- -
- 100%
- +
Глава 1
«Чем более странным нам кажется сон, тем более глубокий смысл он несёт»
(Зигмунд Фрейд)
Путешествие по «Неспокойному морю» происходило не впустую как для меня, так и для Нарва. Капитан активно возвращался в прежнюю форму и познавал «Чёрную вдову», совершая практически каждый день новые открытия её возможностей. Я же углубился в разбор некоторых интересующих меня вопросов и познание способностей.
После увлекательнейшего посещения Островов Архипелага, в течение следующих суток ничего примечательного не происходило. Однако данное утверждение носило относительный характер.
Так, к примеру, наш флагман успел закошмарить четверых и убить троих обычных Кракенов, а также одного Глубинного Удильщика – богомерзкую тварь просто с огромнейшей пастью, полной зубов таких размеров, что было непонятно, как у неё вообще хавальник закрывается. Если вообще закрывается, может, так и плавает, разинув «варежку».
И если бы наша «Вдова» не раскорячилась своими лапами, чего эта рыбина никак не ожидала, продолжать нам путь по воде уже качестве конечного результата пищеварительного тракта морской твари.
А так, флагман нафаршировал «Тьмой» того океанического заглота, отправив на дно. У рыбы даже массы не хватило, утянуть нас, как она не пыталась. Жаль, получить трофеев с тех боёв не вышло.
Зато в копилку упало четыре души Монстров. Новый вид душ не имел описания, чему вообще не удивился – подобное становилось нормой. Для себя решил, что это те же Животного, только несколько «жирнее».
Да, относительно тех «закошмареных» кракенов. То были довольно крупные представители своего вида. Никак не меньше Легендарного, а один из них даже превосходил его.
«Чёрная вдова» под руководством своего капитана успешно применила новую тактику. Воспользовавшись довольно низкой скоростью передвижения тварей, они держали дистанцию, расстреливая прожорливых скотиняк на расстоянии.
Выхватив по парочке залпов, кракены тут же утрачивали к нам всякий интерес, прекращали попытки преследования и сваливали в пучину зализывать раны. Нарв пребывал в таком восторге от обновлённого корабля, что передвигался по палубе исключительно подпрыгивая или пританцовывая. Хотя, возможно, то было следствием ещё не до конца восстановившейся функции опорно-двигательного аппарата, не знаю.
Помимо этого, в копилку упало сорок восемь душ чаек, для которых гадить на палубу являлось делом чести и принципа, даже несмотря на летальный исход. Воистину, у самурая нет цели, есть только путь.
В какой-то момент к нам присоединились морские обитатели, отдалённо напоминающие дельфинов тем, что мчались стаей перед «носом», периодически выныривая. В остальном, они больше походили на вытянутых акул с чешуёй, переливающейся на солнце всеми цветами радуги. Нарв пояснил, что несмотря на всю кажущуюся красоту, эти стайные твари – большие охотники до крови и плоти.
Всё свободное время посвятил попыткам совершить самостоятельный и управляемый полёт. Какие только типы крыльев не перепробовал, но результат оставался одним и тем же – никаким. Руки чисто физически были не в состоянии выдержать такую нагрузку. Категорически не хватало Силы и Выносливости.
За это время жалких потуг и стараний, в попытках достичь хоть какого-то результата, Стикс никак себя не обозначил. А напоследок так вообще появилось сообщение, крайне мутного и неопределённого содержания:
«Внимание! Симбиогенез со Стиксом достиг 100%. Отныне вы одно целое. Его потенциал находится в вашем полном распоряжении. Для достижения результата чётко сформируйте в сознании представление желаемого». – О как.
В очередной раз ни хера не понятно, но от этого не менее интересно. Согласен, последнее время общение со Стиксом сошло на нет. Но не потому, что мне на него стало наплевать, нет. Просто подходящей почвы не возникало. Но я всегда знал, что Он есть, и Он рядом.
Теперь же, после этого уведомления, в душу закралось ощущение одиночества. Что имеем – не храним, а потерявши – плачем. Словно раздели и выгнали на улицу из родной пещеры. Попытки наладить связь ни к чему не приводили. В эфире была тишина. Как-то неправильно это. Мы же толком пообщаться не успели, как поезд умудрился уйти. Жизнь – боль.
Как бы то ни было, но и сидеть, занимаясь самобичеванием, в мои планы не входило. Передо мной стояла цель и достижение её стало делом принципа. Терпение и труд – всё перетрут. Вот у меня начали появляться сдвиги.
После оповещения о полном слиянии, я несколько пересмотрел подход к решению проблемы. Зачем пытаться поднять себя воздух «чалыми» руками, когда на это способны «настоящие» крылья?
Переживания об утрате Стикса плавно отошли на второй план, уступив место азарту. К вечеру из-за моей спины могли уже расправляться «мощные», чёрные как копоть, крылья. И на этот раз они не являлись продолжением руки, нет.
Теперь это была отдельная, дополнительная часть моего тела! Непривычные ощущения, вызываемые наличием за спиной новых конечностей, приводили меня в дикий восторг. Даже не смотря, что пока лишь уныло свисали на палубу. Главное – они были!
К закату чувствовал себя выжитым как лимон в руках повара. Вежливо отказавшись от предложения кэпа плотно поужинать, на полусогнутых доковылял в каюту и завалился спать, моментально вырубившись.
* * *
« – Жопа, короче, полная. Пока мы спецназёров дождёмся, они там всех перестреляют к ебеней матери! – крикнул кто-то из сотрудников.
Весь личный состав территориального ОВД, бригада военнослужащих ТОФ, а также МЧС, были подняты по тревоге и находились в оцеплении «места происшествия» – не так давно построенного массивного здания, на последнем этаже которого располагался развлекательный центр.
Около двух часов назад на телефон дежурного поступил душераздирающий звонок женщины, сквозь слёзы и всхлипы которой стало известно о захвате развлекательного центра «Лимпопо» тремя вооружёнными мужчинами.
Проверка данной информации, стоила жизни двум сотрудникам ППС, направленным дежурным в адрес, для выяснения обстоятельств, а также увеличила вооружение неизвестных на два снаряжённых табельных пистолета.
К этому моменту уже удалось установить личности, по крайней мере, двоих участников захвата, коими оказались ранее неоднократно судимые братья Беседины «Колюня» и «Сиплый», а также предположительный мотив – ревность и месть. Да, вот настолько всё оказалось банально, глупо и тупо.
Оба брата-акробата были хорошо знакомы представителям власти, как и их семейка «Адамсов» в целом. Весь их выводок человекообразных щедро попил крови как у ментов с администрацией города, так и у обычных обывателей, которым волею судьбы выпало жить, учиться и просто пересекаться в жизни, с этими прямоходящими особями класса млекопитающих.
В свою беззаботную юность одна представительница прекрасного пола имела неосторожность поддаться на «шарм и обаяние» старшего из выводка Бесединых – Николая. Ни угрозы, ни уговоры родителей, родни, друзей и прочих небезразличных лиц, не смогли повлиять на юную и пустую голову Юленьки.
Тогда ей казалось, что вот она – свобода. Такая, какой ей и полагается быть. Ни забот, ни хлопот, сегодня тут, а завтра там. В общем, почти как в песне: Наш ковёр – цветочная поляна, Наши стены – сосны-великаны.
Розовые очки слетели с Юленьких глаз, когда одним прекрасным августовским вечером кавалер забил ногами случайного прохожего до состояния комы и наступившей впоследствии смерти. Прямо на её охеревших от изумления глазах.
Колю прикрыли, причём надолго. Не изуродованный интеллектом, он принялся писать, а затем и звонить, убеждённый, что его дождутся и сохранят верность, но малость ошибся.
Юленька дала от ворот поворот, выразив однозначное нежелание иметь что-либо общее с таким человеком. В ответ посыпались угрозы, запугивания и оскорбления, которые в итоге сошли на нет и прекратились. И о Коленьке благополучно позабыли.
Девушка удачно вышла замуж и родила двойню. Одним словом, вырвала из прошлой жизни изгаженный лист «ошибок молодости» и начала с чистого, погрузившись в спокойную семейную идиллию.
Десять лет пролетели незаметно, дети подросли, а Коля дождался «последнего звонка» и вышел на свободу. Вопреки страхам и ожиданиям, о судьбе своей уже бывшей подруги справляться не стал. Зато подсел на наркоту, растворившись в мире забытья и скомканной реальности.
Однако, недаром говорят, что земля круглая. Так и вышло. Одним тёплым осенним вечером судьба их всё-таки свела. Она: молодая, красивая, счастливая, в окружении детей, любимого и любящего мужа, спешила на день рождения в развлекательный центр. И он: зачуханный, никому не нужный, голодный, в начальной стадии ломки от веществ и препаратов, оборот которых запрещён и преследуется по закону.
Жизнь вообще череда странных закономерностей и причинно-следственных связей между поступками и наступающими последствиями в будущем. Так вышло и тут. Диалога просто не получилось.
Коля, в чувствах резко возникшей ревности, ляпнул что-то грубое. Что нормальному человеку, не опускаясь до уровня оппонента, можно было бы и пропустить мимо ушей. Но муж Юленьки отреагировал иначе – придавил бедолагу к стене, благо здоровье позволяло, и пригрозил вырвать ноги, если увидит ещё раз. На том и разошлись.
Вот только в стороны ушли люди, а мысли Коли целиком и полностью поглотила эта ситуация. И чем больше он о ней думал, тем сильнее злился и заводился, а чем сильнее заводился, тем больше думал. Такой вот парадокс воспалённого разума.
До своего брата-торчка добрался, уже будучи уверенным, что во всех его бедах и неудачах виновата Юленька со своим мужем, и они должны ему. За что? А хрен знает, неважно.
Брат оказался в компании неизвестного, но очень разговорчивого и суетного, крепкого парня, представившегося Жорой. Новый знакомый оказался приятным собеседником, располагающим к себе. Особенно когда предложил раскумариться за свой счёт.
В процессе приготовления дозы из чего-то «заморского и забористого», а потом и после потребления «отравы», он поведал, что буквально на днях вернулся из одной крайне горячей точки одного малоизвестного межнационального конфликта.
Охотно рассказывал об ужасах, там происходящих, и жути, творимой их бригадой бойцов. Хвастался, что для него отнять жизнь, как высморкаться, да и в целом Джон Рэмбо с ним и рядом не стоял, таким крутым воином Жора являлся.
Разговор разворошил начавшую затихать в одурманенном мозгу Коли ненависть, и в итоге он поведал своему новому знакомому как с ним обошлись, существенно приукрасив события.
Сиплый моментально впал в бешенство, жажда мести передалась и «боевику», который тут же заявил, что его новые друзья – клёвые ребята, а чёткие пацаны всегда помогают чётким пацанам. Жора уверил, что поможет разобраться, наказать «козла» и вернуть Юленьку.
Коля и Сиплый сами по себе так и сидели бы под кайфом, дыша ядом и злобой, пока на смену не пришёл бы кумар, а потом забытье с крепким сном. Наутро они даже не вспомнили бы про свои планы о мести.
Но волею судьбы среди них оказался Жора. Первым делом он узнал, есть ли среди соседей охотники. Сиплый долго тужился, но вспомнил, что дядя Ваня с пятого этажа раньше увлекался охотой и даже имел соответствующей породы собаку когда-то.
Дальнейшие события начали развиваться стремительно и очень серьёзно. Снова вмазавшись, они втроём поднялись на последний этаж. Открывший дверь знакомому с детства пареньку-соседу, пенсионер дядя Ваня даже не успел ничего понять, как тут же мешком свалился на пороге, от чётко нанесённого удара кухонным ножом прямо в сердце.
Под воздействием психотропных веществ, произошедшее вызвало у Коли и Сиплого бурю имбецильного восторга, и искажённого уважения к их новому знакомому. А столь мгновенная и лёгкая смерть человека с видом крови, вызвала её жажду.
Быстро осмотрев квартиру, Жора обнаружил сейф, лихо его взломал и извлёк три единицы гладкоствольного оружия и патроны к нему. Братья-имбецилы время даром тоже терять не стали и попутно обнесли квартиру пенсионера.
Вооружившись, Жора попросил подробно объяснить, куда именно предстоит идти и, пообещав устроить в этом захолустье «Ближний Восток», повёл за собой своё маленькое и отмороженное войско.
Отдельный вход в развлекательный центр позволил попасть внутрь, не привлекая преждевременно лишнего внимания. Следующей жертвой развивающихся событий стал охранник, дежуривший на первом этаже, падший так же, как и несчастный пенсионер.
Широкий лестничный марш в четыре этажа с высокими потолками привёл к единственным, распашным, стеклянным дверям, из-за которых доносились детский смех, задорные крики и весёлая мелодия. Ведущие как раз проводили музыкальный конкурс для детворы, и взрослые были поглощены съёмкой происходящего веселья на телефоны.
Жора быстро осмотрел зал и распределил роли на первые две минуты действий. Стоящие спиной к входу люди не заметили, как в распахнувшиеся двери вошло трое обдолбанных отморозков с ружьями наперевес. И ничего человеческого в их глазах не было.
Конкурс был прерван резко, шумно и жестоко. Три чересчур громких и резких выстрела двенадцатого калибра, прозвучавших практически одновременно, вырвали присутствующих из мира счастья и веселья, втоптав в мир боли, страха и страдания.
Первый выстрел разнёс вдребезги аппаратуру, прервав какую-то озорную детскую песню, оборвав связь с происходящим секунду назад весельем. Второй и третий выстрелы лишили жизни ведущих. Молодых парня и девушки, мечтавших пожениться в следующем году, швырнув их тела безвольными куклами на покрытый ковролином пол.
Заряженные картечью ружья и близкая дистанция выстрела, произвели разрушительный эффект, разорвав в клочья человеческую плоть, щедро обдав брызгами и мелкими ошмётками стоявших поблизости детей и взрослых.
Ещё не успел затихнуть грохот выстрелов, как секундное затишье разорвалось криками ужаса и отчаяния. Одновременно с ними на пол завалился какой-то мужчина в белой рубашке, которому случайно прилетела пара картечин, пробив правое лёгкое и трахею.
– Всем прижать жопы к полу и завалить хлебальники!! – голос Жоры прозвучал так, что притихли даже братья…
Следующей жертвой стал пеший патруль ППС, направленный в целях проверки полученной информации. Дежурный пренебрёг словами о выстрелах, послав полицейских без подстраховки и соответствующей для подобных случаев экипировки – бронежилет, каска, автоматическое оружие.
Парни же, расслабленные рутиной и не привыкшие, встречать в адресе направленный на тебя ствол заряженного оружия, успели позабыть, чему их учили и одновременно вошли в помещение. Открыто, в полный рост, приняв выстрелы практически в упор.
Но настоящий и полноценный кипиш поднялся, когда в отдел полиции ввалился истекающий кровью мужик, чудом вырвавшийся из того развлекательного центра, рассказал о произошедшем, убитых сотрудниках и скончался до приезда скорой помощи.
О, что тогда началось… Привлечённые для оказания содействия сотрудники МЧС и военнослужащие, позволили сделать кольцо оцепления не только плотным, но и достаточно широким. Но на этом все предпринимаемые активные меры и забуксовали. Пока оперативный штаб собирал, аккумулировал и анализировал поступающую информацию, время нещадно уходило.
Задействованный межведомственный личный состав был сосредоточен и хмур, поскольку произошедшее каждый пропустил через призму своего восприятия – у всех были дети и жёны. Оказаться на месте тех, кто находился в заложниках, или в числе тех, кто не находил себе места, переживая за своих близких, никому не хотелось, но вероятность подобного была вполне реальна.
Как показала наглядная практика, застрахованных от подобного не бывает. Поэтому, в глубине души, маленький эгоист, живущий в каждой человеческой особи, тихо ликовал, что это произошло не с ним, гаденько хихикая и потирая свои противные ручонки.
На какой-то момент меня посетило чувство лёгкой гордости – оперативно отреагировали, качественно перекрыли сектор, но его тут же сменило ощущение бесполезности, вялости и расхлябанности структуры.
Из-за раздолбайства дежурного и безответственности наряда ППС последние погибли. По причине отсутствия нормальных, действующих на практике, а не на бумаге, мер по контролю за лицами категории особого учёта, прибывший из зоны боевых действий наркоман, оказался никому не интересен.
Ввиду продажности должностных лиц, построенный объект был сдан и запущен в эксплуатацию, без законченного запасного, эвакуационного выхода, что существенно затрудняло предстоящую штурмовую операцию. И таких «если бы», оказалось немало.
Кстати, ответственным за подписание соответствующих документов и контролирующим лицам, следственный комитет, во главе с прокурором, уже задавал малоприятные вопросы. При этом не скрыая, что домой им сегодня попасть вряд ли удастся, да и дом в скором времени станет казённым.
Напущенная уверенность в благоприятном исходе начинала рассеиваться и окончательно рухнула после телефонного звонка «террористов». Жора потребовал в течение часа-полутора, подогнать к входу армейский Урал, КАМАЗ или любую другую трёхосную технику с тентованным кузовом, гружённую тремя бочками топлива, запасом воды и продуктов.
Не глушить двигатель и свалить за горизонт. По истечении первого часа он пообещал убить не одного, а уже двух человек. Почему уже двух? Да потому что свой звонок он подкрепил видео, на котором от выстрела разлетается голова какого-то несчастного мужика.
Думаю, далеко не мне одному картина стала ясной, как день – Жора планировал загрузить в кузов людей, исключив вероятность огня на поражение, и свалить на лоно природы.
Учитывая буквально шаговую доступность лесного массива к черте города, сделать это не составляло особого труда. Хитрожопый наркоман. Спецы могли и не успеть… Время откровенно играло против нас.
* * *
Возникшее ощущение собственной бесполезности и никчёмности, резко сменилось накатившей злобой и ненавистью. По отношению к себе, за личное бессилие, и на систему, не способную гарантировать безопасность простых людей и оградить нормальное, здоровое общество от всякого биомусора.
Демократия, мать их. Гуманизм… Да кому он в таком проявлении всрался? Следом появилось чувство жажды, но не обычной, какую можно утолить несколькими глотками холодного пива в знойный день. Нет, совершенно иной, чуждой этому миру.
Сперва я растерялся, но буквально тут же взял себя в руки – проснулся Жнец. Сославшись на несварение желудка из-за шаурмы не первой свежести, оставил пост и рванул во дворы, где лишённые уличного освещения углы подворотни окутывала густая тьма. Такая родная, такая желанная.
Наспех снятую куртку, запинал её в самый дальний и тёмный угол – портить верхнюю одежду было неразумно. Форменный свитер же разорвали резко распрямившиеся из-за спины крылья.
Я их чувствовал, словно был рождён с ними. Согнул и распрямил левое, потом правое, оба сразу и… взмыл в ночное небо, подняв клубы пыли. Сделав круг почёта над развлекательным центром, аккуратно приземлился на стеклянную крышу.
Итак, что мы имеем? Всех заложников согнали в единственный освещённый угол, остальное освещение было предусмотрительно выключено.
Запасной выход качественно завален игровыми автоматами. Постарались на совесть, только зря – воспользоваться им всё равно не представлялось возможным. Основной аккуратно перекрыли двумя электромобилями.
Сами ублюдки расположились достаточно грамотно – поставили здоровенный диван в тень так, что просматривался угол с заложниками и главный вход. Дети и женщины были хоть и напуганы до ужаса, но всё же целы и невредимы, по крайней мере, пока.
Чего нельзя было сказать о мужчинах – за каждым тянулся кровавый след, и была перевязана одна из ног. Вот же сучьи дети, обездвижили потенциальное сопротивление. Точнее, тех, кто мог бы его попытаться оказать.
Справа от входа лежал труп мужчины. Вероятно, того самого, видео с убийством которого было отправлено. Вот же твари. Осмотр показал, что одна из створок стеклянного потолка находилась в режиме проветривания.
Интересно как? От пола не менее пяти метров. Озадачиваться этим не стал, справедливо решив, что ответ на данный вопрос в конкретной ситуации не имеет никакого значения.
Главное, есть возможность попасть внутрь, ничего не разбивая и не привлекая раньше времени ненужного внимания. То обстоятельство, что эти выродки умудрились обесточить систему видеонаблюдения, играло только на руку.
Окутавшись густой пеленой Тьмы, я утратил физическую форму своего тела, став субстанцией чёрного, как копоть, тумана, и без труда просочился в имеющуюся щель. Буквально влился внутрь.
Обретя былую плотность в одном из неосвещаемых углов, первым делом хотел просто разорвать этих выродков на куски помельче, да раскидать их фрагменты подальше. Однако успокоился и взял в себя в руки.
Подобный акт возмездия однозначно будет сопровождаться криками предсмертного ужаса, и привлечёт внимание женщин и детей. И без того напуганные, многие могут навсегда расстаться с рассудком, если узрят творящееся безобразие, в облике… скорее демона, чем человека.
Также последствия деяний рук моих когтистых вызовут множество вопросов, ответов на которые найти, увы, не суждено. Пострадал бы и Саня-эксперт, вот уж кто точно на говно изойдёт, в попытках дать хоть какое-то вразумительное заключение. Нет, так мы поступить не можем.
Прошло порядка пяти минут с момента моего явления народу, образно говоря, а я всё ещё мялся за спинами обдолбанных недоносков, не в состоянии принять хоть какое-то взвешенное решение. Да что за хрень такая? Ни одной путной мысли!
Идея пришла внезапно, и она полностью соответствовала моим требованиям. Первым делом необходимо разоружить этих утырков, чтобы не поранились ненароком.
От меня отделились тонкие щупальца Тьмы, которые беззвучно скользнули между этой, далеко не святой, троицей. Ружья стояли вертикально, приставленные к дивану, а «макарычи» покоились на столе перед ним.
Отлично! Нарушено одно из прописных правил обращения с оружием: «не оставляй». Это существенно упрощает задачу. Щупальца Тьмы обвились вокруг стволов, можно начинать голосом Михаила Боярского: Ап! И «пушки» внезапно взлетели. Ап! И просто над нами парят…
– Э, какого хрена? – подал голос Сиплый.
– Чё за дела? – заторможено отозвался его брат.
Из всех троих, только Жора предпринял довольно резвую попытку схватить со стола один из пистолетов, но не успел. Лошара. Сложив стволы в самом тёмном углу, я предстал перед этими жертвами абортов во всей красе – расправил крылья и выпустил, для пущего эффекта, в разные стороны извивающиеся щупальца.
– Во кроет, а! – выдавил из себя один из Бесединых.
– Идиот, не может у троих быть один и тот же глюк. Эта хрень настоящая… – голос Жоры звучал не так уверенно, как прежде, – Что ты такое? Смерть?
– Увы, для вас это было бы слишком легко и просто. Хотя не скрою, к Ней вам дорога уже заказана.
Мой голос, низкий и шипящий, был далёк от человеческого и пробирал до самой души. Глаза, горящие холодным голубым пламенем, и оскал Жнеца также не предвещали ничего хорошего.
– Ребята, кажется, я обосрался… – подал наконец голос Колюня.
– Кажется, не ты один, – тут же поддержал его брат.
Несмотря на всю комичность диалога, было не до веселья. На их лицах читался страх, но затуманенный зимбургой мозг несколько притормаживал реакцию. К этому моменту мои крылья создали внушительного размера экран непроглядной тьмы, отгородив происходящее от заложников.
– Каяться, так понимаю, тебе смысла нет?
– Ага, день не покаянный, – ухмыльнулся я, обнажив клыки, – Да и я совсем не по этой части.
– Тогда я готов! – с вызовом ответил Жора.
– К чему? Да что вообще происходит? Что за бред? Что Это такое?! – Сиплый начинал впадать в панику и поднимать шум, а это нежелательно. Пора действовать.
– О, смертный, – ухмыльнулся я, вновь обнажив клыки, – К тому, что вас ждёт, готовым быть просто невозможно, но об этом позже, а сейчас вам пора.
– Чё? Куда ещё…
Договорить Коля не успел. Пол под ними начал растворяться и все трое, вместе с диваном, провалились в другой мир. Мой мир. Настоящий, суровый, жестокий и такой родной…».
* * *
Я подорвался в своей каюте так резко, что чуть не свалился с кровати. Да-да, теперь у меня была просторная каюта, полноценная кровать и даже свой, собственный иллюминатор.
Настолько правдоподобного сна у меня ещё не было. События выглядели до такой степени естественно и подробно, вплоть до мелочей, что потребовалось время, прежде чем разорванные границы реальности сложились в одно целое.