- -
- 100%
- +
Лесная зелень, цветы, сама земля… все чего касалась некромантка – немедленно обращалось в прах… Говорящая с мертвыми, вестница смерти, могильный маг… все эти имена эхом разносились по сознанию магессы, постепенно отдаляя самое важное из них – Мария.
Стараясь скрыть едва заметную дрожь, некромантка продолжала игнорировать владыку демонов. Копаясь в себе, девушка находила все более неприятные сердцу чувства и одно за другим запирала их где-то в закоулках израненной души. Тепло, нежность, страх, любовь, счастье – все это было не к лицу новоявленной повелительнице мертвых.
– Ты не ответила на мой вопрос – угрюмо бросил дьявол, отводя взгляд в сторону. Прислонившись спиной к дереву, демон скрестил руки на груди.
– И что же ты ожидаешь услышать? Мою благодарность?
– А почему бы нет? – рассмеялся владыка ада – я дал тебе силу и дал тебе цель. Разве я не заслужил благодарность?
– Я настолько благодарна, что готова сломать тебе шею и вырвать сердце, если оно у тебя, конечно, есть… только вот это вряд ли возможно.
Твердый и бесцеремонный тон магессы застал демона врасплох, от чего тот оживился еще больше. Жадно впитывая каждое слово девушки, он с упоением наблюдал за её пока еще борющейся с реальностью, мятежной душой.
– Может, хватит уже истекать слюной!? Время еще не пришло! Душа по-прежнему моя! – яростно бросила некромантка.
Гнев девушки превратился в резкий порыв ветра. Разносимый им могильный холод быстро распространился по опушке леса, инеем оседая на все еще сочной зеленой траве. Отступившись на пару шагов, слегка растерявшийся демон, злорадно оскалился, и твердым напористым шагом устремился к повелительнице могил.
Двое прислужников некромантки угрожающе зарычали на дьявола. Легкое, непринужденное движение руки повелителя демонов и нежить отбросило на десяток метров в сторону.
– Охарактеризуй свою мощь, одним словом! Давай же постарайся! Скажи, что ты чувствуешь?! – не унимался владыка ада.
От его палящего, словно обезумевшего взгляда, воздух становился обжигающим и сухим.
– Тут и старания ни к чему… – уступив собеседнику, грустно прошептала Мария, прислонив ладонь к березе.
Зеленая листва высыхала, лениво осыпаясь. Едва коснувшись земли, она моментально обращалась в пыль. Ствол стремительно чернел, обращаясь в песок разгоняемый ветром вслед за своими же листьями…
– Печаль… – отрешенно прошептала некромантка – эта сила несет лишь печаль…
Маниакальный взгляд дьявола вспыхнул новыми красками. Быстро взяв себя в руки, повелитель демонов удовлетворенно фыркнул.
– Но ты ведь все равно будешь использовать мой дар? – его голос звучал уверенно и в тоже время надменно. Будто издеваясь, демон постоянно напоминал Марии о контракте.
Некромантка направила свой вновь опустевший взгляд на наслаждающегося представлением владыку ада:
– У меня нет выбора… я заплатила за этот мир слишком высокую цену… у меня нет права не бездействие.
Вурдалаки вернулись к хозяйке. Их разорванные до кости рыла со страхом косились, на расплывшегося в злобной ухмылке дьявола.
– Все в твоих руках – изобразив безразличие и с трудом не срываясь на смех, молвил демон – Поднимай мертвых! Подчиняй монстров! И веди армию в бой! Бессовестные людишки этого мира должны поплатиться за свой эгоизм!
Слова повелителя демонов растворились в порывах внезапно поднявшегося ветра.
– Некроманты! Где мне их найти?! – спохватившись, крикнула Мария, в след удаляющемуся демону.
– Нигде – ответил он, не оборачиваясь – в мире может существовать только один некромант. Другой родится только после смерти первого…
– Но почему?
– Какая же ты глупенькая магесса. Все дело в балансе. Второй некромант склонил бы чащу весов слишком сильно. Тогда представление бы оказалось довольно скучным…
– Сволочь! Значит мы все для тебя лишь игрушки?!
Ничего не ответив, сатана лишь рассмеялся, исчезая во вспышке собственного пламени…
Игнорируя ветер, его злорадный смех разносился по всему лесу, поднимая в небо стаи перепуганных птиц.
Мария осталась одна, наедине с умирающим лесом. Порывы ледяного, могильного ветра вихрями разносились по холмам, тропинкам и хребтам. Кроны деревьев податливо покачивались, вымаливая у разъяренного ветра пощады. Но стихия была глуха к их молитвам. Метр за метром, величественный лес окутывала ядовито – зеленая дымка, превращая все на своем пути в прах…
*******************************
Солнечный свет нахально ударил в мои все еще закрытые глаза, заставив непроизвольно сморщиться.
– «Говорящему с демонами» нельзя находиться в доме господнем! – громкий, охрипший старческий голос оратора побудил меня подняться.
О, черт… я снова проснулся непонятно где…
– В соответствии с четвертым пунктом Договора о равенстве магов, вы не имеете права выгнать волшебника, дар которого разрешен официально. Так что парень никуда не пойдет!
Твердый и громкий голос Ярового звучал ободряюще, нагло прерывая сомнительные доводы священника.
Стражи храма, прожигающие нашу группу со всех сторон своими презрительными взглядами (маги служители церкви) держались нейтрально, терпеливо ожидая приказа святого отца. Им тоже были не особо счастливы присутствию в церкви некоторых из нашей разношерстной команды.
С трудом перебирая ногами, я добрался до одной из множества выставленных рядами скамеек. Устроившись, стал внимательно слушать прения Ярового и настоятеля, попутно оглядываясь по сторонам.
– С вами чернокнижник, двое жнецов и малефикар! Мы не можем позволить себе осквернять их присутствием нашу святую обитель! Великий Астра будет в ярости!
Голос святого отца дрожал. Старец то и дело покрикивал, переходя со скрипучего баса на звонкий тенор.
– Разве дать приют нуждающимся, которые не щадя собственных жизней отстаивали этот город, означает осквернить церковь?! Очернить дом бога, двери которого открыты для всех и каждого?
Восприятие интересная штука. Вот передо мной стоят двое ораторов схлестнувшихся в жестокой интеллектуальной схватке. Но почему то и без того невысокий священник, стал казаться мне еще меньше, в то время как высокая фигура Ярового, становилась все внушительней.
Казалось, что от баритона сумеречного охотника дрожали все. Стражи, священник и даже сверкающие под натиском солнечных лучей расписные оконные витражи.
– Вы не… понимаете! – уже не скрывая дрожи, заикался священник, поглаживая руки за спиной.
– Что же тут непонятного?!
Рев Ярового заставил стражников вздрогнуть и приготовиться к бою.
– Я могу уйти – произнес я, с трудом перебирая ослабшими ногами и опираясь на ровные ряды скамеек.
– Это обычное дело. Так, что не переживай – подставив плечо, прошептал маг крови.
Женя помог мне приблизиться к третьему ряду, где помог сесть. Усевшись рядом, малефикар внимательно наблюдал за перепалкой, стараясь ничего не упустить.
– Это храм божий! – взмолился старик, протянув руки к расписному потолку – не гневите Астра и уходите!
Эй, госпожа фортуна? Ну, вот почему все именно так? Снова пытаешься пощекотать мои и без того расшатанные нервы? Что за цирк?! Неужели нельзя было просто дать нам отдохнуть и отправить восвояси?
Глубоко вздохнув, я мысленно проклинал всех богов удачи, о которых когда-либо слышал. Так им и надо. А то взяли моду – не замечать нуждающегося.
– Этот парень в одиночку одолел монстра пятого класса! – перебил священника Яровой, указывая на меня.
Кажется, этот охотник вошел в раж. Его театральная игра слегка прихрамывала на обе ноги, но в целом, публику собрать и устроить зрелище у него получалось. Только вот мне стало неуютно. Полтора десятка пар глаз тут же стали оценивать меня. Одни были жгучими и презрительными, другие удивленными и взбудораженными. Неприятный холодок пробежал по спине.
Как Яровой и рассчитывал в рядах стражей начался ажиотаж. Тихий едва уловимый шепот быстро перерастал в галдешь.
– И вы все равно хотите выгнать его и трех других славных героев, отчаянно защищавших ваши жизни на улицу?! И именно тогда когда им так нужна ваша доброта и поддержка? Разве это приемлемо для церковнослужителя?! – продолжал свой спектакль Максим.
А этот парень весьма хорош. Его стиль и манера речи не просто навязывают оппонентам его точку зрения – они будто заражают ею. Многие из тех, кто совсем недавно был готов с боем выгнать темных магов на улицу, сейчас сомневались.
Одобрительные возгласы один за другим посыпались в нашу сторону. Некоторые стражи с укоризной посматривали на святого отца, намекая на правильность слов Ярового. Но старик лишь нервно закусывал губу.
– Святой отец! Астра учит нас милосердию! Учит помогать тем, кто в этом нуждается! Разве сейчас вы поступаете правильно? Обрадует ли ваше решение Астру? – крикнул один из стражников, устав от неопределенности.
Сморщенное лицо старика наливалось пунцовыми красками. Ну не мог он позволить темным оставаться в храме. Свету свет. А тьме только тьма. Дать слабину, значит очернить это святое место. Нечего всяким демонопоклонникам и прочим носителям тьмы шастать по церкви!
Тихонько отступая назад, настоятель тревожно оглядывался по сторонам, в поисках хоть какой-нибудь поддержки.
На душе отлегло. Неужели боги удачи все-таки взглянули в мою сторону? Фортуна, прости… был не прав. Клянусь, что исправлюсь. Прошу, и впредь будь благосклоннее к моей скромной персоне. Мне не нужен многомиллионный выигрыш в лотереи или свалившийся откуда-то с неба чемодан с золотом. Просто перестать измываться надо мной и все.
Закончив свою внутреннюю молитву, я улыбнулся. Не все так плохо, как казалось. Раз уж стражи храма нас приняли, значит и настоятель сдастся. Наконец-то на горизонте замелькали долгожданная еда и отдых…
– Не поддавайтесь, настоятель! – раскатом грома по помещению пронесся тяжелый бас, с едва уловимыми нотками картавости.
Одетый в серебристую броню, к старику вышел только, что вернувшийся в церковь маг. Это был мужчина, возрастом около сорока. Его темные непослушные волосы закруглялись на концах. Мужественный подбородок оккупировала недельная щетина. Его грозный взгляд заставил расслабившихся стражей вздрогнуть. Прижавшись к стенам, церковные маги больше не рисковали вмешиваться в разговор.
– Маги с темным началом! Вам не место в этих святых стенах! Немедленно покиньте пределы храма! Или же я лично избавлюсь от каждого осквернителя сего места!
– Это приказ Эпсилон. Мы остаемся в церкви! До получения дальнейших распоряжений – громко объявил Яровой, абсолютно игнорируя выскочку-стража.
Глава 15
Рассекая воздух, острие двуручного меча угрожающе замерло в сантиметре от шеи сумеречного охотника.
– Не играй со мной, парень! – яростно выпалил паладин в броне, не сводя глаз с противника.
– Ты напал на командира одного из отрядов магических войск Эпсилон? – игнорируя острие, с досадой выдохнул Яровой, прикрывая лицо рукой.
– И что?! Даже ваша армия не станет объявлять войну церкви! Миллионы верующих тут же отвернуться от вас! С нами Астра и множество последователей! Рискнете ли вы обратить всех их против себя?!
– Павел! – в панике закричал отец-настоятель – остановись!
Окинув помещение быстрым сосредоточенным взглядом, паладин невольно вздрогнул.
Защищать своих товарищей – дело чести для каждого в отряде Ярового. Напасть на одного из бойцов этой группы означало объявить войну каждому её члену. «Неважно кто враг. Если он поднимает оружие на твоего друга, человека с которым ты не единожды смеялся в лицо смерти, то он должен ответить за свою дерзость» – так однажды говорил сам Максим. Его слова и дали жизнь этому негласному правилу, превратившему боевой отряд в семью.
Пол десятка кровавых игл угрожающе замерли в паре сантиметров от головы паладина-стража. Женя внимательно следил за движениями цели, готовый в любую секунду уничтожить её. Глубокий порез на ладони малефикара сочился алой кровью, каплями разбиваясь о кафельный пол.
Взбешенная Юля держала стража-выскочку на мушке, не многозначно покручивая на пальце, приличных размеров раскаленным огненным шаром.
Эля и Вова уже были за спиной церковного паладина, прижав к его шее лезвия своих мечей. Скрестившиеся в районе кадыка острия их клинков создали ловушку, по принципу действия напоминавшую ножницы. Одно неловкое движение и голова выскочки рискует покатиться по полу, приводя в ужас и без того напуганных стражей.
Витя и Валера, занесли свои черные косы. Терпеливо прикрывая авангард в лицах Вовы и Эли, они в любой момент были готовы перегруппироваться. Стоит кому-то из других стражей вмешаться в потасовку, и он серьезно об этом пожалеет. Лезвие косы жнеца, окутанное темным началом, проходит через человеческое тело как раскаленный нож через масло. И это широко известный факт, показавший себя во время предыдущей войны.
Жрец, быстро окинул взглядом боевое построение, одаряя каждого из членов отряда персональным усилением. Михаил Валерьевич – высокий статный мужчина с седеющими волосами, пользуется уважением среди товарищей. Несмотря на небольшой боевой потенциал, он является одной из ключевых фигур отряда. Этот маг существенно продвинулся в изучении различных целебных и усиливающих техник, что не раз спасало как рядовых членов группы, так и самого Ярового. Нельзя не заметить, что белая магия идеально подходила этому всегда улыбающемуся и бесконечно доброму человеку.
Слава «Чайка» поправив на носу очки, молниеносно выхватил из-за кобуры свой девяти миллиметровый «Браунинг». Радист окутал огнестрельное оружие собственной маной, повышая тем самым скорость, убойную силу и дальность полета пули. Демонстративно щелкнув затвором, кастер снял пистолет с предохранителя и направил его дуло на противника.
Второй из паладинов группы, Рома неторопливо озирался по сторонам. Готовый остановить любого смутьяна, решившего помочь выскочке-стражу, парень легонько перебирал пальцами по рукояти своего двуручника. Меч достался ему от погибшего в последней войне деда. Поэтому паладин очень любил свое оружие, считая его не средством защиты или нападения, а полноправным напарником. Металлическая рукоять клинка была с любовью укутана красной полоской ткани, а от закругленного эфеса тянулась небольшая нить, на конце которой хаотично болтался маленький (размером с брелок) плюшевый кот. Лезвие меча излучало солнечный свет, из-за чего казалось, будто его окутывает яркий золотистый огонь.
– Еще совсем немного и для тебя бы все кончилось плачевно – снисходительно бросил Яровой, отталкивая дрожащее от злобы острие меча в сторону – посмотри вокруг. Видишь всех этих магов? Они уже сейчас готовы разложить тебя на молекулы? Думаешь, им есть дело до какой-то там войны с церковью? Если бы ты коснулся меня мечом, то мгновенно бы умер…
– Я бы забрал тебя с собой! – задыхаясь от гнева, прошипел страж паладин. Готовый вот-вот взорваться он по-прежнему держал меч наготове.
Лезвия мечей Вовы и Эли слегка сомкнулись, немного оцарапав горло выскочки и напоминая ему, о его положении.
– Это вряд ли – позади Павла раздался голос, звучание которого сначала вызвало у паладина недоумение, а потом ярость.
Яровой стоявший перед паладином рассеялся, оставляя лишь быстро исчезающий туман.
– Дурень – рассмеялся возникший рядом с Вовой и мечницей Макс Яровой, отвешивая молодому паладину из своего отряда «отцовского подзатыльника» – Слишком рано остановил клинок. А потом дотягивал. В реальном бою эта секундная заминка может стоить жизни! Вон смотри на Эльку. Идеальная концентрация. Сильная, быстрая и грациозная мечница. Каким бы сильным не был её удар, она всегда точно знает, когда нужно остановиться. Даже сейчас, держа противника на острие, Эля остается закрытой и готовой от наступления перейти к защите. Учись!
Весь пунцовый от стыда, Володя улыбнулся, поглядывая на соратницу. Он точно знал, что ему до её мастерства владения мечом еще очень далеко. Грациозные как у кошки движения, сливающиеся в завораживающий умы танец – все это разило мужчин не только на поле брани. За Элей пытались ухлестывать уже не один десяток маститых мечников, но каждый, почему то оказался, отвергнут. Девушка была хороша собой, но голову её занимали одни лишь сражения и клинки.
Поймав себя на мысли, что уже давно рассматривает не стойку девушки и меч, Вова стыдливо отвел взгляд в сторону, покраснев при этом еще сильнее.
Публика вокруг с замиранием сердца следила за постепенно развивающейся потасовкой. Грозный взгляд паладина Павла отбивал всякое желание вмешиваться, дабы не попасть к нему в немилость.
Когда стало ясно, что с Яровым этому стражу не совладать, я облегченно вздохнул. Но неприятный осадок на душе, теперь тревожил меня сильнее. Почему нельзя просто позволить нам отдохнуть? Получим приказ и свалим отсюда. Делов то… Хотя я-то не член отряда. Могу уйти и раньше…
– Ироды! Астра покарает всех вас за превращение этой святой обители в балаган! – проревел Павел. Несколько оконных витражей лопнули, расписными осколками осыпаясь на разбегающихся в панике стражей.
Волна светлой энергии отбросила мать мечей к стене. Кровавые иглы и пара огненных шаров, бесследно растворились в подступающей золотистой стене. Макс Яровой, в срочном порядке отбросив свое актерское амплуа, вернулся к исходному образу – готового разрывать на части сумеречного охотника. Бросившись вперед, он успел поймать отброшенную стражем мечницу.
Вспышка. Ярко золотистые языки пламени окутали доспехи Павла.
– Остановись! Ты разрушишь храм! – взмолился старик настоятель, в слезах падая на колени и протягивая руки к небу. Сердце святого отца разрывалось на части, от одной лишь мысли о предстоящей схватке.
Другие стражи, вспомнив о собственном долге, робко подступали, стараясь вразумить своего старшего товарища.
– В порядке? – спросил Яровой мечницу, аккуратно стирая проступившую на её лбу кровь.
– Более-менее. Прости, я расслабилась – виновато прошептала девушка, когда командир аккуратно посадил её на пол.
Зубы сжались до боли в скулах. Жаждущие броситься в бой кулаки нервно пульсировали, наливаясь кровью. Но предательские ноги не позволяли даже встать… плачевно сказывался дефицит маны. Если верить словам Михаила Валерьевича, то я не смогу нормально ходить, пока моя собственная мана не восстановится. Черт! Ну почему все так?! Они все снова сражаются, а я ничем не могу им помочь!
– Я покараю всех темных осквернивших сие святое место! – взревел Павел за мгновение, настигнув малефикара.
Не успев ничего предпринять, охваченный отчаянием маг крови, закрылся руками. Звон танцующих в смертельном вихре клинков, разлетелся по этой запятнанной гордыней и тщеславием церкви.
– Уходи! Он мой противник! – яростно бросил Вова, даже не взглянув на испуганного Женю.
Клинки соперников дрожали от напряжения, в попытке оттолкнуть друг друга, выиграв при этом долгожданные секунды для атаки. Мощь паладина – стража была неоспоримой, но гнев внутри Владимира не позволял ему сдаться. Вынуждая тело работать на пределе, эта животная ярость постепенно заполоняла каждый уголок души молодого паладина, превращая его в кровожадного берсерка.
– Не вмешивайся! Он мой! – вспылил Вова, едва завидев, как сумеречный охотник готовится к атаке.
Грозный взгляд Ярового никак не подействовал на паладина. Смирившись с тем, что вразумить своего подопечного у него не получится, охотник окинул задумчивым взглядом, стоявшую в стороне Элю.
Каждый раз, бросая взгляд на проступившее по волосам мечницы кровавое пятно, молодой паладин становился все яростнее, вынуждая не справляющегося с напором стража, медленно отступать.
– Сдохни… – прошептал Вова, окутывая клинок жаркими языками пламени. Побелевшие пальцы парня дрожали от напряжения, но все равно – надежно сжимали рукоять меча.
Павел продолжил отступление, пытаясь защититься, от стремящихся добраться до глаз, огненных языков.
Взмах, за ним второй… Вова отпрыгнул назад, высвободив из меча два острых огненных лезвия. С трудом блокируя атаку, паладин-страж отступил еще на пару метров.
– Не вмешивайся! Это уже не драка, а поединок! – крикнул Яровой, когда жнец Валера, устав от бездействия уже было бросился в бой – У нашего товарища есть свои причины желать боя один на один. Так давайте же уважать его мотивы! Терпеливо ждать и верить!
Когда Макс заговорил про причины, не знаю случайно или специально, но он бросил взгляд на испуганную мать мечей. Девушку немного шатало и, стараясь прийти в себя, она уперлась плечом в стену.
Жнец послушно опустил косу и отступил.
Павел вознес меч над собой. Столб света, минуя расписной потолок, поразил Вову. Душераздирающий крик молодого паладина заставил остальных членов отряда вопросительно уставиться на командира. Стража храма осторожно отступала, стараясь не стать частью потасовки.
Запах горящей плоти ударил в нос. Ощущая, как горит его кожа, Вова отчаянно старался выстоять и удержаться на ногах. Пальцы еще прочнее вцепились в рукоять меча, стремясь поднять его вверх и рассечь им ненавистный свет.
– Нет! – закричала Эля в истерике.
Не в силах наблюдать дальше это истязание, девушка создала два парных клинка и стальным вихрем обрушилась на врага. Удар, удар, еще удар! Быстрее! Сильнее!
Мать мечей стремительно ускорялась, меняя свойства собственного оружия, в попытке пробиться через золотистый свет, оберегающий стража-выскочку.
Больше отсиживаться нельзя. Если кто-то из них погибнет, то я вряд ли смогу простить себе это бездействие.
Уняв дрожь в руках, я призвал темный фолиант. Окутанное фиолетовым пламенем тело неуклюже подбиралось ближе к первым рядам, у которых и шел бой. Испуганные взоры церковников давили мне в спину. Вряд ли им понравится то, что я сейчас буду использовать. Магия… Темные и светлые начала? Как же все это сложно… Разве трудно жить всем вместе и сражаться с лесными монстрами, как в каком-нибудь фэнтези романе. А после, вечером, всей компанией напиваться у костра. Было бы интересно. Хотя было бы трудно напиться, когда вокруг шныряют проклятые маной монстры. Но и это не проблема. В городе же полно баров и ресторанов.
Невольно улыбнувшись, я прогнал из головы все эти ребяческие мысли. Мы не в сказке. Это самая, что ни, но есть – реальность. А в ней, как известно, встречаются люди похуже тех же самых монстров…
– Не вмешивайся, чернокнижник – крикнул Яровой, когда я уже собирался использовать одно из проклятий, предложенное фолиантом.
– Но почему?! Он ведь не справляется!
Странный ты человек, Максим. То горой стоим за одного. То и пальцем не шевелим, пока товарищ страдает.
– Разве ты не понимаешь? Это не драка, а поединок! Вова сам захотел, чтобы ему не мешали! Так, что уважай его решение! На кону честь мага!
От твердого и властного голоса охотника по спине побежали мурашки. Фиолетовое пламя, подчинившись мысленной команде, исчезло вместе с фолиантом. Решив, что сейчас будет лучше послушаться, я продолжил наблюдать за боем, изо всех сил надеясь, что поступаю верно.
Нанося удар за ударом, изрядно выдохшаяся мать мечей безуспешно пыталась пробиться через золотистое сияние стража.
– Эля, назад! – окликнул девушку Яровой.
Окутанная собственной яростью мечница проигнорировала слова командира. Её меч, слегка дрогнув, стал наносить все более размашистые и разрушительные удары. Яркая серебристая энергия брызгами слетала с лезвия правого клинка, орошая все вокруг.
– Назад, дурында! – закричала Юля, околдовывая собственные ноги силой ветра.
Но уже было поздно…
Уставший от мельтешащей рядом матери мечей, Павел небрежно взмахнул мечом. Обезумевшая мечница в конец, забыв о защите, позволила вражескому орудию отбросить её в сторону.
Отлетев на несколько метров в сторону, Эля рухнула в ряды скамеек. Очнувшись от своего безумного сна, девушка слегка приподняла голову. Ей было трудно дышать. Воздух отказывался в полной мере поступать в легкие. А с левой стороны ужасно ныли ребра. Под ними зияла сочившаяся кровью полоса.
Чувствуя как шок постепенно отходит, уступая место нарастающей безумной боли, мечница издала протяжный крик. Её скривившееся в агонии лицо быстро бледнело, а кровь стремительно растекалась вокруг.
– Иду! – бросился к ней Михаил Валерьевич, на ходу зачитывая какие-то заклинания.
Лекари из рядов стражей, тоже быстро подключились, вступая в отчаянную борьбу за жизнь молодой девушки.
– Все, не могу! – закричал я, собирая на себе испуганные взгляды стражей.
Взбесившееся сердце будто ломилось из груди наружу. Его запредельный ритм все нарастал, не давая возможности вздохнуть полной грудью. Голова закружилась, но разум мой остался ясен. Ненависть постепенно скапливалась, рискуя вылиться в нечто разрушительное. В этот раз фиолетовое пламя охватило не только меня. Ведомое моей внутренней яростью, оно быстро окружала комнату, вызывая панику в рядах церковников.