Планета по имени «Рай!». Книжка снов

…………………………………………….

Днем Саша с мрачностью поглядывал на аборигенок. Называл их лягушками. Но, не исключено, что время от времени он не пренебрегал их искусством целительства тела и души. Первый раз мы оценили их способности в то самое утро, когда мы проснулись продрогшие на своих раскладушках.

На пороге нашего бунгало возник старый ящер с бритвенными приборами на подносе – фантом дурного сна. Из-за его плеча вынырнули две полу-змейки полу-ящерки.

У промерзшего до костного мозга мужчины земного происхождения они не пробуждали теплых чувств. Известно – рептилии хладнокровные. Шкурка колючая. Хвостищи, опять же, волосищи ….

Однако ящерки знали своё дело. В печи затрещал огонь – старик игуан подбросил к тлеющим уголькам несколько коряжек. Открыл канистру с солярой и щедро влил в жерло буржуйки целый литр. Через мгновенье жар растекся по всей конуре. Ящерки тем временем растерли нас мокрыми, горячими полотенцами. Их профессиональные навыки чувствовались в тех молниеносных манипуляциях с пуговицами, молниями, застежками ремней брюк…

Мы подверглись горячему обтиранию, бритью щетин, массажу… Спросонья нам показалось, что половые органы ящерок располагались… где попало, даже на ладонях. Ну не совсем, чтобы такой вот орган, но что-то похожее и, главное, всегда под рукой.

Сделав своё дело они ушли.

Распаренные, мы сидели друг напротив друга. Оба в одинаковых хрустящих голубых сорочках и в мягких пижамных штанах.

– Выпить чего-нибудь осталось? – Саша вращал глазами, красными, будто от слез.

– Посмотрю в холодильнике, – я встал. Чувство как после урока физкультуры: все мышцы мелко вибрируют, ноги подкашиваются. Ну откуда здесь холодильник? Я потыкался по углам и снова сел на раскладушку.

Саша, внимательно разглядывал свои штаны.

– Фемистокл, глянь, у меня стоит! – тут он встал во весь рост, раскладушка рухнула, подчеркнув тем самым важность момента.

– Саша, ты о чем? Стоит, сидит, скачет… никаких у тебя нет этих… чувств.

– А ты что, влюбился?

– Ты, драматург, … я не дам тебе повод для насмешек. И, будь добр, застегни ширинку.

Саша без предупреждения ласково-пренебрежительно схватил меня за горло и, как-то вяло, но при этом очень больно – за грудную клетку, и проткнул меня серым взглядом, как вилкой.

Внезапная вспышка озарила блекнущее сознание: сейчас, здесь, смерть от удушья.

Уроки физкультуры всплыли как в тумане. Коленом, вяло и расслабленно, как мне показалось в четверть силы, я ударил его в правильное место.

Абалаков сидел на полу. Я сидел рядом.

– Я подумал, что ты, сука, с ним заодно.

– Заодно – с кем, кретин?

– Заодно с этим… Райским. Ты – подозрительный тип. Я сразу тебя раскусил!

– Ну ты – козел. Ведь ты меня чуть не задушил.

– Извини, но ты – первый.

– Я – защищался.

– Козел.

– За козла – ответишь.

– Извини.

– Интеллигент сраный.

– За интеллигента – ответишь.

……………………

КИДАЛОВО

«Под звуки цимбал вакханки в неистовом танце кружились» – прочитал я из-за плеча драматурга и побрел прочь с палубы тонущего Титаника (такое не банальное впечатление рождала покосившаяся терраса) репетировать в местном клубе сцену пленения амазонками героев Эллады.

Саша работал как одержимый. По заданию Райского, он переписывая известные сюжеты сказок и мифов, приделывая всем историям счастливые концы, перекладывал их для исполнения силами местной самодеятельности.

Количеством всего триста штук.

Заезд первой группы ожидался в конце месяца. Это будут, как водится, эксперты по авторским правам, журналисты и парочка инвесторов, соблазненных Райским на растряску своих тугих мошон.

……………………………………..

Сидя в комнате у Абалакова, я мирно листал книжки мифов и легенд древней Греции, за которыми он спрятался как маленький зуав за баррикаду. Меня больше интересовали картинки. И я все приставал к драматургу с расспросами.

На что Саша неизменно бурчал: «Грамотный – сам прочти. А не грамотный пропадай во тьме!»

– Александр. Я думал, ты первым начинаешь драку. А оказывается главный драчун – Райский. Он вчера на меня напал! Чуть не избил, скотина.

– За что?

– Да ни за что. Он был со своей дамой ….

– лягушкой…

– ну да, с этой… местной, в заведении. Я тоже туда заглянул съесть парочку мокриц…

– … и пропустить рюмочку

– Александр, мокриц невозможно рассматривать как самостоятельное блюдо, только как закусь.

– и к чему?

– Райский делает вид, что меня не видит. Ладно, думаю, так даже лучше.

А сам вытащил фотоаппарат и просматриваю прошлый кастинг. И так, между делом, щелкнул сладкую парочку. Только вспышку забыл отключить.

Райский, представляешь, вскочил, схватил меня за микитки, трясет как буря ясень, и давай орать на весь кабак, что я шпионю за ним, что он давно меня вычислил, что я за всеми тут шпионю и докладываю куда надо.

Я говорю, извини, случайно вспыхнуло. Давай сотрем. Нет, собирается меня прямо тут же прикончить.

Саша смотрит на меня воспаленными глазками.

– Стер?

– не стер.

– Покажи!

Я нашел картинку. Изображение Райского двоилось и немного как будто дымилось.

– Вот! – торжественно произнес Абалаков. – Я подозревал, что он не человек!

– А кто же?

– Кидалово!

– Что-то не догоняю. Это просто смазанный снимок.

– Да нет. Лягушка-то получилась, и все остальное – в резкости. Ты понял? Райский – проекция.

– Какая там проекция, на что?

– На воздух! На наши с тобой мозги!

– Ты что, Саша, друг, что ты говоришь! Я же видел, как он ел и пил. Проекция не может есть твердую пищу. И потом, он ведь вцепился в меня железной хваткой. Вот, синяк остался. Кстати, ты сам его неоднократно… того, дрался с ним. Кого ты бил, воздух?

– Ты, грамотей, я бил что-то, что только кажется Райским. А на самом деле …ну ка покажи фотку.

Мы пристально изучили снимок. Слили в компьютер, меняли гистограмму, спектр, и увидели: похоже, что Райский действительно не совсем человек.

– Он кролёк! – сделал недвусмысленный вывод Саша. – Кролёк с Альфы Титона.

– Не знаю такой планеты.

– А я знаю. Планеты действительно уже нет. Она погибла. Несколько миллионов лет назад её разорвало в дерьмо, на мелкие брызги дерьма. А население заранее перебралось на другие планеты. Они как кукушки. Своего дома нет, плодятся в чужих гнездах. За многие миллионы лет они чудовищно размножились и научились приспосабливаться к любым условиям. Вот так.

– И что из этого следует?

– Из этого следует то, что все затеи Райского не более, чем способ захватить планету PS-E-11 для своих соплеменников.

– А чего её захватывать – приезжай, да живи.

– Не знаю. Пока не знаю.

……………………………………………

Концепция понемногу вырисовывалась. Проект из бумажного с бешеной быстротой воплощался «в натуре».

N-технологии позволяли сказку сделать былью за считанные часы. Со сносным качеством.

Никаких семизвездочных отелей не предусматривалось проектом. Старый космопорт оставался единственной капитальной постройкой, но и он был тщательно замаскирован под плантацию карликовых баобабов, которые садовник Зиновкен вырастил в наногоршках из ростков полузасохшего денежного дерева, спасенного им с подоконника местной забегаловки.