Благие цели
- -
- 100%
- +
– Ты куда?
Куда? Саша и сам не знал, куда он собирается, но вопрос был задан и требовал ответа.
– Хочу принять ванну. Я в больнице не мылся ни разу, – после короткого раздумья ответил он.
– Давай помогу.
Слава взялся за ручки с обратной стороны кресла и покатил друга в ванную комнату.
Как было объяснить другу, что чьё-либо внимание, а тем более помощь, это и есть то, от чего Саша бежал? Как отказаться от навязанной услуги, не привлекая к себе лишнего внимания? Саша не нашёл ответов на эти вопросы и по этому вынужден был смириться.
Пар от горячей воды очень быстро затянул зеркало тонкой плёнкой конденсата. И хорошо. Саша не хотел видеть своего отражения, только не такое, только не в кресле.
Слава опустился перед ним на одно колено и начал стягивать с ноги носок.
– Что ты делаешь? – озадачено спросил Саша.
– Помогаю тебе раздеться.
– Я сам.
– Сможешь?
– Конечно!
Саша не был уверен в том, что сможет раздеться сам, но позволять другу раздевать себя он счёл унизительным.
Слава вышел.
Дождавшись пока дверь закроется, Саша заблокировал колёса кресла, упёрся руками в подлокотники и встал на обе ноги сразу. Стоять после травмы ему доводилось и раньше. На занятиях по реабилитации он даже ходил, но медленно и всегда превозмогая боль. А вот самостоятельно переодеваться ещё не пробовал.
«И чего я упёрся? В больнице меня вообще медсёстры переодевали, и ничего. Слава же мужик. Почему застеснялся?» – думал Саша, расстёгивая ремень.
Брюки упали на пол, и, упёршись рукой в стену, Саша по очереди вытащил из них ноги.
«Ну, допустим, я сумею снять трусы. А что делать с носками? Наклониться к ним я точно не смогу».
Он взглянул на дверь, потом на унитаз и, немного поразмыслив, решил не запирать дверь. Как-никак, санузел в квартире только один. Из тех же соображений он решил не снимать трусы.
Перенеся большую часть нагрузки на руки, он втянул тело в наполненную ванну. Плавно опуститься не получилось, и часть воды расплескалась на пол.
Всё-таки хорошо. Ноги почти мгновенно стали невесомыми. Вода словно растворила опущенное в неё тело, и лишь трусы и носки, всё ещё оставаясь на своих местах, намокли и неприятно липли.
Саша ещё раз взглянул на дверь.
«Да ну и чёрт с ним…» – мысленно махнув рукой, подумал он.
Дарованная водой невесомость позволила без особых усилий снять остатки белья. Правда, носки приходилось снимать, поддевая их большим пальцем второй ноги, но и это не доставило особых трудностей.
Саша расслабился и опустил голову в воду. Голоса друзей, до этого момента свободно доносившиеся до его слуха, внезапно стихли, превратившись в ровное, слегка различимое гудение.
Вдох. Грудь, надувшись, всплыла к поверхности.
Выдох. Тело опустилось на дно.
Саша зажал пальцами нос и опустил голову под воду.
«Если бы можно было не выныривать! Раз и навсегда раствориться в воде, обретя невесомость…»
Запас кислорода в крови и лёгких закончился, и Саша всплыл за очередной порцией воздуха. «Надо научиться подольше задерживать дыхание».
Он почти уже нырнул вновь, когда смог разобрать доносящиеся до него слова.
Миша, заплетающимся языком очень громко рассказывал кому-то:
– …Я через забор перелез, и знаю ведь, что где-то сторож должен быть, а всё равно хочется. Сами понимаете, такая высота…
Саша не стал дослушивать и вновь опустился под воду.
«Он рассказывает свою историю про башенный кран. На этот раз его никто не останавливает и не перебивает. А зачем. Я же здесь…» – думал Саша, и новая волна злости вплотную приблизилась к нему.
Время шло по своим, одному ему известным, законам, но для Саши оно измерялось не часами и минутами, а промежутками между моментами, когда дверь в ванную открывалась и озадаченный Слава спрашивал:
– Помощь нужна?
Спустя четыре промежутка вода остыла. Настало время покинуть ванну.
Просить о помощи не было никакого желания, и поэтому Саша, ухватившись рукой за бортик, начал вытягивать себя из воды. Тело в зыбком равновесии зависло на краю. Рука потянулась к креслу-каталке.
Какая-то сила перевесила Сашу вперёд, и, цепляя второй рукой стену, он повалился на пол. Что-то грохнуло и зазвенело, осыпая мокрое тело острыми осколками битого стекла.
Дверь распахнулась, и в ванную вбежали люди.
– Зеркало! Он разбил зеркало!
– Осторожнее.
– Не толпитесь!
– Кровь!!!
Саша не видел лиц вошедших, хотя голоса узнавал. Три пары сильных рук подняли его, и таким как был: голым, мокрым и в крови, унесли в комнату.
В тот момент боли не было. Был только стыд. Саша видел обращённые на него взгляды, полные жалости и, как ему тогда казалось, презрения. Ему было стыдно за беспорядок, который он устроил, за наготу, но больше всего он стыдился собственного бессилия.
С тех пор Саша боялся один принимать ванну, а просить кого-либо о помощи было ниже его достоинства. Осколки старого зеркала выкинули, а новое он так и не купил. Возможно, потому, что не хотел видеть отражение себя такого… каким он стал.
Завтрак
Ноги, обутые в мягкие растоптанные тапочки, почти не отрываясь от пола, с тихим шуршанием скользят по гладкому линолеуму. Нагое тело небрежно прикрыто вышарканным и растянутым на локтях халатом, распахнутые полы которого не способны спрятать обвисший живот.
Жир предназначен для накопления и хранения питательных веществ. Почему тогда он не уменьшает потребность в питании? В этом теле больше ста килограммов жира. Почему каждое утро, обед, вечер. Да что там… Почему всё время оно хочет есть?!
Жри себя!!!
Каждый шаг – это усилие. Каждое движение – это испытание. Главное – не торопиться. Постепенно. Шаг за шагом. Не спеша… Этот организм больше не пригоден для быстрых движений.
Косая ухмылка исказила лицо.
Этот организм…
Можно подумать, что есть другое, молодое, сильное, здоровое тело! Словно есть способ менять тела, как надоевший или износившийся наряд. Самое время записываться в буддисты. Хотя.
После смерти человека должно ждать что-то большее, чем просто новое тело и очередная попытка прожить жизнь. Всё-таки несправедливо: потратить кучу сил на прохождение не столько сложной, сколько мерзкой игры только лишь для того, чтобы в финале вновь очутиться на первом её уровне.
Магниты уплотнителя, после недолгого сопротивления, позволили дверке холодильника открыться. Маленькая лампочка послушно осветила его содержимое. Хлеб, полдюжины яиц, квашеная капуста в стеклянной банке, варёная колбаса, сыр и большая пластиковая бутылка сладкого магазинного кваса.
Руки привычно открутили пробку. Долгий глоток. Холодный сладкий напиток обжигает рецепторы. Зубы отрывают большой кусок хлеба, колбасы, хлеба. Рот наполнен сухой пищей. Челюсти не справляются с пережёвыванием.
Глоток.
Кое-как пережёванная, смоченная квасом еда проталкивается в пищевод. Колбаса, колбаса, хлеб, квас, глоток.
Руки разворачивают шуршащий пакет. Сыр с плесенью. И это не благородная голубая плесень. Вовсе нет!
Досадная мысль: «Надо было вчера его съесть». Короткий, полный сожаления взгляд в противоположный угол кухни.
Ноги, обутые в мягкие растоптанные тапочки, почти не отрываясь от пола, с тихим шуршанием скользят по гладкому линолеуму. Медленно, размеренно, без резких движений.
Сколько шагов до шкафчика, в котором спрятано мусорное ведро? Не больше двух. Но этому телу понадобится пять неимоверно сложных, судорожно коротких шажков.
Как сложно наклониться, когда к твоему животу безнадёжно крепко припаян мешок жира. Как сложно присесть, когда на твои ноги давит туша весом с немолодого поросёнка.
Можно метким броском с высоты собственно роста отправить сыр в мусорное ведро. Но лишь новичку эта идея кажется удачной. Тому, кто не привык просчитывать все последствия своих действий с точки зрения принципа экономии движений.
Можно кинуть и попасть в ведро, а можно и промахнуться. Тогда придётся нагибаться ещё ниже и вслепую шарить рукой в глубине шкафчика.
Всё ещё открытый холодильник прерывистым писком привлёк к себе внимание.
«Подожди немного. Я скоро. Мы ещё не закончили».
Левая рука и грудь облокотились на столешницу.
Из прихожей раздался характерный звук отмыкаемого замка.
Голова свесилась вниз.
Хлопнула входная дверь.
Правая рука нащупала край ведра и забросила в него маленький шуршащий пакетик с сыром.
В кухню вошёл мужчина с большим бумажным пакетом и, не обращая никакого внимания на хозяина, прошёл прямиком к холодильнику.
– Привет, – сказал Саша, при помощи обеих рук придавая себе вертикальное положение.
– Может быть, сначала запахнёшься? – спросил Слава и хлопнул дверкой холодильника.
– А кого мне стесняться? – с вызовом ответил Саша. Но всё-таки запахнул полы халата и, игнорируя поясок, прижал их рукой.
– Опять из холодильника ел?!
– Мне не для кого накрывать на стол.
В этой фразе Слава услышал уже привычный, не очень хорошо замаскированный укор. Предпочитая не тревожить старый конфликт, он промолчал.
Большой бумажный пакет взгромоздился на стол.
– Это на неделю. В следующий раз смогу приехать только в субботу.
Саша, наблюдая за тем, как гость перекладывает продукты в холодильник, мелкими шагами подошёл к столу, выдвинул из-под него стул и, тяжело дыша, уселся. Халат, не способный прикрыть разъехавшиеся в разные стороны ноги, вновь распахнулся. Саша, морщась от усилий, вытянул из-под себя левую его полу, сильно скосив весь наряд набок, прикрыл ею пах.
Одышка усилилась.
– Как дела у Ани? – задал он единственный по-настоящему интересовавший его вопрос.
– Она в больнице, – коротко ответил Слава.
– Что случилось!?
В голосе Саши послышалась явная озабоченность, он даже попытался привстать.
– Ничего страшного. Она на сохранении.
– Где?
Слава молча сел, упёрся локтями в столешницу и, с вызовом глядя Саше в глаза, сказал:
– У нас будет ребёнок. Рано или поздно ты всё равно должен был об этом узнать.
Непонимание.
Осознание.
Гнев, сдержанный гордостью.
Глаза, пытаясь спрятаться от пристального взгляда Славы, скосились вбок, вниз, на стол, на пакет.
– Ч… чипсы купил? – сдавленно, с хрипом спросил Саша.
– Ты меня слышал? У нас будет…
– Чипсы купил!? – заорал Саша. – В прошлый раз я просил чипсы! Ты купил их!?
– Я сказал…
Саша не слушал Славу. Собственно, зачем было его слушать? Всё, что нужно, он уже сказал и теперь ждал реакции.
«Какой реакции он ждёт? Радость?! Прощение?! Что ещё он хочет у меня забрать? Что ещё, кроме гордости, у меня осталось?!»
Саша протянул руку через стол и, зацепив пакет указательным пальцем, потянул его на себя. С гулким грохотом два зелёных яблока упали на стол.
Вот он! Легальный повод выхода гнева!
Взглядом, полным ненависти, Саша уставился на гостя.
– Это дерьмо зачем принёс?!
– Это яблоко.
– Это дерьмо!!! – сильно повысив голос, закричал Саша.
– Сам ты дерьмо! – на этот раз не сдержался Слава. – Разожрался, как свинья! Из дома не выходишь! В чём я виноват? В чём ты хочешь меня обвинить? – Он давно хотел задать этот вопрос. – Хотя бы раз в жизни будь честен с собой. Ты не можешь простить того, что она выбрала не тебя. Кому ты этого простить не можешь? Ей? Мне? Себе? Перестань думать об этом и живи дальше. Пройди уже курс реабилитации, если ещё не поздно.
– Ты украл её у меня!
– Она никогда не была твоей.
– Ты вор!
Саша схватил яблоко и с силой кинул его в Славу.
– Вор!
– Да пошёл ты!
Слава встал и направился к выходу, на мгновение обернулся и сказал:
– Знаешь. Я думаю, Степаныч ошибался.
– Пошёл вон! – выкрикнул Саша, всё ещё не осознавая смысла сказанной другом фразы.
– Уходи! И… И мусор вынеси! – сам не понимая зачем, сдавленным голосом, в пустой проём коридора добавил он.
Ответом ему был грохот с силой захлопнутой двери.
«Степаныч ошибался…»
Пальцы сжались в кулаки.
«Аня беременна»
Столешница гулко «ухнула», принимая на себя сильный удар тяжёлой руки.
«Степаныч ошибался!..»
Правый кулак врезался в стол.
«Аня беременна!»
Левый кулак с грохотом занял его место.
«Степаныч ошибался!!!»
Грохот очередного удара.
– Нет, – сначала тихо, но всё-таки вслух проговорил Саша.
– Нет! – одновременно с ударом выкрикнул он.
– Нет!
– НЕТ!
– НЕТ!!!
– Н-Е-Е-Е-ЕТ!!!
Крик слился с грохотом ударов по ни в чём не повинному столу.
– Нет… – сквозь одышку выдохнул Саша.
В последнем порыве ярости рука смахнула на пол большой бумажный пакет с купленными Славой продуктами…
Степаныч
– Ещё два круга.
Хриплый, но хорошо поставленный голос тренера отразился от железобетонных сводов потолка спортзала, застрял в сетке, натянутой для защиты окон, и окончательно утонул в скрипучей мягкости когда-то давно покрашенного деревянного пола.
– Степаныч, ты убить нас хочешь? – сквозь смех и затруднённое дыхание выкрикнул кто-то из группы.
Одобрительный смешок, вырвавшись из уст мальчишки, пролетел по группе сверстников, отразился в мимолётных улыбках и растворился в шуршащем топоте ног.
– Ещё два круга и плюс один за разговоры, – бесстрастным голосом сказал тренер.
Нервный смех вперемешку с вымученным стоном пробежал по немногочисленной группе подростков.
Слава озабочено взглянул на Аню. Та держалась молодцом. Хотя как ещё она могла держаться? Что такое полтора километра для Ани? В сущности, ничего! Не выбиваясь в лидеры, и не отставая, она держалась так, чтобы не создавать помех бегущим рядом ребятам.
На втором дополнительном круге группа заметно растянулась, обозначились лидеры, во главе которых, крепко прижимая локти к бокам, бежал Саша.
– Всем стоять!
Аня привыкла, что команды тренера нужно исполнять немедленно, не задавая вопросов и не сомневаясь, поэтому остановилась сразу.
Кто-то, кто бежал сзади, зацепил её плечом. Группа смешалась, дети натыкались друг на друга, но всё-таки останавливались.
– Что случилось? – озабочено спросил кто-то. – Ведь почти добежали уже.
Обнаружить причину остановки оказалось совсем не сложно. Позади, метрах в пяти от основной группы, уперев руки в колени и тяжело дыша, стоял невысокий щуплый парень из новеньких.
– Я… больше… не… могу…
Перемежая слова глубокими вдохами, проговорил он.
– У нас появился отстающий! Что мы делаем с отстающими? – громко выкрикнул тренер.
В глазах мальчика отразился испуг.
– Миша, скотина! Беги! – выкрикнул кто-то из группы.
Миша сделал ещё несколько шагов, после чего, потеряв последние силы, рухнул на колени.
– Я… не… мо… гу! – хватая ртом воздух, проговорил он.
– Что мы делаем с теми, кто больше не может двигаться вперёд? – ещё раз, повышая голос, спросил Степаныч.
По группе растёкся ропот.
Степаныч испытующе взглянул на детей.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.