Кит

1.

Ему снился странный сон о том, что он нормален. Когда прозвенел будильник, Н. мгновенно выключил его и встал с кровати. За два года у Н. выработался рефлекс просыпаться за минуту до того как он прозвонит. Дальше начались чисто механические действия : одеться, умыться, почистить зубы. Даже еду он поглощал механически, без цели утолить утренний голод. После трапезы Н. взял заранее приготовленную сумку и отправился на работу.

Улица встретила его апрельским прохладным ветром. Он достал из кармана бушлата шарф и обвязал его вокруг шеи.

–Хоть какая-то польза от этой штуки – подумал Н. про бушлат – пусть он доходит мне до колен, зато не холодно.

Средство общественного передвижения, представляющее из себя газель вишнёвого цвета, ожидало Н. на своём обычном месте – стоянке возле местной аптеки. Внутри салона преобладали в основном бабушки и изредка небритые мужчины, пахнущие примерно одинаково. Когда газель трогалась в путь она как правило была уже забита до отказа и водитель, дабы не мучать пассажиров присутствием друг друга, снисходил до того чтобы ехать как можно быстрее. Жаловались на это очень редко. В конце концов, это привычное средство передвижения между деревнями, посёлками, и маленькими городками усыпавших нашу страну, словно сыпь, на правом берегу Великой Реки.

Спустя час тряски в общественном транспорте Н. был уже на работе. И начались обычные ленивые дни его необычно ленивой жизни, а работа пожарного не разбавляла жизнь яркими красками. Вопреки общественному (и до недавнего времени его тоже) мнению, эта работа представляет из себя рутину. Но Н. решил, что задержится в этой рутине ещё на две недели, а потом вырвется на свободу: заявление по собственному желанию уже лежало на столе начальника. Это решение далось Н. не просто. Пришлось отказаться бросать институт, в который он поступил год назад, чтобы получить высшее образование по профессии теперь ему не нужной. Зачем же ему тратить деньги и 5 лет жизни на заочное обучение? Н. не знал ответа. Своё будущее он видел очень туманно и не хотел вглядываться, а все споры с матерью, которая и оплачивает его учёбу, заканчивались её вопросом «Какой личностью ты будешь в будущем?» и ответом Н. «Лично я не личность».

Кризис среднего возраста настиг Н. слишком рано. Мама видела это недоразумение в характере и поведении сына и старалась это всячески исправить. Но так как она не знала действенного способа, каждый разговор с сыном по душам перерастал в очередной спор, который не приносил ни капли пользы. У отчима Н. было другое, более простое мнение – Н. с жиру бесится. Никуда не ходит ( как будто в захолустье где они жили было куда ходить), ни с кем не общается ( как будто было много желающих). Н. был не совсем согласен с отчимом. Просто Н. жил в городке, местное население которого читало максимум две-три книги за всю свою жизнь. Н. же, к своему несчастью, уже прочёл более пятидесяти, и не желал останавливаться. В данный период своей жизни он не мог жить без перелистывания страниц, а общение с людьми и прогулки только отвлекали его от этого занятия. Но семья Н. надеялась, что грядущее событие сможет его растормошить. Дело в том, что в их семейном бюджете скопилась солидная сумма денег, и они решили потратить её на приобретение нового автомобиля для отчима, а старый отдать Н. Это были жигули шестой модели белого цвета. Отчим содержал эту машину в абсолютной чистоте и исправности, поэтому нельзя было поверит в то, что ей уже 20 лет. Машина нравилась Н. Руки так и рвались к рулю и магнитоле, репертуар песен отчима ему не нравился, а свои Н. мог слушать только в наушниках. Но это исправимо, уже завтра ключи от этой машины будут звенеть у него в руках. Да, Н. любил этот автомобиль. Он называл его: «Кит», в честь великого белого кита из «Моби Дика».

–Когда неудачнику повезёт, он сможет осознать это? – задав себе этот вопрос, Он вставил наушники в уши и прибавил громкость.

На работе Н. мог думать о чём угодно кроме работы и своих обязанностей. Он знал их наизусть, выучил ещё во время учёбы в колледже. Но столкнувшись на работе с тем, что их можно иногда игнорировать, научился игнорировать их всегда.

Сутки прошли тихо. Как и все сутки за последние пол года. Н. проснулся в пол седьмого утра и попытался подняться с койки. У него не получилось. Он обленился за два года этой работы и признавал это. В 6 : 45 Ему удалось подняться и обуться. Спали всегда в одежде, чтобы не одевать боевую одежду поверх голого тела в время внезапного ночного выезда. Потом Н. поплёлся завтракать. Несколько его коллег уже принимали утреннюю трапезу. Они были стариками. Возраст контингента части, где работал Н., начинался от тридцати восьми лет и заканчивался шестьюдесятью годами. Ему же недавно исполнилось двадцать один год. Начались обычные утренние разговоры, в которых Н. не принимал участия. Говорили о машинах, военных программах просмотренных вчера и , конечно же, о том как хорошо было раньше.

–Когда тебя окружают старики то ты сам старик – подумал Н., допивая кофе который не бодрит.

Он уже чувствовал, как превращается в старика и ужасался этого. Именно поэтому Н. и решил уволиться. Сбежать от этих мумий, чтобы не стать одной из них. Хотя побег это и не решение вовсе, а инстинкт. Если животному не нравиться новое место – оно уходит, если человеку не нравится новая работа – он увольняется. И тому и другому невдомёк, что если немного постараться, то вполне можно выжить где угодно.

Допив напиток, Н. отправился наводить порядок на территории. Процедура заключалась в следующем : нужно было взять метлу и делать вид что ты усердно трудишься. Это продолжается до приезда начальника, который объявляется спустя 30 минут после начала работы. Через это время он и пожаловал на своей белой иномарке.

После проведения развода Н. поспешил переодеваться в свою гражданскую одежду. Он начал ненавидеть форму не так давно. С начала она была просто неудобной, но он надевал её каждое утро, перед тем как поехать на работу. А после года работы Н. перевёз её в часть и переодевался уже непосредственно там. Но бушлат Н. носил всегда, так как это очень хорошая замена зимним курткам.

Отчим с мамой уже ждали Его рядом с частью в новенькой двенадцатой зелёного цвета. Название для неё пришло Н. в голову, когда он выходил из части, и сев в салон немедленно его озвучил.

–Акула.

–Почему акула?– без удивления спросил отчим. Он уже привык к закидонам Н.

– Она быстрее кита. Кит идёт по дороге как по волнам медленно, наслаждаясь движением. Акула же летит вперёд сломя голову. Такой тип машины как раз для тебя, ты любишь гонять.

– А ты как будто не любишь?

– Нет. По мне лучше слушать музыку на скорости 50 километров в час, чем глохнуть от мольбы своих пассажиров об остановке на скорости 160.

Отчим засмеялся, знакомая ситуация. Он уже слушал мольбы Н., и не раз.

–Что ж, теперь сам будешь на колёсах – сказала мама и протянула Н. ключи от Кита.

–Спасибо – сказал он, приняв этот дар – уже не терпится попробовать.

План сработал! Впервые за долгое время её сын проявил интерес к чему либо, кроме чтения книг. Мама была на седьмом небе.

–Тогда сегодня вечером и начнём учиться вождению – сказал отчим – всё равно как только мы приедем домой ты завалишься спать.

– А вот и нет – возразил Н. – как только мы приедем я отправлюсь мыть Кита. Хочу чтобы он блестел когда я сяду в него.

Когда они приехали домой Н. уснул. Он всегда вырубался после работы, даже если всё было спокойно. Его разбуди знакомые слова отчима.

– Вставай, работяга! Дела есть.

Н. поднялся полный энергии и начал одеваться. Через две минуты Н. вышел на улицу, где его ждал отчим, сидя в Ките. Отчим отвёз его за пределы городка к полевым дорогам, которые уже успели просохнуть от дождей.

– Так, вот это переключение скоростей. Эти педали отвечают за газ, тормоз, и сцепление. Нажимай на них плавно и не делай ничего резко, знаю я тебя.

–Эй! То, что моя работа заключается в том, чтобы всё ломать, совсем не значит что я и в самом деле такой.

– Так ты всё через психи и делаешь. Даже во сне дёргаешься. Надо будет тебя привязать, чтобы не свалился на пол.

Сказав это, отчим засмеялся. Н. тоже засмеялся, хотя это было не очень смешно. Просто у отчима был на редкость заразительный смех. Когда они смотрят вместе комедию, которую Н. уже видел, стоит отчиму засмеяться и через секунду они уже вдвоём вытирают слёзы. Да, смех отчима уникален. Хотя Н. не сразу его услышал. В памяти всплыло первое появление этого человека в его жизни . Это случилось в июле прошлого года. Тогда разбился дядя Н., и они с мамой приготавливали посуду и мебель для поминок. Мама предложила позвать помочь её знакомого. Н. уже тогда подозревал, что у матери кто-то есть, но не предавал этому особого значения. И вот этот кто-то предстал перед Н. Маленький, где-то метр пятьдесят, красный как рак ( он сильно обгорел потому что работал всё лето на комбайне) худой человечек протянул Н. руку и представился. Отчима звали точно так же как и отца Н., что было очень удобно. Он был до смешного простой внешности, разве что подбородок был весьма волевой.. Подробнее изучив его биографию Н. был шокирован уникальностью этого человека. Дело в том что большую часть своей жизни он провёл будучи некому ненужным пьянчугой и не раз сидел в тюрьме, но не смотря на это он сумел остаться весьма приличным человеком. Бросив пить и курить, он встретил маму Н. и теперь у отчима есть свой дом, работа и машина. Чистейший эталон везения. Так Н. мог охарактеризовать отчима. И всегда добавлял : « Глядя на него можно понять, что каким бы ты не был неудачником, тебе обязательно повезёт». Через неделю после похорон он переехал к ним и с тех пор приносил исключительно пользу для дома и хозяйства. Сам дом у них средних размеров, как и участок земли, вокруг него, на котором они с отчимом в то же лето построили баню, и сделали новый забор по всему периметру участка. Отчим был очень трудолюбив и мог зарядить своими порывами даже Н. За последующий год у него спал кроваво-красный загар, сменившись розовым нежным цветом, а его кости, обтянутые кожей, обросли жировой прослойкой сантиметра в три, а впалый живот сменился небольшим пузом.

В общем и целом отчим был неплохой заменой отца Н., а эти уроки вождения ещё больше сблизят их. Пока Он размышлял об этом руль немножко вышел из-под контроля Н. и Кит въехал в поле.

–Куда?!– вскрикнул отчим – Я же говорил тебе аккуратно и плавно!

–Да ладно. Извини, задумался – сказал Н., сдерживая приступ паники – мы же не сильно убились.

– Наше счастье. Разворачивай домой.

Он врубил задний ход и слишком резко выехал из поля. Облако пыли ненадолго поглотило их.

– Как только доедем до улиц – меняемся местами. Сейчас там наверное полно детей.

– Хорошо. Но я же неплохо справился, да? Даже одной рукой вёл.

– Ага. Прямо в поле и завёл.

– Не всё получается сразу. Через неудачи мы набираемся опыта.

– Только не в этом деле. Тут либо знай и умей, либо не рискуй. Ты не лети вперёд, научись основам.

Основам они учились всю следующую неделю. Когда Н. овладел всеми манипуляциями, и отчим позволил ему ездить по улицам, не опасаясь за людские жизни, ему осталось отработать всего одну смену, и Н. решил добраться туда с определённым шиком.

– У тебя нет прав – возразила мама – первый же патрульный отберёт у тебя ключи, и ты опоздаешь на работу. Дурью не майся – любимое высказывание мамы в адрес Н.

– Видишь вот это? – Н. показал ей маленькую красную книжечку – моё удостоверение спасателя. Помнишь я ездил сдавать на него прошлым летом? Меня ещё тогда заставили учить билеты, хотя это и не было нужно, нам их выдали просто так. И эта поездка того стоила, мне потом объяснили. Когда тебя останавливают на дороге, а права ты забыл, просто включаешь истеричку. Кричишь, что опаздываешь на работу и тянешь инспектору это удостоверение. Тебя отпускают сразу же.

На маму это не подействовало. И она закатила скандал по поводу безответственности Н. к машине.

– Что ты несёшь?! Вот бросят тебя на дороге и будешь там мёрзнуть!

– Да у меня всё равно последний день, мама. Можно вообще не ехать.

– Твой отец никогда на работу не опаздывал! Даже когда с похмелья болел в 8 утра, как штык был на работе. Чистый и гладко выбритый.

В голове всплыли воспоминания, которые Н. старался утопить уже три года.

– Я не мой отец. И как он я делать не буду. Он на этой работе умер и ни хрена не нужно стало всё что он для неё сделал.

Н. заметил, что это на маму подействовало.

– Да пусть едет – вмешался в разговор отчим, который только зашёл домой после своих повседневных работ во дворе – Если заберут машину позвонит мне и я за ним приеду. У меня всё равно выходной завтра. Но если заберут машину – теперь отчим обращался к Н. – мы не станем её забирать. Денег не хватит.

– Ловко. – подметил Н. – Но я готов рискнуть.

И риск того стоил! Н. доехал до работы без происшествий. В такую рань ( он выехал в 6 утра) на дороге не было ни одного инспектора. На работе Н. встретили с большим радушием, иначе чем начальника. Его просто любили больше, так всегда бывает с молодыми в коллективе стариков. И после того как Н. выслушал огромную подборку великолепных приколов по поводу его автомобиля ( в части все ездили на иномарках) он начал отвечать на вопросы относительно своего будущего. Куда он подался? Где будет жить? Есть ли у него хоть какой-то план действий? Н. решил поступить как все у кого плана нет – начал врать по полной. Работать Он устоится в городе, его туда уже зовут. Жить он будет в квартире. А в планах у него переехать в столицу на ПМЖ лет так через пять.

Последний день пребывания Н. на работе был так же богат на события, как и первый – их не было вообще. На утро следующего дня он забрал все свои документы, сдал свою форму, сел в Кита, и, выезжая за пределы части, поклялся сам себе больше в этом месте не появляться. Наступил май. Целое лето в его распоряжении. Н. решил, что это будет его отпуск. Четырёхмесячный выходной бездельника, которым он считал себя только частично, перед поиском другой, неизвестно какой работы. Он объездит местные деревушки, городки, и прочие хоть немного интересные места в поисках чего-нибудь интересного. А если он этого не найдёт, что весьма вероятно, будет повод поездить по окраинам под приятную музыку.

2.

Очередная вылазка слегка затянулась, до полуночи. Всё дело в красивых и удобных улицах – было одно удовольствие ездить по ним на Ките, дорога практически не чувствовалась. Этот городок был явным исключением из всех, где Н. успел побывать. А база собралась не маленькая. Он уже ехал домой, когда увидел на дороге голосующего.

– Почему бы не забрать у таксистов клиента?– подумал Н. и начал тормозить.

В любой другой день Н. проехал бы мимо, точно так же как проезжали мимо него, когда он был на месте голосующего. В любой другой день, но не в этот. Ночь, собственная машина с его любимой музыкой. В такие моменты ощущаешь себя выше любого головы на две. Почему бы не помочь одному из этих нищебродов? Чтобы ему было о чём рассказать детям. Краткий миг удачи в жизни этого неудачника. Каждый этого заслуживает. Интересно, а водители, которые подвозили Н., думали так же?

Пока Н. размышлял об этом попутчик уже подошёл к Киту. Он смог остановить его в пяти метрах от попутчика. Просто Н. никогда не останавливался на ночной дороге, поэтому вышло слегка кривовато.

– Подбросишь? Тут не далеко.

– Конечно. Садись.

– Только у меня по деньгам ничего нет – сказал попутчик уже присев рядом с ним.

– Чёрт. – подумал Н. – первый в жизни попутчик и сразу бесплатный.

– Дело в том, что мою карту заблокировали – начал врать попутчик.

–Ничего страшного – сказал Н. – у всех бывают такие дни.

Как только Кит тронулся, попутчик закурил сигарету и начал говорить как он кутил во времена своей молодости.

– Какая к чёрту молодость? – подумал Н. – Ты максимум на 5 лет старше меня.

Н. решил проверить свою догадку.

– А сколько вам лет, дедушка?

– Двадцать девять. – ответил попутчик после того как вдоволь посмеялся над вопросом Н.

Спустя пять минут езды попутчик считал Н. практически лучшим другом. Наверное это из-за того что Н. его подвёз, по словам попутчика это было вопросом жизни и смерти. Хотя Н. всегда нравился людям при первой встрече. У него был своеобразный талант – производить хорошее первое впечатление на людей и портить его впоследствии.

– Скоро приедем уже. – сказал попутчик – увидишь дом с красными окнами останови у него. Хорошая у тебя машина! Хоть и временем немного стёртая. У меня было две таких, и обе я разбил с друзьями.

Дом с красными окнами вырос в следующее мгновение справа от дороги. Такие большие дома были при въезде в каждый городок, в который заезжал Н., но этот отличался от них. Он даже удивился тому, что не заметил его, когда заезжал сюда днём. Должно быть, Н. начал привыкать к однообразию местности и исключения из этого разнообразия проходят мимо его притупившегося взгляда.

На этот раз Н. остановил Кита всего в трёх метрах от места, где планировал остановиться изначально.

– Слушай – протянул своим мелодичным голосом попутчик, переводя взгляд с Н. на дом. – Мне, впервые в жизни, стыдно перед кем-то. Хороший парень решил меня подвезти, избавив от стояния на тёмной дороге и смерти на этом холоде, а мне даже заплатить ему нечем.

– Какой ещё холод? – подумал Н. – на улице поздняя ночь, но даже мне хочется ехать без майки, а я тот ещё мерзляк.

А попутчик продолжал.

– Видишь ли, этот домик – он показал пальцем на усадьбу. Дом был реально очень большой – самое популярное место в этой дыре. Его ненавидят все и в тоже время хотят туда попасть. Но пройти можно только тем, у кого есть специальный пропуск.

Выделив последние слова, попутчик похлопал по нагрудному карману своей зелёной рубашки.

– Я сейчас сделаю первое в своей жизни доброе дело не в угоду себе. Я вручу тебе такой пропуск и проведу экскурсию. Ты же никуда не торопишься?

На минуту Н. задумался. Попутчик не казался ему особо опасным человеком. Обычный раздолбай в рваных джинсах и рубашке. Прожигатель жизни, не имеющий понятия о том, как правильно её прожигать. Нашёл место по себе и решил задержаться там на неопределённый срок. Такие люди мало опасны, потому что до остальных людей им нету особого дела. Но Н. не знал, что за люди находятся в этом «домике». И это незнание поневоле напрягало. Какова вероятность того, что Н. найдут в ближайших кустах с пробитой головой, рядом с подожжённым Китом? А может он заведёт себе кучу друзей этой ночью, с которыми проведёт лето? Дилемма не решалась особо быстро, а попутчик уже начал стучать пальцами по торпеде и меняться в лице.

– Ну так что, приятель? Да ты не бойся, мы насилием не увлекаемся. Слишком долго времени будет уходить на то, чтобы закапывать трупы. –попутчик издал слегка истеричный смешок – и к тому же, это моё первое доброе дело не в угоду себе. Нужно сделать всё красиво.

Н. оценил расстояние от входной двери дома до Кита. Ему хватит нескольких секунд, чтобы преодолеть его и уехать. Только бы аккумулятор не подвёл.

– Почему бы и нет? Пошли.

Они вышли из Кита и направились к дому. На входе не было ни одного человека, и Н. удивился этому.

– Если туда хотят все попасть, то почему бы просто не зайти? – подумал Н. – скорее всего охрана стоит внутри.

Когда они попали внутрь дома, Н. понял, почему попутчик мёрз в такую жару. Н. видел таких мерзляков только в определённых фильмах или видео, о некоторых даже читал, когда было скучно. И даже не думал когда-нибудь увидеть эту причину вживую. И вот он подвёз эту причину до спасительного дома. Ломки. Попутчика просто ломало от того что его организм был чист от того, что он употреблял.

При входе в «домик» лежало большое количество бутылок. Настолько большое, что дверь не открывалась полностью. Пройдя чуть вперёд, Н. увидел лестницу. Похоже, у этого дома был очень большой чердак, и хозяева решили сделать из него второй этаж, а самодельная лестница вела туда. Сама лестница удивляла. На первой ступеньке большими белыми буквами было написано «Лестница Иакова». Лестница была деревянная и поэтому надпись была видна очень отчётливо. На всех остальных ступенях ( их было всего 12) были написаны имена, даты, какие- то лозунги. Чистый полёт фантазии людей под хорошим настроением. Предел искусства для одних, воплощение бреда для большинства.

Слева от лестницы был небольшой коридор, упирающийся в стену. Справа от неё был проход, ведущий в другие помещения сделанный, видимо, после постройки дома. Наверное, дом изначально предназначался для двух семей, но что-то пошло не так и нынешние хозяева решили сделать из него общее жилище, проделав в разделяющей стене такие самодельные ходы.

Попутчик повёл Н. в проход справа от лестницы со словами : «С начала покажем тебе нашу гостиную». Гостиная представляла собой просторную комнату с большим столом посередине, похожий на покерный. За ним уже сидели несколько человек и играли в карты. Вместо фишек были маленькие круглые печенки и марки с ЛСД (Так подумал Н.), иначе кто будет принимать их за ставку? Хотя и печенье за ставку заходило неплохо. И все сидели на диванах, расставленных вокруг стола. Н. осмотрелся по сторонам. Свет был тусклый и обзору мешал сигаретный ( и, видимо, не только) дым, аурой покрывающий все помещения дома, поэтому приходилось щуриться. Везде были диваны. Один прямо слева от входа в комнату, ещё два других справа под окнами, закрашенными красной краской. В дальней стене гостиной, слева от стола были две двери, ведущие в другие комнаты.

– До чего же этот дом огромен! – подумал Н. – предназначен не меньше чем для двенадцати человек!

Попутчик начал знакомить Н. с игроками в карты. Играли две девушки и два парня. Сплошные клички. Наверно они употребляли так долго, что собственные имена уже исчезли из их голов.

– Считай слева направо – сказал попутчик. Но когда начал называть имена-клички показывал пальцем справа налево – Шик, Имя, Рагу, Тора, и малютка Вишенка.

Шик был самый растрёпанный из всех, с двухнедельной бородой и руками по локоть в чём-то напоминающем мазут. Одет он был в такую же рубашку как у попутчика, видимо он ему её одолжил, и потёртые бриджи. Имя была худенькой девочкой с короткими волосами цвета сигаретного пепла. Из одежды на ней были лишь чёрная майка и трусики. Она сидела рядом с Шиком и ничуть не стеснялась своего внешнего вида. Рагу и Тора были близнецами. Рагу был одет в зелёную клетчатую рубашку и зелёные рваные брюки, а у сидящего рядом Торы из одежды были лишь синие джинсы, вручную обрезанные до состояния бридж. На шее у Торы была тоненька цепочка со звездой Давида. Вишенка была самая крупная из всей компании. Весила килограммов 70. В остальных было максимум по 50. Видимо совсем ничего не ели, кроме своих продуктов. Одета он была в лёгкое вишнёвое платье, заляпанное чем-то непонятным. Кроме неё все были босые, наверное дом они покидали редко.

– Вы хозяева? – спросил Н.

Все засмеялись от этого вопроса.

– У этого дома нету хозяев и гостей – сказал Тора, всё ещё посмеиваясь. Голос его так и веял беспечностью – Ты на территории свободной от стереотипов мира, который находиться за входной дверью.

– Почему тогда сюда трудно попасть? – спросил Н. у Торы. Видимо за этим столом он вёл беседы с пришельцами, остальные продолжили играть. – ведь на входе нет ни охраны, ни просто кого-нибудь.

– Сюда может зайти любой, если действительно этого захочет. Они спрашивают у нас : «Можно ли войти?». Мы отвечаем : « Пока что нет. Подождите и вас пригласят». И они ждут. Вход свободен, но без приглашения они войти не могут. Хоть ничего не мешает им просто проникнуть сюда, оковы вежливости не дают им и шагу ступить в направлении к входной двери. И они сидят рядом, пока им не надоест. Потом просто уходят.

– Но мне сказали, что вход сюда строго по пропускам.

Все снова засмеялись. Попутчик похлопал Н. по плечу.

– Парень что надо, да? – сказал попутчик улыбаясь – хоть и не в теме. Но это легко исправить. Он просто спас меня на этой ледяной дороге. Кстати о спасении. Мне нужно, уже ноги подкашиваются.

– Сходи на кухню, там тебя ждёт порция. Этим летом зелёные дают хорошие плоды. – сказал попутчику Тора. Тот заулыбался, видимо что-то понял и потянул Его за собой.

Кухня находилась в конце коридора, который вёл в тупик. Слева от тупика был проход в другое, большое помещение. У левой стены стояли три газовых плиты, на которых что-то готовилось на маленьком огне в маленьких кастрюльках. У правой стены стояли два грязных стола и два менее грязных комода с тремя отсеками в каждом. Окон не было, источником света служила почти исчерпавшая себя лампочка, в свете которой разглядеть всё помещение Н. не удавалось. Попутчик подошёл к плитам и начал одну за одной открывать кастрюльки. Найдя желаемое, он перенёс одну из кастрюлек на стол, достал из-од него маленькую табуретку и уселся.