Планета пыли. Сферополис

– Но я люблю свою семью и свой клан!

– Может быть, это и так, но ты бросила их ради исполнения своей мечты! Жажда приключений, стремление реализовать себя как личность оказались для тебя намного важнее нужд твоих сородичей. Ты с радостью ухватилась за руку, вытащившую тебя из ямы, и между своим родным кланом и свободой ты выбрала свободу.

– И что ты предлагаешь мне сделать? Как поступить?

– Я думаю, что ты не должна помогать людям. Не дай им заполучить астероид и донести его до Сферополиса. Если людям удастся осуществить задуманное, мир снова станет таким же, как раньше. Они завладеют им целиком, расплодятся, заполонят каждый уголок Земли, испортят, изуродуют природу, поубивают зверей и зверолюдей. Ты знала, что до падения астероида наши животные предки – ирбисы были на грани вымирания? Люди уничтожали их ради меха, ради денег. Только каким-то чудом наш клан смог вообще появиться и так сильно разрастись. Ева-Анжелика давит на меня, у меня связаны руки. Я не могу ей противиться, никогда не мог. Иначе я бы не выпустил людей отсюда, а, возможно бы, даже убил их.

– И после этого ты ещё говоришь, что Брайн Браун плохой человек?!?

– Но я же не говорю, что я хороший. Тем более, я человек только на половину, а на вторую половину – зверь. А значит, защита моего клана по-прежнему остается для меня задачей номер один. Пусть лучше умрет эта горстка людей в Сферополисе, нежели со временем будут уничтожены все зверолюди на планете! И, кстати, у меня есть одна догадка по поводу этих многочисленных убийств сайгаков.

– Какая же? Догадка, что их убили люди из Сферополиса? Лично Брайн?

– Ты, конечно, не поверишь, но по сути да. Не своими руками, разумеется, но за всем этим стоит он, я почти уверен. В то время, когда я попал в Сферополис, в наших степях тоже начали происходить странные вещи. И сайгаки, и джейраны, и дзерены тогда тоже массово начали пропадать. И зверолюди, и обычные звери исчезали прямо как в никуда. Стало очень мало еды, и начались стычки за территории между хищниками. Мы, ирбисы, больше любим горных козлов. Но те же самые волки, будучи большими любителями сайгаков, и при этом лишенные своего излюбленного лакомства, переключились на нашу традиционную добычу, попытались подняться в горы. Это было тяжелое время, наш клан серьёзно недоедал тогда.

– Да, я про это слышала, но причём здесь Брайн Браун? Он и Элизабет, и Робби – все уверяли меня, что не имеют никакого отношения к убийствам, свидетельницей которых я стала.

– Тогда, скорее всего, они тебе врали. Тринадцать лет назад Брайн проводил эксперименты, как раз направленные на очистку воздуха от пыли. Я, как тебе уже рассказывал, тоже загорелся тогда идеей, как сделать так, чтобы люди смогли жить свободно во внешнем мире. Но у меня был один план реализации задуманного, основанный на том, чтобы приспособить людей к природе, а у Брайна другой – приспособить природу к людям. В своих экспериментах он использовал астероиды, пыльный воздух из внешнего мира и кровь.

– Кровь?!?

– Да, именно так, кровь зверолюдей. Не спрашивай меня, как всё это должно было у него заработать, я не знаю. Но я видел, как он проводил эксперимент в миниатюре – в небольшом закрытом цилиндре. Я знаю, что у него далеко не все получалось идеально, но он рассчитывал на то, что вскоре сможет улучшить свой метод и достигнуть идеальных результатов. И я знаю, что он был в этом практически твердо уверен и вовсю вел подготовку к более глобальному эксперименту. Опять же, я не в курсе, где он тогда рассчитывал достать астероид, но это и не главное. Подумай о другом компоненте, необходимом для очистки воздуха от пыли – о крови. Ведь для того, чтобы всё получилось, крови зверолюдей ему потребовалось бы очень много.

– Не может быть…

Перед глазами Евы тут же возникло воспоминание: вот Брайн Браун показывает ей изображение стеклянного купола. Под ним, на широкой подставке, лежит маленький-маленький камешек, к которому с четырех сторон подведены тонкие прозрачные трубки. Чья-та рука нажимает кнопку на панели рядом с куполом, и через миниатюрные отверстия, расположенные снизу, купол наполняется пыльным воздухом. Затем, через прозрачные трубки к камушку на подставке начинает поступать какая-то красная жидкость… Красная жидкость… Кровь?

– Может, Ева, сопоставь события. Брайну требуется кровь зверолюдей, и они начинают массово пропадать.

– Но почему он не очистил воздух на Земле ещё тогда, много лет назад?

– Это мне неизвестно. Но думаю, что просто что-то пошло не так. Возможно, побег Евы-Анжелики подкосил Брайна, и он не смог довести свой прибор до ума. А может быть, не смог найти подходящий астероид. Это всё теории. Но теперь, очевидно, он очень близок к своей цели. Вы сейчас в двух шагах от нужного ему обломка астероида, и события с массовыми пропажами зверолюдей, да и зверей, наверняка, повторились вновь. Только в этот раз вы сами видели, как их убивали и увозили на машинах люди в масках. И после этого ты ещё сомневаешься в том, что это сделали жители Сферополиса? И что, за этим стоит Брайн Браун, которому нужно невероятно много крови, чтобы очистить Землю?!?

– Но я не понимаю, почему только сайгаки, джейраны, дзерены? Почему, например, на ирбисов никто не нападает? Или на волков?

– Ну Ева, в самом деле, это же очевидно. Во-первых, их больше, во-вторых, они травоядные и не представляют никакой опасности для людей, к ним легче подобраться, их легче убить. К тому же, что уж тут скрывать, сайгаки намного глупее ирбисов, а значит, априори являются более легкой добычей.

– Послушай, я не могу в это поверить, не могу это осознать… Никто не смог бы быть настолько жестоким!

– Но ведь ты сама видела горы трупов!

– Но я думала, что их убили ради еды! А не ради… Не ради… Своего эгоизма…

– Зная людей, я бы скорей, не раздумывая, остановился на втором варианте. Убить ради эгоизма, ради своего удовольствия и комфорта для них ничего не стоит, пусть даже речь идет о сотнях или тысячах жизней.

– Нет, нет! Я не верю тебе! Люди совсем не такие! Ты всё это придумал из мести! Ты просто ненавидишь Брайна Брауна и решил ему насолить, у вас с ним свои счеты!

Ева вскочила с места и решительно направилась к выходу.

– Ева, ты не права, я бы не стал обманывать тебя, чтобы навредить ему! – воскликнул Таргал, тоже вскочив на ноги и схватив Еву за руку, чтобы остановить. – Ты никогда не думала, почему Брайн Браун попросил о помощи именно тебя? Не думала, как он нашел тебя? Возможно, он знал, что ты моя дочь, следил за тобой, сам же тебя усыпил и затем, принеся в Сферополис, соврал, что они тебя спасли.

– Ооо, – протянула Ева, – по обманам самый крупный специалист у нас ты, папа.

Затем она вырвала руку и спокойно пошла к дверям.

– Расскажи обо всем этом Арваю и Эрдэнэ! – крикнул Таргал ей вслед, но девушка даже не оглянулась.

Тем временем день уже клонился к закату. Ева обогнула трёхэтажный дом с изогнутой крышей и, пройдя немного по узкой дорожке среди серо-зелёных деревьев, оказалась на большой открытой площади. Именно здесь их всех и сняли с верблюдов, прервав глубокий тяжелый сон. Сейчас по периметру и в центре площадки зажигали костры. Яркие языки пламени расцветили темно-серое ночное небо, и это напомнило Еве о доме, о родных, о тех, кто не бросил её и заботился о ней все эти годы, о тех, кто был всегда рядом, и о тех, кого она сама бросила, погнавшись за призрачной мечтой. Вот сейчас, именно сейчас и здесь, Ева осознала, что живет той жизнью, о которой всегда мечтала. Она путешествует, уже побывала в множестве разных мест и увидела множество разных людей, на её долю выпали испытания и приключения, о которых теперь можно рассказывать часами, она, наконец, встретила того, кого смогла полюбить – того необычного человека, который был достоин этой любви. В итоге, она добилась, уже добилась того, чего хотела, но почему же ей сейчас так плохо и больше всего на свете хочется вернуться домой, в семью к дяде и тёте, туда, где всё было просто, понятно и честно?

– Всё хорошо? – чарующий голос Александра раздался рядом с ней, и Ева вздрогнула.

– Да, – сказала она, – просто сегодня я столько всего узнала, чего, возможно, предпочла бы и не знать.

– Докопаться до истины и отказаться её принять – это самообман, разве не так?

– Возможно, но бывает истина, принять которую слишком тяжело. К тому же, никто не даст тебе гарантий, что это правда. Никто не подскажет, где чёрное, а где белое.

– Это правда. Но ведь это и есть свобода. Только детям объясняют, что хорошо, а что плохо. А ты уже выросла и вольна сама принимать решения.

– Ты прав, но… Тебе нравится такая свобода?

– Да, мне да, ведь я знаю, за что бороться. А ты, я вижу, сейчас в смятении.

– Это так… – голос Евы задрожал, и через секунду по лицу потекли слёзы, постоянное напряжение последних дней, наконец, нашло выход.

– Ну что ты, не плачь, ты всё делаешь правильно, не мучай себя, – сказал Александр, привлекая девушку к себе и крепко сжимая в объятиях. Оказавшись в них, Ева сразу почувствовала себя защищенной. Это было настолько приятно, что ей захотелось поцеловать Александра. «Будь что будет, по крайней мере, у меня навсегда останется этот поцелуй», – подумала Ева и заглянула парню в глаза, не в силах больше медлить. Он похоже понял её намерение, но не отстранился, а как будто бы даже сильнее обнял Еву. Девушка потянулась губами к заветной цели, до поцелуя оставалась секунда, а Ева чувствовала как в её голове что-то уже взрывается, всё кружится, и тело больше её не слушается.

– Я вам не помешала?!? – прозвенел в нескольких метрах от них голос Элизабет.

Александр медленно, как будто именно это он изначально и намеревался сделать, поцеловал Еву в макушку и сказал: «Не переживай так, всё будет хорошо, ты умница». Затем он всё также неспешно выпустил девушку из своих объятий и сделал шаг в сторону. Только после этого он посмотрел на Элизабет, на лице которой гнев успел смениться недоумением.

– Еве очень тяжело дался сегодняшний день, как и тебе, Лиззи. Она встретила давно потерянного отца, а ты – мать. Думаю, вам есть о чём поговорить, – голосом, полным сочувствия, сказал Александр. Затем он развернулся и ушёл, неожиданно оставив девушек одних.

– Ты любишь его? – спросила Элизабет, слегка наклонив голову.

Ева посмотрела на неё растерянно, не зная, что делать и что говорить.

– Похоже, что да, – немного помедлив, сказала Ева. – А ты?

– Подожди, ну как такое может быть? – удивилась Лиззи. – Ведь он же человек, а ты – зверочеловек, разве между вами может быть связь?

– Я сама не ожидала, но видимо может. Александр с первого взгляда понравился мне, меня всё время к нему тянуло. Хотя, ты, наверное, знаешь, зверолюди не могут образовывать так называемую межвидовую пару. Ирбисы могут быть только с ирбисами, все остальные – люди-волки, люди-сайгаки и прочие – нам в этом плане противны. Омерзительно даже просто подумать о том, что у меня могло бы быть что-то, скажем, с одним из волков. Это абсолютно противоестественно. Но… Но с Александром всё иначе, я не чувствую никакого отвращения, совсем наоборот. Думаю, что это как раз потому, что он не зверочеловек другого вида, а просто человек.

– Пусть так, но знаешь, я не отдам его тебе ни за что на свете. Я сама люблю Александра и знаю, что он ко мне неравнодушен. Но я вовсе не хочу ссориться с тобой. И, ты знаешь, я считаю, что он сам должен сделать выбор. Если вдруг по какой-то причине он выберет тебя, а не меня, я не буду вам мешать. Но пообещай мне поступить также в случае, если выбор Александра падет на меня.

– Хорошо. Я даю слово. Это вполне честно. Каждый заслуживает права бороться за свою любовь, но надо уметь и достойно уйти в сторону в случае поражения. А как ты считаешь, Брайн поступил бы также, если бы узнал, что твоя мать жива и уже долгие годы вместе с моим отцом как муж и жена?

– Ты задаешь мне слишком сложный вопрос, Ева. Мне очень хочется верить, что папа поступил бы благородно и не стал бы мешать их счастью. И тот человек, которого я знаю, мог бы поступить только так, никак иначе, но я тут столько нехорошего услышала про него от матери, хотя она и была довольно сдержанна в выражениях, что теперь не знаю, что и думать.

– А ты веришь своей маме? Ведь она когда-то бросила тебя и с тех пор даже не пыталась увидеться с тобой. Разве родители так поступают? И заслуживают ли они после такого доверия?

– Ты спрашиваешь мое мнение, чтобы понять, стоит ли тебе верить твоему отцу?

– Да.

– Я понимаю, почему мама так поступила. Изначально она хотела взять меня с собой. Она решила сначала проверить прибор Таргала на себе, а если бы всё прошло гладко, то тогда уже на мне. Затем она рассчитывала убедить всех людей в Сферополисе воспользоваться прибором и стать наконец приспособленными к внешнему миру. А в случае, если бы это не сработало, мы бы бежали втроём. Но её план слишком быстро раскрыли. Ты скажешь, что она тогда могла бы вовсе не убегать из Сферополиса, остаться со мной и с отцом. Но она не могла. Мама говорит, что она так сильно любила и любит Таргала, что возненавидела бы свою жизнь в Сферополисе и со временем отравила бы жизнь всей нашей семье. У твоего отца тоже были причины избрать именно тот путь, который он выбрал. Верить им теперь или нет? На это вопрос точного ответа я тебе дать не смогу. Никто не даст тебе никаких гарантий, в жизни только так и бывает. И ты должна решить сама.

– Вы с Александром как будто сговорились по поводу «гарантий», – грустно улыбнулась Ева. – А где все остальные? Арвай, Эра, Робби?

– Не напоминай мне о нём! Это жалкий слизняк! Сейчас мне стыдно даже вспоминать о том, что между нами что-то было!

– Почему? Из-за того, что он уснул, и мы все оказались здесь?

– Нет, не из-за этого. Разве ты не знаешь, что он ещё сегодня успел сделать, пока мы сидели в клетке?

– Нет.

– Ладно, пойдем поищем остальных, после ужина они наверняка гуляют по поселку. По дороге расскажу тебе про этого мерзавца Робби.

Робби, Арвай, Александр и Эрдэнэ нашлись сидящими около большого костра на краю площади. Они тихо переговаривались, вероятно, обсуждая план дальнейшего путешествия. По расчетам Робби, до местонахождения обломка астероида оставалось не больше дня пути на верблюдах. После обнаружения астероида Робби рассчитывал использовать бактрианов для его перевозки прямо до автомобиля, оставленного в скалистом укрытии на середине пути до Сферополиса. Он надеялся уговорить на это Таргала и не возвращать ему верблюдов на обратном пути, к тому же, им было бы удобнее не заходить в Юэяцуань, а срезать путь до машины. Все были согласны с Робби, но при этом считали, что попросить о таком одолжении Таргала должна Ева.

– Я, конечно, попробую, – сказала Ева. – Но кто же в этом случае вернёт верблюдов обратно сюда?

– Вероятно, кто-то из местных должен будет пойти с нами, – сказал Арвай.

– Не будем откладывать решение этого вопроса, – уверенно сказала Ева. – Я прямо сейчас пойду и поговорю с Таргалом.

Затем она развернулась, обернулась снежным барсом и убежала на поиски своего отца.

Элизабет уселась рядом с Александром и теперь, как бы невзначай, слегка касалась его плеча своим и его ноги своей ногой. Парень делал вид, что этого не замечает, и лишь слегка кривил губы в улыбке. Зато Робби не скрывал, что от его взгляда ничего не ускользает. Он с ненавистью и раздражением смотрел на Александра и на Элизабет, не в силах больше обсуждать план путешествия. Лиззи, в свою очередь, не обращала никакого внимания на накаляющуюся обстановку. Некоторое время все сидели молча. Вскоре вернулась Ева.

– Таргал согласился, – сказала она.

– Отлично, – оживился Робби.

– Но при одном условии. Я сама лично должна буду потом привести верблюдов в Юэяцуань и затем пожить тут некоторое время вместе с ним. Так что если мы хотим получить верблюдов, то последний участок пути вам придётся проделать без меня. И любой из вас может присоединиться ко мне.

– Но тогда ты не увидишь то, ради чего всё это и затевалось! – воскликнула Лиззи. – Ты не увидишь, как мы очистим планету!

– Таково условие Таргала, и он был непреклонен. Я бы хотела увидеть это историческое событие, но с другой стороны, если у вас всё получится, то я об этом узнаю, как только увижу жёлтое солнце на ясном голубом небе, – улыбнулась Ева.

– Спасибо тебе, – сказала Лиззи. – Возможно, после того, как всё будет кончено, я тоже захочу ненадолго вернуться сюда и побыть вместе с матерью, ведь я столько лет её не видела.

– Вы все здесь, это отлично! – раздался голос подходящей к ним Евы-Анжелики. – Давайте же скорей, проходите в центр, сейчас начнется праздник!

Все двинулись ближе к центру площадки, теперь уже полностью окружённой огнями костров. Тут уже собралось довольно много народа, вероятно, практически все жители поселка были сейчас здесь. Таргал рука об руку с Евой-Анжеликой вышел на середину открытого пространства.

– Мы рады приветствовать наших гостей в Юэяцуань. Они пришли к нам из разных мест, и мы все хотели бы послушать рассказы о традициях их кланов.

Такого поворота событий никто не ожидал. Ева, Арвай, Эра, Элизабет, Александр и Робби – все были растеряны.

– Я слышала, что вы не так давно поженились, – с улыбкой сказала Ева-Анжелика, обращаясь к Арваю и Эре. – Прошу, расскажите нам про вашу свадьбу, про свадебные обычаи ирбисов, это всем будет интересно.

Арвай и Эрдэнэ были несколько шокированы просьбой, но поскольку все взгляды были прикованы к ним, они вынуждены были поведать присутствующим историю последнего сватовства, прошедшего не так давно в клане ирбисов. После этого и их, и Еву ещё долго расспрашивали о традициях снежных барсов, волков, сайгаков – словом о различных кланах, живущих в степи. При этом, местные зверолюди мастерски обходили тонкие политические моменты и не пытались перевести разговор на личности. Затем пришла очередь Элизабет, Робби и Александра рассказать об их домах. А после они сами начали задавать вопросы жителям Юэяцуань о том, как они проводят свободное время и свадьбы, и праздники и всё такое прочее. Словом, несмотря на все опасения путешественников вечер прошёл в очень тёплой дружеской обстановке, они, наконец, смогли расслабиться после долгого напряжённого пути, и все получили удовольствие от общения.

После разговоров наступило время песен и танцев. Ирбисы танцевали и пели редко, как правило, только во время сватовства, поэтому ритмичный бой по подвешенному на специальной деревянной опоре барабану, льющиеся нежным весенним ручейком звуки игры на струнном инструменте, по форме напоминающем каплю воды, и веселые звуки маленьких деревянных дудочек, которые здесь оказались очень распространены и были в руках практически у каждого – вся эта музыка без особого повода вызвала у барсов глубокое и искреннее удивление, к тому же, подняло в их душах чувства, которые они не могли до конца осознать. Людей импровизированный концерт не особенно поразил, но видно было, что и они получают удовольствие. Когда же зазвучал нежный женский голос, поющий неспешную песню, полную любви, жизни и надежды, музыкальная россыпь, наконец, сложилась в единое цельное произведение, увлекающее за собой куда-то вдаль и вызывающее слезы радости.

Не в силах больше выносить неожиданно одолевшую её бурю эмоций, Элизабет глубоко вдохнула холодный и пыльный ночной воздух, который теперь казался ей вполне свежим и приятным, поднялась со своего места и пошла куда-то в ночь, наугад, в сторону от освещенной площадки. Дойдя до края поселка, она немного поплутала между растущих стройными рядами ухоженных деревьев и вышла к озеру, еле-еле освещённому лунным светом, едва пробивающимся сквозь пыльную серую пелену, висящую в воздухе. Лиззи прислонилась спиной к одному из деревьев и, любуясь озером, попыталась успокоиться и обдумать все события сегодняшнего дня. Но это ей не удалось. Буквально через секунду перед ней выросла человеческая фигура, в которой Элизабет безошибочно опознала Александра. Она хотела что-то сказать, но он не дал ей проронить ни слова. Сделав резкий шаг вперёд, Александр впился губами в губы Лиззи со всей страстью, на которую только был способен человек. Он придавил её к дереву, навалившись своим телом. Элизабет почувствовала исходящий от него жар желания, которому она не смогла бы противостоять, даже если бы хотела. Лиззи закрыла глаза, наслаждаясь ощущениями. Александр ловко разъединил края застежки на её костюме и несколькими точными и быстрыми движениями оставил девушку совершенно голой. Длинные пальцы его левой руки жадно сжимали грудь Элизабет, в то время как другая рука опускалась всё ниже и вскоре достигла заветной цели, не встретив на своем пути ни единой преграды. Лиззи вздрогнула от неожиданности, но Александр и не подумал убрать руку, проникая пальцами всё глубже и сильнее. При этом левой рукой он не переставая ласкал её грудь и бедра. Жадные губы искали, находили и получали своё. Лиззи чувствовала, что уже доведена до предела, вот-вот всё внутри неё взорвется, она ждала этого, всеми силами стремилась на встречу яркой вспышке. Но когда до неё оставалось мгновение, Александр вдруг убрал от неё обе руки и сделал небольшой шаг назад. В смятении Элизабет открыла глаза, пытаясь понять, что вдруг произошло, почему он всё прекратил. Но думать ей пришлось не долго. Через секунду её тело пронзила молния – Александр вошёл в неё и начал ритмично двигаться. Лиззи не чувствовала больше ни ног, ни рук – ничего, только его внутри себя, всё сильнее и сильнее. И наконец, она получила то, к чему так страстно стремилась. Наслаждение разрослось пламенным цветком, вскоре разлетевшимся на миллионы мерцающих лепестков. Стон восторга сорвался с губ девушки, но Александр заглушил его поцелуем, не дав нарушить ночную безмятежную тишину. Взглянув на озеро, на небо, на деревья, Элизабет в это самое мгновение увидела их не серыми, а яркими, живыми, настоящими, такими, какими они и были под покровом пыли. Выпустив Лиззи из своих объятий, Александр привалился рядом с ней спиной к дереву, пытаясь привести в порядок свою одежду и дыхание. Элизабет стояла не в силах пошевелиться.

– Ты такая восхитительная, – шепнул Александр ей на ухо. – Мне придется забрать тебя с собой.

– Куда? – удивилась Элизабет.

– Лиззи, Лиззи! Ты тут?!? – раздался голос продирающегося сквозь деревья Робби.

Элизабет схватила с земли свой костюм, нервно натянула его и дрожащими пальцами с трудом справилась с застежкой, затем несколькими резкими движениями она пригладила свои растрепанные длинные волосы и нацепила на лицо такую маску абсолютного спокойствия, какую только могла сейчас изобразить.

– Идеальная любовница, – опять шепнул ей Александр. – Невероятно быстро одеваешься.

Через секунду из-за деревьев показался Робби.

– С тобой всё в порядке? – спросил он у Лиззи.

– Всё отлично, мы просто разговаривали, – соврала она.

– Точно? – в голосе Робби звучало неприкрытое недоверие.

– Да, пойдемте обратно, а то вдруг нас будут искать, – спокойно сказал Александр и, никого не дожидаясь, один направился обратно к площадке, ловко огибая растущие слишком близко друг к другу деревья.

Элизабет и Робби устало поплелись за ним, каждый думая о своём, но по сути об одном и том же. Робби с трудом опирался на поврежденную ногу, но старался идти наравне с девушкой.

Музыка и песни не прекращались, хотя многие уже начали расходиться по домам. Еву, Элизабет, Робби и Александра было решено разместить на ночлег в двух комнатах дома Таргала и Евы-Анжелики: девушек – в одной комнате, мужчин – в другой. Разумеется, восторга это ни у кого не вызвало. Александр и Робби были буквально на ножах, а Еве и Элизабет в последнее время тоже было, что делить. Однако спорить с гостеприимными хозяевами никто не решился. Арваю же и Эрдэнэ выделили один из маленьких круглых деревянных домиков, в котором сейчас никто не жил.

– Всё-таки человеческие жилища на порядок комфортнее наших нор и пещер, – сказал Арвай, входя внутрь и озираясь по сторонам. Места внутри было немного, но всё выглядело очень уютно. Жесткие узорчатые коврики закрывали пол, около прямоугольного полупрозрачного окна стояла небольшая мягкая лежанка, на стенах то тут, то там красовались непонятные символы, а вдоль одной из стен поднимались к потолку ряды полок с какими-то мисками и стаканами.

– Это точно, – подхватила Эра. – Может быть, когда мы вернемся домой, то предложим твоему отцу построить нечто подобное.

– Эра, ты что! – одернул жену Арвай. – Мы не сможем рассказать в клане о том, где были и что делали. А значит, мы не сможем рассказать ни про людей, ни про их дома.

– Да, ты прав, – грустно сказала Эрдэнэ. – Очень жаль.

– Не расстраивайся, когда мы вернемся в клан ирбисов, там как раз закончится строительство нашего дома. Пещера – это ведь тоже неплохо, по крайней мере, ты была в этом уверена до того, как увидела все эти удобства.