Кровавая тень государства. Часть первая «Становление» Том второй

–Где найти директора? – строго спросил я вахтёра.

–Дома она. Выходной у неё. – ответил он.

–Немедленно вызывайте её сюда. А пока она будет ехать, мы здесь осмотримся. – сказал я.

–Хорошо. Сейчас постараюсь с ней связаться. – ответил он.

–Только очень хорошо старайтесь. – сказал я.

Мы прошли внутрь. Нас встретили несколько воспитателей. На их вопрос, кто мы и что мы хотим, я ответил, что хотим посмотреть, как тут живут дети. Нам всё показали. Когда я увидел детей, то сам чуть не прослезился. Все в штопанной одежде. Игрушек толком нет, а что есть не первой свежести, и многие сломаны. Директор приехала довольно быстро. Она вбежала в комнату где играют дети, взъерошенная и с выпученными глазами. Спросив у нас, кто мы, я ей предложил для начала пройти к ней. Мы вошли к ней в кабинет, оставив охрану в коридоре. Я задал ей все интересующие меня вопросы. Спросил, почему всё в таком плачевном состоянии. Она рассказала, что постоянно пишет в администрацию и постоянно получает отказы. Уже все пороги обила. Ссылаются на то, что на данный момент нет средств, то в связи с одним, то в связи с другим. А сами они не могут обеспечить всем необходимым, почти сотню детей. Я её выслушал и сказав, что я подумаю, как можно разрешить данную ситуацию, поблагодарил её и вышел. Мы поехали домой. По дороге я задумался. Почему наша администрация не заботится о детях? Меня это очень расстраивает. Владимир, да и сотрудники охраны тоже шокированы содержанием детей в интернате. Мне кажется, люди в тюрьме лучше живут. И что будет с этими детьми, когда они вырастут? Станут озлобившимися на весь мир? Заживут преступной жизнью? Я решил, что с этим нужно что-то делать и как можно скорее. Дети не должны жить так, как они живут сейчас. У них должно быть детство. С этими мыслями мы вернулись домой. Нас уже заждались. Папа стал сердиться, спрашивая: -«Что за такие срочные дела в субботу?». Владимир сказал, что срочные вопросы по охране объекта. Все сели за стол, а Лиза попросила меня пройти с ней в кабинет.

–Сашенька, ну что там? – спросила она.

–Любимая, там просто ужас. Я даже пересказать не могу, как я шокирован. Теперь я представляю, что чувствует папа. Ведь когда-то это место было его домом. – сказал я.

–Любимый, надо что-то делать. Дети не должны так плохо жить. – сказала Лиза.

–Надо. В понедельник поеду к главе города и попрошу помочь детям. Если не получится с администрацией, то даже если ты будешь потом на меня злиться из-за этого, я выясню в какую сумму встанет отремонтировать здание и оплачу ремонт сам. – сказал я.

–А почему я должна злиться? Давай поможем детям. Есть же такая возможность. Глядишь дети вырастут и всю жизнь нам благодарны будут. – сказала Лиза.

–Хорошо, любимая. Спасибо, что понимаешь. – сказал я.

–Скажи об этом папе. Подними ему настроение. – сказала Лиза.

–Хорошо, любимая. Пойдём. А то нас потеряют сейчас. – сказал я.

Мы поцеловались и пошли на кухню. Все уже собрались. У меня такое ощущение, что собралась большая дружная семья. Девочки носятся по квартире с Галей. Владимир с папой, что-то активно обсуждают. Мама с Мариной накрывают на стол.

–Володя, поспрашивай в понедельник по своим, пожалуйста, про строителей, которые шустро и качественно ремонты делают. – сказал я.

–Понял. Сделаю. – ответил Владимир.

–Сын, ты снова ремонт затеять собираешься? – спросил папа.

–Да пап. Мы с Лизой решили сделать капитальный ремонт в одном интернате. – сказал я, а отец посмотрел на нас и в лице изменился.

–Мать, ты зачем им рассказала? – зло спросил он маму.

–Да ты мрачнее тучи. А ты сам попробуй ему не ответь, что за проблема. – сказала мама.

–Папа, успокойся. – сказал я.

–Ты знаешь каких денег ремонт стоить будет? Там же не только побелить потолки. – сказал папа.

–Предполагаю. – сказал я.

–Сын, я тебе запрещаю тратить такие деньги на ремонт. Тебе семью содержать надо. Своя дочь растёт. – сказал папа, сильно повысив на меня голос.

–Хватит! – крикнул я на него – Это наши с Лизой деньги. Мы сами знаем, когда и на что их тратить. Я сказал, что сделаю ремонт, значит сделаю. Советские дети не должны так жить.

–Ты на самом деле собрался это делать? – спросил папа.

–Да, пап. Мы прямо сейчас это решили. – сказала Лиза.

–Простите дядя Лёша, я вас обманул. Мы как раз в интернат и ездили, чтобы увидеть всё своими глазами. – сказал Владимир.

–Ну зачем? Я сам хотел в администрацию пойти в понедельник. – сказал папа.

–Нет, пап, в понедельник в администрацию еду я. Сразу после собрания. И не спорь со мной. Мы так решили, так оно и будет. В конце концов, это мой дом и здесь я решаю, как и что будет. Всё понятно? – сердито сказал я.

–Понятно сынок. – сказал папа, а мама с Мариной посмотрели на меня выпученными глазами.

–А что происходит? Извините, просто я не поняла из-за чего весь этот шум. – спросила Марина.

–Марин, Сашин папа вырос в интернате. А недавно он узнал, что там всё плохо. А Саша узнал об этом и поехал с Володей посмотреть. Они сейчас туда ездили. Марин, там ужасно. Почти сто детишек живут в практически в сарае, одеты в лохмотья и даже игрушек нормальных нет. Какое же это детство? Мы с Сашей недавно в кабинете решили, что оплатим ремонт интерната из своего кармана. – сказала Лиза.

–Боже мой! – сказала она, прикрыв рот ладошкой – Вов, приедем домой, у нас там на балконе мешки с хорошими игрушками и детскими вещами, мы их сразу достанем и переберём. Потом я всё перестираю, поглажу и ты отвезёшь их детям. Они нужны детишкам. А потом подумаем, чем мы ещё можем детям помочь. – сказала Марина.

–Хорошо, дорогая. Обязательно так и поступим. – сказал Владимир.

–А теперь давайте пообедаем и заодно кое-что отметим. – сказал я.

–А что за повод? – спросила мама.

–Мам, я на работу выхожу. – улыбаясь сказала Лиза.

–Лиза, ты сдурела что ли? – спросил папа.

–Лиза, у вас же дочь ещё совсем маленькая. – сказала мама.

–Вот именно так я вчера ей и сказала. – сказала Марина.

–Ну я же пока дома работать буду. Как раз всю неделю я и работала в кабинете. – сказала Лиза.

–И кем же ты там работала? – спросила мама.

–Заместителем директора по развитию предприятия. То есть моим заместителем. – сказал я.

–Ничего себе карьерный скачек. Из университета в руководители. Не слишком ли высоко? – спросила мама.

–Меня министр финансов к себе позвал в министерство. Я отказалась. – сказала Лиза.

–Прям целый министр тебя звал? Не смеши. – махнув рукой сказал папа.

–Так и было. Он Александра уговаривал отдать жену в министерство. А Александр ему сказал нет. А потом и Лиза, как я понял сказала своё нет. Но судя по тому, что я понял из того, что натворила Лиза, это была не последняя попытка заманить её в министерство. Если, конечно, его через пару недель удар не хватит, как думает Александр. – сказал Владимир.

–Ничего себе. Ты что такое натворила, что даже министр тебя так заполучить хочет? – спросила мама.

–Лиз, я пока налью всем суп, а ты пойди покажи во что ты Сашин кабинет превратила. – улыбаясь сказала Марина.

–Хорошо. Идём. – хохотнула Лиза.

Они пошли в кабинет. Лиза открыла дверь. Мама с папой зашли в кабинет и рты открыли.

–Дочка, что это? – спросил папа.

–Это моя работа, пап. Так выглядит процесс изучения мирового финансового рынка. А на стене карта рынка. – сказала Лиза.

–Дочка. Это же сколько цифр и графиков ты изучила, чтобы это сделать? – спросила мама.

–Много. Очень много. – сказала Лиза, а в этот момент позвонили в дверь.

–Я открою. – крикнул я.

Я поднялся и пошёл открыть дверь. За дверью стоит Татьяна.

–Здравия желаю, товарищ подполковник. – сказала она.

–Добрый день, Таня Рябинина. Я же просил по имени отчеству. Что-то случилось? – спросил я.

–Извините. Исправлюсь. Тут посылки из министерства финансов для Елизаветы Борисовны. Не подозрительные. Проставлена печать «СЕКРЕТНО». Пропустить?

–Да. Пусть заносят. Спасибо. – сказал я.

Татьяна дала добро на проход. Принесли посылки. Это не просто посылки, а ящики. Курьер сказал, что должен расписаться получатель.

–Лиза, подойди пожалуйста. Тут тебе расписаться нужно за посылки. – громко сказал я.

–Ух ничего себе посылки. Где расписаться? – спросила Лиза и расписалась в документе.

–Всё, спасибо Таня. А почему вы не отдыхаете пока вас не вызвали? – спросил я.

–Осваиваюсь. Я окрестности изучаю. – сказала она.

–Хорошо. Только прошу, не пренебрегайте своим временем на отдых. Вы, как и любой другой сотрудник, обязаны отдыхать, пока есть на это время и возможности. Если будет угодно, то это приказ. – сказал я.

–Так точно, товарищ подполковник. – сказала Татьяна.

–Спасибо. Вы можете идти. – сказал я.

–Есть. – сказала она и ушла, а я закрыл дверь.

–Любимый, это то, о чём я думаю? – радостно спросила Лиза.

–Ну я так понимаю, да. Не думаю, что там много пушистых кроликов. – сказал я.

–Дочка, а что это за большие коробки? – спросила мама.

–Это документы. Министр прислал. – сказала Лиза.

–Правда министр? – спросил папа.

–Ну подойди да сам прочти. Тут всё написано. Саш, потом в кабинет отнесёшь? Хорошо? – сказала Лиза.

–Хорошо. – сказал я – Вот так Володя. Судя по размерам этих коробок, потерял я жену и надолго.

–Очень похоже на то. Сочувствую, мужик. – засмеялся Владимир.

–И правда. Отправитель: министерство финансов СССР. Ничего себе. Ещё и секретное. – сказал папа.

–Лиз, это то, что я думаю? – спросила Марина.

–Ага. – довольным голосом сказала Лиза.

–Боже. Саш, сочувствую. – сказала Марина и ушла обратно на кухню.

–Ну чего все столпились? Идемте за стол уже. – сказал я и все пошли на кухню.

–Хочешь расскажу, чем Таня сейчас занимается? – улыбаясь спросил Владимир.

–И чем же? – спросил я.

–Изучает местность. Лазает по крышам и чердакам. Ищет возможные позиции для нападения и возможные лёжки для снайпера. Короче, всё то, что делаю регулярно я. – улыбнувшись сказал Владимир.

–Ужас. А ты тоже это делаешь? – спросил я.

–Конечно. Я же должен знать, как тебя защищать. А я один из тех, кто её готовил. Вот увидишь. Когда мы её в следующий раз увидим, то она скажет, что я везде уже был. – сказал Владимир.

–А с чего она поймёт, что ты был там. А на всех точках я надпись оставил «Здесь был Ангел». Это был мой позывной. – сказал Владимир.

–Вот вы артисты. Ладно. Давай за стол. – сказал я.

Мы сели за стол. Покушали, выпили. Вскоре проснулась Настя. Лиза её покормила, а потом ей занялись бабушка с дедушкой. Вскоре родители и Владимир с семьёй разъехались по домам. Мы с Лизой и Настей остались одни. До конца дня и в воскресенье мы проводим, либо занимаясь дочкой, либо сексом.

В понедельник утром, я вышел из дома. Меня у квартиры встретила Таня, а не Володя. Мы спустились к машине. Буквально через минуту к нам подошёл Владимир.

–Ну, Таня. – улыбаясь сказал он.

–А ты что, самый умный, капитан? – улыбаясь спросила Татьяна.

–Сколько нашла? – спросил Владимир.

–Одиннадцать. – сказала она.

–Их двенадцать. – сказал Владимир.

–Двенадцатая не точка, а точное самоубийство. Эту точку могут выбрать, либо мы с тобой, либо полные идиоты. К тому же там противопехотная мина стоит. – сказала Татьяна и подняла указательный палец вверх.

Мы посмотрели наверх и увидели на доме надпись: «Здесь был Жопа». Мы с Володей засмеялись.

–Алексеич, она везде зачеркнула «Ангел» и написала «Жопа». – сказал Владимир.

–Нельзя обижать профессионалов. – сказал я.

–Но, как бы то ни было, исключать её нельзя. – сказал Владимир.

–На точке заложена мина. Наступить не наступишь, а лечь точно ляжешь. – сказала Татьяна.

–Я на одну из твоих хлопушек, чуть не напоролся. – сказал Владимир.

–Ой! Напугался обычной хлопушки. – смеясь сказала Татьяна.

–Ты аккуратнее. Эта хлопушка может и ногу оторвать, при хорошей закладке. – сказал Владимир.

–Не переживай капитан. Она точно напугает, но не навредит. Ты что, дети же могут залезть. – сказала Татьяна.

Мы посмеялись и поехали сразу в администрацию. Я зашёл к главе города. Он у себя и принял меня. Я не стал козырять служебным, а просто зашёл, как гражданское лицо. Я рассказал ему про интернат. Спросил его по поводу отказов в ремонте. Сказал, что детям необходимы нормальные условия, а не те, что там есть. Он меня начал перебивать и повышать на меня голос, хотя я попросил его сбавить тон. Он мне сказал, чтобы я не учил его как работать и куда расходовать деньги народа. Я сказал, что понял его позицию, попрощался и ушёл. Мы поехали на объект. Я впритык попадаю на собрание. Поднявшись к себе в кабинет, я быстро положил дипломат и со Светланой и Владимиром пошёл в актовый зал. Когда я вошёл, все кто находится в зале поднялись и начали мне аплодировать. Я показал всем сесть и поздоровался. Я начал рассказывать про будущее завода и грядущие перемены. Про развитие, про увеличение численности работников почти в десять раз. Про новые направления деятельности, помимо основной. Про повышение, возможное, заработной платы, в связи с прогнозируемым скачком прибыли предприятия и так далее. Все меня внимательно слушают и иногда переговариваясь между собой. Минут через сорок, я закончил свой доклад.

–Есть у кого-нибудь вопросы? – спросил я, а в зале не подняли руку только те, кто сидит со мной за трибуной. Я показал на женщину в первом ряду.

–Александр Алексеевич, а вам с Владимиром Анатольевичем было страшно, когда в вас стреляли? – спросила она.

–А по существу вопросов нет? Мы же вроде по делу собрались. Или всем всё понятно из того, что я вам рассказывал всё это время и всех всё устраивает? Я бы хотел услышать мнение работников. – сказал я.

–Да. Всё понятно. Всё устраивает. Это замечательно. – загалдели все.

–Расскажите пожалуйста, Александр Алексеевич. Мы тут за вас все как один сильно переживали. – сказала женщина, а все стали галдеть в её поддержку.

–Хорошо. Расскажу. Если это так уж интересно. Когда стреляют, это страшно. Мне было страшно, не знаю, как Владимиру Анатольевичу, но мне точно было. – ответил я.

–Мне тоже было страшно. Ещё как. Но больше я боялся, чтобы Александр Алексеевич ещё не порушил что-нибудь до кучи. – засмеялся Владимир.

–Мы все видели вас в новостях. Вы были весь в крови. Вы были ранены? – спросила другая женщина.

–Только ушибы и ссадины. А кровь была не моя, а раненой девушки. К счастью, её удалось спасти, и она уже идёт на поправку. Ещё вопросы? – спросил я.

–Александр Алексеевич, а в новостях правду сказали, что вы там убили десять человек? – спросил мужчина.

–Нет. Нами с Владимиром Анатольевичем, была ликвидирована группа нападавших из восьми человек. А двое убитых и раненая девушка, это их рук дело.

–В новостях сказали, что на вас заведено уголовное дело. Так ли это? – спросил другой мужчина.

–Владимир Анатольевич, на нас разве уголовное дело заводили? Ах, да. Это просто проверка правомерности применения огнестрельного оружия, повлекшее смерть человека. Но так как этих сволочей с автоматами не посчитали людьми, мы были оправданы комиссией. – сказал я.

–Александр Алексеевич, вы очень расстроено выглядите. Это последствие тех событий? – спросила девушка из зала.

–На самом деле, те события не такое уж и расстройство для меня. Мы выжили. Спасли жизни людям и хорошо. Есть более серьёзные вещи, которые могут сильно расстраивать. Например, такие. Когда ты сирота, тебя уже за человека не считают, и ты должен жить в сарае и носить лохмотья. Хотя в будущем эти дети сироты могут стать учителями, врачами, пожарными и так далее. Вот это меня расстраивает больше всего. – сказал я.

–Александр Алексеевич, о каких сиротах речь? – заинтересованно спросил Николай Денисович, а зале стали поддерживать его вопрос.

–Если вам так это интересно, то я вам расскажу. – сказал я.

–Да, Александр Алексеевич, очень интересно. – заговорили в зале.

–Хорошо. В субботу я обедал у себя дома с родителями. Я увидел, что мой отец очень расстроен. Я узнал, что он расстроен из-за нашего городского интерната, который пришёл в захудалое состояние. Дети содержатся абы как. Носят штопанные вещи. У них нет игрушек. Детская площадка убогая. Хорошо, что их там кормят вообще. И что будут думать о нас, окружающих их людях, эти дети, когда станут взрослыми? Хорошо, если они ещё и достойное образование получат. А то будут пьяницами, тунеядцами, или что хуже всего, бандитами. Я перед приездом на работу был в городской администрации, где мне в грубой форме намекнули, что никому эти дети не нужны. А их там около сотни. Владимир Анатольевич не даст мне соврать о том, как плохо живут дети в этом интернате. – сказал я.

–Так всё и есть. Я сам там был с Александром Алексеевичем и видел, что там происходит. Это просто ужасно. – сказал Владимир.

–Так что мы посоветовались с моей женой и решили сделать капитальный ремонт здания интерната, за свой счёт. За счёт наших сбережений. Так что очень надеюсь, что уже через пару месяцев, дети будут жить более комфортно. А потом будем думать, где брать для них всё остальное. А теперь прошу простить меня. Я больше не могу отвечать на эти вопросы. Тяжело это. Пойду к себе, поработаю. Всем спасибо. – сказал я, поднялся и вышел из зала, а Светлана побежала за мной, проливая слезы.

После того, как я вышел, в зале все начали галдеть, задаваясь вопросами: -«Почему так с детьми обращаются?» -«За что детишкам такое?» -«Товарищи, давайте поможем Александру Алексеевичу. Он не должен один тянуть это.» и так далее.

–Товарищи. – обратился ко всем Николай Денисович – Это на самом деле страшно, что у советских детей такая жизнь. Александр Алексеевич человек слова. Он сделает то, что он сказал, но он не всемогущий, как часто можно подумать. Он не сможет в одиночку помочь всем этим детям. У нас большой и дружный коллектив. Давайте поможем Александру Алексеевичу, дать этим детям будущее. Давайте подумаем, что мы можем сделать и каждый из нас внесёт свою лепту, по мере сил и возможностей. Что вы скажете? Вы согласны со мной? – спросил Николай Денисович.

–Согласны! – чуть ли не в один голос ответил весь зал.

–Тогда вы подумайте, что каждый из вас может сделать, или дать от себя и поможем этим детям и Александру Алексеевичу. – сказал он.

–Например мы с женой позавчера собрали детские вещи, игрушки. Жена вчера их перестирала, сегодня погладит, а после ремонта мы передадим их туда. Каждый может сделать тоже самое. Можем собрать всё на объекте, а потом отвезти и передать. – сказал Владимир, а все поддержали.

–Хорошо. Тогда давайте обдумаем и если будут идеи, то давайте вы передадите их мне через руководителей ваших отделов. Заранее всем большое спасибо. Собрание окончено. – сказал Николай Денисович.

Я пришёл к себе. Сел в кресло и задумался. Куда катится этот мир? Почему сирота не человек? Я расшибусь, но у этих детей будет всё, чего они заслуживают. Они не виноваты в том, что их когда-то бросили и они ещё могут вырасти хорошими, достойными общества людьми, коим является мой отец.

–Александр Алексеевич, ваш кофе. – сказала, всхлипывая Светлана.

–Спасибо, Света. А ты чего плачешь? – спросил я.

–Мне детей жалко. Я тоже хочу им как-нибудь помочь. Только не знаю, как. – сказала Светлана.

–Я тоже пока не знаю, как им помочь. Ремонт все проблемы не решает. Свет, перестань лить слезы, а лучше возьми и подумай на досуге, что ты можешь для этих детей сделать. А сейчас попробуй дозвониться до министра. – сказал я.

–Я дозвонилась недавно. Спросила, когда у него будет время с вами поговорить. Он лично мне сказал, что с превеликим удовольствием поговорит с вами в два часа дня. Вы дружите с министрами? – спросила Светлана.

–Скорее у нас дружеские деловые отношения. Вот с Владимиром у нас просто дружеские отношения. И пожалуйста не кричи, когда обернёшься, потому что он стоит прямо за тобой. – сказал я.

–Александр Алексеевич, ну зачем? Света умеет всё на свете, я хотел заодно проверить, может ли она и до потолка подпрыгивать. – засмеялся Владимир.

–Могу, Владимир Анатольевич, если хорошо напугать. У меня с вами инфаркт будет. – сказала Светлана.

–Хорошо. Иди Света. Спасибо. Владимиру Анатольевичу тоже кофе сделай пожалуйста. – сказал я.

–Хорошо. – сказала Светлана – Владимир Анатольевич, вам кофе с сахаром, или ядом, за то, что напугать меня хотели?

–С ваших рук, Светлана, хоть яду. Спасибо большое. – улыбаясь сказал Владимир, а Светлана вышла.

–Смотри, Володя, она тебе сейчас вместо сахара крысиного яда намешает. – засмеялся я.

–Не намешает. Она добрая. – сказал Владимир.

–Смотри. Вид у неё был довольно серьёзный. – смеясь сказал я.

–Ничего. Авось выживу. – улыбаясь сказал он.

–Поглядим. – улыбаясь сказал я.

–Когда ты ушёл из зала, там такой шум поднялся. – сказал Владимир.

–Почему? – спросил я.

–Да из-за того, что ты сказал про детдом. Там даже некоторые женщины плакали. – сказал Владимир.

–Ну и что теперь? Это на самом деле не их дело. – сказал я.

–Николай Денисович призвал всех внести свою лепту. – сказал Владимир.

–Это хорошо, если они хоть чем-то помогут детишкам. – сказал я.

–Александр Алексеевич, к вам директор ДСК. – сказала Светлана в селектор.

–Пусть войдёт. – ответил я.

–Здравствуйте, Александр Алексеевич. – сказал директор ДСК

–Здравствуйте. Присаживайтесь. Если вы хотите по смете, то это вам с Ниной Петровной переговорить нужно. – сказал я.

–Нет. Я, собственно, от неё к вам и пришёл. Она расстроена очень тем, что вы переживаете за детишек в интернате. Она рассказала эту историю. – сказал он.

–Вы пришли поднять мне настроение? – спросил я.

–У меня к вам предложение, и я надеюсь, что оно поднимет вам настроение. – сказал он.

–Я вас слушаю. – сказал я.

–Меня самого очень тронула эта история. Мне очень жалко детей. Я готов сделать абсолютно все работы бесплатно, только если вы оплатите материалы. Как вам моё предложение? – спросил он.

–Если вы вполне серьёзно, то мне ваше предложение интересно. И во сколько мне это всё выльется? – спросил я.

–Если вы согласны, то сейчас же отправлю специалистов, чтобы они оценили масштаб работ. Мы составим смету и завтра утром я вам её предоставлю. И тогда, если вы будете согласны на сумму, то мы сразу же начнём работы. – сказал он.

–Хорошо. Договорились. Спасибо вам большое. Только я одного не понимаю. А вам что с этого всего? – спросил я.

–Ничего. Мы у вас начали вести строительно-монтажные работы на заводах и мне приходится часто бывать здесь. Все, с кем мне доводилось разговаривать, вам чуть ли не поклоняется, рассказывая какой вы хороший, хотя, как я понял с их слов, вы здесь совсем недавно начали руководить. Большинство моих работников меня просто ненавидят, хотя я далеко не плохой человек. А тут все прям боготворят. Ни разу не видел такое. Да и на самом деле за детишек обидно. У меня у самого их четверо. Я задумался, что ни дай Бог им остаться без нас с женой, то именно так к моим детям государство обращаться будет? – спросил он.

–Ну на самом деле, это не государство так с ними обращается, а группа корыстных людишек, которые получили власть в свои руки. А государство, это мы с вами. Это те люди, которые работают здесь, или у вас на комбинате. Государство – это народ. А те, кто у власти, должны быть слугами этого народа, а зачастую народ оказывается их рабами. – сказал я.

–Полностью с вами согласен. Спасибо, что уделили мне время. Мне нужно бежать дальше. Сроки небольшие, поджимают. Нужно всё контролировать самому. – сказал он.

–Это вам большое спасибо. Вы и правда очень даже подняли моё настроение. До свидания. – сказал я и он ушёл.

–Вот видишь. Само собой, разрешаться начинает. – сказал Владимир.

–Но почему это должны решать два директора, а не тот, кто на самом деле обязан это делать? – спросил я.

–Согласен. Только вот что поделаешь, если зачастую у власти сидят такие мудаки. – сказал Владимир.

–Согласен, Володя. Только самим справляться. Ладно. Что у тебя по охране? – спросил я.

–Всё отлично. Оцепление сегодня снимем. На территории заводов будут только группы наших людей. Всё под полным контролем.

–Хорошо. Поблагодари обязательно всех служивых от меня за хорошую службу. – сказал я.

–Знаешь, за что я тебя уважаю? – спросил Владимир.

–И за что же? – спросил я.

–Ты никого без внимания не оставляешь и ко всем добр. Даже к врагам. – сказал Владимир.

–Ты про мою доброту скажи тому, кому я две лишние дырки в голове проделал. – хохотнул я.

–Ну там не дырки были, а одна большая. Да и ему ты услугу оказал. Долго не мучился. – сказал Владимир.

–Тоже верно. – сказал я.