- -
- 100%
- +
– Можете не говорить, я бы в любом случае поехала с вами. Через две минуты я к вам присоединюсь. – с этими словами она пошла к остальным родителям и негромко, но решительно что-то стала рассказывать.
Через пять минут робот нес гроб к летуну-скату, а корабль готовился к старту. Со своим печальным грузом они полетели в главную лекарню Любислава. Купава всю дорогу молчала. Руслан понимал, что девочке тяжело, но он так же понимал, что к вечеру ей будет гораздо хуже.
Глава 5.
– Гроб надо открывать без нее! – Руслан был не преклонен – она даже не понимает, о чем просит!
– Но, Руслан, я-то, что могу сделать? Это ее право, – десять минут назад прибывший Еремей Олегович, торопливо надевал зеленый закрытый комбинезон, чтобы не испачкаться при работе с трупом.
– У вас снотворное есть? – отвечал Руслан, о том, что ему предстоит сейчас копаться в основательно подгнившем трупе, он старался не думать.
– Есть, а толку? Ты думаешь, что сможешь ее заставить? Да она и так разъяренная как дикая кошка, вот-вот закатит скандал планетарного масштаба.
– Я ласковый, – криво усмехнулся Руслан – уговорю… – Он взял ампулу и вылил содержимое в стакан с соком. – Начинайте, я приду, как только лекарство подействует.
Парень вышел в приемную, там, на диване сидела бледная как мел Маргарет и нервно теребила пшеничного цвета косу. Судя по изрядной ее растрепанности, занималась она этим достаточно долго и усердно. Купава выскочила следом за Русланом, ей было любопытно, как он уговорит женщину. Десять минут назад она орала, что будет с дочерью до конца и не позволит всяким там знахарям уродовать тело ребенка. Руслан заговорил и у Купавы помутилось в глазах от его наглости:
– Ой, Маргарет, уговорил я таки этого черствого сухаря-профессора. Совсем старик уже забыл, что такое дети и горе человеческое. – он говорил настолько убедительно, Купава если бы не видела, что это сам Руслан противился присутствию женщины, поверила ему на сто процентов – Будет тяжело, я вас предупреждаю заранее, сможете? – Маргарет, хотя цвет ее лица стал серо-желтым, твердо кивнула – Вот и хорошо, я так и думал, что вы сильная и твердая женщина. Вот выпейте.
– Что это? – Маргарет спросила на автомате, она вполне доверяла молодому человеку.
– Протеиновая смесь, вы очень измучены, а это поможет вам восстановить силы – не моргнув соврал Руслан.
– Пойдемте! – Женщина выпила сок и решительно поднялась на ноги.
– Секундочку, еще несколько последних вопросов. – Руслан решительно усадил ее обратно на диван. – Были ли у Майи, какие-либо инфекционные заболевания?
– Откуда, если последний случай заболевания гриппом был зафиксирован шестьдесят лет назад.
– Очень хорошо. Дальше: были ли у нее в роду больные психическими заболеваниями?
– У вас очень странные вопросы. Что происходит? – Маргарет заподозрила недоброе, но уже было поздно, лекарство начало действовать – Голова кружится, что вы мне дали?
– Это снотворное, вам надо отдохнуть! С вами все будет в порядке.
– Какой же ты все-таки подлец! – Маргарет уже почти отключилась и с мутной злостью смотрела на парня.
– Это точно, – равнодушно согласился Руслан и обратился к обалдевшей от этой картины Купаве – Помоги ее уложить.
Они устроили отключившуюся мать на диване. Купава накрыла ее одеялом и обернулась к Руслану:
– Как ты мог? Ты понимаешь, что она теперь не будет верить другим людям? Ты понимаешь, что уничтожил репутацию Еремея Олеговича, и, хотя для тебя это мелочь, мою в том числе? Ты хотя бы понимаешь, что поступил подло? Нет, потому что ты дикарь из злобного и нецивилизованного мира! Это было ошибкой, пригласить тебя…
Договорить она не смогла, потому что взбешенный Руслан схватил ее за ворот платья и потащил в ледник, там, на столе уже лежало тело Майи Вороновой. Лицо, за исключением выгоревших глаз и обожженного рта было почти целым. Тело пострадало гораздо сильнее, куски пригоревшей ткани и дыры в тех местах, где реагент прожег кожу, уже начали гнить, червей не было, но запах горелой ткани, волос, и гниения выворачивал наизнанку. И что было особенно мерзко, к нему примешивался запах запеченного мяса. Руслан с разгона ткнул Купаву лицом в уже разрезанную брюшную полость:
– Да, я дикарь! – заорал он. – Я не хотел, чтобы она видела, во что превратилась ее любимая тупая доченька. Как считаешь это зрелище для родителей? Ты сверхчеловек траханный! Отвечай!
Купава кое-как сползла на пол. Она почувствовала что-то влажное на носу. Стерла рукой и посмотрела, это был кал. Ее вырвало. Еремей Олегович слышал разговор в приемной и не удивился подобному обхождению:
– Купава, пойди, отдохни, – профессор вздохнул – а вы молодой человек, успокойтесь и не закатывайте истерики!
Руслан тяжело дышал и смотрел на девушку. Купава свернулась клубочком на полу, грязная и рыдающая она растеряла свою царскую красоту. Красота понятие относительное, подумал парень, и жалко ее, а надо показать, чтобы понимала, с чем нам придется иметь дело. Руслан склонился над ней и тронул за плечо. Девушка отшатнулась от него. Он порылся в чудо-кармане и нашел носовой платок. Купава резкими порывистыми движениями стала стирать грязь. Руслан заговорил:
– Да девочка, я дикарь. Я родился в таком доме, где вы собаку держать не станете. Я знаю, что такое радоваться куску хлеба и чаю с сахаром. Бедность и жестокость идут рука об руку. Да я знаю, что нельзя ходить в одиночку по рабочим районам после заката, потому что твоя куртка и содержимое карманов обязательно кому-нибудь понадобятся – голос парня был спокоен, даже равнодушен – да, я дикарь! Но тот, кого мы должны поймать урод. Даже у нас у дикарей, это неправильно то, что он делает, уяснила? Он не внешне уродлив, душа у него мертвая, понимаешь? Он не будет следовать, каким-либо правилам и, если ему понадобится тебя убить, он даже не будет сожалеть. Ему будет просто все равно. Он убил эту девочку и сделал это специально. Как ты думаешь, он будет размышлять, как не обидеть, чью-то мать? Вы хотите решить проблему и думаете, что я просто найду этого парня, и мы оба исчезнем из вашей распрекрасной жизни? Нет, ребята, вам это дерьмо придется хлебать со мной на пару!
– Но как его остановить? – Купава еще всхлипывала, но нервы у нее стали успокаиваться – Ты же знаешь, что делать?
– Для начала его надо найти, – сердито буркнул Руслан, он был рад что девушка поняла его бурную реакцию, но решил, что ей необязательно знать, что его это беспокоит. Лидер должен вселять уверенность – умойся и подожди снаружи.
Купава кивнула и на нетвердых ногах, стараясь не смотреть на стол, ушла. Еремей Олегович покачал головой:
– Я понимаю, что ей необходимо было показать, что дело обстоит очень серьезно, но вы очень жестокий человек, даже по меркам вашего мира. Ладно, приступим! И что мы ищем?
Руслан как самый младший в отделе никогда не мог свалить на другого неприятную обязанность иметь дело с мертвяками. Сейчас эта социальная несправедливость работала на него. Он достаточно часто общался с патологоанатомами и вполне представлял, как делается их печальный труд. Он, конечно, не знал как резать, но представлял где и что искать.
– Содержимое желудка и кишечника на анализ, искать нестандартные химические соединения и их следы. Ткани печени, почек, костного мозга и легких тоже анализируйте. Мы же сейчас осмотрим органы на внешние повреждения. А потом мозг. Вы часто работали с трупами?
– Я же знахарь-жизни, по-вашему, хирург. Мне постоянно требуется практика, а живые не очень-то хотят стать объектом тренировок, уж не знаю почему.
– У наших врачей юморок не лучше, – нахмурился Руслан.
– Извините, – рассеянно пробормотал Еремей Олегович, он увлеченно распиливал грудину. С красивым лицом на столе лежала разделанная туша, еще и несвежая к тому же. Руслана передернуло. – Так, а что это у нас? – увлеченно спросил сам себя доктор.
– Что там?
– Смотрите на эти черные пятна на легких. Вот это – он показал на прожженные дыры – следы реагента, а вот это – уцелевшие части были покрыты какими-то гнусно выглядящими хлопьями – я не видел никогда, до вашего появления здесь. Такие же легкие были у вас до того, как я с вами поработал. Но если в вашем случае это последствия употребления табака, то откуда они у девочки? У нас не принято употреблять этот вид наркотика, да любой другой, особенно методом вдыхания дыма. Для нас это большая глупость, даже в древности для употребления наркотиков пользовались отварами. Или употребляли сырыми. Молодой человек, вы гений! Даже мертвый может рассказать много о своей убийце.
– Соберите сажу на анализ! – больше всего на свете Руслану хотелось выйти отсюда и впихнуть в свои обновленные легкие порцию сажи. Еремей Олегович копался в кишечнике.
– Череп вскрывать будем? – спросил он почти жизнерадостно.
– Обязательно! И распорядитесь, чтобы образцы не все использовали на анализы, а часть сохранили. Они могут понадобиться в будущем. – Руслан позволил себе попущение, отошел в угол и закурил. Если не смотреть на труп, получилось почти нормально. Доктор оглянулся, хмыкнул и вернулся к делу. – Да еще желательно все это записать, – вспомнил Руслан.
Вечером дома у Еремея Олеговича собрались, как грустно пошутил Руслан, инквизиторы. Огромный, стилизованный под старинный терем, бревенчатый дом. Тьма царила в нем, только в горнице-гостиной мягко светил старинный светильник. День был не просто трудный, тошнотный день. Все вымотались до предела. Купава свернулась как кошка в кресле и спала, иногда она глухо стонала. Доктор доводил до ума результаты обследования. В углу сидели Руслан и, как не странно Маргарет. Руслан экспроприировал запасы спирта в лекарне и не пьянея пил отвертку. Маргарет, или Рита, как ее называл парень, уже попробовала полстакана этого напитка, но давно. Сначала она опьянела, потом поплакала, сейчас она сидела трезвая, злая и разговаривала с Русланом:
– Еще раз спросишь, зачем мне это надо, и я в тебя что-нибудь кину! – гроб с оскверненным телом забрали ее мужья и жены, а она непререкаемым тоном заявила, что будет помогать Руслану. Как выяснилось, Маргарет Блюм была легендой дальней разведки и много чего повидала в своей жизни.
– Да я и не отговариваю, но учти, что будет паршиво, очень! –
– На Светозаре тоже было тяжело. Из сорока человек я смогла вытащить только троих. Думала, что с ума сойду от ментального удара. Под излучением они разлагались у меня на глазах. Но я выдержала, потому что иначе и те трое остались бы там. И сейчас выдержу, я же спасатель, нас специально подбирают крепкими физически и морально.
– Я о другом, если не ошибаюсь, то мы будем иметь дело с толпой фанатиков, а ты не представляешь на что способны люди во имя веры! Изучала параллельную историю? Наш мир? Так вот почти все войны организованны во имя веры. Кто-то подсчитывает барыши, пока толпа с азартом режет друг друга. Я говорю о том, что они сделаю все, что им прикажут, любую гнусность и подлость…
– Тебе, похоже, непонятно, что мы здесь не блаженные. И у нас тоже есть трудности, это ведь не идеальный мир. И подлость тут тоже встречается. Чужаки ведь просто помогли нам избежать бойни, но в остальном мы почти такие же, как вы, просто мы с детства учимся желать добра и стараться не причинять зла.
– А я как раз и думал, что попал в идеальный мир. – усмехнулся Руслан. – Э как меня понесло, забористый спиртяга! Еще хочешь?
– Разве что капельку. – Маргарет подставила стакан. Руслан плеснул изрядную капельку и встал, чтобы принести еще сока. Но его намерение прервал Еремей Олегович.
– Так, в целом готово! – громко сказал он. – Прошу внимания.
Все стряхнули с себя ленивое настроение. Купава, извинившись, побежала умыться и через пять минут инквизиторы собрались слушать. Еремей Олегович покосился на Маргарет, вздохнул, но все же не стал противиться ее присутствию:
– Гипотеза Руслана подтвердилась. У девушки в тканях и крови обнаружены следы органического соединения, по всей видимости, смесь различных трав в основном дурмана, опиума и белладонны, есть еще что-то, но пока трудно понять, реагент затронул почти все органы. Процентный состав тоже неясен, будем работать.
Второе, реагент: тут дело гораздо сложнее, мы почти точно идентифицировали состав, но изготовить такой кустарным способом нереально. Есть также одна зацепка, одна из составляющих, редкий окислитель, используемый в изготовлении микромолекулярных схемах. Он используется всего на четырех предприятиях: три из них совершенно автоматизированы и получить туда доступ постороннему человеку невозможно, там агрессивная для живых организмов среда и система сразу же поднимет на ноги спасательную службу…
– А если взлом? – спросил Руслан, меланхоличный романтик рассуждающий, о судьбах мира и богах исчез, остался только жесткий, расчетливый и прагматичный специалист.
– И каким образом можно взломать астероид?
– Можно, все можно, если очень захотеть…
– Вам виднее Руслан, но я думаю, что чем пытаться проломить скалу в открытом космосе, за пятьдесят миллионов верст отсюда, гораздо проще сходить на завод робототехники. Даже придумывать не надо как пройти, экскурсии идут по несколько раз в день, да и людей там работает почти шесть сотен.
– Глухарь! – расстроено сказал Руслан.
– Какой глухарь, – озвучила общее с Купавой недоумение Маргарет – Причем здесь птица?
– Это сленговое выражение, означает что дело не продвигается или как говорят на родине Руслана: дело глухо, вот и получается безнадежное дело – глухарь. – просветил девушек начитанный Еремей Олегович. – Но это не глухарь, Руслан. Эти самые микромолекулярные схемы роботов, а их там больше трех тысяч, записывают все, что видит или слышит робот. Их очищают от ненужной информации раз в три месяца, последняя чистка была шестьдесят восемь дней назад. Я уже распорядился, чтобы память роботов анализировали и всех, кто заходил за это время в закрытую зону выделили. К утру я думаю, мы будем иметь полный список. И будем надеяться, что злоумышленник был там, в пределах этого срока.
– Профессор, в КГБ вы бы сделали блестящую карьеру! – сказал Руслан.
– Спасибо, молодой человек! А что такое КГБ?.. Ладно, не будем отвлекаться. Дальше, опять-таки благодаря подсказкам Руслана, мы анализировали грязь из-под ногтей Майи, в ней содержится цинк. Я думаю, что это следы типографской краски, что использовалась в старинных книгах, но свежая. Так что предположение Руслана, что этот человек из его мира косвенно подтверждается, в его мире бумага до сих пор широко распространенный способ передачи информации.
И последнее, за четыре дня до смерти она почти ничего не ела. Имеет это какое-то особое значение или нет, я не знаю.
– Она постилась. – ответил Руслан. – в большинстве наших сект изматывание адепта голодом есть непременное условие посвящения на следующую ступень. Теперь твоя очередь Маргарет, расскажи нам о Майе. – попросил он.
– Я пришла в семью, когда Майе не было еще и года. У Сэнь и Орландо семья только формировалась. Да и не было толком еще семьи, просто два студента любили друг друга и жили вместе, о будущем не думали, а заявку на ребенка подали скорее по обычаю, чем в серьез рассчитывали на то, что ее примут. Но приняли. Бытовые проблемы закружили молодых ребят и им, наверное, потребовался некий якорь. А я как раз вернулась из дальнего похода к Бетта-Водолея. Восемнадцать лет в анабиозе, все связи растерянны, друзья и родственники разъехались… Я полюбила Орландо, он совершенно не похож на меня, вечно в облаках мысленно, а я хотя и летаю, человек прагматичный. Он может даже в домашней одежде на работу пойти, бывали случаи. С Сэнь у нас вспыхнула просто настоящая страсть, эта девочка меня до сих пор восхищает…
– Страсть с Сэнь?! – Поперхнулся Руслан.
– А что тут удивительного? – нахмурилась Маргарет. – я что недостаточно хороша, чтобы кто-то испытывал ко мне страсть?
– Ты в полном порядке, просто у нас не слишком приветствуются однополые отношения. – все так выразительно посмотрели на него что Руслан понял, что опять сморозил глупость.
– Вы там, что к каждому в кровать заглядываете? Если семью устраивает такие отношения, то это личное дело семьи. Не так ли? – Маргарет смотрела на него как на блаженного, Руслан не знал, что ответить и промолчал, вот уж со своим уставом, еще и дурным, полез в чужой монастырь. – Эмиль был моим напарником в перелете и быстро вжился в семью. В таком составе семь просуществовала пять лет. Остальные присоединились десять лет назад, почти одновременно. Разрешений пока не давали и, будучи единственным ребенком семьи Мая, получала ласку и внимание почти постоянно. Но против опасений не избаловалась и росла на редкость послушным ребенком.
В гимназии звезд с небес она не хватала, но основательность и последовательность брала свое, она была в пятерке лидеров группы. В двадцать умудрилась даже напечатать статью в журнале ксенобиологии. Усердно готовилась к экзаменам в Высшую Знахарскую Школу.
Отношения со сверстниками обычные, бывало, что и поплачет, но в себе не замыкалась. Во всяком случае, со мной была открыта. Еще у нее страсть к Гулящему Полю, но в ее возрасте это нормально. Я сама лет шестьдесят назад любила там бывать.
– Гулящее Поле это такая, как бы сказать по точнее… игра что ли… – Еремей Олегович заметил, что Руслан не хотел опять попасть впросак и молчал, хотя не понял, о чем идет речь. – у нас очень много молодежи увлекается параллельной историей и моделируют некоторые ваши обычаи, которые считают забавными что ли… Вы уж только не обижайтесь – за чем-то добавил он.
– Проституцию, наркоманию и алкоголизм? – попытался пошутить Руслан. Но профессор энергично кивнул и у парня отпало всякое желание шутить на эту тему. – да ладно, у нас есть военно-исторические клубы, там тоже считают, что поиграть в средневековье очень забавно, так что я понимаю. Продолжай Рита, прошу тебя. А про это Гулящее Поле поподробнее.
– На Гулящем Поле существует многое из вашего и других миров. Например, деньги, начеканили монет, и чтобы взять поесть, надо отсчитать несколько золотых, правда, забавно?
– Очень – пробурчал Руслан, вспомнив, сколько раз у него не хватало «золотых» чтобы по-человечески поесть.
– Девушки могут себя попробовать на «стезе порока», – Маргарет похоже не заметила состояния Руслана, и пыталась развеселить его таким образом. – Я помню, когда училась, поехали с Салимом на Гулящее Поле и я заявила ему что буду с ним только если он мне даст пятьдесят золотых, хотя точно знала, что у него только тридцать. Бедняге пришлось грабить банк, и он набил себе огромнейшую шишку, спасаясь от стражи. Но видели бы вы его гордый вид, когда он шел через всю площадь с мешком награбленного золота… – Маргарет улыбнулась своим воспоминаниям.
– Это все конечно, интересно, – бесцеремонно прервал ее Руслан – мне надо знать другое. Есть ли там религиозные клубы, общины или что-либо подобное?
– Да, и очень много! – с жаром принялась рассказывать Маргарет – Мусульмане, христиане, язычники, буддисты… – она осеклась. – Ты думаешь, что один из игровых…
– Именно! Я думаю, что игра зашла слишком далеко. И нам придется хорошенько поискать этого игрока.
Глава 6.
– Ты чудесно выглядишь! – хихикнула Купава, глядя как Руслан, безуспешно пытается поправить длинные полы парчовой рясы.
– И как вы женщины в платьях ходите? – Он уже устал огрызаться и смирился с необходимостью изображать доминиканца. Сама Купава оделась арабской наложницей и отлично смотрелась в шелковых полупрозрачных шароварах и едва скрывающей роскошную грудь блузке. Газовый шарф придавал ее лицу очаровательную загадочность. Красавица и чудовище, мрачно подумал Руслан. – Ладно, веди.
Они вышли из личного летуна Купавы, шестиметровой лиловой гусеницы. Гулящее Поле, скорее напоминало средневековый замок, порожденный воображением ребенка. Красивый и воздушный, он поражал воображение. Высотой метров в двести казалось, его черепичные шпили царапают небо, белоснежные стены, увитые плющом и ажурный подъемный мост. Луга и засеянные поля вокруг.
– А поля-то зачем? – спросил Руслан
– Мы же моделируем жизнь, так что некоторые работают крестьянами. – гордо заявила Купава, но тут же смущенно добавила. – Правда, тут роботы помогают. Уж очень тяжело, вы-то привыкшие…
Руслан вспомнил юношескую мечту заасфальтировать бабушкины тридцать соток, но промолчал. На встречу к ним несся всадник, на весьма странного вида лошади, полностью покрытой броней, по самые бабки, даже морду заковали в достаточно уродливую маску. И только когда всадник подъехал поближе, Руслан понял, что это не животное, а робот. Двигался механизм на удивление тихо, только копыта гулко стучали по земле. Всадник, которого тоже можно было бы принять за робота из-за лат, такого же голубовато-зеленого цвета, осадил транспортное средство шагах в пяти от них и снял шлем, по плечам рассыпались каштановые густые локоны. Ослепительно красивый парень громко и грозно спросил:
– Вы вступили во владения князя Владимира, кто вы и что делаете там, где вас не ждали?
Руслан автоматически стал искать уязвимые места, получалось, что бить надо только в лицо, и точно. Пробовать, насколько тяжел и болезнен удар закованной в броню руки не хотелось. Но потом до него дошло, что это часть игры и парень играет свою роль. А на самом деле он с любопытством рассматривает гостей. Купава выступила вперед и, поклонившись до земли, ответила:
– Усталые путники, с должным почтением преклоняются… – она дернула Руслана за рукав и тот сообразил поклониться – перед великим князем Владимиром и просят разрешения пробыть луну в славном Граде.
На этом официальная часть закончилась, парень спрыгнул с седла. Подошел к Купаве и нежно обнял ее.
– Привет родная, как же я за тобой соскучился! – его руки весьма по-хозяйски прогулялись по ее телу, Руслан почувствовал укол ревности.
– Рагдай, сердце мое! Как же я тебя люблю! Хасан, Света, Лилель и Жанна, привет передавали, они в Тверь умчались, там какой-то музыкальный фестиваль. Почему домой на день семьи не приехал? Мы так ждали. Все скучают…
– Не части, успеем наговориться. – он усмехнулся и погладил ее по волосам. – А это твой дикарь?
– Извини! Руслан это Рогдай, мой муж, дорогой это Руслан. И он не дикарь, а вполне образованный человек!
– Не слушай ее, – улыбнулся Руслан, он решил, что обижаться глупо. – я самый настоящий дикарь, только с пальмы слез! – Рогдай оценил шутку, и они вполне приятельски пожали руки.
– Тогда тебе здесь понравится, тем более что мы наловчились делать пиво!
– Пиво – это круто!
– Круто? Это очень хорошо означает? – догадался Рогдай, он покатал новое слово на языке – Круутто! Мне нравится! Мы подружимся! – заявил он безапелляционно.
В нем было столько дружелюбия, что Руслан даже в мыслях это утверждение не оспаривал. Они пошли в Град, Руслан вежливо отстал, чтобы дать им возможность пообщаться.
Князь Владимир Красно Солнышко, в обычной жизни Владимир Жемако, номинальный глава этого сумасшедшего дома, принял их в палатах. Центральная башня Града служила своего рода магазином-базой для обитателей Гулящего Поля. Если конечно слово магазин уместно в обществе, где деньги есть только как игрушка. Верхние этажи были отданы под склады и благодаря удобному расположению под административный центр. Руслан посмотрел на операторов в кокошниках и епанчах, сидящих за вполне современными голографическими мониторами и вздохнул, такая вольница как в военно-исторических клубах на его Родине здесь невозможна в принципе. Посиделки у костра? Пожалуйста, но сначала проверим местность на наличие ядовитых змей и неблагоприятных климатических условий. Да и сходить по нужде в кусты никто не позволит, не говоря уже воспользоваться листьями вместо туалетной бумаги. Хороши витязи, после поля брани в биотуалет бегут, а не по кустам. Невеселые мысли о вреде прогресса пришлось прервать, их пригласили в думную, то есть в зал для совещаний.
Вокруг грубо отесанного, сделанного из дуба, стола, собрались пять человек: Купава с мужем, Руслан, сам Владимир и маленькая женщина с непроницаемым азиатским лицом.
– Сразу представлю это Гуань Лао, куратор религиозных игрищ, профессор Бейцзинского университета параллельной истории. Остальные уже знакомы, так что сразу перейдем к делу. По данным наших уважаемых коллег из Знахарского Приказа, на территории Гулящего Поля действует настоящая секта, есть жертвы, по просьбе знахарей бирючи не обнародовали эту информацию. Так что об этом совещании предпочтительно не распространяться.
– Вы еще секретные архивы заведите – сварливо сказала профессор Лао. – тоже мне тайны Рейха!
– Это сделано по моей просьбе, уважаемый профессор. – Руслан, когда хотел, мог быть сама любезность. – Я иномирянин и действую по моему разумению. Девочка находилась здесь, перед тем как пойти и совершить самоубийство. Кажется, не очень умно сообщать тому, кто ее на это толкнул, что за ним начата охота.