- -
- 100%
- +
Пролог 2 – Выбор Человека
– Зачем ты пришла!? – Пропуская в дом гостей, недовольно спросил я Леру, волевым усилием сдерживая бушующие во мне гнев, боль и глубокую обиду.
– Чтобы расставить все точки над «i»! – Ответил за неё твердый голос зашедшего следом Кирюхи, моего лучшего друга, или уже… бывшего лучшего друга. – Неправильно это, решать подобные вопросы по телефону. Надо с глазу на глаз все друг другу высказать, чтобы не было недосказанностей!
«Психолог доморощенный!» – раздраженно подумал я, бросив на Кирилла испепеляющий взгляд. Мне и так очень плохо, а тут еще он со своей… психосоматикой? Или как того зверя звали, о котором он в одно время мне все уши прожужжал? Не суть. Главное не к месту. Хотя… возможно я не прочь понять почему Лера меня так резко бросила, в столь неподходящий момент.
– Зашибись! Проходите в зал и присаживайтесь. – Пробурчал я, развернувшись к ним спиной и направляясь в озвученное место. – Воды не предлагаю! – Резче, чем следовало, добавил я.
– Зря ты так. – Осуждающе ответил доморощенный психолог. – Тетя с дядей всегда говорили, что независимо от обстоятельств нужно соблюдать правила приличия и гостеприимства.
– Кирилл! – С нажимом воскликнул я. – Не сыпь мне соль на рану! Папа с мамой…
– Хватит! – Наконец, подала голос Лера. – Не будем о грустном. Кирилл, не надо. – Мягко добавила она, увидев как тот хотел возразить. – Давай просто побыстрее закончим с этим. – И уже повернулась ко мне. – Прости, но я хочу с тобой расстаться! Я всегда любила Кирилла. Мне все равно на твои… доводы, – с непонятной мне болью в голосе выделила она, – делай что хочешь, но я буду с любимым!
– Я тебя понял. – Хрипло ответил я, стараясь сдержать нахлынувшую обиду, которая, тем не менее, не затуманила мой разум. – Но поясни, о каких доводах речь?
– Не притворяйся! Я все знаю… мне Лера уже рассказала! – резко ответил мой, уже бывший, друг. – Ты должен был как мужик принять то, что она не хочет быть с тобой, а не как ты… – тут он замолчал, покачав головой, но его полный отвращения и осуждения взгляд был больнее произнесенных слов. – Знаешь…, – на несколько мгновений он замолчал, подбирая слова. Я его не перебивал, так как не сильно понимал, о чем идет речь. – Услышав об этом, я понял, что нам с тобой не по пути. Поэтому вчера я и написал тебе, что мы больше не друзья. Я в тебе разочарован!
– Зашибись… Ты вообще о чем? – растерянно пробормотал я.
– Хватит притворяться, я ему всё рассказала! – Возмущенно воскликнула Лера, после чего уже мягче обратилась к Кириллу. – Любимый, позволь мне наедине ему все высказать, чтобы между мной и им не было недосказанностей. – Даже в своем эмоционально нестабильном состоянии я видел, что Лера использовала увлеченность Кирилла психологией, чтобы выпроводить его, а тот и рад стараться… неужели и я был таким, влюбившись…
– Хорошо, любимая. – С нежной улыбкой ответил тот, после чего повернулся ко мне и угрожающе произнес. – Если ты посмеешь сделать что-нибудь Лере, я не посмотрю на нашу бывшую дружбу и сдам тебя полиции! Понял!?
Мне лишь оставалось растеряно кивнуть, провожая взглядом покидающего дом Кирилла. У меня в голове сейчас были только вопросы и несколько гипотез. И как я понял, сейчас Лера могла дать некоторые ответы, поэтому решил не пытаться оправдаться перед бывшим другом не пойми в чем, а сначала выслушать её. Опустив руку в карман, я включил звукозапись на телефоне, на всякий случай, ведь так меня учили родители…
Воспоминание о погибших родителях болью пронзило мое сердце. Мое и без того поганое настроение ухудшилось из-за столь свежей боли утраты.
Тем временем Лера достала из сумочки какое-то устройство, похожее на старый кассетный плеер и нажала на пару кнопок. В следующий миг у меня зажужжало в ушах от противного тихого визга.
– Это для того, чтобы нас не подслушивали и не писали… – с пряной улыбкой и насмешкой сказала она. И, увидев мой недоверчивый взгляд, добавила. – Да-да, твой телефон тоже ничего не запишет, кроме шума и помех.
– И к чему это всё? – С подозрением спросил я.
– Так как мой милый Кирюша хочет чтобы я все тебе высказала, я решила так и поступить, без утайки, хихи. – Не знаю почему, но от ее хихиканья меня слегка передернуло и я начал смотреть на столь знакомую и уже незнакомую девушку с опаской, когда та продолжила. – Поэтому слушай и не перебивай. – Сказав это, она игриво приложила указательный палец к своим губам.
Столь резкая смена настроения меня несколько выбила из колеи, а в голову начали лезть совсем уже нехорошие мысли…
– Начнем с того, что я тебя никогда не любила, – огорошила она, выжидательно глядя на меня. Я невольно исполнил её ожидания, выпалив:
– Зашибись… Тогда зачем всё это? Свидания… признания в любви… ты меня обманывала!? – Ошарашено спросил я. – Но зачем?
– Все просто!– С широкой улыбкой воскликнула она. – Потому что я тебя ненавижу! Тебя и, в особенности, твою семейку! Ты не представляешь, как я была рада, когда услышала, что они разбились насмерть! – У меня не было слов. У меня был разрыв шаблона. Мою девушку… бывшую… было не узнать! Она всегда была такой милой и веселой, но то что я перед собой видел… безумие? кровожадность? или ненависть? А может что-то другое? Мне сложно было понять. А Валерия тем временем продолжала распаляться:
– Теперь я, наконец. отомстила за своих родителей всем, кто виноват в их смерти, хихихи. А ты ощутишь все то, что чувствовала я, потеряв их, и даже больше! – Радостно воскликнула она со слезами на глазах. – И если ты хочешь винить кого-то… – глядя мне прямо в глаза, серьезным тоном добавила она. – То вини своих родителей!
В комнате повисло молчание, сопровождаемая фоновым писком и жужжанием «плеера». Я пытался понять хоть что-то. Как мои родители могли быть виноваты в смерти ее родителей? И вообще, разве ее родители не живы? Ведь я знакомился с ними… Поняв что у себя в голове ответов не найду, я решил высказать свои сомнения вслух.
– Мои родители всегда были законопослушными гражданами! Они не могли быть виновны в чьей-либо смерти! Тем более, твои родители живы! – Из-за непонимания и волнения я выпалил свои тезисы на повышенных тонах.
– Не кричи! – С нажимом прошипела Лера. – А то Кирилл прибежит, – и кокетливо добавила, – и ты не получишь так желаемые тобой ответы. – Я усилием воли заставил себя сесть. Сам не заметил, когда вскочил…
– Продолжай… – прорычал я, еще не совсем понимая происходящего, но уже найдя потенциального виновника своих бед.
– Серега Мутный… слышал о таком? – я покачал головой. – Ну конечно, – презрительно продолжила она. – Твои родители не стали посвящать своего сыночка в свои темные делишки! – Не дав мне возразить, она продолжила. – Твои дорогие родители защищали этого ублюдка в суде! И не раз! Дважды! И оба раза довольно эффективно! – С сильным негодованием проговорила она. – Все поздравляют адвокатов с успешным делом, а на жертв этого гада всем наплевать! Да, сыночек адвокатов?
– Так получается… – примерно догадываясь в чем она винила моих родителей, я направил её в нужное мне русло.
– Именно, что получается! – Злобно воскликнула она, но после, сдержавшись, продолжила бездушным голосом. – Твои родители при первой защите смогли добиться условного срока для этого Сереги Мутного. Через пару лет этот мерзавец попьяни ворвался в наш дом, убил отца, изнасиловал мать, после чего и её убил. Я все это видела… Я сидела в шкафу, замерев словно мышь и ничего не могла поделать. Если бы не полиция, то я бы там и умерла, боясь выбраться из шкафа… – Лера замолчала на несколько мгновений, после чего тоном заинтересованного учителя спросила. – А знаешь что самое противное? – Не дождавшись от меня реакции, она возмущенно продолжила. – Этот гад и тут смог отделаться коротким сроком заключения, вместо положенной двадцатки или пожизненного! И знаешь кто ему помог? Нет? – не дождавшись ответа, она воскликнула. – Твои! Любимые! Родители! – сделав несколько вздохов после возгласа, она радостно продолжила. – Поэтому я очень рада, что они сдохли! Пусть они сгорят в аду!
– Но почему ты отомстила им, а не этому… Сереге Мутному? – ровным, как мне казалось, безжизненным тоном спросил я. Мне очень хотелось задушить эту… женщину, но это лишь приведет к моему последующему заключению. Нет, нужно делать так, как учили родители, на холодную голову. А сейчас во мне бушевал вулкан различных эмоций…
– Я ему тоже отомстила. – С улыбкой ответила Валерия. – Кстати, спасибо! Именно благодаря тебе я смогла нанять киллера, готового убить этого Серегу Мутного. Сама бы я на это денег не накопила…
– Я тебе помог? – я был сильно удивлен, хотя…
– Да! – Счастливо воскликнула она. – Ведь это ты уговорил родителей взять кредит под залог имущества, чтобы вложиться в «Программы нового века». На эти деньги я и наняла киллера.
– Получается… – обреченно прохрипел я.
– Да, эту фирму открыла я на подставное лицо и все денежки забрала, а ты… завтра, да? Лишишься своего дома и машины. Поздравляю! – Я еле сдерживался, чтобы кулаком не сорвать с её лица эту приторную и злобную улыбку. Нет, не сейчас, не с Кириллом под окном. Ведь я еще надеялся вытащить друга из лап этой… сумасшедшей.
– А родители? – Задал я самый болезненный и животрепещущий вопрос, который боялся озвучить.
– Родители? – Наклонив голову, переспросила она. Через пару мгновений она изобразила выражение, будто что-то вспомнила и, махнув рукой, продолжила, как между прочим. – Ты ведь рекомендовал им мастерскую, о которой я тебе говорила? – и уже счастливо добавила, не дожидаясь ответа. – Вот и умничка! Ты все правильно сделал!
Я не знаю каких волевых сил мне стоило не ударить её в тот же миг. Вероятно заметив что-то, Валерия схватила свое антизаписывающее устройство и поспешила встать.
– Что-то я засиделась, да и Кирюша заждался… – начала тараторить она, но потом замерла, что-то вспомнив. Повернув голову ко мне, она серьезно сказала. – И не вздумай обращаться в полицию! У тебя нет доказательств, а вот я на этот случай подготовила достаточно свидетельств о твоей жестокости и шантаже, хихи. – меня снова передернуло от этого противного хихикания. Несмотря на рвущие меня эмоции, я задал последний интересующий меня вопрос:
– Кирилл, он… – Лера не стала дослушивать, перебив:
– А что он? Кирюша хороший мальчик. Когда он услышал, как ты меня шантажировал поддельным компроматом, то воспылал праведным гневом, пообещав всегда защищать меня. Из него получится неплохой муж, любящий, заботливый… то что надо… – проговорила она все это, идя к двери дома. И перед тем как открыть дверь, сказала. – Удачи, дорогой! – Как у нее получилось добавить в последнюю фразу столько презрения и ненависти, наряду со слащавой улыбкой, я понять не мог, да и не особо пытался. Не до этого. Нужно было успокоиться.
Я побрел обратно в комнату и просто упал на диван, не заботясь о позе. Не сразу я взял себя в руки, чтобы попытаться успокоить свои эмоции, а когда уже собрал волю в кулак, чтобы сесть нормально и остановить бегающие мысли… Ко мне обратился демон…
Его предложение било по струнам моей израненной души и волновало мой разум. А эмоции так и рвались вперед, не важно куда, лишь бы быстрее!!! Ведь… месть, жизнь родителей, да и имущество в современном мире было очень важно, особенно для родителей, так как те в возрасте. А я… раз это случилось из-за меня, то мне и отвечать. Я был на грани того, чтобы согласиться…
Но в последний момент я почувствовал легкий укол в груди и слабую мысль в глубине сознания – «а зачем ему мое тело?»
Я не дал разгуляться этой мысли, но мой разум успокоился, насколько это было возможно при бушующих, словно цунами, эмоциях. Нет, эта мысль меня насторожила, но демону об этом ненужно было знать. Я сразу постарался придумать способ не дать демону услышать мои мысли, и на ум пришли учения моего мастера по боевым искусствам.
Мастер был сторонником внутренней дисциплины и обучал нас различным духовным, как он их называл, практикам, которые включали технику самообладания, при которой во время боя внутри обдумываешь лучшие методы борьбы с текущим противником, а внешне остаешься собранным и безразличным, чтобы скрыть свои замыслы.
Именно это я попытался провернуть, только больше сосредоточившись на мыслях. На поверхности я попытался ни о чем не думать, как при медитации на пустоту, которая предназначена для очищения своих мыслей от всего. Но при этом я оставил более глубокие и, по моим ощущениям, более тихие мысли. Теперь осталось только проверить свой метод.
«Я отказываюсь, дьявольский ублюдок!» – с замиранием сердца, осторожно подумал я. Из-за переживаний, градус волнения моих эмоций начал нарастать. Мне хотелось их как-то выплеснуть, что-то ударить, на глазах начали наворачиваться слезы. Огромным усилием воли сдерживая свои эмоции, я ждал ответа. Минута, вторая… – «Зашибись! Кажется получилось…» – пришла робкая мысль, – «если это не намеренный обман».
«Тогда, для чего демону мое тело?» – вернулся я к важной теме. – «Явно не ромашки собирать…» – демон наверняка хотел что-то плохое сделать, может даже с моими родителями. – «А каково будет моим родителям жить с демоном? Будь… будь я на их месте, пожелал бы подобного сыну?» – ответ был однозначным – нет. Тогда вероятно, имело смысл отказаться… – «но как отреагирует на это демон? И, главное, зачем?» – Имела ли моя жизнь смысл? Уж лучше отомстить обидчикам, или… лучше…
«И каково твое решение!?» – Окрик демона заставил меня подпрыгнуть. Со своими мыслями я успел забыть об его ожидании. Но в то же время этот вопрос подтвердил факт того, что мои мысли он не слышал…
Попросив у демона отсрочку, я решился. Кто-то назовет это малодушием, кто-то безрассудством, а я назову это жертвой! Жертвой во имя… чего? – «Не важно! Время не ждет!» – Я поспешил выбежать из дома. Покрутив головой по сторонам, я рванул обратно, схватив с полки ключи от гаража, параллельно вспоминая, не забыл ли я чего. – «Ружье!» – вспомнил я об оставленном наследстве от деда. У меня не было на него разрешения, да и не нужно оно было до событий последней недели.
Достав ружье из сейфа и быстро его осмотрев, я снова сунулся в сейф за патронами. – «Пусть эта жертва будет ради меня самого и моей человечности!» – подумал я, доставая патроны. – «Или для того же человечества…» – Захлопнув сейф, я снова выбежал из дома и поспешил в гараж. – «Хоть и звучит это несколько пафосно… пусть тогда будет для человечности. В отличие от некоторых, даже под конец я останусь человеком!» – эта мысль придала сил на выполнение задуманного.
Используя зажим на рабочем столе гаража, веревку, проволоку и другой металлолом, я быстренько смастерил установку, которая будет решающей в моей задумке.
Окинув взглядом гараж, я побежал в сарай, схватив там несколько железных прутьев и широкую доску, длинной больше моего роста. Мой отец любил возиться в гараже. Но не как большинство, с машиной, а с деревом, мастеря разные поделки или игрушки, часть из которых отправлял в детские сады и приюты. С его слов, это помогало подумать и отдохнуть.
Поставив доску к стене гаража, я прислонился к ней спиной и аккуратно, карандашом, сделал пометку на уровне затылка, сердца и, пусть будет, печени. Я не знал точного расположения печени и сердца, но уж примерное их расположение не знали лишь совсем необразованные болваны, ведь школьная программа биологии об этом позаботилась.
Я не стал долго примеряться, помня об ожидающем демоне и, схватив сверло, сделал три дыры в доске, куда тут же забил три железных штыря. Критически их оглядев, бросил взгляд на болгарку. – «Нет времени… простой косой срез сойдет» – мысли совпадали с действием. Слишком медленным, по моему мнению, действием.
Нетерпеливо откинув третий кусок штыря, я было бросился к столу, но на полпути замер. – «Я имею дело с демоном. Будет ли толк?» – Снова подойдя к штырям, я критично их осмотрел. – «Как там шарлатаны говорят? Мысль материальна?» – я не помнил, где это слышал, может Никитка, один из моих друзей, повернутый на экстрасенсах, во время очередного словоблудия, о своих увлечениях, рассказывал, а может даже в фантастической книжке вычитал, не важно. – «Тогда пусть и моя материализуется!» – Если честно, я во все это не особенно-то верил, но ввиду происходящего мне пришлось себя заставить поверить. Прикоснувшись к первому штырю, я все также тихо и аккуратно подумал, – «Штырь навредит демону! Сильно навредит демону! Демон получит очень сильный вред от штыря!» – Я представил что моя мысль идет через руку прямо в штырь…
Никаких фейерверков или небесного звона не было, но я все равно проделал то же самое со всеми тремя, вложив в мысли максимум своей воли и эмоций, но так, чтобы не думать достаточно громко для демона. Больше идей у меня не было, поэтому я снова ринулся к столу, начав его перетягивать. – «Зашибись! Так пойдет… нет, ближе!» – поставив его напротив доски и придвинув достаточно, чтобы между мной и ружьем было минимальное расстояние, я удовлетворенно стряхнул несуществующую пыль с ладоней.
Я не являлся специалистом в стрельбе и не знал оптимального расстояния при выстреле, но исходил из логики, что чем ближе, тем сильнее. – «Надо бы проверить» – мелькнула мысль, когда я оценивающе посмотрел на свой механизм. – «Нет времени!» – не знаю как, но я ощущал нетерпение демона.
Бросив железные шарики, используемые для тренировки подвижности пальцев, в наклоняемую чашечку, я схватил веревку, которая её опрокинет, и встал спиной к острым штырям, прямо перед ружьем. Критично взглянув на огнестрел, поспешно поднял его выше, ведь не факт, что выстрел в живот довершит начатое, а вот в грудь…
Если все пойдет правильно, моя установка выстрелит через несколько секунд после того, как я потяну за веревку, когда опрокинутые шарики покатятся по желобу на столе и свалятся в корзинку. Эта корзинка была напрямую привязана к курку и дополнительно держалась на пружинах, которые в идеале позволят произойти второму выстрелу. Сняв предохранитель, я дал ответ демону. – «Я готов!»
Глава 1 – Жизнь и смерть, путь вперёд.
Виктор резко поднялся на кровати и как ошарашенный начал осматриваться по сторонам, не сразу узнав обстановку комнаты. Сделав несколько глубоких вздохов, парень понял где он. Комната в доме деда Антара, в мире Удор, куда он попал после…
Невольно из глаз юноши потекли слёзы. – «Неужели этот сон правда?» – в недоумении подумал юноша, на автомате вставая с постели и начиная её застилать. – «Да бред же! С чего бы Лере это делать, да и смерть родителей… я ведь помню, что они живы и здоровы!» – мысленно метясь между неверием и болью утраты, Виктор направился умываться, чтобы успокоить эмоциональный шторм после прошедшего реалистичного сна.
Умывшись холодной водой, парень приступил к дальнейшим процедурам, снова погрузившись в мысли. – «Но, демон… моё проклятие и выполненные условия для укрепления класса. Если всё это сложить, то сон может оказаться правдой, ведь вполне понятно получить проклятие от демона за подобную ловушку, которая, судя по описанию выполненных условий для улучшений и укреплений класса, вполне удалась. Зашибись! Под конец хоть доброе дело сделал!» – юноша мысленно улыбнулся, старательно избегая думать об ужасном – смерти своих родителей.
– Доброе утро, дед Антар, – пробубнил юноша, не смотря по сторонам, когда вошёл на кухню и уселся на стул. Отвлёкшись от мыслей из-за появившейся перед ним кружки с отваром, парень поднял взгляд на деда Антара. – Благодарю, – после чего сосредоточился на кружке.
– Что-то ты сам не свой, – заметил Антар, глядя на бледного и осунувшегося мальчишку, невидящим взором смотрящего на отвар. – Что-то случилось? С повышением уровней испытания укрепления класса что-то пошло не так?
– Нет, – вынырнув из воспоминаний, Виктор покачал головой. – Просто вспомнил кое-что… не хорошее… – парень, наконец, признал правдивость этого сна, чему подтверждением послужили вновь начавшие литься слёзы от горя утраты, которое было свежо, словно он только что пережил смерть родителей, как-будто прошло не более нескольких минут после получения вести об их кончине. – «Лучше бы не забывал!» – проскользнула малодушная мысль. Переживать смерть своих родителей второй раз было ещё болезненней, ведь юноша невольно корил себя за то, что забыл произошедшее. Хуже всего себя он чувствовал за то, что скучал по Лере, этой… стерве, погубившей его жизнь.
– Значит у тебя были запечатаны воспоминания? – Со вздохом пробормотал старик, пару раз сталкивавшийся с подобным, в том числе у кандидатов в герои. Получив неуверенный кивок в ответ, он попытался утешить. – Постарайся это принять. Прошедшего не воротишь, но жизнь идет и надо принять её стойко, двигаясь вперед. Не стоит погружаться в прошлое, забывая о настоящем…
– Мне что? – с долей негодования спросил Виктор. – Просто забыть? Выбросить из головы? – Юноша был уверен в правдивости сна не столько из-за самого сна, сколько из-за нахлынувших на него воспоминаний, предшествовавших событиям из сна. Они набросились на него каскадом, стоило ему принять события сна как реальные.
– Ничего не нужно забывать, – покачал головой Антар. – Всё в своей жизни нужно помнить, но не зацикливаться на прошедших днях. Они прошли и их не вернуть, даже богам. Поэтому обдумай прошлый опыт, если сможешь, сделай выводы чтобы предотвратить подобное в будущем, если речь идет о плохом событии, и сделай вывод о хорошем, чтобы понять ещё один способ привнести счастье в свою жизнь. И не стесняйся плакать, – с доброй улыбкой заметил старик, погладив по голове мальчишку, пытающегося остановить свой плач и слёзы. – Это наоборот, помогает…
– Понял, – кивнул Виктор, услышав лишь часть сказанного, будучи погруженным в события прошлого, тайфуном ворвавшиеся в его настоящее. Юноша дал волю своим слезам, но не больше. Любые всхлипы и нытьё он постарался сдержать. Он не любил наблюдать как другие плачут, и поэтому сам не хотел демонстрировать подобную слабость, по крайней мере, слишком сильно.
– Молодец, – похлопав юнца по плечу, Антар направился готовить завтрак, решив немного изменить состав, сделав блюда более сильными на вкус, чтобы хотя бы так отвлечь мальчишку от погружения в себя. Любую форму обучения он решил отложить до тех пор, пока Вик не придет в себя после потрясения. Отвлекать его от горя он не собирался, ведь оставлять гнить эту печаль, скрывая её обыденностью, по его мнению, было куда как вреднее в долгосрочной перспективе, нежели принятие проблемы сразу. А для её принятия нужно было вернуться в настоящее, чему он и хотел способствовать подачей к столу острой и сладкой пищи.
Виктор же долго не хандрил и, допив отвар, поплёлся в ванную, чтобы смыть следы начинающих засыхать дорожек слёз на щеках. Снова умывшись холодной водой, юноша начал мыслить предметно. – «С Леркой я ничего сделать не смогу, руки коротки» – с самоиронией и беспомощностью подумал он. – «Кирюху жалко, жить с такой змеёй, но родителей жальче… погибли из-за ублюдка и сумасшедшей!» – негодующе помыслил парень.
Виктор всегда считал работу родителей благородной, ведь они защищали людей от ложных обвинений, облегчали их страдания в тюрьмах, если те ошиблись ведь, по хорошему, люди имели право на защиту и справедливый приговор, но… справедливо ли было пытаться смягчить срок убийцам, совершившим преступление в состоянии опьянения, будь то алкогольное или наркотическое? Теперь парень не был уверен…
Жалел ли он ту сумасшедшую, которую считал своей любимой девушкой? – «Да, мне её жаль… То что с ней произошло, никому не пожелаю, но…» – Виктор был удивлен своей способностью признать за собой жалость к убийце своих родителей. – «Но это ни капли не оправдывает её поступка!» – гневно подумал он. – «Поэтому, если будет возможность, надо её засадить в тюрьму. А если не получиться… порешить и дело с концом!» – Последняя яростная мысль вызвала боль в его сердце.
Немного прислушавшись к себе, юноша понял, что ему была неприятна мысль об убийстве, ведь он теперь яро ненавидел убийц, будь то Лера или убивший её родителей ублюдок. Сделав несколько вздохов, парень не знал как себя чувствовать. С одной стороны была его неприязнь к убийству, а с другой – желание отомстить. – «Сейчас я всё равно ничего сделать не смогу… тогда лучше послушать деда Антара и сделать выводы.» – Юноша начал просеивать новые старые воспоминания, пытаясь что-то из этого понять. – «Не надо защищать бандитов и настоящих преступников» – был первый его вывод. – «Но как определить? Магия! Точно, если я буду сильным магом и приобрету магию разума то, возможно, смогу…» – был ещё вариант с отказом от становления адвокатом, но Виктор всегда хотел пойти по родительским стопам… – «ага, а став магом разума, нужно ещё постараться самому преступником не стать!» – охладил свой пыл парень.