Психомародеры: Ментальный Телефон

Глава 3. Война началась

Большой стол усыпан исписанными схемами и чертежами. Над крышкой парит голограмма карты Мараканда. По периметру зала расставлены рабочие столы с компьютерами. На стенах висят схемы с изображением структур головного мозга.

Это наш Наблюдательный Пункт, где мы работаем и откуда ведем всю нашу деятельность: осуществляем контроль над операциями, получаем задания от Когнитивного Департамента и исследуем возможности психоартефактов.

Войдя в зал в сопровождении доктора Элеасаро, я заметил здесь всю нашу команду в сборе: Сотис, Бони, Юно, Саманта, Лита, Пандора и Сипилена. Друзья пили чай и кофе, обменивались круассанами и печеньями с шоколадной крошкой.

– Доктор Элеасаро! – Бони слега подавился чаем, заметив появление главы нашей организации в Наблюдательном Пункте.

Появившись на пороге, мы с доктором моментально приковали всеобщее внимание к себе.

– Листер? – обратилась ко мне Сипилена. – Папа? Что-то случилось?

Мы с доктором обменились мрачными взглядами.

– Когда вы вернулись, доктор Элеасаро? – спросил Юно. – Мы так и не дождались вас вчера вечером! Что сказали на совете Ментальных Лидеров?

Доктор, обреченно вздохнув, ответил:

– Простите, что так задержался. Я вернулся ночью. У меня для вас плохие новости, ребята. Присаживайтесь.

В зале повисло напряжение.

Лита, Саманта и Пандора обменялись озадаченными взглядами. Им пришлось опуститься на стулья. Юно, Бони и Сотис уже сидели за своими рабочими столами.

Я прошел к Сипилене.

– Что произошло? – спросила она меня почти шепотом.

– Неприятности, – быстро ответил я, – я и сам не во всем разобрался.

Взяв ее за руку, я сел на соседний стул рядом с Сипиленой.

Все мы смотрели на доктора Элеасаро, стоящего перед нами. Психиатр, поправив очки на носу, уперся двумя руками о стол с картой и прошелся взглядом по всем нам.

– Во-первых, – начал он отрывочно, – я никого из вас не могу заставить в этом участвовать, если вы не хотите. Все вы прекрасно осведомлены о правилах нашей организации. В «Скитальцах души» все свободны. Никто не обременен обязанностями и договорами. Вы вольны уйти сейчас, если пожелаете.

– Мы не уйдем, – вставил резко Юно, – и вы это знаете, док. Что бы ни случилось – «Скитальцы души» будут на вашей стороне и сражаться до конца.

– Сражаться…

Взгляд доктора Элеасаро метался по комнате. Он явно не находил себе место.

И психиатр решил смотреть в нашу с Сипиленой сторону.

– Наша победа над «Пожирателями мыслей» не могла остаться незамеченной для других организаций. Это я уже говорил. Другие… оказались недовольны положением вещей. В частности, «Последний синдром» был в первых рядах среди тех, кто не одобрил наших с вами действий. Потеряв Ги Осмонда, они лишились сильного союзника и поставщика средств. В добавок к этому, «Адское Безумие» вело дела с «Пожирателями». У них были… партнерские отношения. Вчера на собрании Ментальных Лидеров Корнелиус Мур, глава «Последнего синдрома»…

И доктор неожиданно замолчал.

Но я уже прекрасно знал, как он закончит свою фразу. И остальные, думаю, догадывались.

– Развязал войну.

В Наблюдательном Пункте повисла тяжелая тишина.

Я переглянулся с Сотисом. Тот посмотрел на меня взглядом, который будто говорил: «Теперь ты вспомнил мои слова?».

– «Последний синдром» и «Адское безумие» объединили силы и объявили нам войну. Они хотят… уничтожить нас. В этом я уже не смею сомневаться.

– А как же «Голоса»? – поинтересовалась Саманта. – Что сказала Помона Хант?

– Она воздержалась. «Голоса» остались в стороне. Они… не желают присоединяться к союзу «Последнего синдрома» и «Адского безумия». Война им не выгодна.

– Не выгодна? – Сотис выгнул бровь. – Если психомародеры начнут воевать, то пламя войны захлестнет весь Мараканд! Они не могут оставаться в стороне. Ни Когнитивный Департамент, ни Перламутровая Гвардия – никто! Война коснется всех!

– Ты прав, Сотис, прав, – кивнул доктор Элеасаро, – но это было ее решение. Как лидер своей организации, Помона Хант думает о безопасности своих людей. Также поступаю и я, Сотис. Я тоже думаю о вашей безопасности, а потому не имею права звать вас на войну.

Юно и Бони с недопониманием переглянулись.

– И что вы предлагаете, док? – обратился к нему Бони. – Распустить «Скитальцев»?

Все в ужасе взглянули на доктора.

– Я не могу рисковать вами, ребята. Если мы сойдем с дистанции, то никто не пострадает. Корнелиус Мур будет спокоен в одном случае – «Скитальцы души» должны перестать существовать любым образом.

Но у Сотиса было иное мнение на этот счет, и он его смело высказал:

– Этому не бывать! «Скитальцы» прошли слишком многое, чтобы так сдаться перед угрозой боевых действий со стороны других организаций. Мы годами воевали с «Пожирателями мыслей». И мы их победили! Если так надо, то мы вступим в войну и дадим отпор нашим врагам. Доктор Элеасаро, ведите нас в бой. Мы пойдем за вами. Все мы.

Доктор Элеасаро смотрел на каждого из нас, и мы отвечали ему одобрительными кивками, поддерживая предложение Сотиса.

Никто не готов сдаться без боя.

– Доктор Элеасаро, – обратилась к нему Пандора, – на вашей стороне самые сильные психомародеры Мараканда. Один из них даже одолел безумного нарцисса со всеми силами Тетради Бешенства!

Мы с Пандорой одобрительно посмотрели друга на друга.

– Мы будем сражаться. Мы готовы.

– Полностью согласна! – воскликнула звонко Лита. – Давайте надерем задницы этим выскочкам! Пусть знают, как тягаться со «Скитальцами души»! Да!

Бони и Юно дружно поддержали девушку задорными выкриками.

– Доктор Элеасаро, – обратился к нему я, – мы готовы сражаться.

И я заметил, как в глазах психиатра застыли слезы. Он видел наш оптимистичный настрой. Он видел в нас смелость и готовность броситься в бой.

Еще бы!

– И какой же будет наш первый шаг? – Сипилена с озорством обратилась к отцу.

Губы доктора Элеасаро расплылись в теплой улыбке.

– Спасибо, друзья. Хорошо. Тогда я со всей гордостью заявляю, что «Скитальцы души» примут бой. Мы вступим в войну.

– Да! – ответили все дружно хором.

Доктор Элеасаро подвинул к себе стул и сел напротив нас.

– Сперва вы должны кое-что узнать о наших новых врагах. «Адское Безумие». Их лидер – Гальдемар Хейс. Его диагноз – комфортный тип акцентуации. Знаю, звучит не слишком опасно. Его способность заключается в том, что он умеет управлять тенями и сам становиться тенью. Точно так же, как и человек с комфортным типом акцентуации – человек толпы, которого и не заметно вовсе. Он, словно тень. Гальдемар плохо держит себя в руках. Он весьма вспыльчив. Вывести его из себя не так сложно. На него работают весьма сильные психомародеры. «Адское Безумие» славится своими терактами и разбоями. Надо признать, даже «Пожиратели мыслей» действовали более лояльно. Для этих же людей человеческие жизни ничего не значат.

Сделав паузу и переведя дух, доктор Элеасаро продолжил:

– «Последний синдром». Эта организация по праву считается самой опасной и элитной в Мараканде. Корнелиус Мур, их лидер, собрал под свое командование очень сильных людей с самыми редкими расстройствами, которые хорошо применяются в бою. Нельзя забывать о том, что именно Корнелиус Мур первый поднял восстание против своего психиатра и воспротивился воле Когнитивного Департамента, встав на другую сторону баррикад. Его примеру последовали «Адское Безумие» и «Пожиратели мыслей». Этот человек очень опасен. Можно сказать, на собраниях Ментальных Лидеров он является главным среди нас. Он пользуется большим уважением и авторитетом. «Последний синдром» держится оплотом от внешних конфликтов. Они не любят пачкать руки. За них все делали «Пожиратели мыслей» и «Адское Безумие» – услужливые псы. Словно гончих, Корнелиус посылал Ги Осмонда и Гальдемара Хейса на охоту. Я уверен, что он будет использовать «Адское Безумие», как пушечное мясо, чтобы уберечь своих людей. «Последний синдром» отсиживается в стороне до самого конца, сосредотачиваясь на заработке и повышении влияния среди остальных организаций. Диагноз Корнелиуса Мура – синдром Котара. Одним своим касанием он может вызвать некроз мягких тканей и превратить живого человека в труп. Вот такое… омертвение. Он разлагает тело своего врага. Но в отношении «Последнего синдрома» у нас есть тайный козырь в рукаве. Не так ли, Сотис?

Мы все посмотрели на нашего Сотиса. Тот кивнул:

– Лютен на нашей стороне. Он не станет сражаться плечом к плечу с людьми «Последнего синдрома», а встанет на нашу сторону. Я в этом уверен.

– Отлично. Но сейчас нам будет выгодно, если Лютен станет нашим двойным агентом и будет поставлять нам сведения о планах врага.

– Я с ним непременно свяжусь.

– Превосходно!

Вспомнив о союзниках, Саманта поспешила добавить:

– Мы же не одни в этой войне, доктор Элеасаро? Когнитивный Департамент и Перламутровая Гвардия на нашей стороне?

– Ты права, Саманта. Я уверен, что они присоединятся к нам, но пока проблема в том, что ни одним, ни вторым еще не известно о начавшемся противостоянии организаций. Придет время, и мы обязательно привлечем их к действиям.

Дальше высказалась Лита, подав новую идею:

– А как же «Голоса»?

– «Голоса» решили сохранить нейтралитет. Помона Хант – лидер женской организации психомародеров. Она очень умна и не будет встревать в конфликт, если в этом нет выгоды для ее организации. Ее диагноз – Стокгольмский синдром. Она умеет подчинить любого своей воле.

– Знаете, это могло бы нам пригодиться! – воскликнул Юно.

– Еще бы! – вставил Бони. – А ты что скажешь, Сотис?

Призадумавшись, Сотис ответил:

– Как мы выяснили, никто не может остаться в стороне в этой войне. Я полагаю, у нас есть шанс заключить с ними союз. Что скажите, доктор Элеасаро? Согласиться ли Помона Хант сотрудничать с нами, если дать ей понять, что наша война с «Последним синдромом» и «Адским безумием» может причинить сильный ущерб ее организации?

– Полагаю, да, Сотис, мы можем предложить им сотрудничество, – кивнул доктор Элеасаро, – ее способность… может нам сильно пригодиться в борьбе с нашими врагами. Если Корнелиус Мур и Гальдемар Хейс поймут, что Помона Хант с нами в альянсе, это точно вселит в них ужас и пошатнет их психику! Надо признать, они оба боятся ее и ее способностей. Другое дело, что у этой женщины… сложный характер. Не так просто будет убедить женщину, которая может одним касанием сделать тебя своим рабом на всю жизнь. Страшно даже представить, чтобы бы было, если бы подобная сила оказалась у «Последнего синдрома» или у самого Ги Осмонда!

– К счастью, я умею ладить с женщинами…

– Правда? – Саманта выгнула бровь, с ухмылкой взглянув на Сотиса.

– Я займусь этим сам, доктор Элеасаро. Поручите заключить союз с «Голосами» мне.

– Как скажешь, Сотис. Я могу на тебя рассчитывать.

И вдруг из компьютера Сотиса раздался звук, уведомляющий его о получении сообщения.

– Что там? – поинтересовался Юно.

Сотис посмотрел в экран.

– Это Лютен… Есть новости!

Мы принялись внимательно слушать Сотиса.

– Он пишет, что Корнелиус послал своих людей на переговоры с «Адским Безумием». Встреча состоится в полдень в ресторане «Серебряная лань». Это на Барьерной улице. От «Последнего синдрома» на встречу явятся Клайд и Атаназ. Кто из представителей «Адского безумия» пойдет на переговоры неизвестно.

– Клайд и Атаназ? – переспросил Бони.

– Это фобики, – кивнул Сотис, – у Клайда – офидиофобия, а у Атаназа – танатофобия.

– Мы обязаны туда явиться! – воскликнула Лита.

И она права. Нам будет выгодно узнать, что замышляет наш враг.

Все перевели взгляд на доктора Элеасаро.

– Да, хорошо…

– Я пойду! – вырвалось у меня.

– Что… – протянул Бони.

– Я с тобой, Листер! – воскликнула Пандора.

– Ам… – озадачилась Лита.

– Эй, я с вами! Я буду за вами присматривать! – вскочил Юно.

Я возражать не стал.

Мы втроем смотрели на психиатра, ожидая его решения.

– Так и быть, – в конец согласился он, – Листер, Пандора, Юно, вы отправитесь шпионить за переговорами нашим врагов. Сотис, ты налаживаешь отношения с Помоной Хант и переманиваешь «Голоса» на нашу сторону. А мы с остальными займемся тем, что уведомим Когнитивный Департамент и Перламутровую Гвардию о развязавшейся войне.

Все было решено.

– Главное, чтобы о нашей войне не прознал кое-кто еще…

– О ком ты, Сотис? – спросила у него Саманта.

– Да, так… забудь.

Глава 4. Гробы, огонь, змеи и картины

Ресторан «Серебряная лань» славится тем, что подает своим клиентам блюда из самой разной дичи: фазаны, дрозды, зайцы, перепела, кабаны, лоси, медведи. Встречаются в меню и экзотические рыбные блюда: плавники акул и салат из медуз.

Именно здесь, среди роскошных серебристых и золотых апартаментов, должна была состояться встреча людей «Последнего синдрома» и «Адского безумия».

Юно за пятнадцать минут доставил нас на Барьерную улицу, где «Серебряная лань» являла собой самую центральную «достопримечательность». Дело в том, что здание элитного ресторана располагалось на возвышении, у набережной реки Катарсис, откуда открывался вид на северную часть Мараканда.

По сведениям Лютена, встреча должна была состояться ровно в полдень. До назначенного часа оставалось меньше пяти минут.

Чтобы затеряться в толпе, мы поспешили пройти в ресторан. Оказавшись в зале, Юно резко замер.

– Что такое? – спросила его Пандора.

– Они уже здесь. Люди «Последнего синдрома».

Мой взгляд принялся судорожно метаться от столика к столику. Но Юно тут же дернул меня за руку, призывая сохранять спокойствие и не привлекать лишнего внимания.

Юно провел нас за столик, который находился на достаточном расстоянии от заговорщиков, но при этом такое расстояние позволило бы нам подслушать разговор.

Кожаные диванчики блестели металлом. На белых столиках уже стояли салфетки, специи, меню и графин воды. На стенах висели картины, изображавшие причудливые разноцветные абстрактные формы.

К нам подошла официантка и приняла заказ – три чашки жасминового чая и сахар. Заведение не из дешевых. И мы пришли сюда на задание, а не на дегустацию экзотических блюд.

Когда нас оставили одних, я наклонился ближе к Юно и шепнул:

– Где они сидят?

Юно указал на столик, что располагался неподалеку от нас.

Мы смотрели в спины двоим мужчинам.

Первый облачен в черный кожаный плащ в пол. Голова покрыта капюшоном. Я заметил длинные руки этого человека и худые белые пальцы с острыми ногтями.

У второго зеленые прямые волосы по плечи. Среднего роста и худой. Его торс оказался оголен, а кожу покрывали татуировки с изображением змей и змееподобных существ. К слову, у него на плечах прямо сейчас возлежала толстая зеленая змея с черными узорами, напоминающими трещины или молнии. Носит белые джинсы, а ноги босы.

– Того, что в балахоне, зовут Атаназ, – пояснил Юно, – у него танатофобия. А со змеей – Клайд. Офидиофобия. Оба весьма опасны.

Пандора взглянула на время.

– Ровно полдень.

И тут же на пороге ресторана появилась еще одна парочка интересных личностей. Администратор быстро возникла перед ними, и один из них грубо бросил ей:

– С дороги!

Двое, оглядев зал, направились к столику, за которым их ждали Клайд и Атаназ.

– Кто они? – решил узнать я у Юно.

– Люди «Адского Безумия». Я их тоже знаю. Эол и Хиро.

Дальше Юно пояснил, кто из них кто.

Эол – молодой парень, наш ровесник. Голые руки обмотаны белыми бинтами, как у настоящей мумии. Голый торс, украшенный множеством пластырей и повязок на липучках. Бледное лицо парня «украшал» алый ожог, закрывающий всю правую половину. Носит темные джинсы, ноги босы. Эол – альбинос: у него короткие лохматые белые волосы и алые бледно-серые глаза с алым блеском.

Его напарник – Хиро – мужчина среднего роста с рыжими волосами, гладко зачесанными назад, и голубыми глазами. Он носит белый халат, запачканный пятнами краски. В карманах у него я заметил несколько кисточек, которые обычно используют художники. На руках – длинные черные кожаные перчатки по локоть.

– А какие у них способности? – спросила Пандора у Юно.

– У Эола – пиромания. Он умеет управлять огнем. А у Хиро – культурный шок. Его способность позволяет ему оживлять любое изображение на картинках и делать его своим фамильяром.

Никогда еще не слышал о подобных способностях. Я и подумать не мог, что такое возможно!

А потом Эол и Хиро присоединились к Клайду и Атаназу, сев напротив них.

– Оставим прелюдии и перейдем сразу к делу, – первым начал переговоры Атаназ. – Что у вас?

– Вы прекрасно знаете, где находится Штаб «Скитальцев души», – ответил ему Хиро мягким тоном, – почему бы нам не забросать все здание взрывчатками или заложить под него бомбу? Тогда мы скажем «прощай» доктору Элеасаро и всем остальным!

– Не все так просто. У нас есть свои интересы, касающиеся «Скитальцев души».

– Надо же? И какие же?

– Корнелиус Мур не желает просто так истреблять людей Элеасаро. Нельзя взрывать Штаб – так и передайте Гальдемару Хейсу.

– В чем дело?

Атаназ и Клайд переглянулись.

Только сейчас я заметил жуткое лицо Атаназа, покрытое морщинами. Из-под капюшона выглянули седые длинные волнистые локоны.

– Это главное условие нашего босса, – продолжил Атаназ, – Штаб нужно захватить. Там есть то, что входит в сферу наших интересов.

– Но медлить мы не можем! Мы уверены, что совсем скоро они привлекут на свою сторону Перламутровую Гвардию и Когнитивный Департамент.

– Нас не должно волновать ни то, ни другое. Мы сотрем всех в порошок. Уверяю вас, «Последний синдром» позаботится о том, чтобы Когнитивный Департамент раз и навсегда умолк… и больше не вмешивался в дела высших умов. Они не боги…