Чужое тело. Чужая корона

Так, сверху не видно? Нет, не видно, и даже не ощущается. Пружины не дают. А снизу тоже не сразу увидишь.

Крючок все же под кровать я наладил. Попробовал открыть, даже попрыгал немного, но осторожно, чтобы не развалилась. Тайник уцелел. При осмотре не видно, а стоит надавить рукой на проволоку, и часть обивки отслаивается, открывая доступ к тайнику.

Во, вот Чеботарев бы оценил такой фокус! Мастер-ниндзя, все спрятал на виду.

А в том мире выпал первый снег.

Я проснулся ночью от холода, натянул на себя одеяло, поворочался. Дверь открылась, неслышной тенью проскользнул слуга, стал закрывать ставни, оставляя только узенькие щелочки, из которых и несло холодом.

Я потрогал бок, не нашел пистолета, завернулся в одеяло и снова уснул. Думал, в своем мире проснусь, но нет, проснулся там же. Повалялся чуть в кровати, с неохотой встал, стуча зубами от холода, подошел к окну, распахнул тяжелые ставни.

Ночью прошел снегопад. Деревья в Королевском парке, лестницы, переходы, стены и крыши замка присыпаны легким, полупрозрачным снежным покрывалом. На дорожках в Королевском парке суетятся слуги, обряженные в теплые вязаные куртки и толстые штаны, смахивают снег вениками. Рабы же, как один, кутаются в длинные шубы и зубами от холода клацают.

А вот караульные на башнях почему-то в той же самой одежде, что и всегда.

Моя охрана приоделась, поверх кольчуг накидки, да и сами поддоспешники потолще стали. Шлемы с меховой оторочкой, на руках трехпалые перчатки. Кучер на облучке в шубе и меховой шапке, только нос виден. Лошади в длинных попонах всхрапывают паром, переступают. На бабках лошадей натянуты длинные вязаные чулки.

Но вот почему колеса на полозья-то не заменили, вот странно? Или тут дороги хорошо чистят? Не похоже что-то…

Мастер Клоту тоже приоделся, в длинную шубу с меховым воротником и такую же шапку. Пузо он теперь наружу не выставлял, холодновато.

– Поехали, – скомандовал я, садясь в бричку.

У ворот замка, в условленном месте, меня ждали барон Седдик, Виктор, Ждан и Волин. Виктор восседал на новом коне, вороном жеребце, под новой сбруей и даже в новом седле. Жеребец забеспокоился, покачал головой, поиграл сильными длинными мышцами, мощно всхрапнул. Лошади вокруг попятились, косясь.

– Тихо! – Виктор потрепал жеребца по шее, тот дернулся, потянулся к нему мордой. Виктор быстро убрал руку. – Недавно он под седлом, вот, беспокоится. Ваше высочество, то есть Седдик, а что это вы все без коня да без коня?

– Еще время не пришло, – быстро ответил я. И потом уже подумал, а что же я мог ляпнуть в ответ-то? «Мне конь железный получше», «Не умею», «Да нафиг надо»… О принце и так скоро очень странная слава пройдет, что колдун тот темный. Поменьше странностей надо, поменьше. И к народу поближе.

На вьючной лошади были привязаны два продолговатых ящика, закрытых рогожей. Мастер Виктор постарался, прикрыл от лишних глаз.

– Готово?

– Готово, поехали.

Двинулись всей кавалькадой, впереди скакал Виктор, показывал, куда, позади пристроилась охрана.

Из-за туч внезапно появилось солнце, ударило мне в глаза. Я поспешно прикрыл лоб рукой, прищурил глаза. Руке сразу же стало тепло.

Доехали до условленного места. Тут дорога проходила близко к Костяному лесу, и барон знал одну поляну не очень глубоко в сторону. Остановились, охрана потягивалась и поправляла накидки на кольчуги.

Спешились.

– Оставайтесь тут, – приказал я лейтенанту Лургу. – Караульте. Если что не так… Если хоть один ваш солдат покинет пост… И мне снова придется убегать от лесных разбойников… Или с моими людьми что-то случится… – Я глянул в лицо начальника своей охраны.

Лейтенант поглядел на меня несчастными глазами и принялся уверять, что все будет хорошо и даже лучше, но я его не слышал, отвернулся. Нашел глазами Виктора, внимательно глянул на него, тот обменялся взглядами со Жданом и Волином и кивнул мне в ответ.

Вдвоем с сержантом мы дошли до полянки, залитой нежарким осенним солнцем.

Я расстегнул куртку, вдохнул полной грудью. Пахло травой и еще чем-то, похожим на какие-то еле уловимые специи. Снег быстро таял, желтая трава тянулась к последним солнечным лучам. Деревья еще не до конца сбросили листья, так и стояли полуголые.

Мы уже отошли достаточно далеко, нас не видно и не слышно.

– Доставай, – скомандовал я.

Барон кивнул, накинул повод вьючной лошадки на дерево, отцепил ящики, уложил на старый пень. Развязал ремни, открыл.

Я подошел ближе. Так, вот это уже лучше. Небольшой, округлый металлический сосуд, со старательно процарапанными по поверхности глубокими рисками, зачем-то еще разукрашенный красными и синими. Фигурки людей, дома какие-то, деревья…

– Что это, я краску не заказывал?

– Мастер Виктор сам расписал. Сказал, что не жалко, а так красивее будет.

– Ладно. Значит, прячемся за деревья… – Я покрутил гранату в руке. Так, фитиль выходит на нужное расстояние. Вот и зажигалка, делаем «щелк», пламя лижет фитиль, с негромким шипением вмиг сжигает его до половины и исчезает внутри, в гранате.

Да что же ты так быстро-то!? Опять не получились шнуры…

Я со всей дури швырнул гранату от себя, в сторону рощицы. Граната шлепнулась на мерзлую траву, прокатилась по ней и нырнула в какую-то ямку. Я уже лежал на земле, прикрыв голову руками.

– Ваше высочество?

Я поднял голову. Сверху на меня смотрел Седдик.

– Ложись!

– Что?

– Делай, как я, быстро! Быстро!

Барон с сомнением на лице лег ничком, накрыл голову руками и поглядел на меня одним глазом.

Время шло.

– Зараза, – сказал я. – А ну не смей! – Я со всей силы сдернул вниз сержанта, который было направился к гранате. Не получилось, конечно, Седдик как каменный, но подниматься он прекратил, улегся. – Вдруг там тлеет, а как подойдешь, то в лицо тебе жахнет.

Так и лежали. По мерзлой травинке вверх полз какой-то жучок, прямо перед моим носом. Дополз до конца, задержался, расправил две пары овальных крыльев, блестящих слюдой, и сорвался в полет. Вжих, и нет его.

Холодно лежать-то, не май месяц на дворе.

Ладно, поднимаюсь.

– Встаем.

Поднялись, отряхнулись. Барон Седдик укоризненно посмотрел на меня.

– Пошли, поглядим. – Вздохнул я.

Граната лежала себе в небольшой ямке среди ломкой осенней травы.

Ну вот, первый блин комом, да? Шнур не догорел, наверное, в рукоятке погас. А с другой-то стороны, сгори он до конца, эта бы штука рванула у меня в руках, прямо в лицо. Голову бы не оторвало, но со здешним-то уровнем медицины можно себя смело…

– Шшшш-бах!

В себя я пришел лежа на земле и прикрыв голову руками. В ладонь впились мелкие частички глины, кровили, в ушах звенело.

– Ваше высочество! – Барон оказался рядом, меня дернуло наверх, встряхнуло. – Седдик! Седдик, как ты?

– Нормально, – пошевелил я неожиданно тяжелым языком. – Нормально…

– Что это было?

– Это оно и было. – Меня поставили на место, и я стал вырывать из ладони мелкие деревянные занозы. Пинцет бы, точно нужен. Интересно, есть ли у мастера Клоту пинцет в его ящике? Должен быть. Но мастера Клоту нету.

Значит, зубами.

– Что за поганое колдовство, – покачал головой барон.

Шнур, неравномерное горение! Пока я валялся, огонек тлел, медленно полз к пороховому заряду, а как я пришел к гранате, то он как раз дополз, получается! Эх, если бы мастер Виктор понимал, что он делает, я бы его наизнанку вывернул!

Значит, надо провести дальнейшие эксперименты со шнуром.

А вообще-то… Хорошо разлетается.

– Так. По результатам. – Я сплюнул горькую слюну. – Сколько у нас еще бомб?

– Девять, – ответил с опаской Седдик.

– Сегодня их испытывать не будем. Сейчас разберу все это, погляжу, почему огненная веревка так горит…

Барон осенил себя замысловатым жестом. Большой палец отставить и этак хитро по кругу обмахнуться.

– Такое оружие может быть опасно и для того, кто его применяет.

– Любое оружие может стать опасным для того, кто его применяет… Пусть мастер Виктор сделает таких шнуров много-много и добьется того, чтобы они горели примерно одинаково. А то это колдовство выйдет боком. Нам в первую очередь.

– Понимаю.

Я присмотрелся. Мой учитель выглядел как-то потерянно, наверное, голову взрывом хорошо встряхнуло. Или он понял, что принц-то на самом деле и не принц вовсе, а вполне себе черный колдун? Как бы тут за такие дела на костер-то не утащили. Вместе с бомбами. Неприятно произойдет…

Кстати. Должен же быть человек, который сообщает графу Урию о том, как принц время проводит. Стукачок то есть. Кстати, а почему графу Урию-то? Кроме него, есть еще и граф Лург, граф Дюка, даже графиня Нака.

Поразмыслив, я их всех отбросил. Не того полета птицы. Это голуби, жирные и наглые голуби. Граф Дюка разве что пожирнее и понаглее, да еще и массой побольше, вот его все и боятся. А вот скрюченный сморчок граф Урий среди них всех не голубь, ястреб. И было бы странно, если бы у него не было стукача в моей страже. Я бы очень удивился.

И что доложит сегодня этот стукач? Удалились в лес, оттуда доносились громы небесные и дым? Надеюсь, что Виктор, Волин и Ждан проследили за тем, чтобы моя охрана оставалась на месте.

– Пора обратно, – сказал я. – Сегодня еще нужно до Королевского университета доехать, граф Слав ждет…

Граф Слав и в самом деле пригласил меня в Королевский университет, желая провести несколько занятий самолично, никому не доверяя.

Ну, я только рад новым местам, ибо не очень нравилась мне эта идея с домашним обучением.

Нет, с одной-то стороны, все удобно, лучшие учителя к тебе домой приходят, расскажут и покажут, не отвлекаясь на большую толпу народу, всегда спросить можно, что непонятно, да и занятия по индивидуальному графику…

А с другой стороны, вот был у нас на первом курсе института парень, который как раз дома обучался. Не нашел ни с кем общего языка в школе, либо школа была такая, уж не мне судить. Да и модная в свое время была идея-то, домашнее обучение. Типа если родители умные, так они свою сыночку и так научат, без всякой там пролетарщины, а в школе он только экзамены сдавать может. Вот и учился мальчик дома.

И был он какой-то как не от мира сего. Шуток не понимал, на лекциях сидел прямой, как палка, даже как-то ручку дома забыл, а попросить стеснялся, пока ему Борис свою не дал. Да и в совершенно простых жизненных ситуациях впадал в ступор, что и как делать, не знал. Отменили лекцию, все на улицу гулять, так и он за всеми гулять. Все сигареты курить – так и он курить. Все водку пить – так и он пить. Тем более что такие ребята хорошие, угостить обещали, день рождения же… А потом все от патруля милицейского отмазались, а он нет, его и забрали. В милиции ограничились воспитательной беседой и выпустили, домой не сообщили. И друзей у него как-то не очень было. Девчонки наши его Задротиком прозвали, но, по-моему, зря. Парень-то был неплохой, потихоньку в жизнь втягивался.

Борис выдал, что это не просто так, причина есть.

– С людьми в школе не общался, – подвел он итог, хорошо глотнув «Балтики-3». – Вот потому-то и с нашим коллективом не знает, как себя вести. То всем верит, то всем не верит. Не думает, что люди разные бывают. Кто-то улыбнется, кто-то скривится, кто-то руку подаст, кто-то обуть попытается. Кто-то за помощь тебе руку пожмет, кто-то обрадуется, что так ловко дурака развел на услугу, а кто-то задницу оближет. Эх, да чего там говорить, пошли еще по одной.

Вот и закралась у меня мысль, что очень кому-то хочется, чтобы принц так и рос оранжерейной розой и не было у него сильно много новых знакомств. Так сказать, узник в башне из слоновой кости. Но что делать-то? Нет у меня сил, чтобы на своем настоять, сам не знаю, как так получилось, что еще из замка погулять выпускают.

Занятие граф Слав решил провести у себя в кабинете.

С моего прошлого посещения там ничего не изменилось особо. На голых стенах появились гобелены с рыцарями и какими-то непонятными картинами, на широком столе в углу сложены карты дальних стран на толстой, пожелтевшей бумаге. Рабочий стол пустой, на нем ваза с яблоками, бутылка вина и пара бокалов, рядом пара удобных стульев. В шкафу рядом множество свитков, края обгрызенные, но лежат в порядке. И много их тут, много!

А еще в одной стене настоящий камин. И как я его не заметил? Тлеют дрова, от камина веет теплом и безопасностью. Так и хочется поворошить угли кочергой, посмотреть на столб пламени. Вытянуть руки, погреть над теплым огнем…

– Итак, ваше высочество. Долго же я думал, чему могу научить. Каллиграфию вы освоили хорошо, барон Лото очень доволен. Истории, быть может? Например, истории дворянства Соединенного королевства? Барон Гонку с радостью…

– Нет уж спасибо! Граф, очень хотелось бы несколько уроков по географии. О странах и чем они примечательны. И еще по… – Я замялся, никак слово-то не найти. Как тут будет «политология»? – Давайте так, я скажу, что хотел бы услышать про страны и народы, их населяющие. И про то, что они хотят, к чему стремятся и что от них можно ожидать.

– Интересная задача, высочество, – сказал на это граф Слав. Откашлялся, отпил вина из бокала, позвонил в колокольчик.

Расторопные слуги быстро подложили дров в камин, обновили вино в бокале и принесли свежие фрукты, на стене развесили здоровенную карту этого мира. Я ее уже видел.

– Итак, к юго-востоку от нас расстилается Южный континент. Добраться к нему можно двумя путями – либо на корабле, либо идти через Муравьиное королевство и далее, по болотам Перешейка… – Граф Слав показывал. – Климат на Южном континенте жарок, влажен у берегов морей и, судя по всему, сух в центре. Растения юга отличаются от тех, что произрастают у нас, они выше, сильнее. Животные, что там проживают, ядовиты, опасны. Большей частью они ужасные хищники, поедающие друг друга. Известны гигантские ящеры, способные ударом лапы отправить на дно дракар, птицы-хищники, нападающие большой стаей, как только солнце скрывается за горизонтом, обезьяны-людоеды… Также там живут существа, похожие на людей, разве что кожей черны, которых издавна называют «Стеклянные дети». Из них получаются хорошие слуги, сильные, выносливые. Иногда они сами выходят к кораблям, за едой. Особо ценятся те, кого берут ребенком. Вырастают преданными и хорошими рабами. С оружием они почти незнакомы, их правители издревле запрещают им брать в руки любой предмет, похожий на оружие. Сильны и выносливы. Одно жаль, что глуповаты и от холода умирают. Нам их климат тяжел, но наш климат им страшнее стократ.

Я не сразу сообразил, что граф ведет речь о чернокожих рабах. Ничего себе у них тут расовая политика. Гитлер, что ли, сюда провалился, после того как его русские до самоубийства довели?

– А есть ли там какие-то государства?

– Нет, какие там государства. Есть несколько крепостей, есть поселения, но немного, из тех, которым совсем уж некуда податься… Там очень опасно. Ящеры и хищные птицы часто нападают на поселения, да и черные иногда вооружаются, стремятся покончить с пришлыми. Пытались основать несколько городков, да однажды приплывали, а города нет. Либо ящеры, либо черные. Империя потеряла там свой легион, в полном составе.

– Интересное место, – оценил я.

– Скорее скучное и опасное. Интерес представляют лишь некоторые древние города. Когда-то там жили такие же люди, как и мы. Громадные и могучие королевства! Земля там для земледелия просто прелесть, часто вместе с рабами и землю везут… У вас в замке Королевский парк ей высыпан на клинок вглубь. Королевства жили себе жили, плавали по морям, строили города… Но потом что-то не поделили и за пару поколений извели себя полностью в страшных войнах. Там целые поля есть со скелетами людей и странных животных. Выжившие бежали на север, да так тут и остались, растворились среди других народов, а сокровища свои оставили там, на юге. Вот иногда и собираются экспедиции… В последнее время никто и не ходит почти что. Все прибрежные города разграблены еще сотню лет назад, а идти в глубь континента… Последний как раз из нашего королевства был, еще при вашем дедушке. Барон Лото из Трех Холмов, с отрядом и слугами двинулся к Гнилым Зубам, так там горы называются, неделя пути по старой дороге в джунгли, нашли старый город, нашли золото. Обратно только трое вернулись, сам барон да двое слуг, у которых лошади быстрее всего бегали, пока доедали остальных.

Рассказ затянулся надолго. Я понимал, что, в общем-то, время зря провожу, но как-то не мог оторваться. Граф Слав умел очень интересно рассказывать.

– Муравьиное королевство основали беглецы, вроде бы из Рохни, а может, и вообще пираты. В те времена ничего на перешейке не было, и, достигнув его, беженцы остановились. Породнились с местными племенами, построили свою столицу. Потом оттуда потихоньку двигались обратно, все оазисы заселили, пока в настоящую пустыню не уперлись. Кроме кирпича и гранита, ничего там нет у них, рыбу в море ловят кое-как… Но желающих к ним хватает залезть, у кочевников из пустыни нет и того! Вот они и научились хорошо воевать и строить. Их крепости и дома самые прочные и долговечные. А войско одно из самых сильных. Как-то раз они собрались с силами, да и перебили всех кочевников из пустыни, перешли к горам поближе. Там мрамор и известняк, а еще нашли богатейшие золотые копи! На том и остановились, больше ни с кем не воевали, а строили и преумножали богатства. Строительство для них… Ну, как для наших дворян охота или оружие. Даже дома бедняков построены ладно и крепко, из камня. Иное дело, что в таком доме может ютиться несколько поколений одной и той же семьи, но то уже иное… Хорошее у них королевство, спокойное. И народ очень спокойный, неторопливый. Жаркий климат не располагает к торопливости, ваше высочество.

Граф налил себе вина и продолжил:

– Когда королевство Рохни объявили войну Муравьиному королевству и высадились на побережье, вот тут, – граф провел стилом по небольшому выступу около перешейка, – то весь экспедиционный корпус, полтысячи человек, вырезали за один день. Дворяне Муравьиного королевства в очередной раз доказали, что в строительстве они понимают, но и в войне они понимают не хуже.

– А какие они, тамошние дворяне? – против воли спросил я. Вспомнил, конечно, про посла Муравьиного королевства. Здоровенный, как бы не больше Сереги-большого. С таким в бою сойтись не хотелось бы.

– Умны, хитры и неторопливы, как пустынная кошка. В просьбе не откажут, но и свою выгоду никогда не упустят. Надо помнить, гость для них свят, если уж в дом пустили, так и выпустят без обиды. А вот за околицей ты уже не гость, там всякое может случиться.

Я вспомнил про наш Восток.

– А если в доме остаться? Гостеприимный хозяин-то…

– Ну, на хитрецов они давно управу нашли… Гостя кормить и обихаживать они только три дня обязаны, обычай такой, а потом либо с голоду помирай, либо добро пожаловать за забор дома, где тебя уже дожидаются.

– Умно придумано.

Слушал бы я графа всю ночь напролет, да пришел мастер Клоту и сказал, что пора бы уже и до замка… А то здоровье мое может не выдержать!

Принцессу Альтзору я встретил на выходе из парка. Она прогуливалась в компании трех фрейлин, девушек приятной наружности, но старающихся выглядеть блекло, и двух молодых людей. Причем один шел за фрейлинами, а второй, тот самый рыцарь Алор, которого я уже тут видел, шагал рядом с принцессой.

Заметив меня, чуть склонился и что-то сказал, галантно так прикрывая рот рукой. Альтзора против воли хихикнула, фрейлины заулыбались, сопровождающий их парень, очень похожий на рыцаря Алора, отвернулся.

Я с удовлетворением отметил, что у меня даже уши не вспыхнули.

– Добрый вечер, ваше высочество.

– Добрый вечер, ваше высочество, – отозвалась Альтзора.

Я посмотрел на рыцарей и фрейлин. Фрейлины намек поняли, быстро сделали книксен и попрятались за спиной Альтзоры. Второй рыцарь поклонился и пробормотал что-то похожее на приветствие. Ну ладно, хрен с тобой, бревно ты невежливое, сойдет. А вот рыцарь Алор снова исполнил свой коронный фокус с поклоном.

– Добрый вечер, ваше высочество.

Учился он где, что ли? Если да, то тот курс явно с отличием закончил.