Цемфелада

Элпидий Бонитус оказался пожилым человеком, где-то в районе семидесяти лет, может чуть старше. Седые волосы, вернее, то, что от них осталось, ибо они были вырваны клочками, рассечённый лоб, синяк под левым глазом, сломанная рука и частично оторванное правое ухо, но взгляд горел огнём, а не сломанная рука была тверда.

– Прошу вас, окажите честь старику, оставайтесь на ночь. Какой смысл в ночь куда-то ехать? Тем более, свободных комнат в крепости много. Мои сыновья уехали в столицу, вместе с большинством воинов, принцессу защищать. Жаль, не успеют вернуться к вашему отъезду. Богиню бы увидели…

– Элпидий, они всегда могут увидеть меня в соборе. Конечно, если я в этот момент не в отъезде. Но даже так, я всегда могу с ними поговорить.

– Конечно, богиня, но принимать тебя в своём доме, это такая честь!

Цемфелада приложила ладошку к сломанной руке графа, и та на секунду окуталась золотым сиянием.

– Вот и всё, как новенькая.

– И правда. Благодарю тебя за исцеление! – старый граф поклонился.

– А где все жрецы? Почему тебя никто не вылечил?

– Жрецы все в столице, с сыновьями, а оставшаяся знахарка лечить толком не умеет, она всё больше по травам да отварам. Только вот мастерскую её сожгли, а все зелья исцеления из крепости люди Огастина забрали. Да они всё забрали, сволочи. Зелья, оружие, деньги, скота угнали половину, зерно, воск весь выгребли, кожу, смолу. Но это всё ерунда, наживём, а вот то, что он людей угнал, это горе.

Все переглянулись, снова услышав о людях. Граф провёл гостей в большой зал, где уже накрыли столы к ужину. Только сейчас люди почувствовали, как неплохо было бы нормально поесть и поспать не на земле, а в кровати.

– Господин Бонитус, как вы думаете, зачем Огастин уводит людей?

– А вы не догадываетесь?

За’Хар и остальные покачали головами.

– Молодёжь, откуда вам такие ужасы знать. Известно зачем, армия ему нужна.

– Армия? Из крестьян? Они же оружием не владеют, какая из них армия?

– Армия мертвецов, вот какая.

Флор усмехнулся:

– В этом нет смысла. Свежие зомби опасны только для самих крестьян, да для новичков сорокового уровня. К тому же, Огастин чёрный маг, а не некромант, зомби его самого сожрут.

– Огастин марионетка. Глупец, думающий, что ухватил Ансинарха за гениталики и стал властелином мира.

– А можно подробнее?

– Можно, конечно. Чтобы вооружить, экипировать и содержать одного солдата, нужно два десятка крестьян да ремесленников. У молодой королевы двадцать тысяч солдат, в четырёх корпусах. Сколько это в крестьянах? Четыреста тысяч. У каждого или каждой, есть жена или муж, родители, дети. Понятно, что считаются все работающие, но даже так, подумайте о соотношении. Кроме армии есть ещё стража, наёмники, бароны с рыцарями, городские подразделения. Чтобы всех их содержать, сколько в реальности крестьян надо? Миллиона полтора? Здоровых, сильных, работающих. Только вот нежити всё равно, здоровый ты или больной, мужчина ты, или женщина. После обращения, сила у всех будет примерно одинаковая. Солдат мало, и они просто так не дадут себя обратить, а вот крестьян… Миллионы!

– Но крестьяне не умеют воевать…

– Все так думают, но Тьма мыслит иначе. Берёшь сто крестьян, заражаешь тьмой, убиваешь, поднимаешь сто умертвий. Берёшь следующих сто крестьян, всё так же делаешь, но убивают их умертвия. Уровней за одно убийство они может и не получат, но воспользовавшись оружием и совершив убийство, они откроют себе боевые навыки. Они не зомби, не скелеты, не вурдалаки, они умертвия. Умертвия людей, потерявших покровительство из-за Тьмы и способных получить любые базовые навыки. Ни одна другая нежить не в состоянии наследовать прижизненные навыки, только умертвия. Поэтому, с ними так поступить можно. Какие же навыки нужны умертвию в армии мертвецов? Боевые, поэтому им дадут убить. Ну а дальше всё просто: отправляем три-четыре сотни умертвий в поход по деревням и через недельку получаем вполне себе прокачанных воинов. Не надо превращать всех крестьян в умертвия, хватит и полумиллиона. Двадцать тысяч солдат у королевы, полмиллиона у Огастина. Это я так, в качестве примера.

За’Хару даже есть расхотелось. Граф нарисовал очень мрачную картину.

– И кто их делать будет, умертвий этих?

– Личи, которых пришлёт Ансинарх. Кстати, у него и любимчик есть, не забыли?

– Икной…

– Он самый. Есть ещё одна важная вещь. Никто не пришлёт сюда все четыре корпуса.

– Граф, скажите, откуда вы всё это знаете?

– Я долго живу и половину жизни воевал. Уже встречались мне похожие схемы. Не в Иретирии, но не суть. Может быть не всё точно так, как я сказал будет, но общий смысл действий врага мне предельно ясен.

– Значит, он будет превращать в умертвия крестьян…

– Да, но ещё он в обязательном порядке создаст умертвия из тех дворян, что пошли за ним. Эти будут по-настоящему очень опасны и составят костяк его армии.

– Без личей он ничего подобного сделать бы не смог.

– Даже некроманту провернуть подобное не по силам, не то что чёрному магу. Этой работой займётся Икной, слуга Ансинарха. Уверен, что самому Огастину поручат демонов.

– Да что за мир такой! – За’Хар даже расстроился, – Мало этих тварей, ещё и какие-то демоны? И это мой мир вы называли адом?

– Не расстраивайся ты так, – успокоил друга Флор, – с демонами всё не так просто. Демону сосуд нужен, время на порабощение и поглощение, жертвы для усиления. В общем, им здесь не просто живётся. Но вот если прижились, тогда да, тогда нужно бить тревогу.

– А дворяне, что с Огастином пошли, совсем дурные? Как они на подобное согласятся?

Граф рассмеялся:

– Посмотри вокруг. Они грабят «предателей», вот куда они смотрят. Набивают карманы, да слушают обещания принца. Бывшего принца.

– Да уж…

– Чем быстрее мы с ним покончим, тем меньше он успеет натворить, – твёрдо заявила Цемфелада, сжав кулачок.

– Жаль, я уже стар. Мечом помахать ещё могу, но вот дороги не вынесу, только мешать буду. Если подождёте пару дней, пока мои сыновья вернутся, дам вам полсотни воинов.

– Спасибо, но мы справимся, а люди вам самим пригодятся.

– Мало вас… Хотя, вы же орден. Может и правда справитесь. Нежитью только не станьте. Не хватало нам ещё умертвия двести семнадцатого уровня.

Исория представляла собой жалкое зрелище. Старики, дети и немного успевших сбежать «призывников». Люди не знали, что им делать и как быть. Армия Огастина грабила и своих. Летом с голоду не помрёшь, конечно, но это мало утешало. Кто будет урожай собирать, на чём его перевозить, обрабатывать.

Стали попадаться и дезертиры, бежавшие от чёрного мага. Группе ордена попались трое дворян с одной лошадью. Увидев группу в белых мантиях с символами ордена на груди, они хотели спрятаться, но не успели.

Мииса взмахнула посохом и вокруг беглецов появились сразу пять огромных духов тигров, которые хоть и выглядели бесплотными, рычали как настоящие. Рыцари молча стали на колено, сняли пояса с оружием и протянули его в сторону Цемфелады.

– Мне не нужно ни ваше пленение, ни ваше оружие, встаньте. Куда вы идёте?

– Возвращаемся домой, богиня. Если королева нас простит.

– Королева помиловала всех. Вас не будут преследовать. Если вы не совершали преступлений против короны после помилования, можете вернуться даже на службу.

Рыцари переглянулись, их лица посветлели, они даже заулыбались, поспешно застёгивая пояса.

– А я вам говорил, – прошептал один из них, – не будет королева преследовать своих же рыцарей. Мы же не на стороне врага были, а на стороне законного короля.

– Да помолчи ты…

– А чего молчать? На нём корона была? Была! Мы не преступники.

– На башке Огастина тоже корона есть, это его даже человеком не делает.

– Забавные вы ребята, – улыбнулся За’Хар, – пообедаете с нами? Заодно, расскажете, что там у Огастина новенького.

– Пообедать? Если есть чем, мы всегда рады. У нас из еды только пояса вот кожаные, больше ничего нет.

Рыцари оказались простыми ребятами, открытыми, лёгкими в общении. Говорили, что думали, а думки были о еде, бабах, сражениях и добыче.

– На северо-восток надо идти! Там всегда есть с кем воевать. Здесь позор один!

– Да, гнилое это дело, своих обирать. Если барона соседского раздеть, это дело личное, дворянское, а вот так, своих же крестьян грабить… Я рыцарь, а не разбойник, я добычу на войне беру! Всё твоё, что мечом добыто!

– Поганый он и есть поганый. Потому и ушли.

– Поганый? Это вы о принце? – За’Хар повернул разговор в нужное русло, пока снова не началось обсуждение прав на добычу.

– О нём. Сразу-то никто ничего не понял, не до этого было, а потом поздно стало. Я сам маг и хоть стихийник, но, что такое иллюзии не понаслышке знаю, вех набрано на это дело много. На войне полезная штука. Да и ауру прятать не раз приходилось. Тёмная она у него. Чёрная. Я по ауре понял, что-то не так, а потом и иллюзии рассмотрел. Когда понял, кто передо мной, полным дураком себя почувствовал.

– Да, принц, вернее, чёрным маг Огастин, шедр был и на награды, и на обещания. Что грабил, всё раздавал, а мы радовались и как бараны за ним шли. На бойню.

– Еле ноги унесли.

– Чего так? Просто встать и уйти нельзя?

– Раньше можно было. Теперь отступники не пускают. Но не только с ними проблема. Как оказалось, за нами, чуть не целое войско умертвий след в след идёт.

– Что ещё за отступники?

– Психи ненормальные. Типа, отказавшиеся от светлых богов и перешедшие под власть тёмных. Ну а те и рады! Таких уродцев из них потом создают, до конца дней при свете спать будешь, если увидишь.

– Нежить Огастин из людей делает, вот что теперь там происходит. Кто его взгляды разделяет, переходит в отступники. Остальных под нож. Нас семь человек бежало, выжили мы трое. Ну и лошадка вот, Тутуня Храбрая. До дома доберёмся, я ей даже пенсию назначу и личного конюха, заслужила.

– Куда он направляется, не знаете?

– Знаем, конечно. Сначала в Приму, оттуда в Овис. Приму ему никак оставлять без присмотра нельзя, это западные ворота Исории. Довольно мощная крепость, да и дворяне там, не самые ярые поклонники короля.

– Кстати, чуть не забыли вам сказать. Не ночуйте вблизи деревень, если и правда дальше собираетесь идти.

– Почему?

– Здесь лич появился. Не известно, один или несколько, но этот гад по деревням да сёлам ходит, где Огастин успел побывать и мёртвых поднимает. Мы дважды так на мертвяков напоролись. Стоят, словно столбы, а чуть повеяло духом людским, или зашумел кто, так бегут, зубами клацая. Если вот так ночью навалятся толпой, могут и сожрать. Он увечных да потрёпанных и малорослых на месте оставляет, уводит с собой только целых и крупных, вот они и бродят потом толпами по лесам, эти недоделки.

Не соврали бродяги. Спустя полтора часа выехали на безымянную деревню. Возле одного из домов, в тенёчке, упёршись взглядом в стену стоял зомби, с обглоданной человеческой рукой. Недалеко лежал истерзанный труп, возле которого пировали вороны и мухи.

– Интересно, почему они всегда лицом к стенам стоят? – поинтересовался За’Хар.

Ответила Мииса:

– У них зрение плохое. Чтобы не бегать за воробьями да белками, они смотрят в стену или дерево и ориентируются на слух. Если услышат что-то знакомое или необычное, громкое, тогда идут смотреть, что там такое. Хорошо реагируют на человеческие голос, шаг, бег. Знают, что это такое.

– Вон оно как. Прикольные ребята. Пойду посмотрю, что там ещё есть, кроме зомбака.

Услышав шаги За’Хара, зомби повернулся в его сторону и сделав несколько шагов, перешёл на бег. Стиль бега был довольно странный, зомби бежал, растопырив руки, словно боялся упустить добычу.

За’Хар одним движением разрубил его пополам, подойдя к дому заглянул в окно и сразу отпрянул. В доме стояли ещё с десяток зомби, но они были там не одни.

– Что там? – спросил Флор вернувшегося За’Хара.

– С десяток зомби в доме и какая-то здоровая хрень.

– А конкретней?

– Не знаю, как конкретней, говорю же, хрень там здоровая! Вроде как на стуле сидит.

– Да хоть на что похоже?

– Да вот на него и похоже, – указал За’Хар пальцем на открывшуюся дверь, в которую пыталось протиснуться жуткое существо, под три метра ростом.

Страшная, совершенно невероятная и отвратительная тварь. Шеи не было, вместо неё шло продолжение спины, гигантским наростом, в котором пряталась голова с шестью маленькими глазками. Верхняя часть головы, если не обращать внимание на глаза, была вполне человеческой, а вот нижняя была украшена мощными жвалами и маленькими зубками.

На том месте, где должны были быть плечи, из непонятных утолщений росли две мускулистые, длинные человеческие руки, одна из которых заканчивалась складывающимся саблевидным шипом, вместо кисти. Над ними были две небольшие клешни, судя по всему, для обслуживания малоподвижной головы. Под человеческими руками, располагались ещё по две конечности, но это были явно конечности насекомого. Две с «саблями», две с цепкими лапками. Теми, что были с лапками, существо иногда помогало себе при ходьбе, но в основном, передвигалось на вполне себе человеческих ногах. Мощных, мускулистых, больших, но расположенных не под корпусом, как у человека, а немного сбоку. Тело заканчивалось длинным жёстким хвостом, изогнутым вверх, непонятно для чего нужным.

Тварь выбралась из дома, распрямилась и раскрыла за спиной надкрылья, выпустив полупрозрачные, с крупными прожилками крылья. Эдакий адский вертолёт.

Надпись гласила: «Ихутлитон * 213 * Демон-генерал».

– Ты ещё что за гадость? – лицо За’Хара перекосило от вида мерзкого чудовища.

– Тебя разве не учили не судить по внешнему виду? И, мне говорили, что среди воспитанных людей принято произносить приветствия при встрече, и представляться.

– Дурдом натуральный. Меня учит манерам страхолюдина какая-то.

– Богиня Цемфелада! – Ихутлитон неуклюже поклонился, – Моё почтение! Не могу сказать, что рад встрече, золотой пантеон для меня не безопасен, как и белый, тем не менее, это честь, воочию увидеть богиню Солнца и иметь возможность представиться лично!

– Привет, страшненькое нечто, – Цемфелада помахала чудовищу ладошкой.

– Прошу меня извинить за внешний вид, богиня. Самому неудобно так перед тобой появиться, но я ничего с этим поделать не могу. У нас, у демонов, есть сложности с посещением этого мира в своём истинном обличии. Очень это хлопотно и сложно. Приходится использовать сосуд. В данном случае, это был один из отступников, любезно предоставивший мне своё тело. Заодно и душу, перекусить. Мелочь, а приятно.

– Не могу сказать, что одобряю действия паразитического характера.

– Я знаю. Сейчас, тебе хочется меня убить, я ведь прав? – Ихтулитон заглянул в глаза Цемфеладе, слегка выдвинув из панциря голову.

– Я не могу позволить тебе свободно разгуливать по земле и губить людей.

– Понимаю. И это прекрасно! Как было бы скучно и уныло, будь все сущности нашего мира одинаковы в своих убеждениях! Тогда бы не было борьбы, познания и побед!

С этими словами из соседнего домика вылезло ещё одно чудовище. Оно не стало ломать дверную коробку и вылезло через крышу, разметав балки и солому.

Уродина представляла собой некую жуткую помесь человека с бабочкой и богомолом. Огромные рваные крылья за спиной, крыльями в полной мере не были. Острые длинные «ошмётки» являлись своеобразным оружием, наносящим урон перед собой при взмахе.

Под брюшком располагались четыре человеческие ноги и две лапки насекомого, на которых «бабочка» передвигалась, а на вполне человеческой, женской груди, две огромные конечности, в точности как у богомола, только в разы страшнее.

За’Хара поразило красивое женское лицо и только присмотревшись он понял, что это была лишь живая маска, расположенная на лбу монстра. Под ней была треугольная голова со жвалами и зубками, смотрящая на окружающих сразу двенадцатью маленькими глазками.

Броня обоих демонов не была сплошной и представляла собой ламеллярные фрагменты, прикрывающие уязвимые места. Скорее всего, их панцири нисколько не уступали в прочности броне.

«Хиутерисса * 208 * Демон-адъютант».

– А я вот буквально на днях размышлял, чего-то в жизни не хватает.

– Это ещё не всё, господин За’Хар, – и Ихутлитон сделал знак рукой.

Раздался шум сотен лап и через минуту из леса выскочили, выпрыгнули, вылетели, выбежали жуткие твари, от пятидесятого до девяностых уровней, напоминающих помесь насекомых с различными животными: оленями, зайцами, кабанами, медведями. Изуродованные, исключительно мерзкие создания, на которых невозможно было смотреть без содрогания. За’Хара, как и остальных чуть не стошнило.

– Если сдадитесь, я не трону богиню, – заявил демон-генерал.

– Русские не сдаются! – рявкнул За’Хар и сменил наконечник копья на ромбовидный.

«Тасита и Цемфелада на адъютанта, Генерал – мой, остальные мелких собирайте и бейте», написал За’Хар в чат и прыгнул на демона-генерала.

На земле разверзся настоящий ад. Тасита налетела на Хиутериссу, развернув все свои боевые ауры, буквально взрезая землю вокруг себя. Всё, попавшее в радиус действия ауры Таситы перемалывалось в фарш. Засвистели цепи, ударили заклинания, демон-адъютант защищалась, пятилась, пробовала контратаковать, но получалось не очень.

Глаза Цемфелады вспыхнули термоядерным кошмаром, она что-то прошептала и раздался оглушительный грохот, за ним ещё один и ещё. За’Хар, атакуя Ихутлитона, взглянул в небо и невольно побелел: к земле, окутанные плазмой, на огромной скорости, оставляя за собой длинные огненные хвосты, неслись десятки метеоритов, а пока они не достигли земли, она скастовала какое-то новое заклинание и выстрелила в небо из лука. Горящая солнечным светом стрела описала крутую дугу и внезапно распалась на сотни солнечных стрел, устремившихся на врагов.

Боевая аура демона-генерала впечатляла, но и За’Хар был уже не новичок. Два титана схватились в смертельном бою. Демон уступал За’Хару в скорости и манёвренности, но был сильнее и чаще атаковал магией, ослепляя и сбивая, отвлекая. От их ударов разлетались деревенские домики, зомби, демоны, деревья, но За’Хар почти сразу почувствовал силу доспехов. Он становился яростнее с каждой минутой. Злей, быстрей, сильней, отчаяннее.

Титус Светоносный Коготь, не смотря на габариты и доспехи, двигался словно ветер, успевая атаковать всех вокруг и почти сразу насобирал на себя чуть не сотню демонов, которые сминая друг друга мчались за ним словно безумные.

Мииса, войдя в транс вызывала одни за другими стаи духов волков, тигров, медведей и даже бешеных коз с острыми рогами, которые разбежались по полю боя, бросаясь с мерзким блеянием на всех подряд.

Марита жгла нечисть исцелениями, Флор вполне сошёл бы за адский огнемёт, Надина отсекала от группы врагов, перемещаясь со скоростью пули и мгновенно взрезая демонам животы и отсекая конечности.

Поле боя превратилось в ревущий смертью котёл, но и это был ещё не самый страшный кошмар. Наконец, до земли долетели метеориты.

В воздух подбросило абсолютно всех. Падая с разных сторон, метеориты поджигали саму атмосферу вокруг, били перекрёстными ударными волнами, разрывали на части и сносили всё на своём пути, оставляя большие горящие кратеры.

Люди, демоны, деревья, трупы, зомби, мухи, опарыши, земля, мусор, вода из ручья, камни, пескари и лягушки, всё летало от одной ударной волны к другой, горело, взрывалось, лопалось, уничтожалось.

Членов группы спасло только то, что они были дружественными целями. Они так же, как и все летали по воздуху и валялись по земле, но на них не действовало само заклинание. Члены группы получали повреждения только от столкновений с землёй и летающими вокруг предметами, но ни огонь метеоритов, ни ударные волны им урона не наносили. Это радовало, но всё равно, было больно, было страшно и очень неприятно.

Через минуту всё было кончено. Ни деревни, ни леса вокруг не было. Километрах в трёх от них, с одной стороны горели холмы, с другой, полыхал лесной пожар.

– Тьфу! Тьфу, кажется я что-то проглотил, – За’Хар выкопал себя из кучи мусора и земли, и осмотрелся, – Цемфелада! Где, тьфу, похоже я земли нажрался. Где Цемфелада?!

Богиня нашлась в полусотне метров от него. Её ноги торчали из холма, образованного горелыми ветками, грязью и кусками демонов. За’Хар выдернул её из этого кошмарного нагромождения, перевернул, думая, что её ранило и немного растерялся.

Перемазанная грязью и кровью демонов Цемфелада, выла как белуга, выставив перед собой грязные ладошки с растопыренными пальцами.

– Да моя ты жалкая, испачкалась?

– Ааааааа, я землю съела-а-а-а! Я демона съела-а-а-а! Я, грязная-я-я-а-а-а!

– Пойдем, найдём место поприличней. У меня вода во фляге есть, сейчас мы тебя умоем.

– Аааааааааааа!!!

– Стой, да стой ты. Лицо наклони, вот, уже лучше.

– Надо рот прополоскать…

– Его сначала надо помыть.

– У тебя руки грязные!

– Чистые, я их помыл и платком вытер.

– Правда? Откуда у тебя платок?

– Я воспитанный человек, всегда ношу с собой платок. Ничего не сломала?

– Не знаю. Нога болит. Плечо болит. И голова болит.

– У тебя шишка на голове, ещё и макушку рассекла.

– И здесь.

– И здесь шишка. Руки давай.

Подошла Тасита, такая же грязная, и аккуратно поставила перед ними голову Хиутериссы.

– Цемфелада, ты выглядишь как задница после диареи.

– Тасита! Вот что ты говоришь, она же сейчас снова выть начнёт.

– Ааааааааааааа!!!

– Ну вот, что теперь делать.

Тасита протянула баклажку с водой и За’Хар плеснул богине в лицо.

– Пфффрр, ты что делаешь!

– На, водички попей. Теперь ты знаешь, чем заканчивается применение таких мощных заклинаний на себя. Хорошо, что на нас доспехи были. Тасита, поищи, пожалуйста, её шлем вон в той куче. Я пойду этого демона страхолюдного поищу.

Пока группа раскапывалась и собиралась, За’Хар нашёл Ихутлитона. Ему с мясом вырвало три конечности, пробило панцирь в нескольких местах, сломало хвост и порядком поджарило. За’Хар и до метеоритов успел его несколько раз достать, но не так фатально.

– Могу добить. Быстро и точно. Интересует?

– Да ладно… Кхе-кхе… И сам сдохну…

– Как знаешь, моё дело предложить.

– Когда я услышал, что Цемфелада… Кхе… Чуть Аканту не убила, не поверил. Она же маленькая. Как? Это ведь был «Армагеддон» сейчас… Как?

– А о её учителях ты не думал? Я, Тэла, Тасита, Глос, Сикус, Присси, Веркон, группа, целая гильдия.

– Не… Не задумывался… Чему ребёнка ни учи, силы-то ему брать откуда…

– А от нас. От собора, от гильдий, от города, от королевства, от сотен тысяч крестьян, которых она бросилась спасать уже в который раз, не?

Ихутлитон хрипло рассмеялся, брызжа вокруг вонючей чёрной кровью:

– И об этом я не подумал! Получается, ты не только её воплотил… Школу ей… Устроил!

– Само так получилось. Просто, она не равнодушная, за других переживает. И способная, конечно. Трудолюбивая, талантливая.

Демон снова рассмеялся:

– Не заливай, кхе-кхе, За’Хар. Наслышан… Ты оказался сильнее, чем я думал. Жаль! Мне очень хотелось тебя съесть. Череп на камин бы потом поставил, в коллекцию. Впереди существа посильнее меня, не вздумай им проиграть! Если я здесь окочурился, пусть и они все сдохнут!

– А ты просто душка. Не проиграю, не затем идём.

– Это хорошо…

Демон-генерал дёрнулся и умер, завоняв ещё сильней.

«Завершено задание: «Засада демонов». Награда: 7000 золота каждому участнику группы (6-12 человек), +2000 очков репутации с богами золотого, белого, синего пантеонов, +1500 очков репутации с богами красного пантеона, титул «Истребитель демонов»: +1 веха, +20 очков характеристик».

За’Хар получил два уровня сверху, остальные от девяти до пятнадцати.

«Континентальное сообщение. Королевство Иретирия, герцогство Исория: группа рыцарей ордена Цемфелады уничтожила армию демонов, демона-генерала Ихутлитона (213 ур) и демона-адъютанта Хиутериссу (208ур).

Приветствуем спасителей герцогства Исория!

Континентальная награда: вертикальный солнечный нимб «Истребитель демонов», дворянский титул (барон), без права лишения человеком и +3 уровня развития всем членам группы.

Запомните имена героев: Цемфелада, Тасита, За’Хар, Титус Светоносный Коготь, Мииса, Надина «Пёрышко», Марита, Флор Домин».

– Так я и так барон! – возмутился Флор.

– И я, – развёл руками Титус.

– Я богиня! Какой ещё «барон»?! Кому на лицо наступить, а?!

– Богиню понизили до баронессы! Ой, умора! – За’Хара ситуация явно веселила.

– Бардак полный!

– А я не против стать баронессой.

– Ага, особенно сейчас. Надина, ты словно из городской помойки вылезла! Жаль, зеркала нет.

– Думаешь, ты лучше выглядишь?

– Включи нимб, поржём!