Жизнь Тузика Озейло. Тайна золотого ошейника

Луна резко встала из-за стола и дрожащими лапами налила себе кофе. За утро это была уже третья по счёту кружка. Телефон, лежащий на столе возле компьютерной клавиатуры, пришёл в движение и завибрировал. На экране высветился неизвестный номер. Нервно сглотнув, Луна приняла вызов.

– Я могу слышать Луну Картер? – услышала она в трубке грубый незнакомый голос.

– Да, конечно. Это я.

– Вы заявляли о пропаже Мануэля Феримоса вчера вечером?

– Да, заявляла, – дрожащим голосом ответила Луна.

– Вчера вечером в пригороде Уотсона на железной дороге был найден труп сибирского хаски. Приезжайте к полудню на опознание.

– К-куд-да? – заикаясь, прошептала Луна, ощутив, что по спине пробежали мурашки.

– Как куда? В морг! Город Уотсон, – резко ответили на том конце провода. – И не затягивайте с этим делом. До свидания!

Потрясённая услышанным, Луна хотела задать ещё пару вопросов. Однако таинственный собеседник уже отключился. Луна опустила голову прямо на стол, но, просидев так около минуты, решительно взяла себя в лапы и позвонила Аните.

Анита в это время успешно оплатила бензин на заправке и, держа в лапе только что купленную бутылку газированной воды, возвращалась в машину. Если бы не звонок Луны, то она наверняка бы обратила на выезжавшую с заправки синюю машину чуть больше внимания, нежели просто скользящий, мимолётный взгляд…

– Да, Луна, – ответила она, вставляя в дверь ключ.

– Мануэля нашли, – убито сообщили ей в ответ. – Он мёртв…

– Луна, милая. Держись, – взмолилась Анита, кидая на заднее сиденье бутылку с водой. – Ты сейчас на работе? Мне пару поворотов проехать, и я уже буду. Сиди в офисе, никуда не выходи…

Анита что есть силы нажала на педаль газа и стремительно выехала на магистраль в сторону Псовско-Оллаварийской развязки…

– Доброе утро, уважаемые коллеги, – поприветствовал Тузик собравшихся в зале. – Садитесь, пожалуйста. Мы приступаем к еженедельному оперативному совещанию. В минувшие выходные наш регион буквально засыпало снегом. В каком состоянии сейчас находятся дороги после вчерашнего снегопада?

– Работы велись в течение всей сегодняшней ночи, Тузейло Фридрихович, – начал отвечать глава департамента жилищно-коммунального хозяйства. – Вывоз снега осуществляется и сейчас. Все снегоплавильные пункты работают на полную мощность. В настоящий момент работы по очистке проезжих частей и тротуаров ведутся в штатном режиме. По данным метеоцентра, за минувшее воскресенье в городе выпало порядка одиннадцати миллиметров осадков. Выход дворников на объекты составил в общей сложности десять тысяч собак. Количество единиц спецтехники составило две тысячи машин. Вся техника, отправленная в рейс, зарегистрирована по маршрутам очистки территории в соответствии с утверждёнными вами ранее правилами.

– И прошла по маршрутам? – спросил Тузик.

– Верно, – быстро закивал глава департамента. – То, что отправлена в рейс, и то, что прошла по намеченным маршрутам. Всё зарегистрировано.

– Я вас понял. Садитесь, – кивнул Тузейло. – Теперь у меня вопрос, как в городе обстоят дела со здравоохранением.

– Доброе утро, Тузейло Фридрихович, – со своего кресла поднялась глава городского департамента здравоохранения. – На данный момент уровень заболеваемости острыми респираторными заболеваниями превышает показатели прошлой недели. По состоянию на семнадцатое января за помощью в медицинские учреждения обратилось порядка десяти тысяч собак, что почти в два раза выше значений, представленных мной в прошлый понедельник. Количество среднесуточных вызовов карет скорой помощи также возросло примерно в полтора раза. На сегодняшний день это порядка восьмисот вызовов за сутки. Данные получены мной от главного врача озейской городской больницы. Ввиду сложившейся ситуации, когда щенки вернулись с зимних каникул для продолжения обучения, под пристальным вниманием остаются учебные заведения города. Проводятся добровольные вакцинации учащихся против парвовируса. По состоянию на текущий момент эпидемиологическая ситуация в учебных заведениях находится в пределах нормы, оснований для временного закрытия классов или школ нет.

– Благодарю вас за столь точный и развёрнутый ответ, Алисия, – Тузик еле заметно улыбнулся. – Теперь я хочу услышать отчёт чрезвычайных служб. Начнём, пожалуй, с пожарной части.

– В течение прошедшей недели в дежурную часть поступило четыреста три звонка с сообщениями о пожаре, – без каких-либо вступлений начал свой доклад глава департамента по чрезвычайным ситуациям. – Процент ложных вызовов не превышает допустимую норму. Имели место и случаи летального исхода. Это коснулось поджога автомобиля в Эндертауне, пожара в жилом доме в Байасе, а также громкого инцидента в кафе на улице Эрделей в центре города. В остальных случаях нашим сотрудникам удалось локализовать огонь, минуя возможные собачьи жертвы. На этом у меня всё, Тузейло Фридрихович.

– Теперь по поводу преступлений, совершённых на территории города, – привычно вздохнул Тузейло.

– За прошедшую неделю в управление внутренних дел города поступило около двух тысяч сообщений о правонарушениях. В их числе шестьсот семь – о преступных посягательствах. Пятьсот восемьдесят три раскрыты по горячим следам. Что касается отела УВД по расследованию особо важных дел, три преступления раскрыты, по двум ведётся следствие, – лабрадор небрежно поклонился градоначальнику и сел на своё место.

– Ну и, наконец, последняя тема, отчёт по которой я хотел бы сегодня услышать, – Тузик промчался взглядом по всем псам, сидящим за длинным столом, – это вопросы градостроительной политики. Не секрет, что наш город можно по праву назвать молодым. Ещё полгода назад на его месте располагались многочисленные развалины и груды искорёженной арматуры. Я давно не задавал этот вопрос, поскольку прекрасно понимаю, что для его решения требуется довольно длительное время, и это отнюдь не неделя. Но сегодня, я полагаю, пришло время повторить вопрос, заданный мною ещё в декабре. Мне важно знать, насколько успешно руководство заглаживает причинённые чуть меньше года назад городу раны?

– На данный момент девяносто процентов территории существовавшего ранее города полностью очищено. Проблемной зоной остаётся местность возле бывшей атомной электростанции, которая после прошлогодней мартовской трагедии потерпела катастрофу. Сейчас разрабатывается масштабный проект саркофага, способного обеспечить безопасное нахождение собак вблизи взорванного энергохранилища. Готовится к сдаче в эксплуатацию жилой массив в Псове. Уже в феврале в данный район будет открыта магистраль, прямо из центра города. Ну и, наконец, в субботу состоялся тестовый запуск окружной дороги. Уже сегодня ночью шестиполосная дорога, отвечающая мировым стандартам, стала доступна каждому жителю города, желающему сократить путь и миновать многочисленные светофоры в центре города.

– Вы хотите сказать, что работы на ОКАД завершены в полной мере? – уточнил Тузейло.

– Да, – кивнул глава департамента градостроительной политики. – Но концепция кольцевой дороги изначально была устроена таким образом, что по мере возникновения вблизи неё новых жилых массивов в кратчайшие сроки будут возводиться новые транспортные развязки. Мы заранее предусмотрели, в каких именно районах в скором времени потребуются эти нововведения, построив в этих зонах заготовки. Поэтому при возведении новых развязок их быстрая интеграция в уже существующую инфраструктуру окружной дороги гарантирована.

– Благодарю вас, сеньор Перес, – кивнул Тузейло, устало глядя в пустоту. – На этом наше оперативное совещание предлагаю считать оконченным. Всем спасибо за внимание и участие. Все свободны.

Кабинет с длинным столом быстро опустел. Руководители городских департаментов спешили на выход, чтобы как можно скорее приступить к своим обязанностям и неотложным делам.

– Наверное, страшная скука слушать эти шаблонные отчёты каждый понедельник? – поинтересовался у Тузика Брайан Кортес. Доберман был единственным, кто не покинул помещение после окончания планёрки.

– Скука, – подтвердил Тузейло. – И страшная – не то слово. Но что поделаешь, таковы указания вышестоящего руководства. Я обязан проводить эти оперативные совещания и публиковать протоколы по ним в местных печатных СМИ. Можно подумать, это кому-то интересно…

– Тузейло Фридрихович, – усмехнулся в ответ доберман. – Начальство тоже любить надо. Я про Буэнос-Айрес сейчас. И тогда начальство это почувствует и смягчится…

– Что-что, Брайан, – покачал головой Тузик, – а любви эти ребята пока не заслужили.

– Пойду я к себе, – улыбнулся Кортес и попятился в сторону двери.

Тузик сел за свой рабочий стол. Едва кончик карандаша, в надежде оставить небольшое замечание в предоставленном главой департамента энергетического хозяйства отчёте, коснулся бумаги, зазвонил телефон.

– Тузик Озейло, – лениво ответил он.

– Тузейло Фридрихович, – из трубки доносился незнакомый голос, заглушаемый громким посторонним шумом. Вероятно, звонили прямо с оживлённой магистрали. – Вас беспокоит начальник дорожной автоинспекции по Северо-Восточному округу города Дамиан Сайес. Должен сообщить вам прискорбную новость.

– Я слушаю, – спокойно ответил Тузик, чувствуя, как после словосочетания «Северо-Восточный округ» по спине пробежали мурашки.

– Сегодня утром на Псовско-Оллаварийском путепроводе произошло серьёзное ДТП. Одним из участников этого происшествия, к сожалению, стала Анита Озейло, ваша жена. Приезжайте как можно скорее.

Игра сегодня не шла.

Дэвид Гарсия – пёс породы басенджи, перспективный бизнесмен, широко известный в таких городах, как Гольденрой и Мар-дель-Плата – любил после обеда заезжать в этот бильярдный клуб. Закатив все шары в лунки, на что потребовалось не больше десяти минут, и тем самым выиграв партию, сеньор Гарсия обычно обсуждал с деловыми партнёрами важные детали, касающиеся его бизнеса, а затем уезжал обратно в офис.

Однако сегодня, в этот холодный зимний понедельник, он не смог обыграть своего оппонента. То ли из-за сильной эмоциональной напряжённости, то ли этот болван, Алан Бенитес, действительно хорошо играл.

– Я всё сделал чисто, сеньор Гарсия, – отчитался Алан. – Меня никто не заметил.

– Какой машиной ты воспользовался? – быстро спросил басенджи.

– Той, которой вы и просили, – спокойно ответил Алан.

– Хорошо, – кивнул Дэвид. – Часть своего гонорара можешь снять со счёта уже вечером. Оставшуюся сумму получишь после того, как доведёшь это дело до конца.

– Дело буду доводить я? – удивлённо спросил Бенитес.

– Конечно, ты, – не терпящим возражений тоном ответил Гарсия. – Мне абсолютно ни к чему вовлекать в это дело кучу собак. Это опасно. Я заведомо свёл количество действующих в операции псов к минимуму.

Алан посмотрел Дэвиду Гарсие прямо в глаза, и его тут же едва не передёрнуло от омерзения. Встречи с этим самоуверенным моральным уродом начинали его порядком раздражать. И если бы не те деньги, которые Алан стабильно получал на свой счёт, то он давно бы уже бросил все эти грязные делишки и уехал отсюда как можно дальше. Возможно, даже в другую страну.

– Вы предлагаете мне самостоятельно снять слепки? – не скрывая своего недовольства, спросил Бенитес.

– Нет, – отрезал Гарсия. – Именно от этой части дела я тебя полностью освобождаю. Теперь у тебя появилось время обдумать, как именно всё устроить, пока снимаются слепки. Надеюсь, то, что ты получил от этой чумовой нимфоманки, всё ещё у тебя? Или не удержался?

– У меня, – ответил Бенитес, чувствуя, как внутри начинает вскипать злоба. – Я предпочитаю другие слабости.

– Например, убивать псов и выбрасывать их трупы на рельсы, – не без осуждения спросил басенджи.

– Вы не боитесь, что возникнут новые трудности? – резко спросил Алан. – Мы пошли на два убийства, совершенно не запланированных и не оговорённых ранее. А если операция в бизнес-центре тоже обернётся нам лишними свидетелями? Мне потом придётся убирать и их тоже?

– Меня это не интересует, Алан, – оборвал его Дэвид Гарсия. – Убийство того несчастного пса из редакции и его подружки-ищейки – всего-навсего твои личные проблемы, не мои. Моя вина состоит лишь в том, что я имел глупость связаться с тобой – псом, за которым тянется целый букет хвостов из прошлых ошибок. Но моя вина – это моя личная проблема. И я решу её как-нибудь сам.

– Я требую повышения оплаты за субботнюю и сегодняшнюю работу, – потребовал Алан.

– Мне кажется, ты перегибаешь палку, – Дэвид пронзительно посмотрел на Алана. – Я вообще не обязан платить тебе за эти убийства. Я уже сказал, что это твои личные проблемы, которые никак меня не касаются. Я даже думал, платить тебе вообще или нет. И всё же решил платить, по доброте душевной. Поэтому соизволь довольствоваться тем, что дают.

– По доброте душевной, значит? – Алан оскалился. – Или страшно стало, что я возьму и сдам всю лавочку в полицию?

– Что ты несёшь, Бенитес? Какая полиция? Кого сдать? Да разве что только себя! – Дэвид, никогда не позволявший, чтобы с ним разговаривали в таком тоне, находился уже перед той самой чертой, перейдя которую его уносило в ярость. – Ещё не совершилось ни одного убийства, в котором я был бы заинтересован! И не совершится! Чего не скажешь про тебя. Пока не придумаешь, как провернуть дело в бизнес-центре, можешь не возвращаться. Пошёл вон!

Примечания