.

* * *

Прости, Господь, мои грехи,

Слова беззвучные ночами,

Пускай они и не легки,

Я их оставлю за плечами.

Я не сотру заветов кровь,

Не изменю свои деянья,

Я лишь осмеливаюсь вновь

Просить простого пониманья.

* * *

Сонное небо, немая трава,

Зелень листвы молодой на деревьях,

Отец заготовил сухие дрова –

Природою брошены, без сожаленья.

В сердце несчастных приходит любовь,

Все оживает от зимней невзгоды,

К людям весна возвращается вновь,

И от снегов отвыкают зароды.

* * *

Девушек сложно понять,

Их чувства нельзя объяснить.

Не нужно во лжи обвинять,

Достаточно просто любить.

* * *

Бог всевышний, Бог всеправный,

Ты великий, ты всеявный,

Защити ты мой обет,

Дай мне руку, дай мне свет.

* * *

Новые люди, новые встречи,

Всегда так здоровы, всегда так беспечны…

Сладость знакомств и тяжесть признаний,

Много дорог, много очарований.

* * *

Мне приснился первый солнца яркий луч,

Мне приснился месяц, за громадой туч,

Голубое небо, розовый закат

И цветов весенних яркий маскарад.

* * *

Вот он, свет,

Вот он, ветер прохладный,

На моих изумленных глазах

Силуэт появился желанный:

Крыльев ангела трепетный взмах.

Кто бы знал,

Кто б те возгласы ведал,

Что терзают мне пропасть души.

Сон покоя мне так и не дал,

Лишь забвенного время гроши.

Я не буду метаться в измене:

Не хочу своих слов отрицать.

Я теперь поселился на небе,

Только ты смогла мне это дать.

Нет волнений и нет смятенья,

Мне не трудно всего передать:

Словно солнце, ты, после затменья

Веру в жизнь продолжаешь вселять.

* * *

У кого-то в душе тревога,

Кто-то с миром играет в салочки.

Ну а я не желаю много:

В моем сердце порхают бабочки.

* * *

Зачем ты так со мной жестоко,

Я всей душой тебя любил…

Если б осталась ты со мною,

Я бы тебя боготворил…

Я не виню тебя нисколько,

Быть может, это не судьба…

Хотя оставила во мне ты

Частичку от самой себя.

(27.10.07)

* * *

Звезда

Ночь. Прохладно. Немного печально…

Ты, склонившись на спинку стула,

Поглядела в окошко, нечаянно,

А на небе звезда блеснула.

Синева ее ледяная

Непрерывно к себе манила,

Ну а ты, как луна немая,

Своих глаз с нее не сводила.

Каждый вечер, как в сон влюбленный,

Взгляд твой томный стремился в небо.

И в объятьях вселенной бездонной

Лишь звезде свои тайны ведал.

Словно друг, до могилы верный,

Все секреты звезда хранила.

И, наверное, стала первой,

Кто ничем тебя не судила.

Каждый луч, каждый свет ее грани,

Веселясь, светлячки хватали.

Как узор драгоценной медали

В небесах они дружно сверкали.

Миг настал, и гоним судьбою,

Ветер сделался очень не весел…

И звезда, попрощавшись с тобою,

Вниз нырнула под брызги песен.

Но она не упала напрасно,

Ты свое загадала желанье:

Пусть ей будет внизу прекрасно,

Пусть не гаснет ее сеянье.

(05.08.12)

* * *

Торжествует весна улыбаясь,

И угрюмо зима летит

Чистый дождь, с небес проливаясь,

Образ твой над землей озарит.

Над горами рождается утро,

Золотит волны буря седая.

Все вокруг ликует безумно,

И я счастлив, моя дорогая.

За весною последует лето,

После осень накроет собою.

И соскучась зимою по свету,

Приоденутся ветви листвою.

Жизнь пройдет, месяцами танцуя,

И об этом твердит все живое

Лишь одно мне судьба рисует:

Что я так дорожу тобою.

* * *

Пирр

Раскинулось царство средь северных гор

У самой границы Эллады23,

Там дети Ахилла24 с неведомых пор

Царили в мерцании славы.

И много героев дал миру тот род,

Деяния их не забыты,

И враг не сумел сокрушить гордый взлет –

Победы с историей слиты.

Вот Пирр25, лучший воин, любимец богов,

Лишь чуть уступавший их славе,

В нем дух Александра пропитывал кровь26

Эпир 27 возвышая делами.

К сражениям с детства привыкнуть сумел

И пропасти дна не боялся,

Он подвигов жаждал, он битвы хотел,

Как лев с неприятелем дрался.

От Ипса28 до каменных стен Сиракуз29

Дружины его прошагали,

И недруг попробовал серу на вкус –

Царя победителем знали.

Но все же угасла Эпира звезда,

Над ним усмехнулося небо

И женской рукой умертвило, шутя,

Досадно и очень нелепо.

Но память о нем и доселе жива,

Назло временам и эпохам,

И помнили люди про Пирра-царя,

Подобного всем диадохам30.

* * *

Ветер перемен

Прошли века, со дня паденья Трои31,

Уж камень стен рассыпался в песок,

Но нить судьбы сплетают лихо мойры 32-

Великий грек стремится на восток.

Оставя дом, забыв дворца чертоги

И вспыхнув, как кипящая смола,

Он выбрал путь и не сойдет с дороги –

Растают азиатские врата.

Мерцают солнцем бронзовые шлемы,

Сарисы33 точно знают свой завет.

Под марш пехоты упрощатся схемы

На мир обруша эллинизма34 свет.

Совсем недобро встретил воинов Граник35,

Фаланга36 до безумия тесна;

И за рекой стоит венцов охранник,

Свирепый, раскалённый докрасна.

Восстала мощь, построя копьев стену,

Как гидра ощетинилась земля,

И дрогнул перс! Он предпочел измену!

Палит анатолийская37 весна.

Вот первый бой, вот вкус победы первый,

Вот первый кубок, поднятый вина,

Кто б знал, что мир доселе пленный

Изменит Александр навсегда.

* * *

Дидона и Эней

На небе солнце навсегда лишилось дома,

Сгущались тучи над стенами Карфагена38;

Его построила прекрасная Дидона39,

С какой сравнима лишь Троянская Елена40.

Царица юная, скорбя о смерти мужа,

Бежала прочь из дома финикийцев41,

С дождем Астарты42 растворилась стужа,

И был зачат росток земли пунийской43.

На месте, что покрыла бычья шкура,

Расправил плечи Новый град44 великий,

И сразу тень зловещая мелькнула

И показала свой характер дикий.

Ища отцов земли, Эней Троянский45,

От брега к брегу в ожидании блуждал..

Под шумом волн морских трещали мачты,

И корабли наткнулись на причал.

Узнал Эней, что он в земле ливийской,46

Здесь много золота и много серебра,

И правит здесь с душой блаженно чистой

Царица-девушка, небесная звезда!

Сказал Эней: «На небе темно-синем,

Горят огни, их сторожит луна,

И все они давно имеют имя,

Хочу узнать я, как зовут тебя!»

«Что ж, я скажу» – ответила царица,

И дивный блеск объял ее глаза

«Зовут Дидоной я, среди пунийцев,

Во всей земле хозяйка лишь одна».

И только звук последний с уст сорвался,

Как образ юноши вдруг стал царице мил;

Малыш Эрос47, грустил он, иль смеялся,

Но девушку любовью одарил.

Эней, под покровительством Венеры48,

Рассудок свой и разум сохранил,

На страсть душетрепещащую девы,

Откликнулся, к любви не тратя сил.

Летели дни, амброзию вкушая,

Влюбленные несли хвалу богам

Не зная на земле иного рая,

Туманно предались своим мечтам.

Но как-то в ночь, сошел с небес Меркурий49

И волю Зевса50 строго огласил.

Разгорячась, как огненный Везувий51

Троянцу путь к другой земле сулил.

Не налилось лицо не каплей крови,

Не задрожала в юноше печаль,

Без чувств оставил царские хоромы

И корабли направил смело вдаль.

Осталась брошенной царица неба,

Хозяйка моря, мать самой земли..

От горя жить отныне не хотела,

И запылали смертные костры.

Пред тем, как меч живую грудь пронзил,

Дидона все ж слова произнесла:

«Будь проклят ты, Эней!» – лишившись сил,

На встречу к Богу душу вознесла.

Хоть много рек иссохло с тех событий,

Хоть много вод с поры той утекло,

Не удалось живым из пламя выйти –

Проклятие над всеми верх взяло.

* * *

Европа

Резвились

И рвали сидонские девы цветы,52

Не зная печали и горя;

Стремясь позабыть все тревожные сны

Европа53 гуляла у моря.

Блистая красой средь кружащих подруг,

Царевна цветы собирала;

И легким движением бархатных рук

Лишь алые розы срывала.

И смех разносился с пустых берегов,

Наполнилось звуками небо,

А эхо веселых морских ветерков

Дошло до обители Зевса.

Сам бог-громовержец спустился с небес,

Вздымая пурпурные тучи;

Увидя Европу, в волнении весь,

Вдруг страстью проникся могучей.

Как бык златорогий на землю ступил,

Травы не сминая шагами,

И прямо к царевне, стремясь, подходил,

Сверкая жемчужно глазами.

Но девы, ничуть не смутившись тельца,

Водили, смеясь, хороводы,

А тот, лишь серебряной шерстью мерцал

Небес не скрывая природы.

Пред самой Европой он шею склонил,

Присесть, на себе призывая,

Ей голову запах цветов закружил,

И разум она потеряла.

Лишь только телец нежный груз ощутил,

Как тут же он ринулся с места.

И словно дельфин по воде поспешил,

А сверху дрожала невеста.

Как ветер стремился серебряный бык,

Рогами волну разметая.

Не шепот, не возглас, не жалобный крик

Не слыша. Царевна молчала.

Но скоро достигли они берегов,

С копыт разлеталася тина.

А бык, окруженный сияньем богов,

Свой истинный облик вновь принял.

И стала Европа женою царя,

Царя, что Олимпа элита.54

Их дети, надолго прославя себя,

Владыками сделались Крита.55

* * *

Кельты

Трубите карниксы56! Свистите лесами!

Пусть в громе ужасном звенит голосами!

С ударом клинка враг опустится вниз,

А душу его разметет Таранис57.

Мы телом врастаем в священные рощи58,

Разрушатся грады от яростной мощи,

Пусть с неба несутся колеса огня59 –

Возьмем для трофеев врагов черепа.

От Азии Малой, до вод Альбиона60

Фианна 61 святая ступала истомой;

Мы доблести имя поднимем на щит,

Нас мудрость друидов 62 от бед оградит.

Как вепри свирепые жаждем свершений,

Заложим фундамент для всех поколений.

И знаем, не будет дороги иной –

Мы крепость вина не сбиваем водой.63

(21.08.2012)

* * *

Ты мое небо,

Ты мое солнце;

С радостным смехом

Утро проснется.

Ночь торопливо

Оставит просторы,

Словно картина

Сплетутся узоры.

Теплые волны

Землю накроют,

Ты от блаженства

Очи закроешь.

Ты так прекрасна…

Словно богиня!

С трепетом страстным

Шепчу твое имя.

(21.08.2012)

* * *

Я не пугаюсь сумраком вечерним,

Не устрашает мое сердце тишина,

Мерцают звезды холодом пещерным –

В моем сознанье только ты одна.

Смотрю сквозь проходящих силуэты,

Как в сладкой дымке плещутся глаза;

Мне наплевать на все, что в мире этом.

Ты для меня горишь, моя звезда!

Пропитан небом камень тротуара,

Я на него ступаю и парю…

И от судьбы не жду иного дара:

Ведь я тебя давно уже люблю.

(22.08.2012)

Цикл стихов о Восторге

На тему «Bioshock», компьютерной игры, разработанной компанией «2K Boston»

* * *

Я увидел сиявшие башни на дне…

И холодный огонь среди волн в темноте…

Город спал, одержимый, безликий,

Я не думал о нем, но забыл о земле.

Силуэт очертаний великий,

Но Восторг 64 от рождения дикий,

Как земля Посейдона-гиганта,

Атлантиды собрат многоликий.

Этот дом красоты и таланта,

Был твореньем, по сути, атланта.

Возжелавшего славной свободы,

Одержимого верой и правдой.

Лишь достойной и чистой природы

Человек попадал в эти воды.

И воистину каждый гордился,

Ставши частию новой породы.

То, к чему Эндрю Райан 65 стремился,

Мир утопии, в явь обратился.

Город грез – о чем люди мечтали,

В хаос пены морской превратился.

И зеленые лунные дали

Похоронными тропами стали.

Ну а гибель атланта творенья –

Лишь отказ от всеобщей морали.

Не разрушены полностью звенья,

Среди волн и морского теченья,

Порожденные адамом66 звери:

Дети Восторга –

его поколенье…

* * *

Не сорвать ветрам с деревьев крону

Вновь вознес Адонис67 над землей корону.

Не понять жестокой мне природы сей:

Кто посмел отнять Элеонору??

Но во мраке атлантических морей,

Зародилась злоба, как лукавый змей.

Я лишился тверди, я упал во тьму,

Больше жизни жажду только встречи с ней.

Пересиля муки, страх не обрету,

Как на зов сирены 68 я за ней иду.

Не затмит сознанье красных вин услада,

Через реки крови для неё пройду.

Рухнет перед нами каждая преграда,

Все вокруг усеем зернами граната.

Мы, Элеонора, мы с тобою вместе!

Вот сошла на веки с плеч камней громада.

* * *

Затаился Восторг в глубине океана,

Не сыскать тебе в нем пустоты и обмана.

Тот, кто верил в мечту, кто в смятенье творил,

Им Восторг навсегда новый дом подарил.

Словно гордый титан стер у мира границы,

Этот город забыл про унылые лица;

Он обитель любви, плод изнеженных дум,

В нем найдет колыбель ваш истерзанный ум.

* * *

Вновь ужас объял непокорные стены,

И ночь проглотила нас пастью гиены,

Обузы для общества, – гнусные твари,

А люди с опаской нас сплайсеры 69 звали.

И мир наш далекий от сада Эдема70,

В нас силы богов пробуждает вновь ева,

Никак не утихнет сей пламень в груди;

Ведь адама жажда теплится внутри.

Наш дом опоясали тени развалин,

А ночь раздирается скрежетом стали.

Мы были как все: улыбались и жили,

Но с жаждою крови все это забыли.

Не вспрянет наш город от ужаса плена,

А мир не спасет и прекрасная дева.

Но день ото дня только море шумит,

Мы с волнами вмести сольемся в гранит.

* * *

Что для меня Восторг?…

Его простор манящий,

Безлюдных залов тень

И купол звезд блестящий.

Просоленный металл,

Исшарпанные стены,

Свет алых фонарей

И запах евы первой.

Всяк длинный коридор

С историей печальной;

И крови на полу

Луна скрывает тайны.

Здесь дивные цветы,

Здесь все журналы в глянце;

И папочка большой*

С малышкой* кружит в танце.

Примечания