Без

Без звука

Тишину очень трудно обрести. Всякий раз, когда Тимур пытался найти себе тихое место для медитации, ему приходилось слышать различные отвлекающие звуки. Современный мир практически не оставил шанса для бесшумной изоляции, так распространенной в дикой природе в пустынных местах вроде Сахары или Северного полюса, если оттуда убрать мощные ветра. Заснеженные многокилометровые просторы или же бархатистые рыжие дюны, волнами уходящие к горизонту, – возможно именно в такой обстановке звуки исчезнут, оставив человека наедине со своими мыслями и фантазиями.

В городской среде Тимур мог мечтать об идеальной тишине. Он постоянно рылся в интернете, периодически заходя на разные сайты, где люди испытывали тишину, используя определенное оборудование и звукоизоляцию. Тем не менее, звуки все равно пробивались, присутствовал какой-либо фон или шум, еле уловимый слуховыми органами. Экспериментаторы об этом писали и рассказывали, снимая видеоролики-отчеты. Тимур смотрел на все это и расстраивался. Ведь ему всего лишь нужно медитировать в беззвучной атмосфере, словно он находится в космическом пространстве. К сожалению, как он сделал вывод, подобное невозможно.

Впрочем, затею по созданию тишины Тимур не бросил. На следующей неделе он приступил в очередному темному диггерству в анонимной среде защищенного интернета под названием «Бук». Данная сеть давно стала популярной среди пользователей со всего мира, так как там люди могли нелегально добывать бесплатные программы, пароли к взломанным приложениям, кинофильмы, сериалы для взрослых и все то, что запрещалось в обычной интернет-среде. Тимур как раз желал информацию о тишине и о том, как ее можно породить. Кто-нибудь наверняка это знает на форумах «Бука».

Он забивал в поисковик данные, листал ветки форумов, читал комментарии. Пока что результат нулевой, если не считать болтовни о специальной комнаты, где стены сконструировали таким образом, что звук поглощался ими на 90%. В такой комнате добровольцы и научные сотрудники сидели минут по двадцать. На большее их не хватало. Тимур заинтересованно прочитал темы «комнате без звука» и «легендарная комната». Конкретно ничего не нашел. Болтовня одна с догадками, вот что там накопилось.

Намек на успех сверкнул на ином вебсайте, – буквально мизерного размера баннер в уголке, в виде рекламы. Высвечивающаяся чуть-чуть мигающая картинка говорила о какой-то научной компании с комнатами тишины. Якобы они сконструировали поглотители звуков. Приборы воссоздавали эффект безвоздушной атмосферы, словно переносили человека в безвоздушный космос. Фейк ли это, Тимур призадумался, заранее понимая, что посещение данной компании может превратить его в идиота, поверившего плешивой конторе фокусников.

Нажав на баннер, парень перешел на сайт фирмы «Звук.нет». Он сильно сомневался в подлинности данных, описывающих работу научных сотрудников. Эдакие великие гении, нашедшие путь в беззвучную среду, если верить размещенным на портале описаниям и отдельным статьям про акустические явления. Почему научные руководители «Звук.нет» не объявят об своих открытиях в СМИ или где-то еще?

Тимур пока оставил сайт открытым, записал на листок телефоны и адрес компании. Сделав это, порылся в новостных источниках. Ни на одном интернет-ресурсе нет статьи об акустических исследованиях. Нет и упоминания лиц, связанных с компанией «Звук.нет». Пусто, скрыто и подозрительно. Тимур ожидал отсутствие информационной базы в официальных банках данных, однако такое бывает у редкостных сволочей, показывающих нелегальный ужас в сети «Бук». Но почему простая научная организация боится показывать себя внешнему миру? Странное дело, осевшее в мозгу Тимура. Не дающее полноценных ответов и разжигающее любопытство.

Позвонить и назначить встречу с администратором компании «Звук.нет» Тимур решился спустя пару дней. До того он ночами лежал с открытыми глазами, медленно засыпал и еще медленнее просыпался ближе к утру. Находка не давала нормально жить. То, что предлагала компания «Звук.нет», – вакансию временного работника – парень воспринимал, как некий заговор. Есть вероятность того, что это мошенники. Да и увольняться с прежней сферы деятельности не хотелось, так как это эквивалентно потере насиженного гнезда, а новый вить слишком сложно и долго.

Никто не запрещал Тимуру выбрать подработку. Если представители фирмы согласятся принять его в ограниченное время, то почему бы не побывать в их исследовательском подпольном центре. Что и вдохновило парня на звонок.

– Профессор Акулин слушает. – Сказал хриплый голос.

– Здравствуйте, я хотел бы узнать, свободна ли временная вакансия.

– Хо-хо! Конечно свободна. – Радостно заскрипел ученый на том конце провода. – Можете приходить в любое время, а… извольте спросить, как вас зовут, молодой человек?

– Я Тимур. Хорошо, профессор, я приеду, если можно завтра вечером.

– Хорошо, отлично! Великолепно, Тимур. Только возьмите с собой мобильный телефон и паспорт, а… и не волнуйтесь, работа не пыльная, простая, как барабанная дробь.

Тимур не успел еще слова вставить, как связь оборвалась. Телефонная линия холодно гудела в ухо, апатично шелестя помехами. То ли просто сбой, то ли этот Акулин не любит много болтать. По первому впечатлению профессор показался Тимуру достаточно интеллигентным человеком, позитивным и доброжелательным. Но вот его резкий уход с линии связи вызвал диссонанс.

Приехав по нужному адресу, Тимур остановился у ворот предприятия ООО «Медь». Судя по ржавым воротам и пустотелому внешнему виду самих зданий, тянущихся на десятки этажей ввысь из-за высокого бетонного забора, производство изделий из меди давно прекратили. Тимур пробежался глазами по грязным окнам, рамам, лишенным стекла, немалым трещинам в стенах, – зрелище даже приятное, так как вызывало воспоминания о нескольких играх, где персонаж бегал по таким же забытым людьми локациям, стреляя из пушки во врагов. Реальность более привлекательна в таких случаях, поэтому Тимур не отказался бы побегать по заводским помещениям и цехам, держа в руках настоящий «калаш», конечно же, с холостыми или ненастоящими пулями в рожке магазина. Насладиться такой игрой мало кому удается даже на территориях крупных городов, где маловато построек, покинутых жильцами.

Оборвав мечтательные мыслительные процессы, парень переключился на насущные задачи. Он распахнул ворота, лишенные замка или какого-либо ограничения и прошел во «внутренний двор». На деле же это и не двор вовсе, а какое-то «футбольное поле», широкая площадь с поставленными то тут, то там административными многоэтажками и цехами. Повсюду валялся мусор, бутылки и груды рыжего окисляющегося на влажном воздухе металла в виде прутьев, листов и всяких непонятных деформированных железяк. Несколько автомобилей стояли в ряд, возле самого целого и самого скромного двухэтажного здания, не лишенного окон, дверей и, скорее всего, наличия в нем людей. Один высокий индивидуум стоял и махал Тимуру рукой прям у входа.

Так паренек и познакомился с одним из работников компании «Звук.нет». Тот сопроводил Тимура до кабинета с табличкой, говорящей о том, что баллом правит профессор Акулин. Тимур этому не удивился. Руководство научных учреждений, как правило, состоит из доцентов, бакалавров и других громко говорящих любителей тайных знаний природы. В качестве помощников мудрецы брали себе студентов последнего года обучения, как раз, когда человек уже заканчивал обучение. Тимур, оказавшись в обществе акустиков, ну или персон, изучающих «звук», убедился в стандартной схеме построения социума. Вокруг непонятных электронных приборов, подключенных к компьютерам, и рабочих столов суетились молодые умы, а из кабинета в кабинет периодически вышагивали более старшие ученые, выдающие приказы и трясущие бумажками с данными. Кто-то кого-то тихо материл, кто-то с кем-то без умолку чесал языком, произнося акустические и физические термины, выходящие за рамки школьных знаний.

Высокий сотрудник кивнул в сторону приоткрытой двери и ушел по своим делам. Тимур пожал плечами и зашел в кабинет. Стол занимали груды бумаг и сам профессор. Лысый и покрытый мелкими родинками, он носил очки с квадратными линзами и еле слышно бормотал себе под нос. Дернувшись, Акулин поднял взгляд и широко улыбнулся.

– Молодой человек, присаживайтесь. – ученый поманил пальцами на стул напротив стола. Тимур принял приглашение. Его рот открылся, дабы вылетела «птичка с вопросом», но профессор опередил сей порыв.

– Извольте расскажу, что вам предстоит делать. Работа, как и говорил, непыльная. Легкая, простая, словно, а… ну скажем так, словно два-три раза посидеть на стуле и почитать книжку. Хотя оплата будет высокой. Как вам такое, а?

– Ну хорошо. Вот паспорт. – Сказал Тимур и показал документ, подтверждающий личность. – И телефон я не забыл. А зачем, кстати, смартфон-то, профессор?

– А… телефон, телефон. – Задумчиво повторил лысый очкарик в летах. – А он пригодится нам во время работы. Ну, собственно, давай расскажу, что именно ты будешь делать, Тимур.

И профессор поведал парню, что случится далее. С его слов, Тимур должен будет посидеть в одном наглухо запертом холодильнике по несколько часов в день. Оплату обещали высокую, что ввергло паренька в изумление. Такие деньги и за что? За ничегонеделанье в пустой камере? Правда там будет прохладно, как ранней весной, до плюс пятнадцати по Цельсию. Тем не менее, работа действительно легкая.

– Профессор, почему такая зарплата за подработку? Мне придется что-то глотать, таблетки какие-нибудь экспериментальные, или что иное?

– А вот это уже тебя не касается, хохохо! – Весело буркнул тот, пригрозив пальчиком. – Секретики знать не каждому дано, молодой человек. Если серьезно, то, а… назовем это коммерческой тайной. Мы кое-что разрабатываем для высокопоставленных людей. Пока технология засекречена. Если ты не согласен с такими, а… условиями, то можешь ехать домой.

– Нет, нет. Я согласен! – Тут же замахал руками Тимур. Ради приличной суммы он готов перетерпеть и мороз, и стужу, и все круги Ада. Только побаивался замерзнуть и простыть. Но за один сеанс дадут сотню тысяч рублей. Невиданная щедрость от работодателя. Тимур не сильно любил рисковать, однако с такими деньгами он сможет купить себе некоторые вещи, взяв мечту буквально в руки. Да и девушки начнут на него смотреть с уважением. Особенно Ника из соседней квартиры. Тимур годами пускал слюни на эту красотку. А то, что она уже жена с ребенком, его не волновало. Став богаче, парень сможет увлечь Нику в постель. Подарит ей золотое украшение, либо просто билет на Гоа… и за это Ника ни то, что себя отдаст на одну ночь, а может и станет постоянной любовницей. Размечтавшись, Тимур позабыл о профессоре. Тот что-то бормотал.

Потом Тимура хлопнули по плечу по-дружески, выбив из головы заоблачные мысли.

Теодор Акулин стоял над ним, почти вплотную. Не отрываясь вперился в него каким-то тяжелым взором. Тимуру от этого стало не по себе. Он кое-как оставался спокойным, а хотелось отодвинуться куда-подальше. Затем профессор словно смягчился, слегка оттаял. В глазах заиграли веселые оптимистичные нотки, как у любого старика из сказки.

– Ну что, Тимур! Ждем тебя завтра ближе к вечеру. Как освободишься на своей основной работе, беги к нам. Твой первый рабочий сеанс займет всего два часа.

– Х-хорошо. – Выдавил парень.

На том и попрощались.

У ворот с надписью ООО «Медь», где мягкий знак практически стерся, Тимура встретил все тот же высокий долговязый мужчина. В общении с ним парень выяснил, что зовут помощника Филиппом. И работал он на должности лаборанта-техника. По-простому – делал оборудование, чинил электронику и все такое в том же духе. Заодно бегал вокруг профессора, помогая тому в некоторых вопросах. Филипп был спокойным и уравновешенным человеком, и снабдил Тимура кое-какими фактами о деле. Речь шла о разработке некого скрытого в стенах морозильника устройства, позволяющего создать беззвучную среду. Если и будут звуки, то исключительно от самого Тимура. Тут же Филипп добавил, что и эти акустические волны поглотятся устройствами, оставив подопытного без звука от слова совсем. Тимур ошибочно предположил о глухоте.

– Нет, ни в коем разе, друг мой. Ты останешься полностью здоровым. То есть, слуховые органы не пострадают. Мы лишь зафиксируем твои ощущения.

– А вы уже проводили опыты? – Вдруг догадавшись об этом, спросил Тимур, пока они шагали по лестнице, направляясь в нужное помещение.

– Проводили, – сказал тот уклончиво. – На животных. Сначала мышки, потом кролик, и еще собака профессора. Ее кличка Мазер.

– И как?

– А никак. – Пожал плечами тот, затем внезапно зазвонил смартфон в кармане. Филипп взял трубку и начал бормотать с кем-то, на своем техническом языке. – Так ты настроил фазу подачи? Нет, там надо датчик переставить в параметр ноль-плюс-девять. Дальше жмешь те же настройки и переключаешь на фазовую частоту до пяти килогерц…что? Акустический сдвиг равен пяти единицам? Ничего страшного, дружище! Просто следи за тем, чтобы стрелка на датчике не ушла в красную зону! Всё, мне надо человека посадить в комнату, потом поговорим!

И выключил связь. Экран смартфона погас, владелец улыбнулся Тимуру, театрально закатив глаза.

– И так каждый день. Некоторые знают теорию, но на практике не могут отличить микросхему от провода. – Пояснил Филипп.

– А-а! – Протянул Тимур. – Понимаю. – Хотя, чего он там понимал-то. Просто высказался из вежливости. Не хотелось попасть впросак перед молодым умником.

В комнату, или так называемый морозильник, двоица зашла непринужденно и быстро. Ничего сверхъестественного морозильная камера не показала. Сперва обычная обитая мягкой тканью дверь, далее квадратного типа помещение с голыми стенами с абсолютно гладкой, почти зеркальной, штукатуркой. В центре возвышался на небольшом постаменте одинокий деревянный стул. По какой-то неведомой причине предмет быта установили повыше. Чуть погодя Тимур отличил в углах комнаты небольшие дорожки отверстий вертикальными рядами, словно их прочертили пулеметной очередью. Дырочки одинаково малы и видны исключительно при ярком освещении. Свет лился из тонких ламп, встроенных в потолок.

– Как видишь, дело нехитрое. – Сказал Филипп, показав пальцем на стул. – Сел в него и сидишь, слушаешь здешнюю тишину. Запрет только один – нельзя спать. Справишься с такой задачкой, друг мой?

– Конечно. – Ответил Тимур, примерив попой сидение, обшитое кожей. Под тканью достаточно мягкий наполнитель, дискомфорта точно не будет.

– Ну, я пошел, через две-три минуты мы закроем дверь снаружи. И включим звукопоглотители. – С этими словами Филипп покинул порог морозильника.

– Стой, Филипп. – Вспомнил важный вопрос Тимур. – Слушай, можешь сказать, почему такие большие деньги за эту работу? Посидеть просто так на стуле и получить такие бабки… что-то даже не верится.

– Не беспокойся. – Махнул рукой тот и подмигнул «подопытному», бодро улыбаясь. – Не так-то просто сидеть в абсолютной тишине и ждать окончания рабочего времени. Ты через тридцать минут уже начнешь от скуки помирать. Наши ребята потому и не желают тут время проводить, хотя могли бы вместо тебя взять на себя такую роль. Деньги-то каждому нужны, сам понимаешь. Если выдержишь скучную и монотонную тишину, то деньги получишь. Тут просто все зависит от твоей психики. Я тебе даже пример приведу схожий. Берем космонавта. Его высадили на корпусе заброшенного корабля. Фантастика, само собой, но ситуация будет та же. Космонавт плавает в открытом космосе, держась за корабельные детали. Неважно, что он там делать будет. Чинить корпус, проводить исследования какие-то, а может, как и ты, сидеть или стоять на ровном месте. Но свои действия космонавт выполнит в космической тишине. Теперь прикинь, дружище, выдержит ли человек такое одиночество? Это мы и пытаемся выяснить.

– Круто! Это очень интересно. Я готов, короче.

Тимур некоторое время размышлял о волнующих его вопросах. Слыша, как щелкают замками, окончательно блокируя выход, парень осознавал всю нелепость ситуации. Ведь работники могут забыть про него, уйти по домам к концу дня. Ко всему прочему, что будет с его ушами при такой «звуковом голоде», не начнутся ли слуховые галлюцинации. Это, пожалуй, не так жутко. Парень впервые услышит несуществующие звуки, генерируемые мозгом. Как они будут звучать, какие образы принимать, – это тревожило Тимура не меньше, чем остаться тут на всю ночь, либо замерзнуть.

Не зря комнату называли морозильником. Холод вскоре коснулся ботинок и щиколоток, словно плотный туман под ногами. Видимо потому и поставили стул повыше, на прибитом к полу ящике. Дальше звуки внезапно испарились…

Тягучей массой тишина давила на уши. В голове чуть-чуть звенело. Такое бывает, когда человек оказывается за пределами города, посреди природы. Если сидеть и рыбачить на берегу озера в безветренную погоду, то можно ощутить всю силу акустического затишья. Едва слышны будут жужжащие насекомые. Где-то в середине тихих вод раз в пару минут лопаются пузырьки воздуха, покидающие подводный мир озера. Иногда улавливается движение всплывающей рыбы, берущей новую порцию воздуха. Тимур ездил на рыбалку десятки раз в жизни, с друзьями и родными, и он помнил звуки, издаваемые рыбкой, выпрыгивающей из зеленовато-синей толщи ради летающих стрекоз, жучков и мелкой живности, плавающей на поверхности водной глади. В морозильнике акустический вакуум, если можно данное явление так назвать, демонстрировал совершенно новый уровень восприятия природного безмолвия.

Плотная для ушей какая-то спрессованная атмосфера вызывала, прежде всего, звенящий в голове звук, усиливающийся до незначительной степени, играющий фоном, как далекий шум дороги. При этом звон тонкой струйкой как будто бы пронзал мозг насквозь, образуя звуковую дорожку от левого уха к правому. Где-то в центре сознания узконаправленное гудение расширялось. Получалась некая форма в виде сферы с тонкими двусторонними лучами. Тимур даже немного перепугался, а не отклонение ли это от нормы. Внутренняя вокализация мозга, слышимая только им самим, могла быть частью формантных частот. А могла и относиться к признаку болезни, начиная с неправильного кровотока в теле, образовывающего тот самый звон, как при контузии; и заканчивая нейронными сбоями, которые воспроизводили данный шум. Тимур вспомнил про иллюзии. Нервные клетки мозга просто-напросто кормили его «выдуманным» звуком. Парень задумчиво вдохнул и выдохнул, прислушиваясь к невероятно громкому потоку воздуха, бегущему по трахее и далее, в глубины грудной клетки. С той же силой тело покидал уже углекислый газ. В инстинктивном дыхании Тимур уловил инородные звуки, такие, как хрипота, какой-то свист и слабо различимые звуки, ни о чем ему не говорящие, но присутствующие при работе легких. Не так чисты оказались его дыхательные пути. Тимур даже предположить не мог, что стандартные звуки начнут вводить его в состояние животного страха. То его озадачивали свистящие отзвуки, исполняемые носом на выходе, то нервировали импульсивные и мощные стуки сердца, а то пугали не на шутку совсем уж левые щелчки и шорохи, рождаемые за спиной, рядом со стенами.

Именно последнее казалось парню каким-то глюком, чем-то искусственным, вне законов природы. Тимур пытался расслабиться. Не получалось, ладошки вспотели от напряжения, мозг всячески сигнализировал об опасности.

Щелчок. Он точно был. Парень мог бы поклясться, что слышал это. Ради того, чтобы не рехнуться от страха, Тимур благоразумно присобачил щелчок к поглотителю звуков. Переключился какой-то электронный тумблер, вот и проник в морозильник звук щелчка.

Но куда деть шорох? Насекомое? Маловероятно, учитывая критерий абсолютной тишины, необходимый для полноценной работы ученых в беззвучной среде. Тут и пылинки не должно быть, дабы человек на стуле не слышал, как эта частица «царапает воздух».

Шуршание все равно проникало человеку в мозг. Оно ясно давало понять, – что-то происходит. Что-то скрытое прячется в помещении. Наверное, какая-нибудь мошка залетела вместе с парнем, вот и ползает в уголке.

Тимур старательно отвлекал себя от нарастающих из-за страха гнетущий мыслей. Организм подсказал ему выход из положения, – парень периодически потирал пальцы. Ему нравился звук, возникавший при трении кожи, и это внушало уверенность в целостности рассудка. Раз есть звуки, привычные уху, то и с разумом все в порядке.

Сидя на стуле и медленно поворачивая голову, парень морщился от неприятных звуков, возникающих везде, где их не должно быть. Каким-то образом шейный отдел издавал целый ворох призвуков, от лопающихся микроскопических пузырьков в зоне позвонков до беготни крови под нижней челюстью, словно завывающий ветер с громкостью в 1-5% на плеере. И не назвал бы Тимур такую вот какофонию оглушительной. Нет, звуки вспыхивали на дальнем рубеже, растворялись мгновенно; либо оставались в голове подобно арабскому орнаменту, плавающему в океане воспоминаний после мутного сновидения. Его и не разглядеть, и не поймать руками, и не выловить детали узоров, и то же время память вырисовывала туманный образ, возбуждаемый психику.

Чем дольше паренек находился в морозильнике, тем реалистичнее казались ему жутковатые колебания акустических волн, коими пропитан воздух в помещении. Чтобы исключить лишние переживания, Тимур застыл, как статуя. Анализируя дыхание и все то, что уши «собирали» от организма в виде хрипов, свиста, гудения крови, пузырящихся слюней, хлюпанье языка в ротовой полости, поскрипывания зубов и прочих составляющих музыки тела, парень понял нечеловечески поразительную вещь: внешние звуки действительны.

Он буквально подпрыгнул, «краем» ушной раковины выловив опять щелчок. Последующий шорох заставил сердце опуститься в пятки.

– Боже! – Пробормотал паренек. Прошептал это. В дикой тишине он словно прокричал веками живущее в человечестве слово, призывающее Бога, а не произнес через щель между губами.

Страх уже схватил парня за душу и не отпускал. Пусть даже дьявольские звуки и едва различимы, пусть они и принадлежат оборудованию за стенами или в стенах, несмотря на это Тимур боялся. Паника наползала на сознание, душила все здравые рассуждения и уговоры самого себя успокоиться.

Он минутами одолевал страх, и тут же заново слышал щелчок с какими-то шорохами. Паника захлестывала мозг мощным цунами, Тимур вскакивал со стула, осматривал стены. Никто ему не запрещал ходить кругами, что он и делал. Останавливаясь, Тимур вслушивался. Нет никаких щелчков и глупых шумов, у него просто галлюцинации. Замерзли ступни в ботинках. Морозилка оправдывала себя, ледяным слоем окутывая ноги подопытного «кролика».

«Точно! Этот Филипп так и не ответил, куда делись животные!» – Присев на стул, подумал Тимур. В этот раз дурацкие пугающие звуки прозвучали в разы громче. Парень вскрикнул.

Его терпение закончилось. Почти.

Тимур подскочил к двери, тяжело дыша, сжавшееся сердце стучало под действием адреналина. Вот-вот он сожмет кулаки и начнет долбиться в дверь, поддавшись панике. Выпученными глазами парень искал источник щелчка. Он слышал каждый гребаный орган, – как болтается и импульсивно подпрыгивает сердце, сокращая желудочки, как сипят легкие, как ревет кровь в сосудах, как хрустят и гулко трутся друг о друга кости, как в голове зудят нейроны…

Шорох повторился и сказал о себе так четко, что отпали все хреновы сомнения. Тимур тут не один.

Его выпустили через неопределенное время. Частично он подзабыл окончание сеанса, перейдя в состояние какого-то транса, подаренного травмированной психикой. Вывели его из фрустрации при помощи нескольких кружек горячего сладкого кофе. Профессор сидел напротив и с довольной гримасой следил за «пациентом». Приходя в себя, Тимур еще и побаивался того, что его отправят в психушку, не заплатив нужную сумму за работу. Ну нет, так просто эти «ученые» от него не избавятся!

– Со мной все в порядке. Просто с непривычки испугался тишины. – Пояснил паренек, отставив стакан и вставая. – Извините, я уже насиделся. Как я могу получить оплату?

– Да вы не спешите, Тимур. – Весело воскликнул Акулин и почти силой усадил парня обратно. – Спокойно, спокойно. Вот ваши деньги, никуда они не убегут от вас.

И в подтверждение слов профессор поставил перед ногами Тимура маленький чемоданчик. Затем отстегнул замочки и показал содержимое кейса. Красивыми стопками там возлежали деньги. И уж явно не мелочь, а те самые сто тысяч рублей. Похоже, наличными, тысячными купюрами.

Испытав бахнувшую в голову радость, Тимур улыбнулся, с большим трудом не начав плясать и говорить Акулину спасибо десять раз в секунду. Он понимал, что придется еще побывать в комнате. И второй, и третий, и четвертый разы будет уже гораздо легче. Да мало ли что там за шорохи и шевеления были. Какая-нибудь мелкая букашка лазила по потолку, а Тимур, как маленький ребенок кирпичей наложил под себя. Это просто смешно и глупо. Рассказать о «видениях» он тем паче не соизволил. Засмеют и еще уволят за ребячество.