Запад – Восток

Таня взяла чайник и наполнила три чашки.

– Тебе разбавить? – обратилась она к Ксюше.

– Я сама, – звонко ответила девочка, хватаясь за графин с кипяченой водой.

– Осторожно, не облейся!

– Мам, отстань, – буркнула девочка. – Пап, скажи ей, чтобы она ко мне не приставала!

– Видишь, как Ксюша ждала тебя! – заметила Таня. – А ты не ценишь. Наведываешься раз в год на полчаса и считаешь, что выполнил свой отцовский долг.

– Ты преувеличиваешь, – не согласился Андрей. – Ксюша, любимая моя, не хочешь съездить с мамой отдохнуть?

– Я всегда готова!

– А как же школа? – встряла мама.

– Никуда не денется. Я уже замучилась учиться!

Заразившись оптимизмом дочери, Андрей продолжил:

– Доча права, школа никуда не денется. Позанимаемся с репетиторами, если будет необходимость. Куда отправимся? Полагаю, нашими красотами тебя не удивишь. Как насчет Диснейленда? Ты там не была.

– Я согласна! – возбужденно выпалила дочка.

– Не далековато? – ухмыльнулась Таня. – Ты хотя бы имеешь в виду парижский Диснейленд?

При упоминании Франции внутри защемило сердце. Андрей ярко вспомнил последние приключения. Перед взором как кинопленка пробежали пережитые мгновения. Образ Катрин шарахнул по вискам, вызвав приступ острой мигрени.

– Никакого Парижа! Там жалкая копия оригинала. Полетите в Америку, визу оформлю в два счета, так что в выходные можно паковать чемоданы. На затравку Диснейленд, дальше позагораете на пляжах Калифорнии, посетите Лос-Анджелес, Голливуд. Никто не откажется от такого предложения!

– Вообще круто! – светилась от счастья Ксюша. – Девчонки обзавидуются! А ты разве с нами?

– Я? – растерялся Андрей, спрятав влажные руки в карманы.

– Ты, ты, – подтвердила Таня. – Твоя дочь права, как же лететь в далекую страну и без папы? Никакой разумный отец не отпустит за океан любимую дочурку одну. А у меня создается впечатление, что ты намеренно хочешь от нас избавиться. Пришел неизвестно откуда и соблазняет нас рвануть к черту на кулички.

– Как ты могла такое подумать! Избавиться! – попятился Краснов. – Я всего лишь предложил. Ты все переворачиваешь вверх тормашками, это твоя вредная привычка!

– Папа, так ты не полетишь с нами? У нас много денег. Сделай перерыв, а потом я помогу тебе заработать!

– Я верю, верю, ты у меня молодчина. Пойми, сейчас у папы сложные времена. Ему нельзя уезжать, – тушевался Андрей. Затея с турне не складывалась, а придумать что-то другое он вряд ли сейчас сможет. План лопался как мыльный пузырь.

– Значит, ты не летишь с нами, – удрученно заключила Ксюша и демонстративно отодвинула чашку. Тогда я никуда не поеду! Только всей семьей. Я не хочу, чтобы меня спрашивали американские тети: «Где твой папа? Почему не с тобой?» Я не хочу краснеть и оправдываться! Тети подумают, что у меня нет папы, а он есть, только не хочет быть с нами рядом.

Ее слова произвели неизгладимое впечатление. Он потерпел полное фиаско. Не найдя нужных слов, он обреченно посмотрел на Татьяну, ища поддержки. Сам он не в силах справиться с дочерью, его отцовский авторитет таял на глазах.

Видя его незавидное положение, Татьяна нашла в себе мужество сгладить неприятную ситуацию:

– Ксюш, ты права, спору нет. Папа у нас один, мы можем долго ругать его, но он не всегда виноват. Он много работает и сильно устает. Посмотри, какой у него утомленный вид!

– Как будто на нем целый день развозили пиццу, – язвительно предположила Ксюша, не остыв от эмоций. Ей хотелось плакать, но она держалась. Раньше она любила реветь на людях, вызывая жалость и сочувствие. В школе этот прием не работал, ее высмеивали одноклассники и корили учителя. Безрезультатно похныкав пару раз, она поняла, что ничего этим не добьется, и перестала. Ксюша поплачет позже, ночью – в подушку, ее любимое место для слез.

– Вот-вот, много всего на нем возили, – подхватила Таня. – Андрюш, что-то серьезное стряслось?

«У меня все на лице написано, и никакая пластика не поможет», – посетовал Краснов, но выдавать секреты не собирался.

– Пустяки, – кисло сказал он и сделал осторожный глоток крепкого чая. – Стало быть, вы не желаете выбраться отдохнуть. Обещаю, как только я расправлюсь с делами, мы вместе обязательно съездим. Даю слово! А пока я постараюсь чаще вас навещать. Хорошенько подумайте над моим предложением. Когда я освобожусь – неизвестно, а предлагать такое путешествие в следующий раз не стану, раз вы не цените мои усилия.

– Какие разительные перемены! – отрезала Татьяна. – Дочка, полюбуйся, как быстро наш папа меняется, когда на него немного нажать. Но стоит ли верить его обещаниям?

Ксюша порывисто прислонилась пухлой щечкой к его плечу:

– Я буду верить. Папа у меня один, второго не будет.

Разговор перетек в более мирное русло. Краснов предпочитал молчать и не выдавать своего беспокойства. Инициативу вновь перехватила милая Ксю, принявшись увлеченно рассказывать про последние школьные новости: как она принимает ухаживания нескольких кавалеров из старших классов и какие глупые и несмышленые девочки ее окружают и не могут обойтись без ее подсказок.

Мама кивала и хвалила дочь – единственное создание, которым она гордилась, так как считала, что ее собственная жизнь не очень-то удалась, она себя не реализовала. А значит, есть шанс реализовать себя в дочери, поэтому придется приложить массу сил.

Затем Ксюша стала расспрашивать маму о серьезных вопросах мироустройства: откуда пошел род человеческий, почему самолеты летают и не падают, почему она похожа на маму, а девочка с соседней парты совсем не напоминает своих родителей. Вопросов было много, и на некоторые из них мама не смогла ответить, поэтому пришлось подключить папу. У него получалось лучше – сказывалось образование.

Когда вопросы иссякли, дочка вспомнила про книжку, и Андрей стал читать ее любимые истории про динозавров. Детское время давно прошло. Ксюшины глазки слипались, и она, как отчаянно не сопротивлялась, вскоре уснула на папиных руках. Андрей отнес сопевшую дочку в ее комнату, укутал в теплое одеяло, нежно поцеловал в лоб и тихо прикрыл за собой дверь.

– Сладко спит, – шепотом произнес он, возвращаясь в гостиную.

– А теперь ты признаешься, что с тобой стряслось? – взволнованно спросила Таня, скрестив руки на груди. – Ты никогда не отличался искренностью, постоянно что-то скрывал, не договаривал, поэтому у нас с тобой не получилось семейного счастья. Я не слушала внутренний голос, а стоило лучше тебя узнать.

– Но я не додумался подсовывать тебе любовника, – огрызнулся Андрей, уверенный, что никогда ей этого не простит.

– Можно подумать, ты никогда мне не изменял! – вспылила Таня.

– Брось! Не вороши прошлое. Столько воды утекло, а мы продолжаем вести себя как молодожены, словно и не разводились. Представляешь, сегодня я снова почувствовал себя твоим мужем. Забавно! Давно забытое ощущение. И, честно говоря, не очень приятное.

– Взаимно! – надулась Татьяна. – Ты собрался уходить?

– Да. Надеюсь, ты не будешь возражать? Я ужасно хочу спать.

– Скатертью дорожка! И как это я пустила тебя к дочери в таком виде?

– Все же впустила, – процедил Андрей, пытаясь завязать галстук. Пальцы не слушались, и после нескольких неудачных попыток он смял его и засунул в карман пиджака.

– Посмотри на себя! – укорила она его. – С банальными вещами не справляешься. И не мечтай, я не буду его завязывать!

– Я и не просил, – буркнул Андрей, демонстративно застегивая пиджак.

– Признайся, ты изменял мне? – вдруг спросила Татьяна. – Только честно.

– Честно? – замер Андрей.

– Да.

– Честно и откровенно? Изменял, – спокойно признался Андрей, сам от себя не ожидая. И после ответа ему даже не стало стыдно.

– Хорошо, что признался, – вздохнула Татьяна. – Значит, я была права. Ничто не возникает на пустом месте.

Андрей пристально посмотрел ей в глаза, но не заметил там удовлетворения. Пустота, только пустота.

– Теперь твоя душенька довольна?

– Вполне, – сухо произнесла она. – Теперь ты можешь идти.

– Я ухожу, – направился он в прихожую. – Но учти, я не задаю тот же вопрос тебе, потому что не уверен, что ты готова ответить искренне.

– Мне нечего скрывать, – прошипела Таня. Она действительно никогда ему не изменяла. – Проваливай!

Щелкнул замок, и воцарилась тишина. Краснов постоял у порога, о чем-то тоскливо думая, затем устало обернулся и посмотрел в глазок, будто стараясь поймать Танин прощальный взгляд. Наконец он направился к лифту, доставая на ходу помятый галстук, чтобы вновь попытаться его надеть.

6

На улице дул промозглый ветер. Начало апреля не радовало теплой погодой. Снег пока растаял не полностью. На мостовых и у стен подъездов громоздились грязные сугробы, но в воздухе уже пахло весной. Пустые обочины заставлены рядами автомобилей. По привычке шумела автострада и гудела дорожная техника, убирающая последние отголоски зимы.

Краснов достал сигарету и закурил. Он курил редко, лишь когда находила тоска. На душе стало легче, клубы белого дыма на мгновение рассеяли уныние. Сзади послышался шорох. Краснов обернулся и увидел у угла дома одинокую тень. Кто-то стоял неподвижно и не сводил с него глаз. Высокий, широкоплечий тип в длинном черном плаще с неразличимым немым лицом.

Андрею стало не по себе. По коже пробежали мурашки. Захотелось сесть в машину и умчаться прочь. Но не получится, ведь автомобиль он отправил на эвакуаторе, а такси рядом нет и в помине. Придется идти навстречу.

Помедлив в нерешительности, Краснов собрался с духом, выбросил окурок и сделал шаг к человеку в плаще. Затем второй, третий. Силуэт приближался, но его лица по-прежнему не разобрать.

Вдруг незнакомец резко развернулся и через пару секунд растворился в темноте. Встреча не состоялась.

«Странно, – подумал Андрей, – испугался меня что ли? Зря, это мне впору в штаны наделать, а не ему. Я накручиваю себя, как последний трус и неврастеник. Еще бы у меня был цветущий вид! Таня права, я перетрудился».

Выбравшись на шоссе, Андрей посмотрел на часы: стрелки показывали первый час ночи. Он достал мобильник, но не успел набрать номер, как раздался звонок:

– Не спишь?

– Кто вы? – сурово спросил Краснов.

– Тебе много женщин на ночь глядя звонят? – раздался в ответ звонкий смех.

– Катрин! Как вы нашли меня, черт возьми?! – крикнул Андрей. Кого он меньше всего хотел слышать, так это полоумную француженку.

– Ты напугался? Извини, я не думала, что ты настолько пугливый. Как дела? Где ты до сих пор околачиваешься? Ваш дипломатический прием в «Radisson» давно закончился.

– Прогуливаюсь по Тверской, – ответил он первое, что пришло на ум. – Погода отличная.

– А я хотела напроситься к тебе в гости.

– Ты сума сошла! – не сдержался Краснов. – Что тебе от меня нужно? Мы же все обсудили, между нами нет недоразумений. Чего тебе не хватает?

– Есть разговор, – жестко произнесла Катрин. – Тебе придется со мной встретиться. И чем скорее, тем лучше для тебя, иначе пожалеешь.

«Вот сучка! – мысленно выругался Краснов. – Шантаж устроила, стерва! И я не могу отказаться, не вправе послать ее. Я тряпка, а не мужик. Ни одна женщина так не распоряжалась мною. И я не в силах отказать, пока она владеет ситуацией».

– Что ты умолк? – с раздражением спросила Катрин. – Я последний раз спрашиваю!

– Я согласен, согласен, – поспешно ответил Андрей, отойдя подальше от шоссе, чтобы не попасть под колеса шальному водителю. – Только не у меня – это мое маленькое условие. Я живу отшельником, никого к себе не приглашаю. Поверь, мой шалаш – не самое приятное место для деловых встреч. И если ты соберешься меня убить, пусть это произойдет в людном месте, при свидетелях. Я не хочу месяцами гнить в пустой квартире, пока соседи не почувствуют запах разлагающегося тела. Пообщаемся на нейтральной территории. Там ты наверняка лишний раз подумаешь, прежде чем пускать мне пулю в лоб. А я, между прочим, и так рискую, встречаясь с тобой. За тобой охотятся какие-то негодяи, ты запросто подставишь меня, а сама останешься чистой. Я разгадал твой хитроумный план?

– Трус и фантазер! – разочарованно ответила Катрин. – Ты не хочешь меня услышать. Я не убийца, а жертва! Мне нужна помощь, и ты единственный, кто обязан помочь мне. Лично я не собираюсь тебя убивать. Если тебя и грохнут, то это сделает кто-то другой, но не я. Обещаю!

– Звучит утешительно, – пробубнил Краснов. – За что мне такое наказание? Кстати, о твоих похождениях уже ходят легенды. Один сумасброд в отеле проболтался, что твоим делом вплотную занимаются серьезные организации. Стоит ли рисковать и показываться на люди? Я бы на твоем месте затаился и не высовывался, а лучше уехал подальше.

– Ты подкидываешь неплохие идеи. Короче, завтра будь на Павелецкой. Я позвоню и заеду за тобой. Ты понял? До связи! – отрезала Катрин и отключилась.

– Истеричка! – констатировал Краснов и со злостью сплюнул под ноги. – Чокнутая француженка! Наверняка любезный Сан Саныч дал ей мой номер. Ублюдок!

С упадническим настроением Андрей поймал первую попавшуюся легковушку и поехал домой.

Водитель, уродливый бугай в оранжевой куртке с капюшоном и надписью «Realman», вел свою старую колымагу довольно рискованно, игнорируя светофоры, выезжая на встречку и подрезая неуклюжие маршрутки. Если бы не относительная свобода на дорогах и сон бравых гаишников, то герой недолго бы крутил баранку. За весь путь он не проронил ни слова. Краснов, в свою очередь, не стал будить в нем зверя лишними расспросами. Он затаился на заднем сиденье и с ужасом наблюдал, как автомобиль со свистом несется вперед.

Экстремальный аттракцион подходил к концу. Потеряв по пути треснутое боковое зеркало, таксист добрался до места назначения и первый раз нажал на тормоза.

Вытерев капли пота со лба, Краснов достал бумажник и протянул гонщику деньги:

– Держите. Благодарю! Так сказать, прокатились с ветерком.

– Давай, давай! – оскалил пасть Realman, дыхнув застойным перегаром.

– Удачи на дорогах! – отворачиваясь от смрада, Краснов неуклюже выбрался на воздух.

Не успел он встать на скользкий асфальт, как двигатель оглушающе взревел, на что стоящие рядом иномарки откликнулись ревом сигнализаций, и таксист рванул прочь на поиски очередного калыма. Проводив его печальной ухмылкой, Андрей потянулся за сигаретой, но обнаружил пустую пачку и выбросил ее в урну у остановки. А курить очень хотелось…

Поднявшись на пятнадцатый этаж своей высотки, еле-еле переставляя ноги, как старая черепаха, Краснов доплелся до квартиры. Зайдя домой, он автоматически потянулся к выключателю, но палец так не добрался до цели.

– Стойте на месте! – пригрозил невидимый собеседник.

– Что?! – вскрикнул Андрей, застыв в оцепенении.

От ужаса он даже закрыл глаза, и в полной темноте ему причудилось, что на него со всех сторон набрасывается невидимая и до отчаяния жуткая сила. Он чуть не закричал от ужаса. Неужели сейчас для него все кончится? Как же он не предусмотрел, ведь дома ему появляться опасно!

– Не двигаться!

– Как прикажете, – послушно ответил Андрей, отметив акцент нежданного гостя.

– Опустите руку, – скомандовал голос. – А теперь поднимите обе руки вверх.

– Поднимаю! Только не трогайте меня, – прошептал Андрей, чувствуя, как по спине стекает холодный пот. – К чему эта гимнастика? Я без оружия, у меня даже нет газового баллончика. Я совершенно безобидный добропорядочный гражданин. Я даже временно безработный! Деньги? Вам нужны деньги? Я не богат, но подкопил немного. В сейфе. Я все отдам. Все, что скажете! Вы же не причините мне вреда? Я боюсь боли.

– Заткнитесь! – рявкнул человек-невидимка. – Здесь я задаю вопросы! Вижу, что вы без оружия. Можете опустить руки.

Краснов повиновался. Немного осмелев, он приоткрыл глаза. Сначала его окружила кромешная тьма, но через пару секунд глаза привыкли к темноте, и он различил тень, сидящую в его любимом кресле у зашторенного окна.

– Кто вы?

Тень качнулась как маятник, словно хотела приподняться, но передумала.

– Тихо! Не заставляйте меня применять силу.

– Никоим образом, – Андрей прищурился, чтобы получше разглядеть собеседника. Он разобрал черную маску, выступающий острый нос и плащ. Тот самый? У него потемнело в глазах.

– Расслабьтесь. Пока никто вас убивать не собирается, – сменил гнев на милость неизвестный. – Вот-вот упадете в обморок, а тогда от вас мало пользы.

«Хорошо бы упасть и проснуться, когда весь этот кошмар закончится, – взмолился Андрей. – Этот тип похож на того громилу у дома. Неужели он выследил меня и добрался сюда первым? Но как успел? Я мчался со скоростью света! Если только он оказался здесь при помощи дьявола… А мне и дьявол уже не поможет».

– Желаете закурить? – предложила тень.

– Нет! – отчеканил Андрей, хотя сильнее всего на свете он мечтал затянуться.

– Не скромничайте. По вам видно, вы заядлый курильщик. Держите!

К босым ногам Краснова упала помятая пачка, а затем зажигалка, больно ударив пальцы. Он поднял подарки, прикурил и жадно затянулся.

– Я отвечу на любые ваши вопросы, – осторожно произнес Андрей, выпуская дым. Получив дозу никотина, он немного успокоился и стал более трезво оценивать ситуацию. По-видимому, этот тип явился не за деньгами, коих в сейфе на самом деле хранилось приличное количество. Андрей готовился легко с ними расстаться. По заветам классика он хранил сбережения в банках: сначала в долларах, а затем в евро. В тайнике лежали рубли, так сказать, на карманные расходы, но и их хватит, чтобы приобрести квартирку на окраине Бирюлева.

Человек в черном плаще закинул ногу на ногу и выпрямился, став еще крупнее и массивнее, напоминая великого исполина.

– Мне известно, что вы стали невольным свидетелем дерзкого преступления, – он говорил твердо и без эмоций. – Вы сами признаетесь, как все произошло?

«Что делать? – в кровь кусал губы Андрей, не замечая боли. – Сознаться или косить под дурачка? Притвориться незнайкой или выдать все как есть, не думая о последствиях? А последствия могут оказаться весьма плачевными. Ненавижу принимать судьбоносные решения в столь короткий срок. Мне бы подумать, а лучше перенести встречу на завтра. Я успею подготовиться, проконсультироваться с адвокатом, набросать план, взвесить все за и против, подготовить завещание… Что я несу?! Какой адвокат, какая речь, когда моя жизнь на волоске! Мне придется что-то говорить ему, все что угодно, лишь бы он оставил меня в покое! Была не была…»

– Послушайте, я не виноват, – заплетающимся языком начал Краснов. – Ехал, заблудился, встал. Тут передо мной останавливается джип, оттуда вылетает мертвец, и джип уезжает прочь, а я, испугавшись, еду следом. Вот все, что я видел. Согласен, я поступил непорядочно, даже трусливо. Мне следовало вызвать полицию, дать показания, подписать протокол. Я не сделал этого и искренне сожалею. Я опаздывал на важное собрание. Короче говоря, мне нет оправдания, я готов понести полную ответственность за содеянное. Но в принципе, если разобраться, я ничего плохого не совершал, наказывать меня не за что. Давайте как-то договоримся на месте. Я согласен на ваши условия.

– Вы предлагаете мне заплатить?

– Не то чтобы… Я предлагаю решить вопрос мирно на взаимовыгодных условиях. Вы же оттуда? – поднял глаза кверху Андрей. – Давайте не будем играть в моралистов, деньги не бывают лишними.

– Это вы зря, – хладнокровно произнес собеседник. – Прекратите свой цирк.

– Как скажете… – разочарованно протянул Андрей. Затея с откупом не прошла. Это большая шишка – на деньги он не клюнет, если только на очень большие.

– Вы видели, кто сидел за рулем?

Что ему ответить? Сдать дамочку на растерзание или промолчать? Это палка о двух концах: если сдаст, она с полным правом пристрелит его завтра, если нет – его сегодня же прикончит за ложь этот принципиальный незнакомец. Отбросив окурок, Краснов почесал макушку:

– Не припоминаю… Кто-то, конечно, был за рулем, ведь джип сам не ездит, но кто именно – черт его разберет.

– Вы уверены? – незнакомец начинал злиться, ерзал в кресле и хлопнул ладонью в перчатке по колену. – А я уверен, вы видели ее!

– Ее? – жалобно произнес Андрей.

– За рулем была женщина. Вы же видели, а пытаетесь обмануть меня. Не выйдет! Вы мне не нравитесь, господин Краснов: постоянно юлите, изворачиваетесь как уж на сковородке. А толку-то ноль!

«Он и фамилию мою знает! Проник ко мне, дело пахнет спецслужбами, – растерялся Андрей. – Нет смысла пудрить ему мозги, он видит меня насквозь. Придется сознаться. Но какой у него акцент? Слабый, еле различимый, но если прислушаться, то отчетливо чувствуется. Этот тип как-то связан с убитым иностранцем. Катрин заварила такую кашу, что вдесятером не расхлебать!»

– Будем честными? – продолжил он. – У меня нет желания долго раскачивать вас.

– Так вы в курсе дела, к чему пустые вопросы? – совсем сник Андрей и сполз по стене вниз. – Я устал стоять. Невыносимо. Вы позволите? Ноги не держат. Вот… Так намного легче.

– Вы не только видели ее, но и довольно долго общались с ней. Вы ей понравились, она даже прониклась к вам доверием и кое-что поведала о себе, своей нелегкой судьбе, недоброжелателях и врагах, своих планах, не так ли?

Андрей виновато опустил голову, не справившись с напряжением.

– Катрин ничего существенного не говорила о себе, – признался он, раскрыв ее имя. – Я бы не утверждал, что она доверят мне. Она только запугивает меня и заставляет следовать ее указаниям, а я соглашаюсь. Кто знает, что у нее на уме? Скажите, она на самом деле очень опасна?

– Смотря для кого, – неопределенно ответил человек в плаще. – Как вы попались на ее удочку?

– Сам не знаю. Вы собираетесь ее поймать?

– Это не ваше дело.

Андрей закрыл лицо руками, потер лоб и щеки и пробубнил:

– Что здесь вообще происходит? Чертовщина… Прикончите меня! Мне все это надоело, это самые ужасные дни в моей жизни. Я чувствую себя полным ничтожеством и последним неудачником на планете.

Незнакомца только раздражали его причитания:

– Кончайте ныть, слюнтяй! Мужчина вы или нет? Вы окажете нам услугу, и тогда ничего дурного с вами не случится.

– И ей услугу, и вам услугу! Мне разорваться?

– Делайте, что она потребует, а я буду периодически выходить на вас, и вы будете делиться информацией. И помните: мы контролируем ситуацию. Не вздумайте расколоться и проговориться обо мне.

– Я не самоубийца!

– Она ничего не говорила вам?

– Пока нет, – зевнул Андрей. – Завтра, то есть уже сегодня днем, Катрин хотела встретиться.

– Расспросите подробнее о ее судьбе, нынешних проблемах. Ясно?

– Постараюсь, – кивнул Андрей. – Это все?

– Пока достаточно, – ответил незнакомец. – А сейчас немедленно на пол, руки за голову и десять минут не вставайте. Выполняйте!

Краснов вмиг упал лицом вниз. Послышались удаляющиеся шаги. Следом наступило молчание. Уткнувшись носом в безжалостно щекотавший его ковер, Андрей едва сдерживал приступ кашля.

Неизвестно, сколько он пролежал в застывшей позе, но затекшие локти и ноющий живот заставили его подняться. Перед глазами вспыхивали искры и плыли бесформенные пятна секундных видений. Он приподнялся и сел в освободившееся кресло. Вдохнув полной грудью, Краснов ощутил запах незнакомца: пахло свежей кожей и сладким парфюмом вперемешку с ментолом. Стало душно и неприятно. Он вскочил и распахнул форточку, поток весеннего воздуха ворвался в комнату. Так лучше. Запах незнакомца быстро сдался и растворился вслед за своим хозяином. Добравшись до спальни, Андрей не раздеваясь рухнул на застеленную постель, уткнулся в подушку и засопел.

7

На Павелецкой площади кипела привокзальная суета, народ сновал в вихре броуновского движения. Из палаток и ларьков доносились бодрящие песни. Хриплые крики небритых завсегдатаев подземных переходов резали слух. В поисках наживы бродили полисмены, обходя бензиновые лужи и кучи мусора. Пахло гнилыми фруктами и курицей-гриль.

«Не могла найти лучше места», – с досадой оценил Андрей, презрительно осматривая окрестности.

Настроение оставляло желать лучшего. Он не выспался, внутри сосало под ложечкой и стучало в затылке. Утром Катрин разбудила его и поставила перед фактом – через час ждет его в назначенном месте. Андрей едва успел привести себя в порядок: наспех почистил зубы, не стал бриться, помыл под краном голову и сменил носки с рубашкой. Костюм пришлось надеть вчерашний, хотя он был изрядно помят и испачкан. Сверху Андрей накинул легкое пальто, в остальном же выглядел как накануне – неважно.

«В целях конспирации что ли? Она издевается надо мной, считает, что вокруг очень мило? Как промозгло, не простудиться бы. Подумать только, я одновременно помогаю этой бедняжке и завербован каким-то полукриминальным типом. Незавидное положение, и смех и грех. А что остается, когда выбора нет! Где же она? Я подхвачу здесь бронхит!»