Ведуньи. Первая. Прозрачный саркофаг

Всего на секунду, которой с лихвой хватило для того, чтобы зеркало снова стало просто зеркалом, в котором отражалась высокая, стройная, красивая, но насмерть перепуганная и заплаканная девчонка в стильном деловом костюме серого цвета, Сашка почувствовала, как ноги перестали держать ее, и сползла на пол.

– Девушка, с вами… – Дверь в уборную приоткрылась, и в получившуюся щель заглянула встретившая их у входа официантка Дарья. – О Господи, что с вами?!

– Я… Я не знаю… – Сашка подняла на нее отрешенный взгляд, действительно не зная, что сказать, кроме буквально рвущейся наружу правды.

– Может быть, к вам вызвать «скорую» или полицию? – Дарья зашла в уборную и помогла ей подняться. – Или вам нужно помочь сбежать от вашего молодого человека?

– Что? – Смысл последнего вопроса дошел до Сашки не сразу. – Нет, нет, ничего не нужно, спасибо! Я только смою косметику и все будет хорошо, правда.

– Подождите, я сейчас принесу вам мицеллярку и ватные диски. – Дарья вышла, а Сашка, оторвав от рулона в диспенсере несколько листов бумажных полотенец, принялась насухо вытирать лицо. В зеркало она старалась не смотреть.

Как она ни торопилась, на то, чтобы привести себя в порядок, у нее ушло не меньше двадцати минут. И когда она подошла к столику, Ярослав лишь бросил на нее серьезный взгляд, после чего продолжил что-то изучать в полупустой чашке кофе. Сашка извинилась за такую долгую задержку, заняла стул напротив него и попыталась перехватить его взгляд, но он продолжал смотреть в чашку и молчать, думая о чем-то своем. И это тяжелое молчание пугало ее едва ли не больше, чем фокусы Ассуры.

– Знаешь, Сашок… – начал было Ярослав, но осекся, будто никак не мог подобрать нужные слова. – Ты мне нравишься, правда, и я это сейчас совершенно серьезно тебе говорю, четко осознавая, что эти слова значат. Ты яркая, красивая, самодостаточная девчонка, именно такая, какой я представлял всегда будущую жену.

– Ярослав… – От его признания Сашка откровенно растерялась.

– Что с тобой происходит, Саша? – Он наконец оторвал свой взгляд от давно остывшего кофе, и от этого выражения его глаз Сашке стало холодно.

– Я… – Она с трудом выдержала этот колючий взгляд отдававших сейчас хмурыми серыми оттенками дождевого неба глаз. – Я не знаю, что тебе сказать…

– Не знаешь или не хочешь говорить?

– Хочу! – почти выкрикнула Сашка и тут же прикусила язык и продолжила уже тише: – Ты не представляешь, как хочу. Я уже не вывожу этот трэш сама. Но если я тебе это расскажу, ты решишь, что я психичка. А я уверена, что не больна и все реально.

– Говори, Сашок. – Ее сомнения он проигнорировал. – А потом вместе подумаем, что делать дальше. Я не хочу начинать отношения с недосказанности и вранья.

Слова резанули в груди острой болью, перемешанной с робкой надеждой, но Сашка постаралась не проявить сейчас этих эмоций публично. Она признавала право именно этого мужчины на всю правду, какой бы страшной и отталкивающей она ни была, даже если он выслушает ее и сразу же уйдет. Да и высказать, поделиться этим ужасом хоть с кем-нибудь было уже жизненно необходимо, иначе она действительно сойдет с ума.

– У меня в голове хозяйничает какая-то сущность… или очень хороший гипнотизер. – Слова вырвались сами собой, и ей осталось теперь только замолчать и принять последствия этой правды. – Представляется девушкой по имени Ассура. Я часто слышу ее голос, иногда я вижу ее на улице… Сейчас, в туалете, видела ее в зеркале вместо своего отражения. Еще во сне… Я совершенно не помню, как мы отдыхали в клубе и что я тогда пообещала и кому, потому что ощущала себя в ту ночь запертой в стеклянном прямоугольнике… Мне очень страшно, Ярик, я не знаю, не понимаю, что происходит. Уверена, что это не шиза, но, Господи, я согласна быть сумасшедшей и дальше жить в больнице до самой смерти на таблетках, только бы не слышать голос этой Ассуры внутри себя.

Сашка замолчала и отвела глаза, внутренне приготовившись, что вот сейчас он назовет ее чокнутой, встанет и больше никогда не вернется, а она останется наедине со своей бедой, в полной власти планомерно разрушающей ее жизнь и психику Ассуры, и будет дальше жить одна, не доверяя своей тайны больше никому, пока не покончит с собой или на самом деле не сойдет с ума, чего с учетом постоянного страха и напряжения не так уж и долго осталось ждать.

Однако минута сменялась минутой, а Ярослав все так же сидел напротив и молча смотрел на нее, разве что отставил в сторону чашку с недопитым кофе, а цвет его глаз стал немного теплее. Но само молчание с каждой проходящий минутой тяготило все больше.

– Ну скажи уже хоть что-то?! – не выдержала Сашка. – Ты думаешь, что я сумасшедшая, да?

– Я думаю, кто из моих знакомых может помочь нам понять, сумасшедшая ты или нет, – ответил Ярослав, и нажал на кнопку вызова официанта. – А еще я думаю, что день сегодня будет очень долгим и нужно хорошо поесть. Скажите, Дарья, бизнес-ланчи у вас еще заказать можно?

– Да, конечно, – ответила успевшая подойти официантка.

– Тогда нам два. – Он дождался, пока Дарья отойдет достаточно далеко, и продолжил: – А об остальном поговорим, когда будем наедине.

– То есть тебя мои слова не испугали? – Сашка не смогла сдержать в своем голосе отчаянную надежду.

– Пока нет. Я готов поверить и в мистику, и в гипноз, хотя бы потому, что с этим мы можем что-то сделать. Но если это диагноз…

– Если это диагноз, я сама попрошу, чтобы меня закрыли, и не доставлю тебе проблем, – закончила за него Сашка.

– Давай пока не будем об этом думать, Сашок. – Он крепко сжал ее ладонь в своей. – Поехать к психиатрам и поставить диагноз мы всегда успеем. Для них твой рассказ однозначная шиза. Вот только я пока не готов сдаться и отдать тебя им. Все, закончили треп, обед у нас по расписанию!

Глава 3

– Ты когда-нибудь слышала про Тисульскую принцессу?

К теме Сашкиного признания они вернулись, только оказавшись в машине. Все время, проведенное в кафе, и по дороге до внедорожника Ярослав больше рассказывал о себе и расспрашивал о Сашкином детстве, старательно делая вид, что странного признания о голосе в голове он не слышал, за что она была ему искренне благодарна. Но самого признания он не забыл.

– Никогда не слышала, – с удивлением ответила Сашка.

– Зато я знаю того, кто на всех этих легендах и альтернативщине уже давно с катушек съехал и может нам кое-что прояснить. Сейчас поедем, только узнаю, куда.

С этими словами Ярослав достал из кармана телефон и набрал номер. Сашке оставалось только ждать и довериться ему, хотя мысль о том, что сейчас он звонит знакомому психиатру, зародила в ней сомнения, как и мысль о том, что Ассура не преминет устроить еще какую-нибудь пакость ей за то, что она выдала эту тайну. Вот только после признания, а особенно после того, что Ярослав остался рядом и пытается сейчас помочь, даже если просто делает вид, ей действительно стало легче. Она больше не была с этим не человеческим испытанием один на один, даже зная, что схватка с Великой Ведуньей по-прежнему происходит в ее голове.

– Привет, дружище! Чего делаешь… те? – Ярослав дождался ответа и включил громкую связь.

– Да делаем-то почти ничего. Заехал за Ренатой и жду, пока она соберется, а потом – в «Военторг». Лона вчера сказала, вы всей толпой решили составить нам компанию, и мы к такому походу оказались не готовы теперь. Надо приодеться.

– Вот трепушка! – усмехнулся Ярослав. – Уже на всю Тюмень разнесла новость! А «Военторг» – это хорошо, нам тоже надо.

– Тебе зачем? – удивился невидимый собеседник. По имени Ренаты Сашка догадалась, что это был Коля. – У тебя-то с формой напряга не было вроде.

– Да у меня все супер! Какая хочешь, найдется! Но я-то еду не один, так-то.

– Сашка?

– Ага.

– Соблазнил?

– Ты на громкой связи, тупень! – Ярослав чуть повысил голос, но Сашка решила, что уж от этого точно в состоянии защитить себя сама, и бесцеремонно влезла в разговор мужчин.

– Он близок. В шаге от победы.

– Привет, Саша! Сразу скажу, что шутил. Попроси Ярика не бить мне морду, а то у нашего зольдера с юмором иногда так себе. Я просто за друга переживаю.

Сашка подняла взгляд на Ярослава, и по его искренне веселой улыбке поняла, что разборок за шутку между друзьями не будет. Да и Коля, судя по всему, обидеть ее действительно не хотел.

– Переживун главный! – Ярослав вернул себе инициативу в разговоре. – Давайте в «Военторге» встретимся. Только подъезжай на Мельникайте, дом девяносто пять, рядом с геологическим. Там самый лучший магазин под наши задачи.

– Понял. Но мы там сможем быть через час, не раньше. И то, если…

Закончить фразу Коля не успел: удивительный и чувственный голос Ренаты мягко вклинился в разговор на заднем плане.

– Коля, я готова, мы можем ехать.

– Все, Ярик, – тут же свернул разговор Коля. – На Мельникайте через час, мы выдвинулись.

– Ты сама все слышала, – резюмировал Ярослав, когда связь прервалась. – Так что поехали, нам туда тоже минут сорок толкаться по заторам.

– Это та поездка, которую я пообещала в клубе? – решилась уточнить Сашка. Поднявшееся было настроение стремительно улетучивалось.

– Ты совсем ничего не помнишь из той ночи?

– Я помню, что пообещала куда-то поехать, но слышала это будто со стороны, как через тонкую стену. А так… – На секунду Сашка замялась, собираясь с духом. – Она подменила меня, как только мы отъехали от Рощи, и в себя я пришла уже тогда, когда ты вез меня домой.

– Зато понятно, почему мне показалось странным твое поведение.

– Было так ужасно?

– Нет. – Ярослав улыбнулся, но смотрел уже на дорогу, а не на нее. – Стрип-шоу ты не устраивала, расслабься, но отрывалась так, будто до этого ты была только в лагере на дискотеке, лет в девять.

– Господи, как стыдно! – Сашка отвернулась к окну, чтобы скрыть пылающие от стыда щеки.

– Сашок, расслабься. – Он взял ее руку в свою, и от этого уже становившегося привычным жеста ей стало теплее и спокойнее. – Что было в клубе, осталось в клубе. Да и на танцполе ты отожгла на раз, так что мы там все отлично отдохнули. Так что передай своей этой…

– Ассуре, – подсказала Сашка.

– Ассуре, да, – повторил за ней Ярослав. – Передай Ассуре, что в следующий раз мы ее тоже позовем в клуб.

«Я согласна».

Сашка хотела ответить ему что-то едкое и язвительное, хоть и поняла, что это была всего лишь шутка, попытка снять повисшее в салоне напряжение и свести пугающую ее ситуацию до уровня мелких неприятностей, которые скоро разрешатся. Но прозвучавший ответ заставил ее дернуться всем телом, и слова так и застряли где-то в горле, не вырвавшись наружу. И только благодаря тому, что Ярослав держал ее руку, она смогла удержаться от очередного приступа паники и слез.

– Что случилось? – Он почувствовал ее внезапный испуг.

– Ассура ответила, что согласна. – Голос Сашки понизился почти до шепота, будто это могло защитить ее от той, кто с такой легкостью читает мысли.

– Она нас слышит?

– Я не знаю. Меня точно читает, как статью в сети. От нее негде спрятаться. Мне очень страшно…

Он не ответил, только крепче сжал руку Сашки и не отпускал ее до самого магазина, справляясь с управлением огромным внедорожником свободной левой рукой. И этот жест значил для нее больше, чем тысячи простых слов.

– Я могу попросить тебя об одной вещи? – Только когда автомобиль остановился напротив входа в нужный им магазин, Сашка позволила себе нарушить молчание. – Не говори ребятам всей правды.

– Конечно. Пойдем купим воды, нам еще минут двадцать ждать, не хочу провести их в салоне.

Но долго ждать им не пришлось: едва Сашка и Ярослав успели выйти из расположенного на первом этаже того же дома сетевого супермаркета, как рядом с внедорожником припарковался темно-красный кроссовер, из которого почти сразу выскочил одетый в светлые классические джинсы и тонкий белый лонгслив Коля. Суетливо махнув друзьям рукой, он тем не менее обошел кроссовер, открыл переднюю пассажирскую дверцу и помог своей спутнице покинуть салон автомобиля.

– Вот уж кто действительно ведьма! – беззлобно усмехнулся Ярослав и, поймав удивленный взгляд Сашки, решил развить свою мысль: – Он никогда так не делал, вообще не заморачивался на тему этикета. А с Ренатой как подменили друга.

– Может, это любовь? – предположила Сашка, наблюдая, как Коля осторожно помогает девушке переступить через бордюр.

– Хорошо, если действительно любовь, только порадуюсь. Им все равно придется жениться, они же оба хорошие дети своих родителей. Все, пошли здороваться, а то дальше стоять и улыбаться уже неприлично!

Первые три шага Ярослава навстречу друзьям Сашка пропустила, засмотревшись на наряд Ренаты. Сегодня хрупкая красавица выбрала довольно простое, но при этом стильное и идеально подчеркивающее безупречную фигуру платье-«карандаш» темного синего цвета с закрытой до самой шеи зоной декольте, но открытой до поясницы спиной, и открытые же летние туфли на высоком каблуке, отчего оказалась лишь на несколько сантиметров ниже самой Сашки. А неброский макияж, маленькая золотая подвеска на тонкой цепочке, украшенная искусно ограненным рубином в центре, и завитые крупными локонами светло-русые волосы только подчеркивали утонченность и аристократизм этой леди. А когда вместо привычных и считающихся нормой дружеских объятий Рената совершенно естественным и непринужденным движением подала Ярославу руку для положенного этикетом поцелуя, Сашка только удивленно приподняла бровь. Так уже невесть сколько лет никто не поступает, и даже Ярослав, которого как будущего офицера тоже вроде бы должны были учить как минимум азам этикета, на секунду растерялся.

Но и поцелуй, и его заминку Рената приняла с поистине королевским достоинством, словно именно так ею и было задумано. А еще Сашка невольно отметила, как подобрались в ее присутствии мальчишки, как свойственную еще вполне молодым мужчинам дурашливость буквально в одну секунду смыло, как стали серьезными выражения глаз и прямее осанки. Это действительно отдавало колдовством, вот только в этом колдовстве не было ни грамма магии. Рядом всего лишь оказалась не просто красивая девушка, а настоящая леди, и молодые мужчины не могли не перемениться.

Кольнул и тут же замолчал маленький червячок зависти. Сашка всегда хотела быть именно такой: утонченной, хрупкой, женственной, и при этом преисполненной подлинного достоинства. Вот только завидовать Ренате, учившейся этому, судя по всему, с самого рождения, почему-то не хотелось. Такое воспитание не может даваться просто так и стоит огромного труда и больших ограничений.

Обнимать Ренату Сашка тоже не стала. Попыталась изобразить книксен, но вышло неуклюже и вызвало только легкую, но при этом искреннюю улыбку.

– Прошу, Саша, не нужно. – Рената положила ей на плечо свою тонкую прохладную ладонь. – Ты прекрасна и без этих условностей. Я очень рада нашей встрече.

– Я тоже очень рада тебе. Надеюсь, сегодня у нас будет больше времени поговорить, – улыбнулась Сашка ей в ответ.

– Конечно, но позже. Если не ошибаюсь, у нас есть неотложное дело здесь. – Рената на четверть оборота повернула голову и вопросительно посмотрела на их спутников.

– Да, не будем терять время, а то магазин закроют, – спохватился Коля, и тут же протянул руку Ренате, чтобы помочь ей подняться на крыльцо по маленьким ступеням. – Кстати, Ярик, Лона просила купить им хорошую палатку, а то у Марата, кроме охотничьих костюмов, ничего нет. Вообще не готов, турист!

– Да мы такие же туристы! – со смехом ответил Ярослав и протянул руку Сашке. – Прошу вас.

Шарм Ренаты безотказно сработал и в самом магазине. Девушка-продавец не отходила от них ни на шаг почти час, пока они выбирали камуфляжные костюмы по своим фигурам и удобную для предстоящего похода обувь. Даже Ярик, молчаливо признанный всей компанией экспертом, вмешался лишь однажды, попросив подбирать форму в расцветках «мох» или «мультикам», а после взял в оборот второго продавца и занялся подбором амуниции и походных мелочей.

Через час их довольно координированной атаки на магазин Сашка поняла, что самостоятельно выбрать комплект формы уже не может, потому что совершенно перестала их различать. Рената сдалась гораздо раньше, и вообще по ней было видно, что данный тип одежды ей почти не знаком. Но тем не менее она терпеливо примеряла вариант за вариантом, не выказывая совершенно никакого недовольства. В конце концов определиться с выбором им помог подошедший Ярослав, уверенно ткнувший пальцем в «мультикам» расцветки «тропик», и все остальное сотрудница магазина предлагала уже исходя из выбранной палитры.

Из магазина девушки вышли обладательницами полного комплекта формы, включая довольно стильные кепи, облегченные трековые ботинки и усиленные пластиковыми вставками и защитой от порезов тактические перчатки. Не забыл Ярослав и о маленьких рюкзаках, объяснив это тем, что какие-то легкие вещи им все-таки придется нести на себе.

Сами ребята выходили из магазина восемь раз, и в итоге забили багажник внедорожника почти полностью. Даже походный котелок не забыли купить. Во сколько обошлась подготовка, Сашка спрашивать не стала, но подозревала, что в довольно крупную сумму, явно превышавшую несколько ее месячных зарплат в «Ай Ти Трейд».

– Коль, Илона не говорила, продукты они купят, или тоже мы? – Ярослав скептически оценил получившийся завал и решительно закрыл багажник.

– Сказала, что завтра с Маратом поедут покупать. Сегодня заняты.

– Представляю, что они там купят!

– Позвони им завтра утром и обсуди, а то действительно накупят вискаря с мясом, и далеко мы не уйдем. А сейчас поехали пожр… – Коля бросил быстрый и, как показалось Сашке, немного виноватый взгляд на стоявшую рядом Ренату. – Поужинаем. Мы, чтобы успеть, семейный обед пропустили.

– Хорошая мысль, – согласился Ярослав. – Поехали в ЦУМ, там и поговорим тогда.

Тот же лаундж-бар, что и вчера, встретил их пятничным шумом и суетой, а почти все столики в главном зале оказались заняты. Пока Сашка оглядывалась, постепенно приходя к мысли, что поужинать и поговорить в этом бедламе им вряд ли получится, а Рената с невозмутимым спокойствием собирала на себе жадные и восхищенные мужские взгляды, Ярослав успел найти глазами Екатерину и о чем-то с ней поговорить, и через несколько минут они уже занимали самую дальнюю из ВИП-комнат, где шум и музыка почти не были слышны.

– Так о чем ты хотел поговорить? – напомнил Коля основную цель визита, после того как они сделали заказ.

– О твоей любимой теме, – ответил Ярослав без обычной своей улыбки. – Легенды альтернативной истории. Ты же в теме про Тисульскую принцессу?

– Спрашиваешь! Конечно, в теме. Только почему ты спрашиваешь меня?

– А кого мне спрашивать?

– Ты реально не в курсе?! – Коля даже не стал скрывать удивление, но быстро с ним справился. – Хорошо, давай начнем с начала. В шестьдесят девятом году прошлого века горняки на Кузбассе в угольном пласте нашли прозрачный саркофаг…

И девушки, и Ярослав придвинулись ближе, предвкушая интересную историю. Сашка даже не заметила, как официантка принесла безалкогольные коктейли: боялась пропустить хоть слово в его рассказе.

– В принципе, ничего удивительного: в саркофагах людей хоронят давно, но странности были. Во-первых, по описанию, он был прозрачный – или весь, или только крышка, но все источники сходятся в одном: девушку внутри видели до того, как саркофаг вскрыли. А во-вторых, возраст угольного пласта восемьсот миллионов лет. Тогда не то что технологий таких – динозавров еще не было.

– Так, может, ее в этот пласт положили не так давно? – Ярослав отнесся к рассказу друга скептически.

– Ты представляешь, как вообще формируется каменный уголь? Это практически исключено: остались бы следы выработки, а их никто не описал. Саркофаг нашли в шахте на глубине почти в километр и выбивали из вполне однородного слоя, до этого не нарушенного. Потому и появились теории о развитой расе наших предтеч – асуров. Хотя… – Коля сделал небольшую драматическую паузу, явно наслаждаясь неподдельным интересом в глазах друзей. – Писали, что саркофаг вскрыли, взяли образцы жидкости и прекрасно сохранившегося тела девушки. Генетически она от нас не отличалась, а это тоже невозможно.

«Они не вскрыли стазис-капсулу. Механизм не сработает, пока внутри раствор, а разбивать крышку я их отговорила». – Звонкий и совершенно спокойный голос Ассуры заставил Сашку вздрогнуть от пробежавшего вдоль позвоночника холодка испуга.

– Почему? – Сашка задавала вопрос Ассуре, но озвучила его, и Коля решил, что отвечать нужно ему.

– Потому что за столько лет должно было накопиться так много мутаций в генах, что асуры на нас вряд ли вообще были похожи. А в саркофаге была именно девушка, человек. В этом все описания сходятся однозначно.

«Неправильный вывод из стазиса меня убьет, а я не сделала всего, что должна, и линия Великих Ведуний еще не получила продолжения. Мне рано уходить в вечность».

Ассура правильно поняла, что вопрос был предназначен именно ей, но в отличие от Коли ответила несколько туманно. Но одно в ее ответе Сашка уловила однозначно: ведьме тоже страшно. И есть то, что может ее убить, есть слабость в казавшейся нерушимой броне ее превосходства. Есть способ избавиться от этого пугающего соседства в собственной голове.

Ассура искренне и звонко засмеялась.

«Страх смерти не слабость, поверь мне! Я столько раз видела, как именно этот страх заставлял людей совершать такие поступки, после которых их имена оставались в легендах. Да и смерть еще не конец пути, а только его начало».

«Ты расскажешь, как все было на самом деле?» – На этот раз Сашка только подумала задать вопрос Ассуре, но этого хватило с лихвой.

«Проведи этот вечер с друзьями, я не буду тебе мешать».

Как ни странно, но даже после того, как Ассура уклонилась от ответа, из сердца Сашки ушел страх —совсем, будто кто-то ластиком стер из альбомного листа карандашный набросок. Возможно, это тоже было делом рук Ассуры, а возможно, сказалась доброжелательность интонаций Ведуньи, но в любом случае за возможность провести хотя бы этот вечер без одуряющих объятий испуга и риска поймать очередную истерику Сашка была благодарна. Постоянно бояться каждой следующей минуты своей жизни она откровенно устала.

– А что было дальше с девушкой и саркофагом? – На этот раз любопытство проявила Рената, на точеном личике которой застыло выражение неподдельного интереса.

– А дальше все стало жуть как секретно, и вообще одни домыслы. В поселок рядом с шахтой прилетела вертушка с чекистами и с большим трудом смогла увезти эту принцессу сперва в Новокузнецк, а потом, по слухам, в закрытый НИИ в Красноярске. Дальше следы теряются, даже в даркнетовских тусовках никто ничего не знает. В институтах не всплывала, отчетов по ней нет, профессора и разные гики врут как хотят. Разброс от гибели саркофага в аварии до участия этой принцессы вместе с рептилоидами в мировом правительстве. – Коля махнул рукой и сделал глоток коктейля. – Даже близко правды нет.

– А ты сам что думаешь? – не унимался Ярослав.

– Думаю, что простым смертным в данном случае правду знать и не надо. Для нас это красивая легенда, и точка. Скорее всего, спрятали ее подальше и постарались забыть. Только знаешь, Ярик… – Коля сделал еще одну многозначительную паузу. – Чекистом, который руководил вывозом саркофага, был Сергей Шохов. Тебе не у меня надо спрашивать.

Минут пять Коля наслаждался произведенным эффектом; за это время официанты успели подать ужин, но наслаждался он им в гордом одиночестве. Ни Сашка, ни Рената не поняли, почему от прозвучавшего имени Ярослав сперва удивленно округлил глаза, а потом откинулся на спинку мягкого дивана и долго изучал потолок.

Объяснять его реакцию никто не спешил, и Сашке с Ренатой оставалось только переводить обескураженные взгляды с одного их спутника на другого, ожидая хоть от одного из них внятных объяснений, прежде чем остынет ужин. Вот только минута проходила за минутой, и ожидание грозило очень сильно затянуться.

– Ярослав… – Первой потеряла терпение Сашка.

От ее негромкого голоса он вынырнул из своей задумчивости, как дайвер из плена ледяной проруби, с тем же ошалелым, не понимающим, что именно видит перед собой, взглядом, но это состояние продержалось меньше секунды, после чего перед ними уже был прежний уверенный и улыбчивый Ярослав, на лице которого не осталось и следа удивления и смятения.

– Чего не едим, банда? – И он тут же подал пример, первым воткнув вилку в остывающее жаркое.

Обычная для ужина светская беседа в этот раз не клеилась, то и дело соскальзывая на поднятую в самом начале тему Тисульской принцессы, но в обсуждении этой темы живое участие принимали все четверо: спорили, строили теории и тут же их опровергали.

– В описании свидетелей русским языком написано, что платье было белым, а ты, Сашка, вот реально дичь несешь. – От охватившего его азарта Коля даже навалился на столик, зацепив недоеденный татаки из филе тунца, чем тут же вызвал недовольство Ренаты.