Особый заказ в кофейне «Полночь»

Ее взгляд ушел в сторону. Она будто смотрела сквозь меня, в пустоту.

Зоя заговорила тише:

– Кто узнал тайны этой кофейни, больше никогда не будет жить своей привычной жизнью. Все изменится, Дмитрий Сергеевич. Абсолютно все. Если вы хотите разгадать загадку того письма, то вы должны быть к этому готовы.

Эти слова прозвучали для меня крайне неоднозначно и довольно тяжело.

Несколько раз моргнув, будто выйдя из транса, она взглянула уже на меня и задала вопрос:

– У вас есть дети?

– Моя жена на девятом месяце. Мы ждем нашего первенца.

Поздравила ли она меня с этим счастливым событием? Улыбнулась ли? Подала ли хоть какой-то знак, что ей приятно это слышать?

Нет.

Женщина лишь холодно произнесла:

– На вашем месте я бы не один раз подумала прежде, чем отправиться в город Н.

– Хотите сказать, что там опасно?

Зоя пожала плечами и похлопала ресницами:

– Все зависит от того, что вы подразумеваете под опасностью.

– Угроза жизни…

– Вам?

– Мне, моей жене, моему ребенку… Такая угроза будет иметь место в городе Н., если мы приедем туда?

Она взяла стаканчик и поднесла к губам. Прежде, чем отпить, Зоя ответила:

– Если не будете совать нос, куда не следует, то никакая опасность вам не угрожает. Что бы вы ни делали и где бы ни находились, всегда старайтесь действовать в рамках разумного. Вот вам мой совет.

И она отпила.

– А если я задумаю сунуть нос глубже и пойду дальше, чем следовало? Если не остановлюсь…

– То вам останется винить лишь себя самого в ваших бедах и неприятностях. А потому я призываю вас хорошенько все обдумать. Последствия… ваших неразумных поступков могут быть плачеными. В этом городе лучше не совершать ошибок. Зачастую они оказываются роковыми. Так там все устроено…

Мы снова немного выпили воды, чтобы напряжение между нами спало. Правда, мне бы сейчас не помешало что-то покрепче простой воды. Но за полгода до зачатия у нас с Алесей в доме нет ни грамма спиртного.

– Знаете, – слова решили делать все за меня, – не хочу показаться бестактным, но я не до конца вас понимаю. Вы хотите отговорить меня ехать в кофейню или нет?

– Решать только вам. Я не заставляю вас туда ехать и не отговариваю. Просто вы должны понимать, что у каждого вашего действия будут последствия. Следует с особенной осторожностью делать шаги по этой хрупкой тропке. Вся наша жизнь – хрупкая тропка. И каждый следующий шаг может разбить землю под ногами так, что не вернешься… Словом, принимайте решения с умом. Ориентируетесь на то, что для вас приоритетнее всего на данный момент.

Ребенок.

И только ребенок!

– Что вы там видели, в этой кофейне? – спросил я.

– Я рассказала вам слишком много и уже успела нарушить десяток правил и обещаний, данных мною экскурсоводу. Если решите приехать, если любопытство все же возьмет верх над вами, если вы будете ночами сидеть в кофейне, дожидаясь появления экскурсовода, то вы все узнаете. И никаких секретов для вас не будет. К слову сказать… если вы туда попадете, то советую начать с Гоголя и Леонардо да Винчи, а дальше думайте сами…

Ничего не понял!

Этот Гоголь и да Винчи окончательно, решительно и бесповоротно сбили меня с мысли!

– О чем вы? – я так и спросил.

Зоя радужно улыбнулась мне.

– Все узнаете, когда увидите.

Гоголь?

Леонардо да Винчи?

Какое отношение эти двое имеют к кофейне «Полночь»? И как они в принципе могут быть связаны друг с другом?

Слишком неопределенно, глупо, но любопытно. Слова Зои меня сильно заинтриговали, и мыль о том, чтобы уехать в город Н. засела во мне основательно.

Зоя осушила стаканчик и положила свою сумочку перед собой на столик.

– А сейчас, Дмитрий Сергеевич, прошу меня извинить. Я сказала вам все, что могла позволить себе рассказать. Пришло время расплачиваться.

– Расплачиваться? Мы же не…

– Да не с вами!

Зоя весело посмеялась.

– Если бы моя информация стоила денег, я бы сразу вас об этом предупредила. Боюсь, что никакие деньги уже не помогут.

Она осмотрелась вокруг, пробежалась взглядом по стенам и потолку, будто видела это помещение впервые.

– У вас хороший гараж…

К чему такой комплимент?

– Это отец постарался.

– Значит, ваш отец был мастером на все руки.

– Так и есть…

Перестав разглядывать стенды с инструментами, Зоя снова взглянула на меня, беззаботно улыбнулась, и ее рука залезла в сумочку.

Я запаниковал.

– Прошу еще раз меня простить за то, что вам придется убирать после меня… надеюсь, это у вас не займет много времени. Когда я шла по тропинке через лес, то подумала: «Какой чудесный лес!». Если можно, сделайте это там…

Мое сердце стучало. Дыхание сбивалось.

– Сделать что?

Я уже вскочил.

Зоя вынула из сумочки что-то черное и простой формы.

Пистолет.

– Удачи вам, Дмитрий Дубровский.

Все случилось быстро.

Раз – она сунула пистолет себе в рот. Два – палец быстро и уверенно нажал на курок. Три – прогремел взрыв.

Я застыл в полном оцепенении.

Я умер вместе с ней.

Я застрелился вместе с ней.

И вместе с ней сейчас лежал на полу отцовского гаража, а подо мной растекалась алая густая лужа.

В ушах все еще звучал выстрел… и я понял, что все случилось не со мной, а только с ней.

Зоя лежала на полу в моем гараже, а под ней образовалась алая лужа. Ее мозги и внутренности черепа вырвало через затылок, где образовалась крупная дыра. Зловонное месиво растекалось по земле. На двери гаража и стенах блестели красные капли.

Чтобы прийти в себя, мне понадобился кислород. Я начал дышать. Дышал я часто, а сердце неустанно стучалось. Пальцы замерзли. Пот ледяными каплями стекал по мне.

Она… застрелилась!

Женщина застрелилась! Она покончила с собой прямо у меня на глазах! И я не успел ей помочь! Я не успел спасти ее и остановить!

Только-только я разговаривал с ней… я слышал ее смех, видел, как она пьет, и даже иногда чувствовал ее дыхание у себя на руках.

Она говорила, дышала, ходила, пила воду… она жила! Она жила всего долю мгновения назад!

И быстрый выстрел… всего лишь слабое, но уверенное нажатие курка оборвало эту жизнь.

Что она там говорила?

«Пришло время расплачиваться».

Как бы мне не пришлось…

Что делать? Что делать? Что делать?

Черт!

Труп.

У меня тут труп!

Проклятье!

Звонить в полицию? И сесть в тюрьму!

Блеск.

Черта с два!

«Когда я шла по тропинке через лес, то подумала: «Какой чудесный лес!». Если можно, сдайте это там…»

«…сделайте это там…»

«… сделайте это…»

Я должен избавиться от трупа. Сейчас же… пока меня не обвинили в убийстве. Не обвинили в ее самоубийстве…

Пришло время грязной работенки. Самой грязной работенки в моей жизни!

Кровавой работенки…

Ох, если бы Алеся знала, чем я сейчас занимаюсь! О, боже… конечно, знать она не должна. Не хватало еще выкидыша или что там бывает из-за сильного стресса?

Труп.

Мертвая женщина в моем гараже.

Я должен все убрать…

Я отыскал черные мусорные мешки. Двух мешков должно вполне хватить, если я хочу спрятать такое тело. Сначала мне пришла в голову жуткая мысль: «Если я порежу тело на более мелкие части, то мне будет легче его перенести?»

Жуть!

Чтобы не испачкаться, я переоделся в старые отцовские штаны и куртку, что висели здесь на крючке. Он всегда работал в них. Я прежде их никогда не надевал. А сейчас я в них буду закапывать труп.

Переодевшись, я подошел к ней. На расслабленной бледной руке лежал пистолет. Закопать его вместе с ней?

А что еще?

Какой-то бес заставил меня взять этот пистолет в руки! В руки! И оставить на нем свои отпечатки!

Увесистый, холодный, настоящий…

– Боже, зачем я его держу?..

Тогда я решил спрятать этот пистолет подальше от собственных глаз. Бросил его в какую-то коробку, которую отыскал в общем хламе.

Итак, вернемся к телу.

Вот оно… лежит передо мной. Кровь все текла и текла… взяв мешок, я попытался засунуть в него ее ноги. Кое-как мне это удалось. С головой и телом вышло сложнее. Тут кусочки мозгов вытекают наружу и череп треснут, как скорлупа.

Перемазался ее кровью! Проклятье! Руки по локоть в красном! Пахучая ржавим, жидкость пропиталась в рукавах! Ее голова и тело в мешке. Что дальше?

Мне пришла идея найти веревку и обмотать ее руки и ноги, чтобы они не болтались, когда я буду ее тащить. Поглядывая на время, я спешно занялся этим.

Сделано. Она готова к…

Закопать ее в лесу – хорошая мысль. Но как все это сделать?

Я затащил тело в гараж, взял лопату, погасил свет и вышел. Закрыл ворота и двери.

Отправившись в лес, я внимательно озирался по сторонам в поисках случайного прохожего, любителя темноты. Никого.

Никто не должен видеть меня.

Я нашел укромное место за завалом камней и поваленных деревьев. Сюда ее будет легче принести и еще легче закопать, чтобы никто не заметил.

И я копал в ночи.

Я рыл могилу.

Могилу для той, кого пригласил на эту встречу… для этой незнакомки Зои, настоящего имени которой я так и не узнал.

Есть ли у нее родственники? Полагаю и надеюсь, что нет. Все следует сделать тихо и без лишнего шума. Никакой полиции.

Я уже притронулся к пистолету, и у меня нет других вариантов.

Яма получилась глубокая и широкая. Мне так показалось… когда я приволок сюда труп и сбросил в могилу… она немного не вписалась в размер могилы…

Ах, черт!

Ноги немного задраны верх.

Когда я сбрасывал ее, то ощущал ее тело, как тряпичную куклу. Тяжелая, но безвольная… как те куклы, которых коллекционирует Алеся!

Какой же я идиот!

Первым делом следовало отмыть гараж в этой одежде, а потом сбросить ее в могилу к ней!

Проклятье!

Если присыпать ее землей, накрыть камнями и хворостом, а потом вернуться в гараж и вымыть пол и стены?

Я чувствую себя, как серийный убийца! Черт!

Тот еще Норман Бейтс нашелся!

– Вот же сучье дерьмо…

Я могу просто спалить этот гараж дотла! И делу конец!

Что меня останавливает?

Не могу я сжечь отцовский гараж… и как все объяснить Алесе? Черт! Это не выход!

И я отважился на самые экстремальные меры.

Присыпал тело землей, завалил камнями и хворостом. Сейчас вернусь в гараж, проделаю грязную работу, а потом… мне останется лишь вернуться сюда, переодеться, сбросить эту грязную одежду в могилу и все закопать.

А потом… только отнести лопату обратно.

Это выход.

Да, так и поступим.

Можно начинать.

Глава 3

Снова и снова я вытаптывал землю. Под курткой мне в грудь стучал пистолет. Его я взял с собой. Оставлять в гараже его нельзя. Смотрю на часы – десять. Алеся будет волноваться, что меня долго нет. Пока я не могу идти домой. Нужно сделать кое-что еще.

Я достал мобильник из кармана джинсов. Мои руки влажные. Гудки.

– Эр?

– Ди? Здорова! Чего звонишь?

– Ты сейчас не занят?

– Пока нет, а что?

– Нужно встретиться.

– Сейчас?! Ты время видел?!

– Мы не в детском саду. Давай, все… встречаемся через пятнадцать минут в «Заре».

– Черт возьми, Ди, куда ты меня тащишь?! Что случилось?

– Лучше поговорить об этом наедине, где много народу вокруг.

– А нам есть что скрывать? Ты всегда говорил: «Если хочешь что-то спрятать, оставь это на виду». Если ты ведешь меня в людное место, то мы что-то скрываем, верно?

– Да-да! Выходи давай! Встретимся на месте.

– Понял. На связи.

– Давай.

Я бросил трубку.

Притоптав землю под ногами, я нашел несколько веток и перетащил их сюда. Полагаю, ее никогда не найдут. Тело Зои отыщут лишь в том случае, если однажды этот лес перероют… думаю, случится это не скоро.

Покончив с этим делом, я направился в сторону города, к выходу из леса. Тропка утопала во тьме, а потому я зажег фонарик на телефоне.

Мне звонят… Алеся!

– Да, дорогая?

– Ты куда пропал, Ди?

– Ох, мы тут с Эром встретиться договорились.

– Сейчас?! Уже десятый час, Ди!

– Да, солнышко, знаю. У тебя все в порядке?

– Да…

– Прости, что так, но дело важное.

– Это касается твоей новой книги?

– Именно ее это и касается. Нам непременно нужно переговорить с Эром. Ложись спать без меня.

– Ладно… когда придешь хоть?

– Уже скоро. Обещаю. Через час буду дома. Мы недолго посидим в «Заре» и разбежимся. Не беспокойся за меня, милая.

– Угу… тогда я спать.

– Спокойной ночи, зайка!

– Угу, давай…

И она бросила трубку.

– Ух, пронесло, – выдохнул я.

Я был рад покинуть этот лес. Я был рад покинуть эти гаражи и это место. Подальше от трупа Зои, который зарыт там, в земле. Куда я его зарыл… подальше! Прочь отсюда! Прочь!

С собой у меня лишь пистолет. Он спрятан во внутреннем кармане куртки. И я несу его в кафе «Заря», наше неизменное место встречи с Эрнестом Бенгальским, моим верным товарищем, другом детства и литературным агентом.

Я пишу книги, а он их продает. Он договаривается с издателем, общается с редакторами и иллюстраторами. Словом, он делает за меня всю эту «побочную» работу, в которой я совершенно ничего не смыслю! Мое дело писать, а его – донести мои книги до книжных прилавков и круто их разрекламировать.

«Заря» работает круглые сутки. Это хорошее место, где делают вкусные кофе, пиццу и мороженое. Порой я прихожу туда с ноутбуком и начинаю работать утром за чашкой кофе. Там мы с Эром встречаемся, чтобы обсудить мою новую книгу, а также расходы и прибыль, которые мы будем иметь от нашего очередного совместного проекта.

Мало написать книгу, нужно провести тщательное расследование того объекта, о котором я пишу, а это занимает немало времени и сил. Эр обращается только к самым надежным источникам и находит для меня всю информацию. Должен признать, он делает даже больше работы, чем я. Его вклад в наше дело колоссален! И я очень ценю и уважаю своего незаменимого товарища.

Ему я могу раскрыть все свои секреты и тайны.

Ему я могу признаться во всем.

Только ему я могу рассказать о том, что часом ранее закопал в лесу труп.

В это время в кафе оказалось совсем не многолюдно. За одним столиком сидела молодая парочка. Они обнимали друг друга и терлись носиками… должен признать, таких соплей давно не видел! Впрочем, я никогда не забуду, когда мы с Алесей тоже были такими влюбленными идиотами. Не то, что бы мы сейчас друг друга не любим, но демонстрируем свои чувства более… практичными способами.

За другим столиком хохотала компания молодых парней. Они пили пиво и доедали третью пиццу. Они – то, что мне надо. Их громкие разговоры заглушат нашу беседу с Эром.

Что до Эрнеста Бенгальского, то он никогда не опаздывает на встречи со мной, и это его качество я сильно ценю и уважаю. Я же частенько подолгу собираюсь, а потом что-то забываю и возвращаюсь обратно. Словом, я тот еще неуклюжий и забывчивый растяпа. Бенгальский – человек слова и чести. Он никогда не лгал мне, не предавал и не подводил.

Так и сейчас я вижу его за нашим любимым столиком в углу зала. Невысокого роста, крупноватый, одетый в светлые джинсы и красную куртку. Эр грешит лишь тем, что пьет много пива, отчего его живот неустанно увеличивается в размерах. С каждой нашей встречей он все больше и больше… правда, Эр обещает мне, что начнет на днях ходить в тренажерный зал. Он даже взял абонемент! Посмотрим, насколько его хватит.

Пухлые щеки, крепкий лоб, маленький рыхлый носик и крохотные темные глазки. Короткие русые волосы и толстая шея. На щеках и подбородке однодневная щетина. Когда он расстегнул куртку, я увидел его белую футболку, которая обтягивала все его тело, каждый его изгиб и складку. Перестав грызть ноготь на мизинце, он помахал мне рукой.

Возможно, Эр не всегда соблюдает этикет и правила хорошего тона в общественных местах, но при этом он – добрейшей души человек, – который зла никому и никогда не делал. Разве что издательствам, которые ему удается иногда разводить на деньги. А порой, они разводят его, а заодно и меня. Но Бенгальский никогда не перестает с ними бороться и выискивает новые пути и компромиссы.

Верно скажу, если утвержу, что Эр – мастер дипломатии. У него это выходит намного лучше меня. Словом, у моего товарища и партнера масса положительных и прекрасных качеств, которые я искренне ценю в нем.

– Что-то уже успел заказать? – я сел напротив него на мягкий кожаный диванчик.

– Как ты любишь! «Гавайская» и литр «колы»! – ответил он мне.

– Блеск.

Я поймал себя на мысли, что наконец оказался вдали от того проклятого леса и тех злосчастных гаражей. Вот я сел на мягкий диванчик и позволил себе глубоко вдохнуть полной грудью и расслабиться.

– Ты чего такой потрепанный? – нахмурившись, он Эр взглянул на меня.

Я виновато взглянул на него. Конечно, он имеет право осуждать меня за нелепый вид, ведь еще ничего не знает.

Он не знает, что я рыл могилу.

– Покажи-ка свои руки!

– Чего это вдруг?!

– Показывай!

Я показал.

– Эй! – он внимательно изучил мои ладони. – Это не те руки писателя, которые я привык видеть! Ты грядки копал или навоз разгребал? Что это за грязь у тебя на ботинках? Проклятье, Ди!..

– У меня выдался непростой вечер, Эр, – оправдался я, – позволь мне промочить горло, и я тебе все объясню.

– Само собой!

И вот нам уже принесли пиццу. Из напитков мне досталась «кола», а Эру пиво. Мы положили несколько кусочков пиццы себе в тарелки и дождались исчезновения официанта.

Первым делом я сделал несколько жадных глотков. Из-за газов пить оказалось не так просто, но я быстро привык.

– Только не говори, что ты ввязался во что-то дикое! – Эр откинулся на спину, сложил ногу на ногу и расправил плечи.

Сейчас он сидел, как барин, расслабленно и уверенно.

– Кое-что случилось, Эр… кое-что совсем непоправимое…

– Непоправимое?

Я кивнул. Поправив очки на носу, я начал так:

– Началось все с того, что я получил письмо…

И я рассказал ему историю про письмо от «экскурсовода», про кофейню «Полночь», про звонки, про встречу с Зоей в гараже, про ее рассказ, а потом…

– Потом она извинилась передо мной за то, что мне придется убирать за ней. Мне с самого начала показалось это странно. Я не успел ее остановить, Эр. Я не успел…

– Что она сделала?!

Я не мог сказать это вслух. А потому я осмотрелся и убедился в том, что за нами никто не наблюдает. Я немного наклонился к столу и расстегнул куртку. Слегка откинув ее край, я показал другу пистолет.

Когда он увидел оружие, его глаза распахнулись и заблестели. По лицу градом стекал пот.

– Твое ж мать… Ди… И куда?..

Я похлопал указательным пальцем по губам.

– Прямо в рот?.. ох, черт!

– Тише только!

Эр сглотнул комок и запил его пивом. Ему пришлось осушить стакан до дна. Осталась лишь белая пенка, которая скатывалась по стенкам.

– Зачем ты взял это с собой, Ди?

– Не мог оставить…

– А с ней что сделал?

Я просто посмотрел ему в глаза, и мой взгляд все ему рассказал.

– Ох, черт… – он все понял, – ты все убрал за ней?

– Вычищал гараж до блеска… грязную одежду закопал вместе с ней…

– И правильно сделал! А вот то, что у тебя эта штука сейчас с собой – совсем неправильно!

– Ну, уж прости!..

– Проклятье, Ди! И что ты от меня хочешь?

Действительно! Что я, собственно, от него хочу?

– Кофейня «Полночь», Эр, – сказал я ему, – мне нужно ее увидеть. Я должен все узнать.

– Черта с два, Ди!

Он наклонился ко мне и почти шептал.

– Если из-за этой треклятой кофейни застрелилась баба у тебя на глазах, может, это не лучшая мысль.

– Я не могу позволить случится этому напрасно.

– А если она была больна?

Об этом я не подумал. Впрочем, Зоя совсем не показалась мне психически нездоровой.

– Не исключено… – признал я правоту друга.

– И что скажет Алеся? Вы же сейчас ждете ребенка со дня на день! Глупо бросать все и переезжать ради такого сейчас… не будет ли разумнее выждать?

Но я не хотел ждать.

Я не мог ждать!

Вся эта история… она слишком меня увлекла. Я уже увяз в ней. Я должен узнать правду.

– Если я узнаю разгадаю все мистические тайны этой кофейни, а ты, Эр, в этом мне поможешь, то я смогу породить на свет самую масштабную и невероятную книгу! Она может стать вершиной моей карьеры! Разве ты не видишь? Сколько загадок!

– Я понимаю, что ты уже заинтригован… но все же призываю тебя оставаться реалистом и подумать о более важных вещах.

Ребенок.

Алеся вот-вот родит мне малыша…

– Она поймет. Я смогу уговорить ее. Мы переедем в город Н., и мы начнем с тобой расследование. Я снова начну писать. Мне этого не хватает, Эр, как ты не понимаешь? Я подсел на это…

– Твой наркотик уже свел тебя с ума, и я это понимаю. Я не могу отрицать, что идея сногсшибательная…

– Вот видишь!

– Но!

Я замолчал.

– Это слишком рискованно, – убеждал меня Эр, – если слова той женщины правдивы, то… полагаю, есть вещи, в которые лучше не вмешиваться. Кто знает, чем это для тебя обернется? И черт с тобой! Я призываю тебя подумать о жене и ребенке!

– Если я не начну писать, то скоро мне нечем будет кормить жену и ребенка!

Эр схватил стакан. Он уже хотел отпить, как внезапно обнаружил, что стакан пуст. Эрнест подозвал официанта и попросил еще пива.

Молодая пара вышла за дверь. В кафе остались мы и шумная компания молодых парней, которые весело смеялись и ковырялись в телефонах.

– Никогда не стоит принимать поспешных решений, Ди, – произнес он спокойно, – никто не заставляет тебя сейчас бросать все и, сломя голову, мчатся в Н. И то, что случилось с тобой этим вечером… это ужасно, но оно ни о чем не говорит!

– Она сказала что-то про Гоголя и Леонардо да Винчи… она посоветовала мне начать с них, когда я найду экскурсовода. В кофейне нужно остаться на ночь. Не знаю, что это значит… она сказала об этом так, будто эти Гоголь и да Винчи какие-то…

Я взглянул на Эра, и мне тут же пришло в голову нужное слово:

– Экспонаты…

Принесли пиво. Когда официант откланялся, Эр жадно сделал три глотка.

– Решать тебе, Ди, – заключил Бенгальский, – я свое мнение высказал. В любом случае это твоя книга, твое расследование и твой проект. Я лишь твой агент, который занимается издательскими заморочками…

– Нет, Эр!

Я протянул руку через весь, перебив его, и опустил ладонь ему на плечо.

– Ты мой друг, – добавил я, – и всегда им был и остаешься впредь. Ты даже не представляешь, как ты важен для меня, Эр! Очень важен. В спортзал ходил?

Он усмехнулся.

– Планировал начать с понедельника, – и выпил еще пиво.

– А сегодня вторник…

Эр весело посмеялся.

– За понедельник!

И выпил еще.

– Итак, – Эр отставил стакан и взялся за новый кусок пиццы, – что же ты решил?

Он принялся жадно жевать, протирая губы тыльной стороной ладони.

А что я решил?

– Я поговорю с женой.

* * *

– Так! – Алеся выдохнула и опустила руки. – Давай рассмотрим эту ситуацию аналитически.

Не думал, что этот разговор дастся мне так тяжело.

Мы ругались все утро!

– Я беременна. Девятый месяц. Мы вот-вот ожидаем пополнение нашей маленькой семьи. Со дня на день я могу родить, Ди! А ты предлагаешь нам уехать в другой город, полный незнакомых людей, чтобы ты начал свое расследование?

– Именно…

– Ох!

– Послушай меня, Лесь! Присядь…

– Нет, ты скажи так!

– Прошу! Сядь!

Она все-таки села.

Такой большой живот… я и забыл, что он такой большой! Давно перестал обращать на это внимание. Ей тяжело ходить и двигаться в принципе. Я подал Алесе руку, чтобы помочь ей сесть в кресло. Она уже давно не завязывает волосы в хвостик или пучок. Я и забыл, какие она умеет делать себе фантастические прически.

Ребенок уже начал толкаться. Алеся ходит в темно-синем спортивном костюме. Ее каштановые волосы влажными прядями лежат на плечах. Немного опухшее лицо, крупные губы и нос. Блестящие голубые глаза. Именно это сочетание голубых глаз и каштановых волос меня так сильно привлекло в ее внешности, когда мы познакомились.

Рядом с креслом стоял стакан с фруктовым коктейлем, который я сделал ей сегодня на завтрак. Она взяла стакан и немного отпила.

– Говори, – серьезно произнесла она, – я жду.

Собравшись с мыслями, я опустился на стул напротив.

– Первое. Я изучил город Н. Там есть хороший коттедж, который мы сможем снять. Он нам по карману. Я все подсчитал. Второе. Там есть больница и роддом. Я посмотрел отзывы и сайты. Все очень прилично. Там ты сможешь родить в комфортных условиях. И тебе не стоит беспокоиться по этому поводу. От коттеджа, который я хочу снять, до роддома рукой подать. Там все очень близко. Третье. Это не займет много времени. Обещаю. Не больше месяца – точно. Возможно, мне хватит пары недель. Мы вернемся очень скоро. Четвертое… нам нужны деньги. Это расследование обеспечит меня материалом для новой книги, хорошей книги, которая принесет нам достойную прибыль. Сейчас нас двое, но скоро станет трое. Нам понадобится больше денег. Я хочу достойно вас обеспечивать, и ты это знаешь. Эта поездка очень важна для меня. Правда. Если хочешь, то я могу отправиться один…