Выплеснув Наружу

Джим. Удивил.

Мартин. Да, так вот, из-за моего характера я часто попадал в передряги. Костей мне ломали много. В общем, я тебе ни разу не завидовал до сегодняшнего дня.

Джим. Если тебе так не нравятся люди, почему ты таскаешься с Бобби?

Мартин. Он толстокожий парень. Я ему многое наговорил, а ему наплевать. Да и бить меня он не будет без моего согласия на драку. Мне, скорее, почти все люди не нравятся. Мне не нравятся те, кому не нравлюсь я.

Джим. Удобное положение у тебя.

Мартин. Стараюсь его придерживаться.

Пауза.

Джим. А я тебе нравлюсь?

Мартин. Аналогичный вопрос.

Джим. Я не знаю.

Мартин улыбнулся.

Мартин. Нравишься.

Из кустов возвращается Бобби, неся большую палку.

Бобби (Возвращаясь). Боже, как же я устал. (Сбрасывает ее.) Она такая тяжелая. Надеюсь, вы тут не скучали без меня.

Мартин. Нет, что ты. Нога всегда напоминала мне о главном шоу – не умереть тут.

Бобби. Джим, хватай палку сзади, а я спереди. Мартин, твоя задача просто держаться за нее и мы тебя вытащим.

Оба кивнули головой. Все приготовились. Мартин взялся за конец палки. Джим и Бобби вытащили его из ямы.

Мартин. Так, прекрасно, в яме я не умру, а на этой тропе возможно.

Бобби (Обхватывает справа). А я ведь говорил тебе.

Джим. (Обхватывает слева). Все, пошли уже отсюда.

Мартин. Ах! Вы прям мои рыцари на белых конях.

Бобби. Да замолчи ты уже и так много времени потеряли.

IX

Палатка Роба и Бобби.

Альфред, Роб.

Альфред громко открыл палатку.

Роб. Эй! А вдруг я тут сплю? Вчера был такой осторожный.

Альфред. Но ты вчера лежал и не спал, когда было намного позже. Я подумал, что у тебя время сна другое.

Роб. Верно, но ты же не можешь быть уверен в этом. (Пауза.) Я вообще не сплю почти. Находиться во мраке своих мыслей мне совсем неприятно. Жду, пока не отключусь сам.

Тишина. Альфред будто смотрит сквозь Роба.

Альфред. Я часто представляю, что у меня есть слушатель. Свой воображаемый друг, который тебя только слушает и ничего больше. Честно, мне просто страшно обсуждать что-то с собой, задавать вопрос именно себе. Так я перекладываю ответственность на другого, даже если другого не существует. Я много переживаний ему рассказываю. Задаю много вопросов, на которые сам не знаю ответ.

Роб. И какой в этом смысл? Он же не отвечает.

Альфред. Зачастую, на эти вопросы только я могу ответить. В жизни на множество твоих вопросов тоже не ответят, не вижу разницы.

Роб. И как долго ты с ним общаешься?

Альфред. С тех пор, как потерял связь с людьми. Когда нить, соединяющая меня с паутиной, просто оборвалась.

Роб. Он помогает?

Альфред. Так мне легче слушать себя со стороны.

Пауза. Альфред ложится.

Тебя ищет вожатый, хочет тебя видеть.

Роб. Хорошо, скоро к нему подойду. (Пауза.) Что от тебя хотела Джессика?

Альфред. Ты, правда, хочешь знать?

Роб. Не уверен.

Альфред (Вздохнув). Она предложила мне встречаться.

Роб. Правда? Не лжешь?

Альфред. Зачем мне лгать?

Роб. Но ты же так похож на меня… Что же она в тебе нашла?

Альфред. Ты что, желаешь ее?

Роб. Я просто пытаюсь понять, чем же я хуже тебя.

Альфред. Почему ты считаешь, что ты хуже?

Роб. Но что-то же Джессика в тебе нашла.

Альфред. Я бы не ставил ее как авторитетное лицо.

Роб. Почему?

Альфред. Она мне не нравится, слишком плохо обходится со всеми.

Роб. Да? Она мне ничего не делала, как-то даже грустно от этого.

Альфред. Как это?

Роб. Я для нее никто, жду даже самые плохие мысли в мою сторону, лишь бы она меня замечала.

Альфред. Лучше добейся того, чтобы она о тебе хорошо думала. К чему себе наживать врагов? С ней и это не пойдет на пользу человеку, но если ты так хочешь ее внимания, просто постарайся.

Роб. Легко сказать… То есть, ты отказался?

Альфред. Да. (Пауза.) Почему тебе так важно знать про это?

Роб. Ты же такой же, как и я. У нас было ужасное прошлое, и мы оба знаем, что такое одиночество. Я хочу знать, чем мы отличаемся.

Альфред. А что ты делаешь со своим несчастьем?

Роб. Что ты имеешь в виду?

Альфред. Сейчас ведь тебя никто не бьет, родителей нет. Это все было в прошлом, что ты делаешь с этим? Ты всем рассказываешь о нем. Ты пытаешься обратить на себя внимание грязным путем. Я стараюсь стать новым собой, тот, кто убил отца существовать не должен. Я держу все в себе, потому что не хочу всем портить настроение. Оставь то время позади, оставь воспоминания, забудь о них. (Пауза.) Ты не хочешь изменяться, а стоит. Этим мы различаемся.

Роб. Но ты же сам рассказал о своем прошлом.

Альфред. Вожатый посоветовал, мне не понравился его совет, лучше бы я его не послушал. Я просто подвел итог. Я не позволю вернуть себя в то время. Не думаю, что если кто-то послушает слова убийцы, последней жертвой которого была простая кошка, убитая год назад, то они так легко поверят, что он не повторит этого.

Роб. Если я просто позабуду об этом, то считай, что я проиграл. Мне нужна победа, а не поражение.

Альфред. Ты только себя закопаешь. Неужели ты позволишь угробить себе жизнь из-за этого? У тебя произошло что-то плохое, но ты это пережил и теперь ты можешь ценить все, что у тебя есть сейчас. Всем бывает плохо, тебе предоставили шанс это понять и ты должен ценить это. Оставить все плохое в прошлом это не поражение – это награда. Не гонись за пустой надеждой.

Роб. Почему?

Альфред. Ты хочешь жить в постоянном страхе, что это может повториться? Или ты думаешь, что раз ты здесь, то тебе ничего не грозит? Таким не делятся. Пока эта часть твоей жизни живет в твоих или чужих воспоминаниях, тебе не убежать от этого. Если ты не станешь другим человеком, которого знают за совсем другие вещи, которого ты знаешь за совсем другие вещи, то тебе станет намного проще жить. Тут нет победы, тебе остается только выбрать с чем уйти.

Роб. Но как же позабыть обо всем этом?

Альфред. Перестань думать об этом как о трагедии. Стань сильнее за счет всего этого. Не ищи в этом минусы, ищи плюсы. Найди в себе превосходства, которые у тебя появились после этого. Ты просто упал, встань же, встань ради себя, других или чего-то другого. Представь, что это шаг к твоей лучшей версии. Ты оступился, но все еще можешь продолжать шагать. Плохое всегда помнится хорошо, так не делай из этого что-то ужасное, как бы тяжело это не было. Это не идеальный способ, но мне он помогает.

Роб. Я так не могу! Тут нельзя стать сильнее, понимаешь!?

Альфред. Можно и нужно, если хочешь жить как нормальный человек.

Роб. Но я необычный!

Альфред (Оскалился). Нет, тебе просто не повезло, как и мне. Не показывай себя таким.

Роб. Каким!?

Альфред (Крепко сжимает кулак). Жалким… жалким человеком, огораживающим себя простым словом, объясняющим, по его мнению, все что произошло. У тебя нет права таким называться, только те, кто справились со своими проблемами и живут дальше могут так себя называть. Таких людей как они очень-очень мало в отличие от нытиков как ты.

Роб (Оскорбленно). Да как ты можешь так меня называть? Это ведь ты убийца, а я просто жертва.

Альфред. Жертва, которая хочет остаться жертвой… Почему ты так поступаешь?

Роб. Я это заслужил.

Альфред. Чего?

Роб. Всего.

Альфред. Почему?

Роб. Меня били, издевались надо мной, смеялись надо мной.

Альфред. Почему?

Роб. Потому что мои родители демоны.

Альфред. Почему?

Роб. Они не понимали меня. Никто не понимал.

Альфред. Уверен?

Роб. Конечно, уверен. Я болен, черт возьми! Никто не видел мир таким, как вижу его я.

Альфред. А ты пытался увидеть мир их глазами?

Роб. Я не могу! В их мире, такие как я имеют шанс, а ведь это невозможно.

Альфред. Счастливым тебе не стать, такое вот проклятие. Ты полон беспокойств и злости, но возвел ты их сам. Ты убежден в том, что бессилен. Хочешь все получить из-за своей нерешимости. Одно я понял: в мире не получить что-то, пока ты не поймешь, как получают это другие. Ответь мне, чего же ты заслуживаешь?

Роб. Всего!

Альфред. Что ты заслуживаешь?

Роб. Я ответил тебе! После плохого должно следовать что-то хорошее!

Альфред. Но продолжает идти только плохое, я тебя понимаю…И чего ты желаешь?

Роб. Внимания!

Альфред. Оно у тебя есть, но не то, что ты заслуживаешь. Чего ты желаешь?

Роб. Тех, кто понимает меня.

Альфред. У тебя есть Джим, он старается, я это вижу.

Роб. Грязный притворщик. Он старается только выглядеть счастливым, внутри он просто хочет казаться любимым.

Альфред. А ты этого не хочешь?

Роб. Но не таким путем.

Альфред. Он старается в отличие от тебя. Он находит в себе силы выражать улыбку и за это получает все, что нужно обычному ребенку.

Роб. Я думал, что нашел человека, который искренне мне улыбается, а теперь у меня постоянные сомнения, правда ли он рад меня видеть.

Альфред. Рад, иначе, зачем ему тратить силы на нее? (Пауза.) Тебе, правда, нужно получить все?

Роб. Я не знаю.

Альфред. Чего ты заслуживаешь?

Роб. Я не знаю.

Альфред. Помощи, но пока ты не начнешь действовать – ничего.

Роб. И как же мне начать?

Альфред. Я помогу тебе.

Роб. О нет, от тебя я помощи не жду. Я не хочу стать таким как ты, я не хочу быть похожим на тебя. Ты страшный, а твои методы по борьбе с горечью звучат бредово. Если мы будем вместе, то меня возненавидят еще больше. Альфред, хоть мы и похожи, ты меня совсем не понимаешь. Ты просто врешь мне, говоря, что все может наладиться. Говорить красиво ты умеешь, но я не видел на твоем лице улыбки, ничего у тебя не получается как и у меня. Мы обречены, нам остается держаться за последнее и пытаться не упасть.

Альфред. Ты дойдешь до этого со мной или без меня.

Долгая пауза. Альфред собирается засыпать. Слышатся звуки капанья дождя.

Роб. Откуда силы?

Альфред. Ты все еще хочешь общаться со мной? Даже после тех слов?

Роб. Тебе ведь должно быть хуже, чем мне. Откуда у вас с тем детективом столько сил? Ведь вы заранее знаете про свое поражение – смерть, но продолжаете стараться.

Альфред. Это мой долг, я не могу просто сдаться на ровном месте. Мне дана жизнь, и я не могу просто все прекратить.

Роб. Можешь.

Альфред. Но не собираюсь. Нет такой боли или еще чего-нибудь, что важнее жизни. Чтобы с тобой не произошло, ты не должен доходить до этого.

Пауза.

Роб. Как ты ко всему этому пришел?

Альфред. Долгие самокопания. За все время моего одиночества я много думал, мое мировоззрение уже сформировано.

Роб. Ты так говоришь, будто уже все свои проблемы решил.

Альфред. У меня все еще много проблем, которые я, скорее всего, не успею решить. Я просто хочу насладиться жизнью перед смертью и стараюсь добиться лучшего.

Роб. Ты хочешь, чтобы о тебе помнили?

Альфред. Наверное, если кто-то будет меня помнить, то это значит, что я был кому-то дорог, и я выполнил свою цель.

Роб. А если бы о тебе помнили плохо?

Альфред. Было бы грустно, но я хотя бы не остался пустышкой. Значит, мои действия к чему-то да привели бы.

Роб. А мне все равно. Какая уже разница на той стороне?

Альфред. И тебе не страшно? Не страшно думать о пустоте, в которой ты ничего не чувствуешь?

Роб (Сломлено). Я почти ничего не чувствую, но сейчас меня переполняет ярость. (Пауза.) Я часто представлял сцену, где я сижу, прислоняясь к стене, и держу пистолет во рту, а после резко закрываю глаза. Это меня очень пугает, но и увлекает одновременно. (Пауза.) Я жалею, что не верю в место, предназначенное для меня, на том свете… так было бы гораздо легче.

У Роба наворачиваются слезы. Плачет. Альфред в очень неловком положении. Подбирается к Робу и обнимает его.

Что же делать, Альфред? Что же нам всем делать?

Альфред. Я не знаю… Не знаю, друг.

Наступает новый день.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

I

Лагерь. Скамейки у дерева.

Альфред, Джим, затем Бобби, после Вожатый.

Альфред тихо сидит и читает свою книгу. Поправляет свою повязку. Возле него сидит нетерпеливый Джим.

Джим (Топчет ногой об пол). Боже, Альфред, ну сколько можно?

Альфред (Перелистывая страницу). Мы тут всего десять минут сидим. Я вообще не понимаю причину твоего прибивания здесь.

Джим. Как? Мне скучно. Роб пропал куда-то, Мартин лежит в палате, Джессика с Бобби где-то ошиваются, Эрик спит.

Альфред. Так почему же ты не с Мартином? Ты нужнее там, чем здесь.

Джим. Да ну его, он такой злой. Пришел к нему с едой и стишком для поднятия настроения, а он в меня костыль кинул. Почти попал.

Альфред. Что за стишок?

Джим (Вспоминает). Сейчас скажу… Вот, вспомнил.

Эй, дружочек!

Вчера был не твой денечек.

Подарю я тебе стишочек.

Чтоб нога быстрей прошла,

И тоска твоя ушла.

Альфред. Мило.

Джим. Видишь? Даже ты оценил, а он меня чуть не убил. Лучше в тишине с тобой, чем с ним. (Пауза.) Ты закончил?

Альфред (Перелистывая страницу). Еще нет.

Джим. Пфф. А сколько у тебя там страниц? Книга толстая.

Альфред (Проверяет). Здесь… триста двадцать шесть страниц. Ты не читаешь книги?

Джим. Как сказать… ну… я люблю романтику. Читаю редко, зачем погружаться в чужие миры, когда есть свой? Я и этот люблю. Хотя в кино все показано намного интереснее.

Пауза.

Слушай… а зачем тебе повязка? При встрече еще хотел спросить.

Альфред. Чтобы видеть только красным глазом.

Джим. Но тебе же неприятно им видеть, так ведь?

Альфред. Но это стоит того.

Джим. Чего?

Альфред (Перелистывая страницу). Теперь я обращаю внимание только на самое главное, для меня теперь нет лишнего, например цветов.

Джим. Как-то мрачно это. (Отрывает цветок.) Взгляни на него. Прекрасный белый цветочек с зеленым стеблем. Что ты о нем скажешь?

Альфред (Смотрит на цветок). Стебель сильно сжат твоей рукой, листочек оторван.

Джим. Боже, Альфред, какой же у тебя каменный взгляд. Неужели обращать внимание на такие вещи лучше, чем на красоту?

Альфред. Они важнее.

Джим. Почему?

Альфред. Такой цветок будет стыдно подарить.

Джим. Хе-хе, это правда.

Пауза. Джим улыбнулся.

Эй, Альфред.

Альфред. Что?

Джим. А давай сыграем в камень ножницы бумага?

Альфред. Я слышал про нее… ладно, стоит попробовать. (Откладывает книгу.)

Джим. Отлично!

Альфред и Джим приготавливаются. Играют три кона: Бумага против ножниц, ножницы против бумаги, ножницы против камня.

Джим. Два из трех, а я неплох, хе-хе.

Альфред. Хм, давай еще раз.

Джим. Вошел во вкус?

Альфред. Нужно кое-что проверить.

Альфред и Джим снова приготавливаются. Играют три кона: Ножницы против бумаги, камень против ножниц, бумага против камня.

Джим. Что? Три раза подряд? Да ты везунчик, Альфред.

Альфред. Скорее хороший зритель. Покажи мне ножницы.

Джим (Показывает). Ну и что?

Альфред. Ты перед тем как сходить, складываешь свой кулак по-разному.

Джим. Как?

Альфред. Камень – палец внутри кулака; ножницы – палец лежит сверху; бумага – палец прижат к пальцам сбоку.

Джим (Проверяет). И вправду! Альфред, ты гений. На подсознательном уровне кулак ставится по-разному. А ты наблюдательный.

Альфред. Приходится.

Альфред снова берет свою книгу и читает. Джим наигрывает мелодию у себя в голове и качается по сторонам.

Джим. Вчера был такой ливень, ты же слышал?

Альфред. Да, слышал.

Джим. Любишь дожди?

Альфред. Мне любая погода приятна.

Джим. А я люблю дожди. Сидишь с кружкой чая и смотришь на эти капли, падающие на землю и так приятно становится. Только под дождь распиваю чай с печеньем.

Альфред. А обычно ты что пьешь?

Джим. Сок.

Альфред (Захлопывает книгу, слегка поворачивается в сторону Джима). Так, я закон…

Джим случайно сбивает у Альфреда книгу, пока качался по сторонам.

Джим. Ой! Альфред, прости, пожалуйста. (Подбирает книгу.) Я случайно.

Альфред. Ничего страшного, я уже дочитал ее. Собирался сохранить ее в хорошем состоянии, но потертости ничего плохого не сделают.

Джим. Как книга? Концовка понравилась? Она самая главная.

Альфред. Книга мне понравилась, стоит перечитать потом. Конец заставляет задуматься о правильности поступков героя. В целом он неплохой.

Джим. Рад слышать, значит, я не зря ждал. Чем займемся?

Альфред. Я не знаю, я плохо разбираюсь в развлечениях.

Джим. А ты не думал порыбачить?

Альфред. Я не умею.

Джим. Я тебя научу. Тебе понравится, ведь ты же любишь тишину?

Альфред. Верно.

Джим. А тут еще и полезное дело вместе с ней.

К ним подбирается Бобби. Стоит за спинами.

Бобби (Поворачивает к себе Альфреда). Ублюдок! (Делает замах). Что ты сделал!?

Его останавливает Джим. Держит его. Альфред смотрит прямо в глаза разъяренного Бобби.

Пусти! Пусти меня к нему!

Джим. Постой! Что происходит!?

Альфред (Джиму). Отпусти его.

Джим. Что? Ты уверен?

Альфред. Да.

Джим. Хорошо. (Отпускает.)

Бобби. Ты! Это из-за тебя она это сделала!

Альфред. Что сделала?

Бобби. Бросила меня! (Успокаивается.) Что вы с ней делали после водопада?

Альфред. Ты не захочешь это слышать.

Бобби. Уж поверь, хочу.

Альфред. Предложила встречаться.

Джим. Она что предложила?

Бобби (Хватает Альфреда). Правду! Я хочу слышать правду, а не это!

Альфред. Это правда. Когда она тебя бросила?

Бобби. Вчера, когда я ее нашел в палатке. Она была так напугана, шугалась от любого моего движения. Да я думал, что на нее животное напало. Что ты с ней сделал!? Отвечай!

Альфред. Я не совершил ошибку.

Бобби. Какую ошибку? Что ты несешь?

Альфред. Я отказался.

Бобби. И поэтому она была так напугана? Сомневаюсь.

Альфред. От злости, я схватил ее за шею. (Пауза.) Она сказала мне, что бросит тебя в любой момент, если я захочу этого.

Бобби. Ты что сделал? Зачем же ей это?

Альфред. Считала тебя предателем.

Бобби. Каким предателем? Я делал все ради нее.

Альфред. И вот как она тебе отплатила за это.

Бобби (Отпускает Альфреда). Я не понимаю. (Джиму.) Он умеет врать?

Джим. Не думаю.

Бобби. Он выглядит искренним, даже не дрожит. (Альфреду.) Ты говоришь правду?

Альфред. Да.

Бобби. Черт, ничего не понимаю.

Джим. Я тоже ничего не понимал. Она способна на это, ты должен был это знать.

Бобби. Должен был, но не хотел. Мы столько всего делали вместе, я думал, что наша связь неразрушима.

Альфред. Она не знает ничего про связь, как и я. У нее есть только веревочки, за которые она тянет, как кукловод.

Бобби (Тыкает пальцем). Эй, эй, Полегче! Может, у нее есть причина для всего этого.

Альфред. Она тебе не доверяет, в этом вся причина.

Вожатый (Вдали, махает рукой). Эй! Вот вы где! (Подходит.) Что тут у вас происходит?

Бобби. Ничего такого.

Вожатый. Боже, Бобби, ты почему такой красный?

Джим. Я ему шутку рассказал, а он сдерживается, пытается себя сдержанным показать.

Бобби. Что? Нет, дело в другом.

Джим. Видишь? Еще и отмазывается.

Вожатый. Аа, ну тут все ясно.

Бобби. Ой, да пошли вы.

Вожатый и Джим смеются.

Вожатый. Так, а если серьезно, что произошло? Альфред, хоть ты скажи.

Альфред. Его Джессика бросила.

Вожатый. Неудивительно. После твоих слов я понял, что это произойдет.

Бобби. Вы знали?

Вожатый. Конечно, я все должен знать раньше всех. Иначе вы меня не слушаете.

Пауза.

Бобби. Когда Мартин поправится?

Вожатый. Месяц-два, всякое может быть.

Джим (Вожатому). Я тут предложил Альфреду на рыбалку сходить, что думаешь?

Вожатый. Идея неплохая, нужно найти Роба и Джессику.

Бобби. А Мартин? Он разве не может пойти на костылях или в коляске?

Вожатый. Ты хочешь видеть Мартина с костылями? Это как Мартин, но в два раза вреднее.

Бобби. И то верно.

Вожатый. Я нигде не нашел Роба с Джессикой. Может они вне лагеря?

Джим. Погодите… Бобби, а ты вчера куда пошел?

Бобби. В смысле?

Джим. Ну, ты вчера же не с Джессикой спал?

Вожатый. Чего? (Бобби.) Ты спишь с Джессикой?

Джим (Отталкивает Вожатого, Вожатому). Да погоди же ты. (Бобби.) Куда? Куда ты пошел? Ты спал?

Бобби. Нет, я пошел в лес и был там.

Вожатый. Что ты там делал? Курил что ли?

Бобби. Н-нет, что вы.

Вожатый. Выверни карманы.

Бобби. Черт, надо было там оставить. (Выворачивает, из кармана падает пакетик с травкой.)

Вожатый. Да откуда у тебя ее столько. (Забирает пакетик, дает подзатыльник.) Целый пакет.

Бобби. Простите.

Вожатый. Я даже не знаю, кому мне жаловаться, твои родители накажут меня, а не тебя за то, что я забрал пакет.

Альфред замечает побледневшего Джима. Подходит к нему.

Альфред. Что происходит?

Джим (Сглотнув). Вчера ночью я слышал выкрик Джессики. (Пауза.) Я думал, что это Бобби развлекается с Джессикой и закрыл уши, чтобы не слышать. Бобби ушел в лес, откуда выкрик Джессики?

Вожатый. Что!? Нужно срочно ее найти. Откуда были выкрики?

Джим. Где-то в лагере. На севере.

Вожатый. Так, Альфред и я пойдем в сторону медпункта. Джим, ты с Бобби идешь налево от столовой.

Джим и Бобби. Ясно. (Ушли.)

Вожатый. Пошли, Альфред.

Альфред. Понял.

II

Сооружение для столовой и медпункта.

Вожатый, Альфред, после Бобби и Джим, затем Мартин.

Вожатый (Тихо). Целый пакет…

Альфред. Вам тоже это показалось странным?

Вожатый. Ты думаешь о том же, о чем и я?

Альфред. Если Бобби ходил в лес покурить, то почему его пакет полон? Да, я думаю о том же.

Вожатый. Что-то не складывается.

Альфред. Согласен.

Вожатый. А ты молодец, Альфред, заметил.

Альфред. Спасибо, люблю обращать внимание на действия человека. Чем больше видишь, тем больше знаешь.

Вожатый. Это точно. (Пауза.) Про повязку могу спросить?

Альфред. Я просто выбрал, как хочу видеть.

Вожатый (Посмотрел в лицо Альфреду). Странное решение.

Альфред. Но оно мое и мне оно нравится.

Вожатый усмехнулся.

Вожатый. Да, это точно. (Пауза.) А что с Робом?

Альфред. Что вы имеете в виду?

Вожатый. Он вчера пришел ко мне и выглядел намного грустнее, чем раньше. Он и так постоянно выглядит как груша для битья, а тогда он был совсем странный. Также он был нервный, так грубо отвечал мне.

Альфред. У нас была… тяжелая беседа. Многое наговорили друг другу, и настроение было испорчено не только у него.

Вожатый. Ясно, не мое дело, в общем.

Альфред. А чем вы занимались?

Вожатый. Красили стены в медпункте.

Альфред. У Мартина?

Вожатый. Нет, что ты. Мы делали это в… (Кричит.) О боже!

Вожатый замечает тело Джессики. Они оба подбегают к нему и начинают осматривать. Труп Джессики валяется, прижатым к стене медпункта. Вокруг много крови, череп расколот, левый глаз висит ниже носа. На ноге несколько синяков. Ногти вырваны. Вокруг шеи обвязан шарф. На крик Вожатого прибежали Джим с Бобби.

Вожатый (Закрывает лицо руками). Почему!? Кто мог это сделать!?

Бобби. Что сделать? (Замечает тело, бросается к нему, кричит.) Джессика!

Джим оттаскивает Бобби. Одежда Бобби вся в крови Джессики.

Джим (Со слезами на глазах). Не надо, друг, не запоминай ее такой.

Бобби. Ты совсем спятил!? Ее убили! И это сделал он! (Показывает на Альфреда.)

Джим. Ты так говоришь, потому что злишься, я понимаю, но давай не будем наговаривать. Это не тот случай, где стоит такое говорить.

Альфред (Думает). Ногти…

Бобби. Да как ты можешь быть таким спокойным!?

Джим. Криками здесь не помочь.

Бобби. Крики еще как помогут.

Джим. Но не ей!

Бобби промолчал. Вытирает слезы руками.