Мне жизни всегда мало… Сборник

Безымянный…

Вот он стоит, в полнейшей тишине,

Лишь ветра шум в тоскующих берёзах,

Лицо подняв к красавице – весне,

Стоя ногой на пушечных колёсах.

В руках усталых держит автомат,

И как бы к небу обращаясь,

На постаменте – бронзовый солдат

Скорбит о многом – нам не признаваясь…

Кто он такой? Да нам уж не узнать.

Лишь только строки на доске из камня,

«Всем, кто погиб за Родину в боях!»

А ниже список – «безымянный, безымянный»….

А сколько их – без имени лежат,

Не под звездой, не под доской могильной,

А на полях, где ветры лишь шумят,

Да под ракитой у дороги пыльной.

Что сделал он великого тогда -

Взорвал ли дот иль танк остановил?

Нам не узнать, но это не беда!

Известно то, что смерть он победил!

Мы будем помнить – пусть пройдут года!

Огонь нам вечный светит неустанный,

Но в памяти народной – на века

Останется твой Подвиг – безымянный…

Букет деду

Жаркий май, зацветает сирень

И тюльпаны вновь тянутся к небу.

Я сегодня, в девятый день,

В гости к деду с букетом еду.

Подойду в тишине к нему,

На скамейку тихонько сяду,

И, букет цветов – возложу,

На гранит, держась за ограду.

Фронтовых сто грамм налью

Из отцовской армейской фляги,

И молитвой бойцов помяну,

Что лежат под звездой, бедняги.

Эти воины в час лихой,

Своей грудью страну закрыли,

Подарили народу жизнь,

Что бы помнили мы, чтобы жили!

Здесь мой дед принял смертный бой,

Навсегда закатив глаза,

А ведь он был такой молодой…

Ах ты сволочь, Сволочь война!

Сколько их на полях полегло,

На просторах нашей земли?

Нам того понять не дано,

Но мы помнить о них должны!

И сегодня, в девятый день,

Когда будет греметь салют,

Мы поднимем бокалы за тех,

Кто сумел победить Войну!

Ночная война

Снова грохот меня насторожит,

Прижимаюсь щекою к земле,

И сомнения душу вновь гложут,

Как? Зачем? Почему на войне?

Снова ночь свой саван оденет,

На позиции, горы, леса,

Накалив тишину до предела

Разорвут на куски голоса.

Снова шум – ещё не понятный,

Но тревожный и словно чужой,

Поглощает мир необъятный,

Оставляя страх за собой.

И опять тишина разорвалась

На растяжке, возле воды,

Пулемётным огнём отозвалась,

Прикрывая подходы свои.

Снова землю подымут разрывы,

Оседая песком на зубах,

Но мы здесь! Мы ещё – не убиты!

И готовы к броску на ножах.

Вновь бегу, задыхаясь от крика,

Ощущая на мушке себя.

Но, я жив, моя карта не бита,

Видно, смерть бежит от меня!

И опять, сойдясь в рукопашной,

Ощущаю дыханье врага,

Что стрелял в меня так бесстрашно,

Завалившись на край бугорка.

С диким криком, сжимая объятья,

Я валюсь вперёд, на врага…

Темнота, тишина, непонятье…

Рядом тихо плачет жена…

На страже триста лет

О нашей службе, можно рассказать,

Хотя о ней давным-давно известно,

Ведь кое-что могли вы и не знать,

Послушайте, вдруг, будет интересно?

За триста лет, с Петровской той поры,

Мы каждый день и каждую минуту

Выходим в зной и стужу на посты,

Храня закон на вверенном маршруте.

Нам Долг велит быть первыми везде,

Там, где иных и днём с огнём не сыщешь,

Прийти на помощь каждому в беде,

Хоть слова доброго порою не услышишь.

Вся жизнь страны и службы неразрывна,

Хоть царская Россия или нет,

На рубеже стоим мы непрерывно,

И нашей страже нынче триста лет.

На рубеже, которого не видно,

Средь шума улиц и родных домов,

Наш бой идёт, идёт кровопролитный,

За мирный сон уставших городов.

И мы стоим щитом во имя жизни,

На гране жизни, что у нас одна,

Бойцы Закона и сыны Отчизны,

Присяге данной верны до конца!

Командировка

За нами остались Орёл и Москва,

За нами – России просторы,

А под ногами чужая земля

И взгляд упирается в горы.

За нами – законы нашей страны,

И мы на страже порядка,

А в диких горах боевики

Живут по суду шариата.

В родных городах, по асфальту идя,

Мы выстрела в спину не ждали,

А здесь – всё иначе, ведь это – Кавказ,

Обстрелы нередко бывают.

На старой броне, под холодным дождём,

Как уже бывало не раз,

Мы отрядом в ущелье на заданье идём,

Кто ж знает, что ждёт дальше нас?

Служба закону, конечно, не мёд,

На Кавказе – того и подавно,

А дома семья – верит и ждёт,

Что вернёмся живыми обратно.

За нами остались Аргун, Ханкала,

За нами Кавказские горы!

А под ногами – России земля,

И сердцу родные просторы!

Не все нас любят

Не все нас любят, ну так что ж?

Работа есть работа.

И вряд ли когда поймёт,

О чём у нас забота.

Когда наряд дежурный мчит

Не ведая преград,

И каждый думает, молчит,

Вернётся ли назад?

Когда в ночи раздастся крик:

«Спасите! Убивают!»

Мы выезжаем в тот же миг…

Куда, зачем? Мы знаем!

Когда ПМ найдёт рука,

Сжимая рукоять,

Мы скажем верные слова

«Полиция! Стоять!»

Погони, драки и стрельба,

И это не кино

А жизнь у нас всего одна,

Обидно, от и до…

Когда навек покинет друг, с которым ты служил,

Осознаёшь через года, как мало он пожил.

А дома ждёт всегда семья,

Жена ночей не спит.

И подрастают сыновья – душа о них болит.

И каждый раз, идя вперёд

По трудному пути,

Мы просим только об одном:

«Спаси и Сохрани!»

Полицейская служба

Наша служба – не сахар,

Наша служба – не мёд,

Кто служит закону,

Тот это поймёт.

Кто служит народу –

Тот жизнь повидал,

Хоть ты рядовой,

Хоть ты генерал.

Мы служим Закону,

Мы служим Стране.

По первому зову

Готовы к беде.

По первому зову

Готовые в бой,

Чтоб людей защитить

И прикрыть их собой.

Сколько наших собратьев

Уже полегло?

Кого пуля достала,

Кого бандита «перо».

Сколько наших друзей

Полегло под огнём

На Кавказских высотах,

Ночью и днём?

Под бандитским обрезом,

Под лавиной камней -

В нашей памяти вечно

Будут лица друзей!

И если скажет нам кто,

Что наша служба – пустяк!

Пусть приходит служить,

Сам поймёт, что и как!

Восьмидесятилетию УМВД по Орловской области

Есть служба такая-

Закон защищать!

И наша работа,

На страже стоять.

На охране здоровья

И жизни людей,

Мы порой не считаем

Бессонных ночей.

Истории нашей-

Неполных сто лет.

Но всякое было,

И счастье, и смерть.

Менялись эпохи,

Менялась страна,

Но мы оставались

На службе – всегда!

С фашистами бились

В смертельном бою,

Ловили врагов

В неспокойном тылу.

Отмечен тот путь

Орденами страны,

Земной Вам поклон,

Ветераны войны!

А время спешит,

И годы идут.

И наши сотрудники

Службу несут,

Не только в Орле

И районах его,

А также в горах

Далеко, далеко…

Как когда-то служили

Наши отцы,

Охраняя в Кабуле

Законы страны.

Нелёгкая доля:

Засады, бои…

Всегда на пределе -

Тяжёлые дни!

Мы в летопись службы

Свои имена,

Вписали словами:

«Присяга дана»!

Доподлинно знаю я

Правду одну:

Служа Закону-

Народу Служу!

Патрульным Орла

Дождь, снег, ветер в лицо,

Под ногами – осколок льда,

Тёмное небо, крепчает мороз,

Нам в наряд и опять не до сна.

Этой ночью – снова в патруль

По дорогам ночного Орла,

Под порывы уличных бурь,

Под удары уличных драк.

Этой ночью, возможно, опять,

Предстоит живым стать щитом:

В парке пьяных ребят разнимать,

И подставить себя под «перо».

А, быть может, спокойно пройдёт

Наша смена и эта ночь,

Полной грудью воздух вздохнём,

Увидев отблеск утренних звёзд.

Мы подарков совсем не ждём,

И пусть что-то совсем не так,

Каждый будет из нас здоров,

И все домой вернёмся назад.

Пусть двери зло разевают рты,

И на маршруте – словно чужой.

Но мы с тобой эту ночь прошли,

И все вернулись домой!

Мой папа – полицейский

На кителе медали

И блестят погоны,

Мой папа – самый лучший,

На страже он закона.

Мой папа – не спасатель,

Не генерал армейский,

Мой папа – тоже в форме,

Он служит полицейским!

Мой папа защищает

Покой, страну и нас,

Порою уезжает

Куда-то на Кавказ.

Что там забыл? Не знаю,

Наверно, без него

В далёком, горном крае

Не смогут ничего.

Я знаю, служба папина

Бывает нелегка,

В глазах его усталость

Заметна иногда.

К нему сегодня вечером

Тихонько подойду,

И прошепчу на ушко,

Как я его люблю!

И – знаю – улыбнётся,

Меня к себе прижмёт.

И грусть, тоска, тревога

От папы отойдёт!

Я помню…

Я помню жаркие страны,

Где с друзьями не раз побывал,

На теле остались шрамы,

В груди бушует пожар.

Я помню тревожные ночи,

Где «сигналки» светили, как днём,

Мы матом ругались очень,

Прижимаясь к земле под огнём.

Я помню, товарищ тихо

Упал, на бок завалясь,

Моя смерть пролетела мимо,

Неслышно в ночи растворясь…

Я помню, как мы кричали,

В прицеле тени ловя,

Как долго подмоги ждали,

Поднимая к небу глаза.

Я помню…

Да разве забыть?

Не смогу, хотя и пытаюсь,

Стоит только закрыть глаза,

Я в атаку опять подымаюсь.

Снова ночь

Снова ночь, опять тишина,

Ни дыханья ветра, ни шороха.

Не спеша подойду к окну -

Вижу в небе неясные всполохи.

Я смотрю, но не вижу даль,

Пред глазами – былые дни,

Я с друзьями, как раньше, встарь,

Еду в сумрак чужой страны.

Снова вижу улыбки ребят,

Снова слышится стук колес,

Ощущаю в руках автомат,

И ветер горный в копне волос.

Где-то в небе моргнёт звезда,

Подмигнёт людям синим глазом,

Мне мерещится опять Ханкала,

И я глиною весь измазан.

Ах, да что же со мной сейчас?

Сколько буду я всё вспоминать?

Надо всё позабыть, хоть на час,

Что бы душу тоской не рвать!

Надо всё позабыть, но как?

Там друзья, братишки мои,

Этих дней – не прогнать во мрак,

В моём сердце навек они!

Ночная…

Вновь вступает в свою силу ночь,

Зажигая на небе огни,

Заставляя беду уйти прочь,

Растворяя на дне тишины.

Во всём доме погаснут огни,

Открывая запретные темы,

Гаснут окна, одно, за одним,

Отодвинув дневные проблемы.

Дом уснул, только нам не до сна,

Обвивая друг друга руками,

Мы сомкнём в поцелуе уста,

Все обиды забыв между нами.

Сяду вечером возле окна

Сяду вечером возле окна

Поудобней накинув плед…

За окошком метёт зима,

Старый дом в тишину одет.

По привычке, кружку возьму,

Заварю в ней покрепче чай

Я сегодня опять уйду

В тот далёкий Кавказский край.

Снова буду стоять на посту,

Прижимая к груди автомат,

И стараться понять тишину,

Что была много лет назад.

Снова вспомню былые дни,

Когда мы принимали бой,

На просторах чужой страны

И делили флягу с водой.

Вспомню всё – за короткий срок,

Этой ночью опять не до сна,

И я вновь совершу бросок

В те места, где была война.

И опять до утра сижу,

Позабыв про остывший чай

Прижимаясь виском к стеклу -

Буду новый рассвет встречать!