Святые с улицы Бримо

История Рыжей Бестии

Все Призраки Йорма появлялись в свое время и в строгой определенной последовательности.

Первым был Анчоус. Потом к нему присоединилась Бродячая Сова. За ней в команду вступили Белая Сирена и Доктор Смерть.

Следующей была я, Рыжая Бестия.

Мы жили в нищете и глубокой бедности. Отец пропал без вести после своей экспедиции в Седые Горы. Мама часто болела. Денег и средств на проживание катастрофически не хватало. Моя сестра была еще совсем крохой, когда наступили смутные времена.

Мне пришлось нести ответственность за всех.

Я спасала свою семью, промышляя грабежами.

Я – воровка.

Устраиваться на работу не было смысла. Мне некогда было дожидаться первой зарплаты. Есть нам хотелось уже сегодня, а не ели мы даже вчера.

Я научилась взламывать замки, незаметно подбираться к прохожим, крала сумки, кошельки, еду.

Я стала самым профессиональным и разыскиваемым карманником в Йорме.

Даже прозвище дали – Шустрые Руки.

Шустрые Руки добирались до всего, чего хотели добраться. Я приносила в дом еду и деньги на оплату за жилье и лекарства для матери.

Но однажды… мой план пошел… не по плану.

Шустрые Руки поймали с поличным и отправили в детскую колонию для несовершеннолетних отбывать наказание.

Мама ничего не могла сделать. У нас не хватало денег, чтобы внести за меня залог. Воровство в Йорме наказывается довольно строго. Учитывая мой профессионализм и стаж… мне дали три года в колонии.

Я оказалась среди таких же детей, как и я сама. Воришки, мошенники, драчуны и разбойники. Все мы были Шустрыми Руками.

Мой номер – «669304».

Мальчикам выдавали темно-синюю форму, а девочкам – оранжевую. У каждого на спине имелась белая наклейка с личным номером, по которым нас называли.

– Вот ты и попалась нам, Шустрые Руки, – сказал мне начальник тюрьмы, когда принял меня лично в свой кабинет, – Джейн… Теперь ты больше не Джейн, а номер шесть сот шестьдесят девять триста четыре. Запомни его хорошенько. Эти цифры будут мерещиться тебе каждый раз, когда ты будешь моргать. Первые ночи будут тревожными и неспокойными. Привыкай. Уверен, что ты найдешь, с кем здесь подружиться. И помни: ты попала в колонию для несовершеннолетних, и здесь царят свои правила, законы и установки. Не советую тебе лезть со своим уставом в чужой монастырь. Если присоединишься к какой-нибудь банде – хорошо. Если соберешь свою – еще лучше. Но знай, что в тюрьме запрещены группировки преступников более трех человек. Желаю тебе удачно провести здесь три года. О своей семье можешь не беспокоиться…

Мама и сестра пришли навестить меня всего два раза. Я не знала, что именно случилось, но больше они ко мне не приходили.

Я осталась одна.

В колонии соблюдались строгий режим и распорядок дня. Ранний подъем, завтрак, свободное время, обед, прогулка на свежем воздухе, работа на благо общества, ужин, вечерний душ и сон.

День за днем одно и то же.

Работа на благо общества подразумевала под собой освоение школьных программ. Такая же школа, но только в тюрьме.

Начальник тюрьмы не забывал о нашем физическом и интеллектуальном развитии. Во время прогулок проводились занятия физкультурой. Более того, религиозные ребята даже могли видеться с пастором, который приезжал к нам каждую среду.

Я никогда к нему не ходила.

Первое время освоиться было непросто. Друзья у меня появились только через неделю. Я встретила их во время прогулки во дворе, они сидели на земле и что-то чертили камешком на песке.

– Добрый день, можно к вам?

Пухлый мальчик и светленькая маленькая девочка переглянулись и ответили дружным согласием.

– Меня зовут Джейн, – представилась я, – а вас как?

– Стэнли, – пухлый мальчик с рыжими жидкими волосами пожал мне руку.

– Сью, – представилась крошка со светлым каре по плечи.

– А что вы делаете?

– Гадаем на Луну.

– Научите?

– Конечно, смотри!

Стэнли написал на песке слово «ЛУНА», начертил четыре квадрата и кружок.

– Какое твое любимое число? – спросила у меня Сью.

– Мм… восемь.

– О, число бесконечности! – воскликнул Стэнли.

Стэнли записал цифру восемь в кружок.

– Теперь ты должна назвать нам четырех мальчиков или просто интересующих тебя людей. Можешь сказать только буквы.

Я не стала ничего выдумывать и просто назвала четыре произвольные буквы моя задача – понравится этим двоим.

– Записывай. «К», «М», «О», «П».

Стэнли написал буквы в четыре квадрата.

– Теперь мы будем играть в считалочку до восьми и узнаем, что скажет нам Луна, – объяснила Сью.

Стэнли стал тыкать по очереди в каждый из квадратов буквами и считать до восьми. Первый раз счет закончился на букве «П».

– И что это значит? – поинтересовалась я.

– «П» тебя любит! – воскликнула Сью.

– Буква «Л» в слове «ЛУНА» означает «любовь», – объяснил мне Стэнли.

И я поняла систему.

Стэнли вычеркнул букву «П» и продолжил считать оставшиеся буквы до восьми.

– «О» тебя уважает.

«У» – уважение.

– «М» тебя ненавидит.

«Н» – ненависть.

– А что с буквой «А»? как она расшифровывается? Как ко мне относится «К»? – спросила я.

Сью виновато призналась:

– Мы еще не придумали.

– Но привыкли говорить, что тот, кто выпал под букву «А» тебя абожает.

– Абожает?

– Ну, как обожает, но абожает! Потому что буква «А».

– Это разумно.

А потом меня толкнули в спину.

Я упала на землю лицом в песок, перевернулась на спину и увидел над собой темноволосого паренька.

– Ты чего толкаешься? – спросила я у него.

– А ты чего нарываешься?

– Я не нарываюсь!

– Еще как нарываешься! Ты – Шустрые Руки, так?

– И что с того?

– Хватит выделываться, или я тебе лицо набью! Здесь нет понятий «мальчик» и «девочка». Все дети – существа бесполые.

– Ты сдурел?

– Чего сказала, Рыжая? Сейчас ты получишь!

Незнакомый парень, которого я видела впервые, схватил меня за воротник и поднял на ноги. Я схватил его руку и постаралась оторвать от себя.

– Зачем ты это делаешь? – спросила я у него требовательно.

– Хватит болтать, Рыжая! Сейчас ты понюхаешь мой кулак!

Он занес кулак и приготовился меня ударить. Взмах, и я пригнулась. Он промазал.

Я использовала этот момент, чтобы повалить его на песок и прижать собой.

– Ты чего вытворяешь? – спросила я у него.

Никогда не поверю, что он решил просто так подраться! И именно со мной!

– Тише.

Он изменился в голосе и в лице.

– Тебя зовут Джейн?

– Да…

– Меня – Энтони. Видишь того надзирателя с черными волосами и в очках? Мерзкий такой… только осторожно.

Я аккуратно подняла голову и нашла взглядом нужного надзирателя. Облаченного в черную форму.

– Его зовут Иуст. Он дает мне деньги за то, что я кому-то набиваю морду. У него свои заказы.

– И он заказал меня?

– Он – извращенец. Ему нравится смотреть на детские бои. В какой-то момент он остановит драку. Подыграй мне.

– Зачем мне тебе помогать?

– Поможешь мне, и я помогу тебе. Идет?

Еще один товарищ по несчастью.

Еще один друг в тюрьме мне не помешает.

– Только один раз, – я согласилась.

– Я не буду тебя бить, обещаю! Ты только кричи громче.

На этой ноте появился Стэнли и бросил Энтони:

– Эй, отпусти ее!

– Завались, жирный, а то я и тебе набью рожу! – рявкнул Энтони. – Свинья разожравшаяся!

Стэнли в ужасе взглянул на меня, и я дала ему понять, что все хорошо, подмигнув.

Началась наша сценка с Энтони.

Я ослабила хватку и позволила Энтони повалить меня на спину. Он сел сверху и принялся отчаянно размахивать руками, будто бьет меня кулаками. Я закричала:

– А! Помогите! Спасите! Не надо! Не бей меня! Нет! А! Помогите кто-нибудь! Умоляю!

– Получи, гнида! Получи, сучка! Вот тебе, девка! Вот тебе, грязная…

Тут же появился Иуст и схватил Энтони за руку при очередном замахе.

– Хватит! – приказал он. – Идемте за мной к начальнику, номер пятьсот двадцать четыре двести семнадцать.

– Отцепись от меня, придурок! – крикнул злостно Энтони.

– Молчать! – приказал жестко Иуст.

Надзиратель посмотрел на меня и спросил:

– Все в порядке?

– Да…

– Врач нужен?

– Я в норме. Спасибо.

Иуст дернул Энтони за руку и увел его прочь со словами:

– Теперь ты у меня доигрался, противный щенок!

Когда Энтони уводили, он подмигнул мне.

Я знала, что с ним ничего не будет. Ему дадут деньги за это представление и отпустят.

– Джейн! Что это было! Ты как?

Сью помогла мне встать на ноги.

– Порядок, ребята. Это была… инсценировка.

И я рассказала Стэнли и Сью о том, что случилось между мной и Энтони.

– Он – друг. На него можно положиться… я так думаю…

Когда я снова увидела Энтони в коридоре, то под глазом у него стоял синяк.

– Ох! Что это с тобой?

– Получил от Иуста за то, что на тебе не оказалось повреждений и травм.

– О, нет… Этот Иуст – настоящее чудовище!

– Согласен. Он даже не заплатил мне!

– Будешь в моей команде? Со мной Стэнли и Сью.

– Я согласен, но будет плохо, если меня увидят с вами.

– Почему же?

– Мы больше не сможем устроить сцену побоев. Я уверен, что она нам еще пригодится.

Я сразу смекнула, что имел в виду Энтони, и посчитала это разумной затеей.

Шли месяцы. Наша команда, состоящая из четырех человек, собиралась после ужина и… обсуждала план побега.

Деньги Энтони нам пригодились. На них и на другие вещи мы смогли выменять у других ребят все необходимое.

План был предельно прост, но я понимала, что это наш единственный шанс на спасение.

Лично я очень спешила выбраться из колонии, ведь… мама и сестра меня давно не навещали. Я должна вернуться к ним и узнать, что случилось.

– Ты точно справишься с забором? – спросил Энтони у Стэнли.

– А если клешни не перекусят сетку? – переживала я.

– Перекусят, – успокоил меня Стэнли, – вчера на прогулке я сделал один надрез. Все получилось.

– Отлично, – выдохнул Энтони, – Сью, ты же ему поможешь?

– Обязательно! – воскликнула она.

Все решено.

– Остается самое важное и сложное, – подвела я итог, – бунт.

– Положитесь на меня, – ответил Энтони, – бунт я устрою. И бежим.

Побег мы запланировали на среду.

Одна из самых сложных наших задач заключалась в том, чтобы избавиться от надзирателей на короткое время. Энтони подговорил Иуста. Он попросил его занять надзирателей, чтобы у него появилась возможность схватить девочку, а потом избить ее у него прямо на глазах.

Иуст не смог отказаться от такого предложения и принял меры. Он сказал, что надзирателей не будет двадцать минут, и Энтони нужно действовать быстро.

Это сработало.

Оказавшись во дворе, мы не увидели ни одного надзирателя. В кармане Стэнли пронес клешни, которыми надо было перекусить решетку забора.

– Все готовы? – спросил у нас Энтони.

Мы кивнули.

– Тогда за дело!

Стэнли и Сью бросились бежать к забору и начинать проделывать дыру в решетке.

– Как ты сделаешь бунт? – все еще не понимала.

– Доверься мне, Джейн, и беги.

Я смотрела в эти светлые глаза, и мне хотелось верить им. И я поверила.

Энтони толкнул одного парнишку, что проходил мимо.

– Эй, ты чего? – обозлился тот.

– Сейчас я тебе вмажу по первое число, сосунок!

Энтони толкнул его в грудь, тот попятился назад, и врезался в еще одного мальчугана.

– Ты чего толкаешься, баран?

– Да сам ты баран! – ответил ему тот.

Завязалась драка.

Эта бойня задевала других ребят и включала их в противостояние.

Тогда Энтони поймал какого-то парня-коротышку, хватил его на руки и закричал во весь голос:

– Бунт! Бунт!

Энтони бросил коротышку прямо в пекло битвы.

– Вот и все, Джейн! Бунт готов!

Двор в нашем распоряжении.

– Отлично! Бежим!

Но стоило нам сорваться на бег, как двери во двор открылись, и на улице появились надзиратели – все до одного.

Они, увидев битву ребят во дворе, остолбенели.

– Чего вы стоите? Хватайте их!

– Прекратите этот бунт немедленно!

– За работу!

– Шевелитесь!

Надзиратели вооружились резиновыми жезлами и направились всем отрядом к бушующей толпе детей.

Ребята, прервав свою битву и увидев общего врага, дружно бросились с кулаками на надзирателей колонии.

Энтони поторопил меня:

– Скорее! К дыре! Бежим!

Мы побежали.

Я видела, как Стэнли и Сью уже перешли на другую сторону забора, проделав в решетке здоровую дыру.

Я вырвалась вперед и смело бежала к свободе, как вдруг…

– Попался, гадкий паршивец!

Энтони за руку схватил Иуст.

Я обернулась.

– Нет…

– Беги, Джейн! – взревел Энтони. – Беги!

Он тщетно пытался вырваться из хватки Иуста, а потом… надзиратель нанес один удар ему по виску – брызнула кровь.

Тело Энтони мгновенно размякло и перестало сопротивляться.

– Вот черт… – рявкнул Иуст, – дерьмо!

– Энтони…

Ужас застыл на моем лице.

И я услышала свой душераздирающий вопль.

– Чертов сукин сын! – прокричал Иуст и бросил труп Энтони на землю.

Я ничего не могла сделать, кроме того, чтобы бежать.

Слезы застилали мне глаза.

За моей спиной к Иусту присоединились другие надзиратели, и началась погоня.

За моей спиной шла ожесточенная битва между колонистами и надзирателями.

За моей спиной лежал труп Энтони.

Я использовала все свои силы, чтобы ускорить бег, добраться до дыры в заборе и перелезть через брешь.

На свободу…

Стэнли и Сью не стали дожидаться меня. Эти двое уже далеко.

Мне нужно выбираться самой.

С того дня больше никогда не видела эту чудную парочку. Надеюсь, они спаслись, и у них все хорошо.

Я не сбавляла бег. Размер дыры в стене не позволила всем надзирателям быстро перелезть на другу сторону. Это их задержало, и я успела оторваться.

Но они все еще гнались за мной…

У дороги я увидела черный автомобиль. Я быстро спряталась за него, заметив, что надзиратели направляются в мою сторону. Из машины вышел человек и встретил надзирателей.

– Вы видели девчонку? В колонии бунт. Несколько заключенных сбежали.

– О какой девочке вы говорите?

Мне конец…

– Рыжая такая. Кудрявые волосы. Настоящая бестия!

– Ах… я видел эту рыжую бестию, о который вы говорите.

– И где она?

Черт, черт, черт…

Меня всю трясло.

– Побежала в том направлении и скрылась за теми деревьями.

– Большое спасибо, пастор! За мной, ребята! Догоним ее!

И надзиратели ушли.

Что? Как? Почему?

Пастор?..

Ах! Сегодня же среда!

По средам в колонию приезжает пастор…

Тот, кто не выдал надзирателям мою тайну, обошел машину и встретил меня.

Его глаза показались мне добрыми, а голос нежным и бархатным:

– Куда же вы собрались бежать, Рыжая Бестия?

Пастора звали Джозеф.

Он не выдал мой секрет, а увез меня в город, в дом, где я жила. Там я узнала, что моя мать и сестра давно мертвы.

Вот, почему они не приходили меня навещать…

Случилось то самое страшное, о чем я отчаянно не хотела думать во время своего заключения.

– Что же мне делать? – я не понимала уже ничего.

Я упала на колени и заплакала. Пастор положил свою теплую руку мне на плечо и предложил:

– Я не стану настаивать… Если хочешь, то сможешь пожить у меня. Будешь помогать мне в Церкви.

– А что я там буду делать?

– Ну… душепопечительский центр пользуется особой популярностью в последнее время. Нам как раз понадобился бы еще один человек.

И я сказала те слова, которые навсегда изменили мою жизнь:

– Я согласна, пастор Джозеф.

Глава 18. Новая прическа Марии Леконт, Алые Метки и первые схватки

– Герцог! Ах, как же я скучал!

Увидев своего ящера, Варан бросился обнимать питомца.

– Я наловил ему полевых мышей и накормил, – сказал Белый Змей.

– Так ты еще тут пузо набивал?! Экий проказник! Спасибо большое, что присмотрели за ним.

– Всегда пожалуйста! У тебя очень послушный варан! Никогда не видел существа более спокойного и понимающего. Умный Герцог!

– Да-да! Он у меня такой! Самый умный!

Потом Белый Змей взглянул на Экзорциста с немым вопросом: «Как все прошло?».

– Жуткое это место, Геенна! – Сирена пыталась согреться. – Никогда больше туда не вернусь!

– Но надо отдать должное женами Властелинов, они нам во многом помогли, – подметил Доктор Дэз.

Услышав о женах, Белый Змей воскликнул:

– Жены Властелинов? То есть самих Властелинов не оказалось?

– Они умчались в Пандемониум на мальчишник, – ответила Бродячая Сова.

– Оу! Тогда вам даже больше повезло, чем я предполагал! Жены Властелинов всегда рады помочь.

– Они с помощью нас решили устранить все неполадки, которые натворили в отсутствие мужей, – подметила Рыжая Бестия, – они не усмотрели за Раалом, и тот заключил сделку с Кардиналом нашей Церкви.

– Раал?! Так вот, кто это все устроил!

– Не он, а наш уважаемый Кардинал, – подметила Кексик, – Его Высоко Преосвященство!

Анчоус, взяв свою обычную одежду, объявил:

– И нам нужно скорее возвращаться в Йорм, чтобы остановить этого безумца. Собирайтесь. Мы выезжаем немедленно.

– Тогда я быстро заправлюсь и подгоню «Ковчег» ко входу, – Сова направилась к кассе.

Остальные ушли в туалет, чтобы снять свою боевую форму и переодеться в более свободную повседневную одежду.

– Тони!

Белый Змей позвал к себе Экзорциста.

– Спасибо, что нашел меня и помог нам все узнать. Дальше мы справимся сами.

– Уверен?

– Да, Ходячая Старость точно знает, что делать. Миссия Восьми Призраков почти закончена.

– Ох, как скажешь! Ладно, я…

– Ты уходишь?

– Я еще найду тебя, Тони. Когда все закончится, мы обязательно встретимся.

– Найдешь?

Белый Змей весело ему подмигнул:

– У меня есть твой номер телефона. Жди звонка… Экзорцист!

Экзорцист не стал интересоваться, откуда у Белого Змея появился номер его мобильного телефона. Он знал, что на эту историю у них еще найдется время в будущем.

Экзорцист не сдержался и крепко обнял Белого Змея.

– Как же я рад, что мой Патрон нашелся…

– А я рад снова встретить своего спасителя и помочь ему.

Они попрощались, а, когда Экзорцист переоделся и вышел из туалета, то след Белого Змея простыл.

– Вы еще встретитесь? – спросила у него Бестия.

– Да, он обещал позвонить.

* * *

Став Императрицей, Мария Леконт решил изменить свой имидж. Первым делом она остригла волосы. Теперь они стали короткими настолько, что едва доставали до мочек ушей.

Одетая в просторную белую рубашку, расстегнутый алый пиджак с золотыми металлическими наплечниками, и в черные брюки с туфлями на каблуках, она сидела в серебряной тиаре на императорском троне.

Если ей нужно было куда-то пойти, то туфли на каблуках снимали, и Императрица надевала белые легкие тапочки. Туфли нужны были исключительно для образа, который она создала.

Мария Леконт желала скорее избавиться от своего огромного живота, чтобы снова стать стройной и самой ходить на высоких каблуках, а не просто надевать туфли для вида.

По правую руку от нее стоял Кардинал Ноа де ла Мар, ее верный Первый Советник. Она принимала в тронном зале главнокомандующего Роло, приготовившего для нее отчет о подготовке к войне с демонами.

– Я вас слушаю, главнокомандующий Роло.

Откашлявшись, Роло произнес:

– Войска Валерии и Йорма готовы, Ваше Императорское Величество. Под свое командование я собрал три тысячи мечей, две тысячи арбалетов и четыре тысячи стрелков. Все они готовы храбро сражаться за свою страну и защищать нас от Легиона демонов.

Мария Леконт внимательно выслушала его и попросила Кардинала наклонится к ней. Она шепнула ему на ухо:

– Этого хватит?

– Вместе с моими гвардейцами ваша армия составит не девять, а одиннадцать тысяч солдат. Добавьте к этому боевые машины и дирижабли в числе трехсот и ста единиц. Этого количества вполне хватит, чтобы отразить нападение Легиона демонов.

– Вы в этом уверены?

– Абсолютно.

Кивнув, Мария Леконт снова заговорила с главнокомандующим Роло:

– Готовьте все войска к войне, главнокомандующий Роло. Я довольна проделанной вами работой. Возвращайтесь к своим обязанностям.

Роло поклонился.

– Ваше Императорское Величество.

И покинул тронный зал.

Когда в зале осталась только она и Кардинал Ноа, Мария Леконт позволила себе расслабиться и выдохнуть.

– Ах, Ноа… как же вы мне помогли! И что бы я без вас делала?!

Кардинал жеманно улыбнулся.

– Прошу… снимите с меня эти туфли… Ах, как же мучительно они жмут!

– Конечно, Мария…

Кардинал присел и снял черные туфли с ног Марии Леконт.

– Вам принести тапочки?

– Нет, не стоит…

Мария размяла свои ноги, пошевелив пальцами.

– Мне хочется, чтобы мои ножки немного подышали!

– Как вам будет угодно!

Кардинал поставил туфли рядом с троном и встал.

– Мария, у меня есть для вас одно предложение.

– Предложение? Какое? Что вы задумали, Ноа?

– Я знаю способ, как вам установить полный контроль над всеми жителями Йорма.

– Контроль? Зачем он?

– Например, для выявления шпионов и нежелательных лиц. Весь город будет у вас «под колпаком».

Она задумалась.

– Хм… и как же вы это устроите?

– Есть одно… средство.

– Средство? Какое же?

– Видите ли, я обладаю тайной силой.

– Кардинал! Я знала, что вы – человек святой и духовный, но чтобы сила… вы еще и волшебник?

– Вы мне льстите. Никакое это не волшебство, а лишь легкие… чары…

– Чары? Ах! Вы меня заинтриговали! Прошу, расскажите мне подробнее о своих… чарах!

Кардинал жеманно посмеялся.

– В моей власти установить на человеке Алую Метку.

– Алая Метка? Что это?

– Да… Метка, которая послужит чем-то в роли «чипа».

– Чипа? Вы предлагаете мне «чипировать» население Йорма?

Мария Леконт взметнула брови в вверх и изумленно взглянула на Кардинала. Присмотревшись к его взгляду, она поняла, что угадала ход его мыслей в своей невинной шутке.

– Вы это серьезно?

– Если вы позволите привести народ ко мне на причастие, то я смогу каждому из них установить Алую Метку.

– И что же будет?

– Я смогу знать, чем занят человек с Меткой в любой момент времени.

– Вы хотите сказать… что вы получите возможность тотальной слежки за всеми людьми?

– Только с вашего прямого позволения. Получив эту власть, я смогу сразу сообщать вам о подозрительных личностях.

– Зачем же?

– Поймите, не все в Йорме сразу одобрили ваше восхождение на престол. Многим оно показалось… нечестным.

– Почему? Завещание же…

– Именно! Это самое завещание вызвало подозрение у смутьянов. Взгляните на ситуацию глазами простого человека. Император умирает при загадочных обстоятельствах. Появляется завещание, в котором указано, что его дочь, носящая в себе незаконно зачатое дитя, должна стать Императрицей и матерью-регентом при будущем Императоре.

Мария Леконт задумалась.

– Но мой отец… был болен…

– Другим-то об этом не известно.

– Ах!

Мария прикрыла рот рукой, когда осознала, к какой мысли ее подталкивал Кардинал.

– Я все поняла… какой же ужас! И что же творится вокруг? Уже поднимается восстание против меня?

– Нет. Пока нет. Но когда мы установим Алые Метки, то сможем запросто вычислить дезертиров и предателей.

– Интересно, интересно… хотелось бы мне узнать, как и куда накладывается ваша Метка…

– Позовите ко мне Председателя Парламента Септима, и я вам все покажу.

– Наложите Алую Метку на него?

– И мы будем знать, если кто-то в Парламенте что-то замышляет против вас, Мария.

Обдумав все, Мария согласилась с таким советом.

– Пригласить ко мне Председателя Парламента Септима!

Явившись в тронный зал, Председатель Септим поклонился Императрице и Кардиналу.

– Чем могу послужить, Ваше Величество?

– Мне бы хотелось, чтобы Кардинал… дал тебе свое благословение…

– Благословение?

Мария замялась. Она не могла подобрать слов.

Кардинал Ноа поспешил исправить ситуацию и спасти Марию от фиаско:

– На ваш праведный труд во время мрачных дней в предвестии войны с демонами.

– Ах… это… хорошо…