Дух некроманта

Арлен, наше время.

– Может власть меня и испортила… но в сравнении с тобой это ничто, – продолжая смотреть на отдаляющиеся силуэт Елеазара, тихо произнёс Арлен. – Тебя покинула даже надежда, ведь всё, что ты ценил, осталось в прошлом. У тебя нет ни желаний, ни целей, ни чего-то значимого в жизни, лишь серые дни в которых ты обречён на существование, – продолжая говорить, медленно подошел он к телеге, а затем взял древний пергамент. – Но если так, почему, чёрт возьми!? Почему именно у такого человека как ты появился знак совы?

Аделина, продолжение коронации.

Неважно какой повод, застолья всегда проходили одинаково, очень быстро все забывали про этикет и начинали торопливо набивать себе живот, параллельно доказывая «у кого семья богаче». Впрочем, и на этом всё не заканчивалось, так как почти каждый считал себя умнее других, через какое-то время начинались «ценные» советы более молодым представителям высшего сословия. И горе тому, кто сам попросит совет, ведь даже без просьб каждый усиленно старался «помочь» и продемонстрировать всем свою «мудрость». После третьего кувшина вина они бы наверняка даже королеве не постеснялись дать пару десятков бессмысленных наставлений, если бы та не сидела за отдельным столом. Именно в такие моменты раскрывалось истинное лицо высшей знати: самовлюблённые, эгоистичные, и смотрящие на всех свысока. Чем дольше Аделина их слушала, тем больше ей хотелось зайти в свою комнату и закрыть дверь на щеколду. В книгах написано, что высшее сословие это элита, умнейшие люди Веленгельма но, как оказалось, большинство из них даже читать не умело, оправдывая своё невежество тем что «копаться в бумагах это удел писцов».

– Какая же я дура… – мысленно произнесла Аделина. – Думала, если буду говорить искренне, то найдётся хотя бы несколько достойных людей, которые примут мою сторону… Теперь, мало того, что у меня нет союзников, так ещё и все будут считать наивным ребёнком. Хотя чёрт с ними всеми, не нужны мне такие сторонники. Честь? Верность? Да их тут нет. Они не только потеряли все эти качества, но и не стыдятся прилюдно их презирать.

– Ваше Величество, вы куда? – увидев, как королева встаёт с трона, спросила служанка.

– Я выйду на пару минут одна, хочу подышать свежим воздухом…

– Выше величество, боюсь, ваш уход прямо во время застолья может оскорбить присутствующих.

– Думаю, даже если я слегка задержусь, ничего страшного не произойдёт, – многозначно ответила Аделина и тут же направилась во двор замка.

Если смотреть с точки зрения этикета, то служанка действительно права; когда королева покидает гостей надолго, она прилюдно показывает своё пренебрежение. Раньше из-за этого мог разразиться настоящий скандал, но только не сейчас. В те времена никто не позволял себе выкрикивать с места, объедаться до отвала, и вести себя словно в трактире. Даже когда правил отец такого не было. Возможно, причина в знати, которая за десять лет изменилась, но так Аделина думала только до тех пор, пока не прошла рядом со столом, где сидели все гости. В этот момент они должны были, как минимум перестать пить и смеяться, но нет, вместо этого они продолжили рассказывать «смешные истории» словно мимо них проходила не королева, а обычная служанка. Аделине даже пришлось сделать вид, что она куда-то торопилась и не заметила, как впервые в истории всей королевской семьи, присутствие королевы открыто проигнорировали.

– Чего сидишь, иди, поговори с ней, – обратился регент к своему сыну Теодору.

– По-моему, стоит подождать. Если я начну ухаживать сразу после коронации, она может что-то заподозрить, – шепотом ответил Теодор.

– Не мели чепухи, это глупый эмоциональный ребёнок, наговоришь ей красивых слов и она по уши влюбится. Мы не единственные, кто хочет стать частью королевской семьи, не сделаешь ты, так сделает кто-то другой.

– Ты никогда не умел ждать… ладно, будь по-твоему, – проговорил Теодор и неторопливо направился к выходу, вслед за королевой.

Несмотря на то, что в королевских залах из-за гостей не осталось ни единого укромного места, это едва ли изменило двор замка, он остался всё таким же тихим и опустевшим, словно здесь жили одни стражники. Только в подобном месте королева могла вздохнуть полной грудью и не волноваться о «натянутом» приличии, которое, к слову, ей давалось очень нелегко. Даже годы изучения этикета не помогли решить главную проблему, её эмоциональный и местами взрывной характер. Каким бы Аделина ни казалась спокойным и мягким человеком, стоит её терпению закончиться и дальше может произойти всё, что угодно.

– Ваше Величество, королеве не полагается ходить без сопровождения, – догоняя Аделину, произнёс Теодор. – Позвольте составить вам компанию.

– Извините, но как-нибудь в другой раз. Я специально отказалась от сопровождения, – не останавливаясь, ответила королева, и заметно ускорила шаг.

– Боюсь, я всё-таки вынужден вас сопроводить, не поймите неправильно, но с таким темпом вы точно себе что-нибудь сломаете. В ваших туфлях даже медленный шаг опасен, не говоря уже о быстром.

– Вы правы… – тяжело вздохнув, проговорила Аделина, а затем резко остановилась и торопливо сняла туфли.

– Аэм… – растерялся Теодор. – Похоже, вы не любитель лёгких путей…

– Теперь я в безопасности? – взяв туфли в руки, продолжила идти Аделина.

– Неужели вам настолько противно моё присутствие, что вы даже не пожалели своих ног, лишь бы от меня избавиться? – всё ещё оставаясь на месте спросил сын регента. – Может я что-то не так сказал?

– Вы тут не причём, – остановившись, обернулась королева. – Я просто немного устала, поэтому не настроена на беседу.

– Это случайно не из-за того, что высшая знать оказалось не такой, какой вы её представляли? – вновь «ненавязчиво» начал подходить Теодор.

– Даже если вы правы, не мне судить какой должна быть знать. Большинство этих людей намного опытней и старше меня.

– Правда? А мне кажется, вы разочаровались в них точно так же, как и я в своё время. Глядя на всех этих людей сразу становиться понятно, что никакие они не герои, и уж тем более не люди чести, какими их описывают. Я даже не хотел приходить, зная что кроме лицемерных улыбок и глупых советов, ничего тут не увижу… Именно поэтому мне так хочется с вами поговорить. Ваша речь во время коронации это единственные искренние слова, которые я слышал за долгое время.

– Неужели это тот самый союзник, которого я надеялась найти? Его слова в точности описали мои мысли… Может я ошибалась и среди высшего сословия всё-таки остались достойные люди? Стоит проверить, – подумала Аделина, а затем, не подавая вида, продолжила говорить. – И что же вы думаете о тех словах?

– Ха, прямо в точку. Теперь она на крючке, – мысленно произнёс Теодор и прибавил в голос ещё больше лицемерной искренности. – Знаете, как зарождалась первая власть и первые короли? Быть может вы читали в летописях или где-то слышали.

– Нет, но может вы мне расскажите? – медленно шагая вперёд, с интересом спросила королева.

– Эта история пришла к нам с севера, там намного холодней поэтому урожай растёт не как у нас, а лишь в некоторые времена года. Если кому-то не везло, и с урожаем что-то случалось, то никто ему не помогал, ведь каждый заботился только о себе. Так продолжалось долгие годы, пока не появился человек, который ставил других людей выше себя. Несмотря на общий голод, он всегда делился своей едой с другими. Постепенно ему удалось заслужить доверие даже у тех, кто никогда никому не доверял. Так и началась история его правления: когда кому-то везло с урожаем, он забирал избытки себе и распределял их поровну среди тех, кому повезло меньше.

– То есть люди отдавали ему часть урожая, чтобы быть уверенными в своём будущем?

– Ну да, в какой-то мере. Отдавая часть урожая, люди точно знали, что в следующем году не умрут с голоду, однако тот лидер пошел ещё дальше. С запасами еды ему также досталась власть: он начал открыто командовать и вскоре объединил под собой целый народ. Все увидели, что вместе жить и вместе охотиться намного легче, чем небольшими группами. Именно с этим открытием наступила новая эра… эра королей и подданных.

– А как звали того человека?

– К сожалению, все записи делались спустя сотни лет после его смерти, поэтому до нас дошли лишь обрывки чьих-то рассказов которые передавались из поколения в поколение. За то время что-то исказилось, а что-то вовсе забылось: теперь у него десятки разных имён и ещё больше историй. Не буду врать, мне самому неизвестно где правда, а где вымысел, я знаю только одно: эту легенду стоит послушать хотя бы потому, что она показывает, каким должен быть настоящий лидер. Вы спрашивали, что я думаю о вашей речи… меня она действительно поразила. Как и тот первый король, вы в первую очередь думаете о народе, и о том, как заслужить его доверие.

– Только вот первый король знал, что ему делать, а я даже понятия не имею… – призналась Аделина.

– Думаю, у того человека тоже не было плана с самого начала, он просто смотрел на обстоятельства а затем, по мере возможностей, пытался их обернуть в свою пользу. Завоевав доверие у жителей, он получил возможность брать у них часть еды, собрав достаточно еды, он заполучил авторитет, а после авторитета и власть.

– Получается, по вашей логике я должна придумать, как воспользоваться полученной властью? Но именно в этом-то и проблема… может, у вас есть идеи?

– Вначале нужно узнать, как повлиять на обстоятельства, чтобы добиться желаемого результата. Для себя я учёл три главных пункта: точно знать свою конечную цель, изучить обстоятельства, и понять свои возможности. Если вы всё это сделаете, то тут же увидите нужный путь.

– Без сомнений, именно такого союзника я и искала. Теперь главное чтобы он во мне не разочаровался. С ним у меня действительно есть шанс стать достойной королевой, той, в которой народ так нуждается, – задумалась Аделина. – Теодор, мне можно рассчитывать на вашу помощь? – тут же спросила она прямо. – Насколько я понимаю у нас общие цели, если объединим свои усилия, то оба останемся в выгоде.

– Похоже, она умнее, чем кажется на первый взгляд. Значит, предлагает мне стать союзником… что ж, это мне даже на руку, – мысленно произнёс Теодор, а затем вновь принялся лицемерно угождать Аделине. – Для этого, в общем-то, я и пришел. В одиночку у меня не получится что-то изменить.

– Может, тогда обойдёмся без формальностей? Пусть мы и не так хорошо друг друга знаем, но ведь знакомы с детства.

– Я рад, что ты предложила, сам не люблю все эти формальности… а куда мы, кстати, идём? – Спросил Теодор, наблюдая за уверенным шагом Аделины в сторону конюшни.

– Если меня что-то злит или мне просто грустно, я всегда иду в конюшню. Стоит немного там побыть и настроение сразу улучшается.

– А нас, случайно, не потеряют? Всё-таки коронация не может проходить без королевы…

– Не волнуйся, не потеряют. С короной или без, я как была тенью королевской семьи, так ей и осталась. Меня даже в упор не замечают… и это на моей же коронации. Раньше, когда я была принцессой мне хотелось верить что дело в титуле, что как только стану королевой всё изменится… но нет. Вместо этого сегодня я окончательно убедилась в том, что проблема не в титуле, а во мне. Глядя на меня, все видят лишь наивного и глупого ребёнка, но никак не королеву, – задумчиво говорила Аделина, но затем резко перевела тему, понимая, что слишком «увлеклась». – Ладно, вот мы и пришли. Ты умеешь ездить верхом?

– Да, конечно, но давно не практиковался…

– Тогда если захочешь, можешь тоже прокатиться, – улыбнулась королева и зашла в конюшню.

– Пожалуй, лучше откажусь, – так же с улыбкой ответил Теодор, а затем, в последний момент взял Аделину за руку. – Может, я одолжу тебе обувь? По виду там не очень чисто…

– Не беспокойся, хуже моим ногам уже точно не будет, – ещё шире улыбнулась королева и двинулась вперёд.

В королевской конюшне Аделине всегда было лучше, чем дома; в то время как в замке происходили ужасные вещи, тут всё оставалось таким же родным и неизменным. Даже в самые трудные времена, когда её сестру Сандру обвинили в измене, здешний конюх Ролан не переставал её поддерживать, помогая улыбнуться или наоборот, выплакаться. Вместе они пережили так много, что теперь Ролан ей как отец, поэтому в день коронации королева не могла его не навестить. У Аделины только он и остался…

– Ролан, ты где? – проходя мимо лошадей в стойлах, неуверенно проговорила королева.

– А, это ты, Аделина, – послышалось с другого конца конюшни. – Иди сюда, я приготовил подарок.

Королевская конюшня являлась одной из самых больших конюшен в городе, она вмещала до сотни скакунов одновременно, и это всего с одним конюхом. Обычно Аделине требуется около минуты, чтобы её пройти, но только если в конюшне нет новых лошадей, как сегодня. В худшем случае королева может застрять на минут десять около какого-нибудь «чудо-коня», разглядывая необычную породу или интересный окрас. Что ни говори, но большего интереса, чем к лошадям Аделина, пожалуй, ни к чему не испытывает, даже Ролан в этом не может с ней соревноваться.

– Ух-ты, Теодор, смотри какой жеребец, – внезапно проговорила королева, остановившись у стойла. – Раньше я таких не видела.

– Выглядит не очень дружелюбным, – недоверчиво произнёс Теодор.

– Ролан можешь подойти сюда на минутку? Интересно, что это за порода…

– Ты не одна? – выглянул Ролан из стойла неподалёку. – Точнее, Ваше Величество Аделина. Сейчас подойду.

– Ты и правила этикета, это мало-совместимые вещи, переставай себя утруждать, – вновь улыбнулась королева.

– О… – растерянно произнёс конюх, шагая в сторону Аделины. – Теодор? Вот уж кого не ожидал увидеть.

– Что за реакция? Вы как будто давние знакомые, которые сто лет не виделись, – Улыбаясь, в шутку проговорила королева.

На удивление Аделины, после её слов в разговоре появилась странная пауза, казалось ни Теодор, ни Ролан, не знали что ответить. Вначале они молча стояли около двух секунд, а затем, понимая что выглядят подозрительно одновременно заговорили. Ролан ответил: «Можно и так сказать», а Теодор: «Нет, мы точно не давние знакомые», после чего опять нависла неловкая тишина. На этот раз даже королева не смогла подобрать слов, зная, что Ролан частенько говорит первое, что придёт в голову, она просто хотела пошутить. Кто ж знал, что всё так получится. Теперь даже доверчивой Аделине стало понятно, что либо её пытаются обмануть либо, по меньшей мере, что-то скрыть.

– Должно быть, сейчас мы очень странно выглядим со стороны, – попытался отшутиться Теодор. – Да, мы знакомы, но это долгая история…

– Я не сильно тороплюсь, – внезапно изменилась королева, явно не в лучшую сторону.

– Да ладно тебе, не заводись, – вмешался Ролан. – Он просто обучался у меня верховой езде лет семь назад.

– Именно, – «подхватил» Теодор. – Не могу же я называть знакомым своего учителя…

– Ладно, неважно, – с улыбкой проговорила Аделина, делая вид, что ничего не заподозрила. – Ролан, расскажешь мне, что это за лошадь? Кажется, порода нездешняя.

– Его хозяин один из юго-западных феодалов Веленгельма. Если верить слухам, во время охоты он увидел табун диких лошадей высоко в горах, а затем собственноручно заарканил одну из них. Ну как собственноручно, по его словам потребовалось три человека, чтобы его удержать.

– А ты этим слухам веришь?

– По поводу того что собственноручно – не уверен. Однако в остальном сомневаться не стоит. Он очень агрессивный и до сих пор боится людей.

– Как интересно… впервые вижу дикую лошадь, – начала королева медленно подходить к стойлу, а затем, резко повернулась, протянула конюху свои туфли и добавила. – Ролан, принеси, пожалуйста, мои сапоги для верховой езды.

– Ты что, опять без обуви!? – удивился Ролан. – Чёж ты сразу не сказала. Сейчас принесу…

– Как, кстати, его зовут? – медленно приближаясь к стойлу, спросила Аделина.

– В честь его неудержимости хозяин назвал его Ураган, – перебирая содержимое полок, язвительно ответил Ролан. – Не советую к нему приближаться. Если ему что-то не понравится, он может лягнуть копытом даже хозяина.

– Может всё-таки послушаешь Ролана? – настороженно проговорил Теодор, пытаясь остановить королеву. – Если такой приложит, то мало не покажется.

– Не существует агрессивных лошадей, есть только очень пугливые… такие бьют лишь в случае опасности, а значит нужно всего лишь вести себя спокойно, – задумчиво сказала королева.

– Только не забывай, что он тебя впервые видит, это тоже может послужить поводом для испуга, – ненавязчиво напомнил конюх, возвращаясь к Аделине с сапогами.

– Для такого сильного скакуна ты действительно очень пугливый, – не обращая внимания на слова Ролана, начала она медленно гладить чёрную гриву «Урагана». – Будь ты посмелее, наверняка бы уже давно сбежал. В отличие от моей Зори тебе известна другая, свободная жизнь… и, видимо, ты очень по ней скучаешь.

– Аделина, тебе бы не помешало чуть больше бояться лошадей, – всё так же «невзначай» говорил конюх. – Я однажды уже видел взбесившеюся лошадь и мне это запомнилось на всю жизнь. В таком состоянии он задавил хозяина ещё до того, как узнал.

– Лошади никогда не желают зла тем, кто не делает зло им, однако если плохо с ней обращаться, то рано или поздно этим всё и закончится.

– Что ж… видимо в этом тебя не переубедить, – смирился Ролан. – Может, уже взглянешь на мой подарок? Мне не терпится увидеть твою реакцию.

– Подарок? – тут же отвлеклась Аделина. – Что ещё за подарок?

– Ну, обувайся и покажу. Я понимаю, как тебе интересны лошади, но ты ведь сюда не одна пришла. Теодор, похоже, уже совсем заскучал.

– Нет, что вы. Я молчу, потому что полностью поглощен интересом. Никогда бы не подумал, что такая хрупкая на вид девушка, может быть настолько бесстрашной.

– Ты ошибаешься Теодор, – отвечала королева, надевая сапоги. – У меня настолько много страхов, что порой даже стыдно… Я не боюсь лошадей лишь по одной причине: меня окружают создания намного страшнее. Лошади никогда не обманывают и не вьют интриги, чего не сказать о людях.

– Как-то двусмысленно звучит… неужели она что-то заподозрила? – тут же подумал Теодор.

– Мы же уже говорили об этом, – ввязался конюх. – Ты слишком предвзято относишься к людям. Твоё прошлое это не повод поставить на всех клеймо.

– Ты прав, прошлое не повод ставить клеймо, это повод сделать выводы только и всего, – мрачно проговорила Аделина, а затем резко перевела тему, понимая, что снова слишком увлеклась. – Ладно, не хочу об этом сейчас говорить.

Теодор мог только догадываться, о каком прошлом говорила королева. Несмотря на то, что они знакомы уже больше десяти лет, между ними никогда не было дружбы, и уж тем более какой-то близости. В то время как Аделина проводила своё детство избалованным ребёнком, Теодор, по приказу отца, с самых ранних лет изучал десятки дисциплин, постоянно меняя учителей. Учитывая ещё и возрастную разницу в четыре года, можно смело сказать что сегодня – первый день их настоящего знакомства, ведь именно сегодня Теодор понял, что Аделина уже давно не тот избалованный ребёнок, от которого всем хотелось держаться подальше. Более того, он понял, что все окружающие, и он в том числе, ошибались думая, что Аделина глупая и наивная девочка. Очевидно, что за её детской улыбкой скрывается не только наивность и доброта, но там также есть место для злобы и даже ненависти.

– Лучше не торопиться… кто знает, какие ещё сюрпризы могут скрываться за её «доброй» улыбкой, – мысленно проговорил Теодор, шагая вслед за королевой.

– Ничего себе, вот это красотища, – восторженно выкрикнула Аделина, увидев свою лошадь в красивом белом наряде.

– Эта одёжка сделана из лучших материалов, а шили её лучшие портные. Вот смотри, тут даже герб твоей семьи есть, – без ложной скромности хвалился конюх.

– Спасибо Ролан… она действительно выглядит очень красиво, – в знак благодарности обняла его Аделина. – Надеюсь, ты не слишком много денег потратил?

– Не переживай, я всё равно уже старичок, мне некуда тратить деньги.

– Ой, да ладно тебе, всего пятый десяток, у тебя всё ещё впереди, – проговорила королева, шагая к Зорьке.

– Мне бы твой оптимизм, – съехидничал Ролан.

– Аделина права, вы очень хорошо выглядите для своих лет, – вмешался Теодор. – Да и старичком вас точно не назовёшь.

– О, кстати Теодор, а как тебе эта одёжка? Помнится у тебя хороший вкус.

– Вы очень удачно подобрали цвета. Белый символизирует королевскую честь, да и синий очень подходит мировоззрению королевы.

– Мировоззрению? Я думаю, ты слишком однозначно относишься к цветам, у них не может быть какого-то одного значения. Каждый человек видит что-то своё, – поучительно произнёс конюх.

– Может и так, но для королевской семьи цвета имеют большее значение, чем для обычных людей. Например, когда назревала война, король всегда надевал красное, снимая его только после победы. Это некое послание подданным, чтобы они без слов понимали желание короны.

– Вот как? Тогда в каких случаях надевали синий цвет? – с интересом спросила Аделина, поглаживая «Зарю».

– Много столетий назад, когда шли нескончаемые войны, два короля обратили взор ввысь и увидели тихое, безмятежное небо. В пылу нескончаемой битвы это был как глоток свежего воздуха, ведь несмотря на все ужасы войны, небо над головой нисколько не изменилось. Оно напомнило королям, как был прекрасен мир до войны и каким он стал сейчас, поэтому для королей синий цвет может значить лишь одно: мирные небеса, докуда войны, никогда не доберутся.

– Очень мудрые слова… через них даже спустя сотни лет предки могут передать свой горький опыт, – снова резко изменилась королева. – Если можно, рассказывай подобные истории почаще. Мне так стыдно, что я ни разу об этом не слышала.

– А… – растерялся Теодор от мгновенной изменчивости Аделины. – Да, конечно, буду только рад помочь. Признаюсь, я очень удивлён, ты первый человек, не считая моих учителей, кому это действительно интересно. Даже отец называет подобные истории пустым трёпом, – честно признался Теодор.

– Твой отец ошибается, это не пустой трёп, это опыт прошлых поколений, которые они попытались отразить в словах, – уже сидя верхом на «Заре» говорила королева. – Вы не против, если я на минуту вас покину? Хочется опробовать новую одёжку на деле.

– Да, конечно, как же без этого, – тут же ответил Ролан.

– Слышал, ты отлично держишься в седле, мне не терпится взглянуть, – добавил Теодор.

– Не скучайте тут, я быстро. – Напоследок улыбнулась Аделина.

Едва Аделина уехала, как Теодор и Ролан заговорили совсем иначе. Несмотря на то, что они когда-то были в хороших отношениях, с тех пор прошло уже больше семи лет. Теперь Теодор далеко не тот замкнутый, но добрый ребёнок, каким был когда-то. Только он появился, как Ролан тут же понял, какие цели он преследует и для чего он сразу после коронации принялся настойчиво сближаться с Аделиной.

– Интересно, что ты ей наговорил, – начал конюх, шагая к выходу из конюшни. – Заслужить её доверие труднее, чем кажется, но тебе, похоже, это удалось.

– К чему это ты? – «удивился» Теодор.

– Скажу прямо: даже не думай использовать Аделину в своих целях. Она и так натерпелась достаточно.

– Не понимаю о чём ты. Аделина сильно изменилась за эти годы, я это увидел сегодня на коронации. Она стала интересным человеком, с которым просто приятно побеседовать. Что в этом такого? – Смотря на королеву, спокойно говорил Теодор, – взгляни, как она прекрасно смотрится в седле, разве такое не может впечатлить?

– Я бы хотел тебе верить, но не могу. Пусть в глубине души ты совсем другой, не как твой отец, но пока ты безоговорочно выполняешь его приказы – это не важно.

– Думаешь, много обо мне знаешь? – моментально изменился Теодор. – Как бы ни так.

– Да даже если не знаю. В отличие от твоего отца я хотя бы понимаю, что ты уже давно не марионетка, которая бездумно выполняет приказ за приказом.

– Ты всегда не следил за языком, но сейчас заходишь слишком далеко. Продолжишь в том же духе и сильно пожалеешь, – Спокойно, в своей манере, продолжил Теодор. – Строй из себя кого угодно, но только без меня. Противно видеть, как человек, не способный защитить даже свою жизнь, пытается мне ещё и угрожать.

– У меня нет твоей власти, но и я не бессилен, не забывай, что королева мне верит. Даже если это будет моей последней волей, мне по силам сделать так, чтобы она никогда с тобой не сблизилась.

– Со мной у неё больше шансов остаться в живых. Не прикидывайся дураком, ты ведь всё понимаешь… одно неверное движение и её же стражники воткнут нож ей в спину.

– Именно поэтому я помог тебе солгать, придёт время и ты сам увидишь насколько твой отец жесток и насколько ты на него не похож. Мне не по силам защитить Аделину, зато я уверен, придёт время, и это сделаешь ты.