Чёрные крылья

– Дарю! – ответил я, сняв с шеи дешёвый серебряный медальончик в форме гусиного пера. На добрую память.

– Спасибо! А это Вам, – она протянула мне золотой амулет, выполненный в форме глаза. Он открывается, а внутри моя фотография. Носите на здоровье и хоть иногда вспоминайте меня добрым словом.

Я попытался возразить, но она поцеловала меня в щёку и убежала. Хлопнула калитка, и микроавтобус растворился во времени и пространстве, подняв лёгкое облачко пыли.

Сотрудники МЧС прибыли ближе к вечеру на грузовом автомобиле с прицепом, а вслед за ними подтянулись военные. Их нашествие напоминало полноценную войсковую операцию. Десятки бронетранспортёров окружили деревню, а злосчастный колодец взяли на прицел четыре танка, подошедшие с разных сторон света. Автомобиль МЧС представлял собой передвижную лабораторию, в прицепе которой находилась мощная лебёдка и прочее оборудование. На улице появилось несколько десятков автоматчиков в камуфляже, занявших удобные сектора для обстрела. Сначала в дом вошли двое мужчин в строгих черных костюмах. Молча поздоровавшись со мной и майором Кадетовым за руку, они расположились за столом. Вслед за ними в дверном проёме появился настоящий полковник, высокий и широкоплечий, напоминающий одетого в камуфляжную форму медведя. Его мужественное, загорелое лицо не выражало эмоций. Поздоровавшись с нами, он сухо представился:

– Полковник Силиенко, руководитель операции. Доложите о готовности!

– Робот готов, – отчеканил один из гражданских. Можем приступать к погружению.

– Оперативно, – похвалил полковник. Прошу следовать за мной, а вас, господа, – он взглянул на меня и майора Кадетова, – в целях безопасности я попрошу не покидать стен этого дома.

Когда они скрылись за дверью, их место заняли двое спецназовцев с автоматами. Я и майор прильнули к окну, напряжённо наблюдая как в свете мощных прожекторов, лебёдка с короткой выдвижной стрелой опускает в колодец робота, напоминающего гусеничный луноход. Из обрывков фраз, которыми обменивались солдаты: «Датчики фиксируют твёрдый грунт…» и «Глубина девяносто один метр…» мы убедились, что колодец не бездонный.

– Робот оснащён датчиками и видеокамерами, – пояснил симпатичный солдат не более тридцати лет отроду. Покатается по дну колодца, снимет интересное кино, а затем специалисты примут решение о наших дальнейших действиях. Всё будет нормально, парни, не волнуйтесь!

– А если не будет нормально? – поинтересовался Кадетов, утирая платком выступивший на лбу пот.

– Тогда взорвём всё к чёртовой матери, – пояснил второй солдат, совсем молоденький мальчик. Сначала зальём колодец химией, а затем устроим там конец света. Мы уже проделывали подобные процедуры и опыта нам не занимать.

– Ну, ну! – произнёс майор, утирая платком всё лицо. Смотрите не поджарьтесь в адском пекле. А мне ещё отчёт писать. Опасаюсь, что руководство сочтёт меня шизофреником.

Спустя полчаса лебёдка благополучно извлекла целого и невредимого робота. Вскрыв защитные кожухи видеокамер, четверо специалистов в белых комбинезонах извлекли карты памяти с видеозаписями и удалились в лабораторию для изучения снимков.

Чудовищный рёв, от которого в жилах стынет кровь, послышался из колодца и разнёсся по всей округе, заставив нас содрогнуться и отпрянуть от окна.

– Без паники! – невозмутимым тоном произнёс старший спецназовец, сжимая в руках автомат. Не знаю что это за тварь, но мы её уничтожим, стоит ей только высунуть из колодца физиономию. Вам ничто не угрожает. Наши специалисты изучают записи, и скоро мы узнаем, с чем имеем дело.

– Ну, ну, – задумчиво произнёс майор Кадетов, глядя на тревожную кроваво – оранжевую Луну, выползающую из-за чёрных туч. А что случится, если вместо физиономии из колодца покажутся, скажем, рога дьявола?

Вопрос майора заглушили душераздирающие вопли, разорвавшие тишину, сгустившуюся над передвижной лабораторией. Вызывающие животный ужас крики специалистов, смешались с утробным рёвом, доносившимся из мрачных глубин колодца. Слившись воедино, нечеловеческий рёв и предсмертные крики лаборантов зловещим эхом разнеслись по оккупированной тьмой территории, сковав страхом всё живое. В тревожных бликах кровавой Луны по улице пронеслись быстрые бесшумные тени, похожие на крылья чёрных ангелов. Внезапный порыв ветра с воем влетел в окно, яростно хлестнув по лицу и заставив сердце переместиться в пятки. Спустя несколько секунд над парализованной местностью воцарилась гнетущая тишина. Не в силах оторваться от окна я, как загипнотизированный наблюдал за трагическими событиями. В ярком свете прожекторов по ступенькам лаборатории поднялся спецназовец. Открыв входную дверь, он выпустил очередь из автомата в мерцающий экран монитора, а затем, схватившись за грудь, медленно скатился по металлическим ступенькам. Раскинув руки, несчастный солдат содрогнулся в предсмертной конвульсии и замер. Окружив лабораторию, автоматчики взяли её на прицел, не решаясь идти на штурм. Приказав коллегам оставаться на местах, бесстрашный боец в противогазе проник внутрь. Спустя несколько мгновений он появился и скрестил руки, сигнализируя о том, что в лаборатории не осталось живых людей.

Шокированный Кадетов опустился на старый стул, ножка которого подломилась, после чего майор с грохотом, похожим на стук закрывающегося гроба, рухнул на пол, выходя из оцепенения и поливая белый свет отборной бранью.

– Твою мать! – в сердцах выругался Кадетов. Не мне вас учить, парни, что вместо робота c видеокамерами, надо было послать туда какого-нибудь «терминатора» с тяжёлым вооружением.

Оставшуюся часть ночи мы не спали, выходя во двор с сигаретами в зубах и наблюдая за борьбой кровавой Луны с тёмными небесами.

– Не нравится мне всё это, – произнёс майор во время очередного перекура. Луна будто кровью вымазана. А к колодцу и приближаться страшно, мороз по коже. Я слышал, что в твоём доме проживала чёрная ведьма, а вдруг это её рук дело?

– Нет, – уверенно ответил я, – она безобидная старушка и не раз предупреждала меня, чтобы я держался подальше от колодца. Галина Ивановна на такое не способна, она хоть и ведьма, но не злая.

– Все они добрые и безобидные, – прошипел сквозь зубы Кадетов. Взять, к примеру, мою тёщу! Бабушка божий одуванчик, а сколько в ней злости. С виду адекватная женщина, а любой ведьме фору даст. Посмотришь на неё, и даже кушать не хочется. Худая, как моя зарплата, длинная, как рабочий день и страшная, как моя жизнь. Вот такие они, бабы! Я не удивлюсь, если из колодца вынырнет моя тёща в образе утопленницы с рогами на голове.

Кадетов задумался, с опаской взглянул на колодец и добавил:

– Неудачная шутка, верно?

– Не совсем удачная, – поморщился я, невольно вспомнив Вику в зловещем образе утопленницы.

– Идём в хату, – Кадетов дружески хлопнул меня по плечу, – неуютно здесь и тревожно.

В доме время от времени появлялись «однояйцевые» супермены в чёрных костюмах, вбегал разъярённый полковник, а из обрывков разговоров я понял, что лаборантов убила запись видеокамер, которую они просматривали. Расстрелявшего монитор спецназовца, постигла та же скорбная участь, а его сердце перестало биться после взгляда на зловещий экран. Я боялся даже думать о том, что он увидел.

На следующий день в чистом поле за околицей приземлились военные вертолёты. Собрав местных аборигенов, полковник Силиенко приказал немедленно покинуть деревню. Не имеющие автомобилей граждане эвакуировались с помощью вертолётов. Собрав свой нехитрый скарб, я без сожаления покинул страшное место. В родном городе мне некоторое время пришлось ютиться в кухне двоюродного брата, а когда освободилась моя квартира, всё вернулось на круги своя. Спустя пару недель меня посетили вежливые «люди в чёрном» и предложили компенсировать потерю дома в двойном размере. Я согласился, не упорствуя, возвращаться в зону отчуждения мне больше не хотелось…

Прошло три года. Пережитый страх постепенно сгладился, а трагические события стали забываться. Однажды мне приснилась старая ведьма Галина Ивановна, после чего возникло непреодолимое желание побывать в моём бывшем доме. С каждым днём странное желание усиливалось, и однажды я не выдержал.

Когда бампер моего автомобиля упёрся в тяжёлые металлические ворота, я заглушил двигатель и огляделся.

– От прежней красоты не осталось и следа. Зону отчуждения огораживал бетонный забор с высоковольтным проводом. Я искренне тосковал по великолепным пейзажам, наивно полагая, что с вселенским злом покончено раз и навсегда.

Прогулявшись вдоль забора и засветившись перед десятком видеокамер, я решил, что мне здесь делать нечего. Запустив двигатель, я развернулся и двинулся в обратный путь, пытаясь разогнать свежими мыслями неприятный осадок на душе. Проехав пару километров, я увидел пожилую женщину, неспешно ковыляющую по пыльной обочине дороги. Услышав шум приближающегося автомобиля, она небрежно взмахнула тростью, предлагая её подвезти. Я безмерно удивился, опознав в ней Галину Ивановну.

– А я знала, что ты приедешь, – проскрипела ведьма, удобно расположившись в пассажирском кресле. Я всё знаю, касатик, и о том, что за бетонным забором происходит, тоже знаю.

– Удивительная осведомлённость, – поразился я. А я ничего не знаю, а хотел бы.

– Для этого я здесь, – улыбнулась ведьма. Так и быть, поведаю тебе некоторые тайны. Когда деревня опустела, военные залили колодец химией и бетоном, предварительно заложив взрывчатое вещество. Взорвав бомбы, они устроили маленький Чернобыль, а зло вырвалось целым и невредимым. Невежды! Разве можно огородить забором зло и уничтожить демонов бомбами? Вот и я говорю, что нельзя. Поэтому они ежедневно вывозят с зоны покойников.

– Скажите, Галина Ивановна, – поинтересовался я, поражаясь её осведомлённости. Как выглядит зло? Я слышал, что люди погибли от увиденного на экране монитора.

– После этого происшествия случилось множество смертей, – неохотно ответила ведьма. Все любопытные, посмотревшие запись, отправились на тот свет. Ты тоже желаешь разделить их участь?

– Боже упаси! – испугался я. Просто интересуюсь.

– Зло способно принять любое обличие, – сообщила ведьма скрипучим голосом. От пугающего образа, до, чудовищного, а от чудовищного, до, вызывающего внезапную остановку сердца. Люди скончались от испуга, если ты узнаешь, как выглядит зло, тебе уже ничто не поможет.

Пригвоздив моё бренное тело к водительскому креслу автомобиля пронзительным взглядом, она продолжила:

– Ты тоже причастен к тому, что зло гуляет на свободе. Берегись, скоро оно наведается и к тебе, но сначала посетит студентов. Всё будет плохо, и не надейся на счастливый конец!

Меня передёрнуло от слов ведьмы. По коже пробежали мурашки, а по спине скатилась холодная капелька пота. Видя моё состояние, ведьма расхохоталась дьявольским смехом и потребовала остановить автомобиль. Прижавшись к обочине, я заглушил двигатель и поинтересовался.

– А мы что, уже приехали?

– Ты ещё не приехал, а я уже дома. Живу здесь, вместе с доченькой, прямо за лесополосой. Не поминай лихом, касатик, и помни о моём предостережении.

Дверь автомобиля плавно захлопнулась, а ведьма двинулась в направлении леса и скрылась за деревьями. Немного поразмыслив, я запустил двигатель и отправился в путь, но старуха упорно не покидала моё сознание. Миновав пару километров, я остановился и включил автомобильный навигатор. Убедившись, что за лесополосой отсутствуют поселения, я вернулся обратно.

Рассекающая узкую лесополосу тропинка, вывела меня на старое деревенское кладбище. Изумлённым взором я смотрел на могильный крест, на котором крепилась табличка с надписью – «Пергухина Галина Ивановна». С фотографии на меня смотрела ведьма, чёрными, как вселенная глазами.

– Этого не может быть, – тупо соображал я. Она скончалась тридцать лет назад. С кем же я беседовал в автомобиле? У кого покупал злосчастный дом?

Мне стало холодно и страшно. Взглянув на соседнюю могилу, я обнаружил табличку с надписью – «Пергухина Юленька».

– А вот и доченька. Она умерла ещё раньше. Невероятно! Мистика, наваждение, что со мной происходит?

Переведя взгляд на фотографию Галины Ивановны, я впал в ступор. Мне показалось, что она улыбнулась беззубым ртом и подмигнула глазом. Шокированный происходящим, я двинулся прочь, постоянно оглядываясь назад. Преодолевая лесополосу, я почувствовал, что кто-то или что-то бесшумно крадётся за мной, выбирая момент для атаки. Последние метры пути я преодолел бегом и, очутившись в машине, заблокировал двери. Дрожащей рукой я вставил ключ в замок зажигания, запустил двигатель, и с визгом сорвавшись с места, двинулся в обратный путь. Мною овладело скверное самочувствие, я замёрз и вспотел одновременно. Теперь я знал, что значит бояться собственной тени. Я давил на педаль газа, а в сознание не приходило ничего, кроме звенящей пустоты. Миновав обратный путь, я припарковал машину возле дома, переместился в ближайшее кафе и заказал пять кружек пива. Опустошив три с половиной кружки, я почувствовал стремительный приход свежих мыслей. Голова постепенно прояснилась, а я обрёл способность думать.

– А может быть, ничего не произошло? – размышлял я, смакуя приятный, тонизирующий напиток. Не существовало старой ведьмы, дома в деревне, студентов и дьявольского колодца. Вдруг эти события случились в кошмарном сне, поразительно напоминающем явь? А может быть, это результат расстройства психики после сильного умственного переутомления? Эта версия больше похожа на правду.

Нащупав на шее золотой амулет в виде глаза, я раскрыл его и поздоровался с симпатичной девушкой Викой, изображенной на фотографии:

– Привет! И тебя не существовало. Ты плод моего больного воображения, а амулет я нашёл. А почему бы и нет? Мне проще принять эту версию, чем поверить в абсолютное зло и преследующий меня фантом Галины Ивановны. Не существует никакой ведьмы, потому что я сам видел её могилу! Какой же я болван, что доверился собственным фантазиям. Любому писателю не составит труда сочинить подобную небылицу, а затем в неё поверить.

Допив пиво, я успокоился и заказал добавку. Ненавязчивая мелодия, парящая по залу, настроила мои мысли на романтический лад, и я решительно вышвырнул из сознания события этого дня.

– Мне необходимо хорошо отдохнуть, – размышлял я, – съездить в Крым, позагорать и порыбачить. Изнурительный умственный труд ещё никому не приносил пользы. Правы люди, полагающие, что от работы кони дохнут. Лёгкая форма шизофрении нередко является профессиональной болезнью некоторых писателей. Похоже, что и я подвергся этому недугу.

Я полностью успокоился, а душа обрела лёгкость и беззаботность. Ненавязчивая мелодия ласкала слух, блаженное тепло алкоголя наполняло силой усталый организм и мне не хотелось никуда уходить. Сгустившийся под потолком табачный дым приобрёл очертания волшебного джина, готового исполнить любое желание. Внезапно возникшую гармонию души и тела, прервал требовательный звонок мобильного телефона. Я неспешно извлёк его из кармана и ответил:

– Алло!

– Здравствуйте, Александр Егорович! – приятный женский голос показался мне знакомым. Я так рада Вас слышать. Это Вика, Вы меня узнаёте?

– Я узнал тебя, Вика, – ответил я, начиная понимать, что всё произошедшее является горькой правдой. Меня снова охватил озноб, вслед за которым вернулся страх. Я ощутил себя на кладбище, окутанном удушливым ароматом тлеющей плоти. Мимолётное видение показалось ярким и правдоподобным. Я смотрел на раскопанную могилу Галины Ивановны, в которой бурлил мощный грязевой поток. Чёрный истлевший гроб медленно всплыл на поверхность и завис над водой. Крышка со скрипом отворилась и из гроба поднялась Вика, одетая в белое подвенечное платье. Девушка выглядела безупречно, не считая неестественной бледности. Я боялся, что она подойдёт ко мне и стоял, скованный ужасом, не в силах даже пошевелиться. Медленно приблизившись, она возложила руки мне на плечи и поцеловала в щёку холодными губами. Почувствовав ледяное дыхание смерти, я вздрогнул и вернулся в реальность. Телефон находился возле уха, и я слышал её голос.

– Мне нужна Ваша помощь! – продолжала щебетать девушка, – это касается происшествия в деревне. Нам необходимо встретиться, меня преследует таившееся в колодце зло.

Кисти моих рук стали неметь, отчего я едва не выронил мобильный телефон. Собравшись духом, я ответил:

– Всегда рад помочь тебе, Вика! Приезжай в кафе, я тебя встречу.

Сообщив адрес, я мгновенно протрезвел. Посетив санитарный узел с аббревиатурой «М», я расположился за столиком, закурил и принялся ждать.

– Бедная девушка, – размышлял я. Мы вместе открыли ящик Пандоры, из которого вырвалось чудовище. Теперь нам остаётся надеяться на помощь Всевышнего и бороться за свои жизни. Впрочем, вопрос моей жизни уже не актуален. Сбывается пророчество старой ведьмы – счастливого конца не будет.