- -
- 100%
- +
Как и 156-я танковая бригада, 168-я танковая бригада находилась в составе 38-й армии с конца мая и ранее ни в каких боевых действиях не участвовала. Всего по состоянию к утру 10 июня бригада, по данным АБТУ Юго-Западного фронта, насчитывала 1019 человек личного состава, 46 танков (9 КВ-1, 21 Т-34, 16 Т-60), 6 орудий (4 76-мм ПТО, 2 37-мм зенитных), 6 82-мм минометов, 6 ПТР [17], 27 пулеметов. 162-я стрелковая дивизия по состоянию на 10 июня насчитывала 9372 человека личного состава, 30 полевых и 29 противотанковых орудий, 137 минометов, 71 ПТР, 158 пулеметов [16].
В целом вся местность между рекой Большой Бурлук и железной дорогой на правом фланге 38-й армии была плотно нашпигована пехотными, артиллерийскими и танковыми частями – в общей сложности 5 стрелковых полков и 2 танковые бригады, которые образовали собой глубокоэшелонированную (прим. – 6 эшелонов) оборону на купянском направлении, т.к. советское командование предполагало, что противник нанесет удар именно в восточном направлении на город Купянск. Однако этого советскому командованию показалось мало, и позади всех этих сил оно расположило главные силы 22-го танкового корпуса. К востоку от позиций 501-го стрелкового полка заняла оборону 34-я мотострелковая бригада (командир – полковник Кузьма Овчаренко) 22-го танкового корпуса. Ее 34-й мотострелковый полк с конца мая расположился на восточном берегу реки Большой Бурлук в обороне сел Новониколаевка и Сергеевка (ныне северная часть с. Ивановка), а 32-й мотострелковый полк встал на западном берегу реки, заняв оборону на рубеже высот 178,0 и 184,5 к западу от сел Крейдянка (1,5 км севернее с. Аркадевка) и Аркадиевка (ныне с. Аркадевка) [187, л. 112]. По состоянию на 10 июня бригада, по данным АБТУ штаба Юго-Западного фронта, насчитывала 3004 человека личного состава, 14 бронемашин, 6 орудий (2 76-мм, 2 45-мм, 2 37-мм), 45 минометов, 37 ПТР, 47 пулеметов [16]. Однако это не совсем верная информация. 9 июня бригадой было получено еще 6 орудий (4 76-мм, 2 45-мм), после чего к началу боевых действий количество орудий у нее выросло до 12 штук (6 76-мм, 4 45-мм, 2 37-мм) [924]; [925].
Гораздо дальше от 34-й мотострелковой бригады на ближних подступах к Купянску располагались 13-я и 36-я танковые бригады 22-го танкового корпуса. По состоянию на 10 июня 13-я танковая бригада (командир – подполковник Иван Климчук) насчитывала 1242 человека личного состава, 48 исправных танков (5 КВ-1, 16 Mk.II, 16 Mk.III, 8 Т-60, 2 БТ-7, 1 БТ-5), 8 орудий (4 76-мм, 4 37-мм), 6 82-мм минометов, 12 ПТР, 11 пулеметов [16]; [17]. В ходе боевых действий также были отремонтированы и приняли участие в боях 2 танка Т-34 13-й ТБр, которые с конца мая находились в ремонте [714]. 36-я танковая бригада (командир – полковник Трофим Танасчишин) по состоянию на 10 июня насчитывала 1167 человек личного состава, 50 танков (10 КВ-1, 13 Mk.II, 14 Mk.III, 13 Т-60), 4 орудия (2 76-мм, 2 37-мм), 6 82-мм минометов, 6 ПТР, 6 пулеметов [17].
В целом в полосе наступления немецких 44-й и 71-й пехотных, 16-й танковой и 60-й моторизованной дивизий командование 38-й армии располагало 3 полнокровными стрелковыми дивизиями, 1 мотострелковой бригадой, 4 танковыми бригадами, 6 артиллерийскими полками РГК, дивизионом реактивных минометов и 2 бронепоездами, так что ни количеством пехоты, ни количеством артиллерии, ни количеством танков советские войска на этом направлении нисколько не уступали противнику, а в количестве танков даже в несколько раз его превосходили.
Центр и левый фланг 38-й армии образовывали собой 199-я (справа), 304-я (в центре) и 81-я (слева) стрелковые дивизии, на усилении которых находился один только 92-й отдельный танковый батальон в составе 12 танков (10 КВ-1, 2 Т-60) [17]. Позади 199-й и 304-й стрелковых дивизий во 2-м эшелоне 38-й армии располагалась 242-я стрелковая дивизия (командир – полковник Анатолий Кашкин), в боевых порядках которой в районе села Великая Вишневая (ныне с. Вишневая) находилась 3-я танковая бригада (командир – майор Владимир Красноголовый). К вечеру 9 июня бригада имела 44 танка (1 КВ-1, 10 Т-34, 33 Т-60): 43 танка (1 КВ-1, 9 Т-34, 33 Т-60) – в строю и 1 танк Т-34 – в войсковом ремонте [212]. А в общей сложности в составе бригады, судя по ее танковому парку на 20 июня, числилось 48 танков (2 КВ-1, 13 Т-34, 33 Т-60) [755]. Также по состоянию на 10 июня бригада насчитывала 1269 человек личного состава (в т.ч. 335 человек в мотострелковом батальоне), 4 37-мм зенитных орудия, 7 82-мм минометов, 5 ПТР, 22 пулемета [16]; [212]. В отличие от отдельного танкового батальона, 3-я танковая бригада обладала внушительным количеством танков и в случае необходимости могла быть переброшена командующим 38-й армией на правый фланг армии.
Противостояла 199-й и 304-й стрелковым дивизиям левофланговая 62-я пехотная дивизия 51-го армейского корпуса (командир дивизии – генерал-лейтенант Рудольф Фридрих). Потеряв в Харьковском сражении 2180 человек личного состава [870], к началу нового наступления, несмотря на поступившее пополнение, дивизия все еще насчитывала 65 % боевого состава в своих 9 пехотных батальонах, а 1 из 12 артиллерийских батарей не имела средств тяги [874].
Дальше в тылу 38-й армии и соседней с ней 9-й армии за рекой Оскол в оперативном резерве командующего Юго-Западным фронтом располагались 3-й гвардейский кавалерийский корпус (командир корпуса – генерал-майор Василий Крюченкин) в составе 3 кавалерийских дивизий (5-я и 6-я Гв.КД, 32-я КД) и 6-й гвардейской танковой бригады и 57-я армия в составе 124-й стрелковой и 1-й истребительной дивизий, 9-й мотострелковой бригады и 24-го танкового корпуса в составе 24-й мотострелковой бригады и 3 танковых бригад (4-я Гв.ТБр, 2-я и 54-я ТБр). Все эти части потенциально могли быть использованы командующим фронтом и быть введены в бой западнее реки Оскол. По итогу в бой для закрытия образовавшегося позже разрыва линии фронта были введены 3-й гвардейский кавалерийский корпус в составе 6-й гвардейской кавалерийской дивизии (командир дивизии – полковник Анатолий Белогорский), 1-й истребительно-противотанковой бригады 1-й истребительной дивизии (командир бригады – подполковник Ермолай Ефремидзе) и 6-й гвардейской танковой бригады (командир – полковник Абрам Хасин), а также 9-я мотострелковая бригада и располагавшиеся 10 июня на доукомплектовании в районе города Валуйки и южнее 6-я и 114-я танковые бригады. Вводить все эти силы для усиления правого фланга 28-й армии еще до 10 июня командующий фронтом не стал, сохраняя у себя под рукой оперативный резерв.
9-я мотострелковая бригада по состоянию на 10 июня насчитывала 3225 человек личного состава, 28 орудий (4 зенитных, 12 полевых, 12 ПТО), 34 миномета, 54 ПТР, а 6-я гвардейская танковая бригада – 1383 человека личного состава, 34 исправных танка (8 КВ-1, 9 Т-34, 15 Т-60, 2 трофейных), 9 орудий (5 45-мм, 4 37-мм), 12 минометов (6 82-мм, 6 50-мм), 7 ПТР [16]; [17]; [520]. Понесшая большие потери в боях под Харьковом, 6-я гвардейская кавалерийская дивизия по состоянию на 9 июня насчитывала лишь 1586 человек личного состава, 13 орудий (3 зенитных, 6 полевых, 4 ПТО), 26 минометов, 2 ПТР [521]. С началом боевых действий, 10 июня дивизия получила пополнение [522, л. 39], и численность ее сразу выросла до 6451 человека личного состава, 29 орудий (1 зенитное, 20 полевых, 8 ПТО), 89 минометов, 47 ПТР [16]. Прибывшее пополнение, правда, обучалось всего 1 месяц и оказалось слабо подготовлено к боевым действиям [522, л. 39].
Выведенная в конце мая из боев под Харьковом из состава 28-й армии, 6-я танковая бригада к 10 июня еще не была полностью доукомплектована и насчитывала 925 человек личного состава, 20 только что полученных танков Т-60, 4 орудия (2 76-мм, 2 37-мм), 6 82-мм минометов, 4 ПТР [16]; [17]. К моменту ввода в бой, к 14 июня, численность ее выросла до 42 исправных танков (22 Т-34, 20 Т-60) [519]. 114-я танковая бригада сначала в конце мая вела тяжелые бои под Чепелем, пытаясь прорваться к окруженным войскам 6-й и 57-й армий, а затем в начале июня несколько раз пыталась отбить захваченную 1-й горнопехотной дивизией Щуровку и на доукомплектование в район села Герасимовка к югу от города Валуйки была выведена только в ночь на 9 июня. После всех этих боев к 10 июня бригада насчитывала 829 человек личного состава, 12 танков (4 М3С, 1 М3Л, 7 Т-60), 6 орудий (4 76-мм, 2 37-мм), 6 82-мм минометов, 7 ПТР [16]; [17]. Доукомплектовывалась бригада спешно, и уже к 14 июня численность ее выросла до 46 танков (8 КВ-1, 5 М3С, 33 М3Л). Правда, фактически танки КВ-1 в ее состав так и не вошли, таким образом, 14 июня бригада располагала 38 танками (5 М3С, 33 М3Л) [519].
В целом же, если сравнивать соотношение бронетанковых сил 6-й полевой армии с бронетанковыми силами 28-й и 38-й армий, то выходит, что все 3 танковые дивизии и 60-я моторизованная дивизия 3-го танкового корпуса располагали 269 исправными танками (5 Bef.Wg., 54 Pz.IV, 103 Pz.III, 27 Pz.II, 80 Pz.38(t)) и 26 76-мм самоходными установками, вдобавок к ним 244-й дивизион штурморудий имел 17 исправных StuG III. В общей сложности это 312 единиц бронетехники. Этим силам в 1-м и 2-м эшелонах 28-й и 38-й армий противостояло 11 танковых бригад (3-я, 13-я, 36-я, 58-я, 84-я, 85-я, 88-я, 90-я, 133-я, 156-я, 168-я ТБр) общей численностью в 542 танка (61 КВ-1, 198 Т-34, 41 Mk.II, 30 Mk.III, 208 Т-60, 3 БТ-7, 1 БТ-5), большая часть которых были исправными, а уже в ходе боевых действий в бой также были введены 6-я гвардейская, 6-я, 65-я и 114-я танковые бригады общей численностью в 165 танков (32 КВ-1, 31 Т-34, 5 М3С, 33 М3Л, 62 Т-60, 2 трофейных). Исходя из этих цифр, войска 28-й и 38-й армий и ближайшие к ним фронтовые резервы более чем в 2 раза превосходили количеством танков немецкие бронетанковые части, однако по итогу это не сыграло существенной роли в плачевных для советской стороны итогах операции «Вильгельм».
Состав и численность авиации сторон
Как и в случае с танковыми частями, авиация Юго-Западного фронта к началу немецкого наступления состояла из десятков отдельных частей – авиаполков, подчинявшихся отдельно штабам 21-й, 28-й и 38-й армий и собственно штабу фронта, а также ВВС 6-й армии, которая погибла в окружении под Харьковом. Собственно ВВС 6-й армии состояли из 13-го гвардейского бомбардировочного, 623-го и 633-го легкобомбардировочных, 23-го, 92-го и 181-го истребительных авиаполков. Все вместе они по состоянию на 1 июня насчитывали 29 исправных самолетов, в т.ч.:
13-й Гв.БАП – 2 исправных Су-2;
92-й ИАП – 6 исправных И-153;
181-й ИАП – 2 исправных ЛаГГ-3;
623-й ЛБАП – 11 исправных Р-5;
633-й НБАП – 8 исправных У-2 [626]. Состав их к 10 июня не известен, кроме как 623-го авиаполка, который насчитывал 12 исправных Р-5 [615]. 23-й истребительный авиаполк исправных самолетов к 1 июня не имел [626].
Под рукой командующего 21-й армией находились 43-й истребительный, 135-й бомбардировочный (самолеты Су-2) и 596-й ночной бомбардировочный авиаполки, а также 47-я разведывательная эскадрилья. 596-й НБАП по состоянию на 10 июня насчитывал 11 исправных У-2 [618, л. 35], а 43-й ИАП – 11 исправных (10 И-16, 1 УТ-1) самолетов [631]. 135-й БАП 10 июня смог выставить лишь 8 боеспособных Су-2 [600]. Исправных самолетов в 135-м полку было, скорее всего, больше 8 штук, так что в целом ВВС 21-й армии на 10 июня насчитывали не менее 30 исправных самолетов.
В состав 28-й армии входили 254-й истребительный (самолеты ЛаГГ-3), 655-й смешанный (самолеты ИЛ-2 и ЯК-1) и 709-й ночной бомбардировочный авиаполки (самолеты У-2). 709-й НБАП к утру 10 июня имел 12 исправных У-2 [635], а 254-й и 655-й авиаполки 10 июня смогли отправить на вылет 20 самолетов, т.е. в целом ВВС 28-й армии к утру 10 июня насчитывали более 32 исправных самолетов [637].
ВВС 38-й армии составляли 164-й и 282-й истребительные, 598-й, 714-й и 826-й бомбардировочные авиаполки. 10 июня все вместе они смогли отправить на вылет лишь 14 самолетов [600]. В целом авиация трех армий к началу боевых действий насчитывала не менее 76 исправных самолетов.
В непосредственном подчинении командующего Юго-Западным фронтом действовали 206-я и 220-я истребительные, 226-я и 228-я штурмовые авиадивизии, 4-я резервная авиагруппа, маневренная авиагруппа Юго-Западного направления, а также отдельные 66-й штурмовой и 292-й истребительный авиаполки.
206-я авиадивизия (командир дивизии – полковник Владимир Срывкин) к 10 июня состояла из 31-го, 515-го и 876-го истребительных авиаполков, которые к моменту вхождения в состав авиадивизии (прим. – 16-19 мая) насчитывали 60 самолетов (20 ЛаГГ-3 – 31-й ИАП, 20 ЯК-1 – 515-й ИАП, 20 ЯК-1 – 876-й ИАП), однако в ходе боевых действий до 10 июня полки потеряли 15 самолетов (прим. – 31-й ИАП – 7 ЛаГГ-3, 515-й ИАП – 6 ЯК-1, 876-й ИАП – 2 ЯК-1), после чего к 10 июня насчитывали не более 45 исправных самолетов: 13 ЛаГГ-3 – 31-й ИАП, 14 ЯК-1 – 515-й ИАП, 18 ЯК-1 – 876-й ИАП [601]. Из этого числа непосредственно в бой 10 июня они смогли отправить только 30 исправных самолетов [600].
220-я истребительная авиадивизия (командир дивизии – генерал-майор Александр Борман) состояла из 2-го, 248-го и 296-го истребительных авиаполков. Первый полк был вооружен самолетами ЛаГГ-3 и по состоянию на 30 мая насчитывал 16 исправных ЛаГГ-3 [627]. 2 других авиаполка располагали самолетами ЯК-1. 10 июня все 3 авиаполка смогли отправить в бой 26 истребителей [600].
226-я штурмовая авиадивизия (командир дивизии – полковник Михаил Горлаченко) состояла из 504-го и 800-го штурмовых авиаполков, которые по состоянию на 1 июня насчитывали 37 самолетов ИЛ-2, также 1 У-2 входил в управление 226-й ШАД. Состав авиаполков к 10 июня не известен, однако нет никаких сомнений, что к этому времени вследствие потерь их состав сократился [620], в итоге 10 июня на боевые задания смогло вылететь только 14 самолетов ИЛ-2 [600].
228-я штурмовая авиадивизия (командир дивизии – полковник Василий Степичев) состояла из 94-го бомбардировочного, 429-го и 792-го истребительных, 211-го, 243-го, 505-го, 622-го, 808-го штурмовых авиаполков, однако, несмотря на многочисленность наименований воинских частей, по состоянию на 10 июня насчитывала всего 29 самолетов, в т.ч. 17 исправных (11 ИЛ-2, 4 ЛаГГ-3, 2 У-2) [621].
4-я резервная авиагруппа (командир группы – полковник Михаил Борисенко) состояла из 99-го бомбардировочного, 431-го штурмового и 148-го истребительного авиаполков и по состоянию на 25 мая имела 17 исправных самолетов (7 Пе-2 99-го БАП, 7 ИЛ-2 431-го ШАП, 3 МИГ-3 148-го ИАП) [625]. 10 июня на боевые задания смогло вылететь 20 самолетов РАГ № 4 [600].
Маневренная авиагруппа Юго-Западного направления (командир группы – генерал-майор Василий Рязанов) к 10 июня состояла из 273-го и 512-го истребительных, 10-го гвардейского бомбардировочного, 52-го ближнебомбардировочного, 818-го дальнего бомбардировочного, 243-го, 285-го и 619-го штурмовых авиаполков. По состоянию на 5 июня в строю находилось 84 самолета (18 ЯК-4, 18 ИЛ-2, 8 ИЛ-4, 11 СУ-2, 17 СБ, 2 АР-2, 10 ЛаГГ-3), а 11 июня оставалось 67 исправных самолетов (14 ЯК-4, 9 ИЛ-2, 7 ИЛ-4, 13 СУ-2, 15 СБ, 2 АР-2, 7 ЛаГГ-3) [666]. Исходя из потерь авиагруппы 10 июня, к утру этого дня имелось не менее 74 исправных самолетов (15 ЯК-4, 14 ИЛ-2, 8 ИЛ-4, 13 СУ-2, 15 СБ, 2 АР-2, 7 ЛаГГ-3).
10-й гвардейский бомбардировочный полк по состоянию на 10 июня насчитывал 19 исправных самолетов (17 СБ и 2 АР-2), а 818-й дальнебомбардировочный полк – 6 исправных ИЛ-4. Впрочем, из 6 исправных ИЛ-4 818-го ДБАП боеспособны были только 4 ИЛ-4, а 2 других самолета выработали свой моторесурс и требовали замены моторов [615]. 52-й ближнебомбардировочный полк располагал самолетами Су-2, 243-й, 285-й и 619-й штурмовые авиаполки – самолетами ИЛ-2, 273-й истребительный авиаполк – самолетами ЯК-1, а 512-й истребительный авиаполк – самолетами ЛаГГ-3.
В целом авиация Юго-Западного фронта насчитывала 17 авиаполков (2 БАП, 1 ШАП, 7 ИАП, 7 НБАП) армейской авиации и 20 авиаполков (5 БАП, 6 ШАП, 9 ИАП) фронтовой авиации, однако большая часть этих полков почти не имела исправной техники, а потому общее превосходство в воздухе было на стороне противника. 6-ю полевую армию вермахта поддерживал один только 4-й авиационный корпус (4-й Воздушный флот), который к 10 июня состоял из 3 бомбардировочных эскадр (51-я эскадра с самолетами Ju.88, 27-я, и 55-я эскадры с самолетами Не.111), 1-й и 2-й эскадр пикирующих бомбардировщиков (самолеты Ju.87), 1-й штурмовой эскадры (самолеты Hs.123 и Hs.129), 1-й и 2-й эскадр тяжелых истребителей (самолеты Bf.109 и Bf.110), 3 истребительных эскадр (3-я, 52-я и 53-я эскадры с самолетами Bf.109), 3-й эскадрильи 121-й разведывательной авиагруппы (самолеты Ju.88) [806]. В отличие от авиации Юго-Западного фронта, противостоявшая ей немецкая авиация была сосредоточена в составе крупных авиационных соединений, управлялась одним штабом (прим. – 4-й авиакорпус), а потому могла действовать более массированно и эффективно. Для сопоставления численности и эффективности 4-го авиакорпуса и ВВС Юго-Западного фронта достаточно сравнить деятельность авиации сторон 10 июня, когда ВВС ЮЗФ за ночь и день 10 июня в составе 207 самолетов, по неполным данным (прим. – нет данных по ВВС 6-й армии), произвели 525 самолето-вылетов [600]; [611]; [637], а 4-й авиакорпус в составе 312 самолетов произвел 2101 самолето-вылет [806]. Исходя из этих цифр, немецкие самолеты в среднем в день делали по 6-7 вылетов, а советские – по 2-3 вылета.
Уже в разгар боевых действий, 11 июня на основании приказа № 119 Наркома Обороны СССР от 9 июня 1942 г. командующий войсками Юго-Западного фронта маршал Тимошенко отдал войскам приказ № 2527 о формировании в составе войск фронта 8-й Воздушной Армии в составе 206-й, 220-й, 268-й, 269-й истребительных, 271-й и 272-й бомбардировочных, 226-й и 228-й штурмовых авиадивизий, 8-го отдельного разведывательного авиаполка, 10-го отдельного учебно-тренировочного авиаполка, 1-го отдельного транспортного отряда, 40-й и 214-й отдельных авиаэскадрилей связи. Штаб новой армии формировался на базе управления ВВС ЮЗФ; штаб 268-й ИАД – на базе управления Маневренной авиагруппы ВВС ЮЗН; штаб 269-й ИАД – на базе управления ВВС 28-й армии; штаб 270-й БАД – на базе управления РАГ № 4; штаб 271-й НБАД – на базе управления ВВС 38-й армии; штаб 272-й НБАД – на базе управления ВВС 21-й армии. В состав новых авиадивизий включались:
268-я ИАД (командир дивизии генерал-майор Василий Рязанов) – 273-й, 512-й и 875-й ИАП (прим. – в 875-й ИАП 11 июня был переименован 429-й ИАП, прежде входивший в состав 228-й ШАД);
269-я ИАД (командир дивизии полковник Илья Ларюшкин) – 6-й, 148-й и 254-й ИАП;
270-я НБАД (командир дивизии полковник Сергей Егоров) – 52-й, 94-й, 135-й и 826-й БАП;
271-я НБАД (командир дивизии полковник Михаил Борисенко) – 10-й Гв.АП, 623-й БАП, 818-й ДБАП;
272-я НБАД (командир дивизии полковник Павел Кузнецов) – 596-й, 709-й и 714-й БАП.
В состав 226-й штурмовой авиадивизии из 228-й штурмовой авиадивизии был передан 505-й штурмовой авиаполк, после чего состав 226-й ШАД вырос до трех штурмовых авиаполков (504-й, 505-й и 800-й ШАП), а 228-я дивизия в свою очередь сократилась также до 3 штурмовых авиаполков (211-й, 285-й и 431-й ШАП) [617]. В состав 220-й истребительной авиадивизии 12 июня вошел недавно сформированный 754-й истребительный авиаполк (командир – майор Иван Суворов) с самолетами ЯК-1 [896, с. 698], после чего состав 220-й ИАД вырос до 4 авиаполков (2-й, 248-й, 296-й и 754-й ИАП).
Ранее входившие в состав ВВС ЮЗФ 770-й, 791-й и 792-й истребительные, 13-й гвардейский, 99-й, 598-й и 633-й бомбардировочные, 243-й и 619-й штурмовые авиаполки передали свою матчасть и рядовой личный состав на укомплектование действующих полков 8-й Воздушной армии и были выведены на переформирование в тыл Красной Армии; входившая в состав ВВС 21-й армии 47-я корпусная авиаэскадрилья была расформирована, а ее матчасть и личный состав переданы на укомплектование 623-го бомбардировочного авиаполка (271-я НБАД). Также на базе 633-го бомбардировочного, 43-го и 282-го истребительных авиаполков, 45-й, 200-й и 223-й отдельных авиаэскадрилей связи для 21-й армии был сформирован 43-й отдельный смешанный авиаполк; для 28-й армии – 920-й отдельный смешанный авиаполк; для 38-й армии – 282-й отдельный смешанный авиаполк; для 9-й армии – 633-й отдельный смешанный авиаполк. Формирование 8-й Воздушной Армии должно было завершиться 12 июня, но т.к. проходило оно во время интенсивных боевых действий, не все части успели произвести переформирование вовремя [617]. Так, переданный в состав 226-й штурмовой авиадивизии 505-й штурмовой авиаполк перешел в нее в составе 7 самолетов ИЛ-2 только 13 июня [620]. Также 12 июня приказом Наркома Обороны в состав 8-й Воздушной Армии была передана из состава 1-й Воздушной Армии Западного фронта и перебазировалась на аэродром Старый Оскол 235-я истребительная авиационная дивизия (командир – подполковник Иван Подгорный). Дивизия эта состояла из 46-го (19 Hurricane), 191-го (20 Hurricane) и 436-го (20 Hurricane) истребительных авиаполков, а с прибытием ее в Старый Оскол в состав дивизии вошел 180-й истребительный авиаполк в составе 20 Hurricane, так что в общей сложности в состав 8-й Воздушной Армии прибыло 4 новых авиаполка на 79 самолетах Hurricane [644]. Кроме новой авиадивизии в тот день в 18.00 на аэродром Песчанка в состав 8-й ВА прибыл 434-й истребительный авиационный полк в составе 19 новых самолетов ЯК-1, таким образом, в целом 8-я Воздушная Армия получила за день сразу 98 новых самолетов-истребителей [646, л. 11].
Вслед затем 13 июня в состав 206-й истребительной авиадивизии (31-й, 515-й и 876-й ИАП) вошел 427-й истребительный авиаполк, прибывший на Юго-Западный фронт после доукомплектования в тылу на 20 новых самолетах ЯК-1, половина пилотов которых уже имела боевой опыт [601, л. 455, 457], а 14 июня в 268-ю истребительную авиадивизию (273-й, 512-й и 875-й ИАП) поступил свежий 659-й истребительный авиаполк в составе 20 самолетов ЯК-1 [664]. 16 летчиков полка ранее участвовали в боях и имели боевой опыт [661]. Прибытие новых частей позволило 8-й Воздушной армии к 14 июня нарастить силы до 385 исправных самолетов (275 истребителей, 13 штурмовиков, 27 дневных и 70 ночных бомбардировщиков) [604], тем самым превысив количеством самолетов 4-й авиакорпус, однако немецкая авиация, как и раньше, производила гораздо больше самолето-вылетов, чем советская. Так, 13 июня 173 самолета 4-го АК произвели 974 самолето-вылета [806], в то время как 8-я Воздушная Армия в составе 150 самолетов (прим. – не считая ночную авиацию) произвела лишь 362 самолето-вылета [621]. В целом до самого конца операции «Вильгельм» немецкая авиация сохраняла свое господство в воздухе, активно способствуя своими действиями успешному продвижению наземных частей вермахта и нанося большие потери отступающим советским войскам.