Мой личный сталкер

И о чем я только думал?

Его последние поступки явно не отличались хоть каким-нибудь рационализмом. Все импульсивно и необдуманно.

Вот зачем пошел к ним домой?

Зачем накричал на бедную старушку, потерявшую единственного внука?

Теперь, когда начал жалеть об этом, не знает, как все исправить. Он не мог просто взять и поговорить с ней. Объясниться. Может? потому что Родиону страшно переступать порог квартиры, в которой умер знакомый ему человек? А может, есть еще причины, он не знает. Но какой-то страх давит на него, не дает пойти навстречу.

Он еще долго гулял по знакомым улицам, проходил мимо стройки, на которой сейчас работал, пока не начало светлеть, и он весь не замерз. Его болезни это явно не на пользу, но сейчас его это совсем не волновало, как и возможность вновь пересечься где-нибудь со своим преследователем. Он все же сходил в магазин, и оставшийся выходной провел за ноутбуком в поисках информации, как избавиться от преследования. Ему также на глаза попались статьи, где люди рассказывали о своем печальном опыте.

«После расставания со своим парнем я никак не могла избавиться от чувства, что за мной следят. А потом пошли звонки. Мой бывший стоял под окнами моей квартиры и настойчиво звонил и сбрасывал. Провожал меня до дома и на работу, идя позади. Потом я обнаружила под дверью мертвого голубя и тогда поняла, что вообще не знала, с каким человеком встречалась. Он отстал после моего обращения в полицию».

«Один неизвестный начал преследовать меня в интернете. Создавал фейковые странички с моими фотографиями и писал разные гадости моим знакомым. А когда его блокировали, он регистрировался в группах проституток и знакомился с мужчинами. Из-за этого мой телефон разрывался от звонков. После небольшого затишья он стал присылать мне фото с моей работы, моего подъезда, чтобы я поняла, насколько он близко, и тогда я запаниковала.

Я переехала в другой город и больше не выкладывала свое местоположение в соц.сетях».

«Он караулил меня везде. Мог просто ехать со мной в одном транспорте и хватать за руки, говорить что-то. Он буквально не давал мне нигде спокойно пройти. Давил на психику. Грозился подкидывать в мой почтовый ящик мертвых животных, говоря, что это будет на моей совести. Я очень любила животных.

Сколько бы я ему не говорила, он не хотел оставить меня в покое после расставания. Каждый знакомый, узнав об этом, говорил, что я сама виновата, что связалась с таким человеком. Он также поддерживал лживые слухи обо мне в интернете на разных форумах, из-за чего еще больше негатива полилось на меня со стороны уже незнакомых мне людей. На тот момент я просто хотела переехать в другой город, но понимала, что его это вряд ли остановит.

Он постоянно угрожал мне, что убьет меня, если я к нему не вернусь. И я понимала, что однажды он может не сдержаться и нанести мне физический вред. Я стала больше сидеть дома и начала работать дистанционно, так как не могла больше позволить себе часто выходить из дома. У меня начала прогрессировать агорафобия.

Уже полгода от него ничего не слышно, но я никак не могу почувствовать себя безопасности. Мне все время кажется, что он следит за мной и ждет подходящего момента».

После этих жутких историй ему снится кошмар. Вокруг темно, он лежит на своей кровати, а на нем сидит его друг и душит его. Позади них стоит и наблюдает за происходящим его надоедливый сосед.

Он резко просыпается и видит, что вокруг так же темно. Начинает паниковать и оглядываться. В горле сухо и кажется, что его сейчас вырвет собственным сердцем.

– Ах ты гад! – выкрикивает он, но голос, охрипший после сна, не его.

Он летит в ванную и оставляет в унитазе свой и так легкий ужин. Умывается и видит в отражении свое несчастное бледное лицо. Родион даже заметил несколько седых волос на голове. Начинает дрожать всем телом. Желудок сильно болел из-за спазмов, и он закрыл крышку унитаза и сел на него.

В голове все крутятся моменты с этим надоедой «А не найдется ли сигаретки?».

Что, если он специально изводил меня и смотрел на мои страдания? Еще и с дебильной улыбкой спрашивал, как у меня дела?

А вдруг это и есть он? Он мог все это время так близко находиться и без проблем наблюдать за мной.

Он на секунду обдумал мысль, а не обратиться ли ему в полицию, но тогда он сразу же расскажет всем правду и все вскроется. Он знает о Родионе то, что может погубить его жизнь. Да и что сделает полиция в такой ситуации. Никаких прямых доказательств нет. А то, что он присылал, вообще ничего не значит для тех, кто не в курсе положения Родиона. Да его на смех поднимут и даже разбираться не станут, а перед ними он унижаться не хотел. Да и сталкера это может разозлить, и он продолжить дальше калечить его жизнь, пока не поломает все окончательно. Как и хотел.

Нужно просто следовать советам и меньше попадаться ему на глаза. Не провоцировать своими ответами на его выходки и все наладится.

Я надеюсь.

***

Будильник будит быстро. Родион даже не помнит, как заснул. Все его дни теперь превратились в один. Ничего не меняется. Он только успевает зачеркивать дни в календаре, чтобы понять, что время действительно движется. Просыпается, умывается, по возможности завтракает. И если его не начинает тошнить, то одевается и идет на работу. Но сегодня сосед по лестничной клетке застает Здравого врасплох. Неожиданно появляется из-за двери и после очередного отказа в сигарете говорит:

– Вы поссорились?

– С кем?

– Со своим другом, – Родион смотрит на этого раздражающего блондинчика, – зачастил он сюда. Приходит и торчит тут. Шепчет что-то в дверь, как будто на исповеди.

Его слова звучали для Родиона неправдоподобно. Чтобы Макс приходил и ждал его, когда знает, что тот на работе? Глупости. Что-то шепчет в дверь?

– Если ты будешь постоянно смотреть в свой глазок, много правды не увидишь, – Родион хмыкнул, – Что-то шепчет в дверь? Меньше фантазируй.

Родион остановился возле лестницы и задумался.

– И прекращай следить за мной. Это ненормально!

Не дождавшись пока ему что-то ответят, быстро спустился по лестнице, забыв про лифт.

***

Он стоял над свежим трупом чокнутого паренька, который оказался очень кстати. Кирилл присел на корточки перед ним.

– Ты мне очень поможешь, говнюк.

Воронов сказал, что он прячет у себя видеозапись их связи. Тогда в аудитории. Если бы он нашел ее раньше, это стало бы неопровержимым доказательством того, что Кирилл был невиновен и говорил правду, а Ксюша просто жалкая лгунья и шлюха.

Порывшись в столе он ничего полезного не нашел, кроме завалявшегося хлама, как и по всей комнате. Он решил обыскать и компьютер, который оказался не запаролен.

– Ну да, бабка-то все равно ничего не понимает, – через минут пять он нашел то, что искал. Видео было не с самого начала, но их лица было прекрасно видно, как и то, чем они занимались. Из-за этого камера в руках неумелого оператора дрожала.

Кирилл повернулся в сторону коридора, где лежал труп Ильи:

– Кто-то любит подглядывать, да? Маленький извращенец.

Видео он скинул себе, после чего раз и навсегда удалил его с компа.

Также он нашел за батареей еще и дневник. Вот тут он уже изощренней запрятал вищичку.

Это уже интересно. Что там может быть такого? И пролистав несколько страниц, он понял, что интересного очень много. Это были записи его прошлого. Еще со школы. Тут все-все. И про Родиона он тоже не забыл, Кирилл бы сказал даже, что он выделил особое место ему здесь.

– Не знал, что ты и на такое способен. Я теперь не кажусь себе таким уж монстром, – на его лице была безумная улыбка.

– Я определенно сорвал джекпот.

Он быстро сообразил, что он может этим шантажировать обоих. Кто умеет ждать, тот…

Несколько дней он думал, как лучше поступить, и решил, что больше нет смысла осторожничать, Здравый теперь ничего не сможет сделать и это его заслуга.

Еще недавно он довольствовался малым. Даже навестил Ксюшу. Ходил за ней весь день, пока она шаталась по магазинам в гордом одиночестве, а потом не выдержал и, подойдя к ней на улице, спросил:

– Помнишь меня? – улыбнулся, наклонив голову вбок.

Нужно было видеть ее лицо. Вся побледнела и застыла на месте. Было прекрасное ощущение того, что это он вверг ее в такой ужас. Он знал, что она вряд ли что-то расскажет своему мужу, и это добавляло удовольствия от происходящего.

Кирилл хорошо потрудился и не намерен отступать. Хотелось скорее пустить в ход этот задрипаный дневничок и отомстить всем, кто был жесток с ним.

***

День был долгий. Все мышцы в теле напряжены, а горячая ванна не сильно помогает. Хотя Максим не жалуется. Он даже не помнит, когда в последний раз пытался немного расслабиться.

Каждый день он просыпается очень рано и приходит домой очень поздно. Иногда ему кажется, что он уже не помнит, зачем все это делает. Но появляется отец, и все поступки вновь приобретают смысл. Словно назло ему, Максим каждый день пашет без продыху.

Никогда не хотел работать там.

И дело было не в самой работе. Он считал, что было здорово унаследовать компанию своего отца, но еще в далеком детстве потерял к нему всякое уважение. Если бы он не привел тогда в их дом ту женщину и не стал обманывать маму, все было бы иначе.

Но не теперь.

Ему приходится жить с этим знанием и корить отца за это. За то, что не может порой уснуть нормально даже после тяжелого рабочего дня, за то, что при встрече с матерью не может смотреть ей в глаза, не испытывая при этом стыда за несказанное.

– И во всем этом виноват ты! – выкрикнул Максим в пустоту, лежа в ванной.

Мне ужасно надоели наши ссоры, тебе тоже, но ты не перестаешь меня мучить.

Каждый раз он унижает Максима и просит вернуться домой. По его мнению, наследник компании должен не ерундой заниматься, а готовиться к принятию наследия.

Ненавижу твою компанию, ненавижу тебя, как ты не понимаешь? Пусть она сгорит вместе с тобой, и тогда я успокоюсь.

Максим думал, что никто даже не представляет, как ему надоело врать всем вокруг. Он уже достаточно совершил ошибок, чтобы чувствовать тяжесть вины за каждую из них. Сильно сжав бортики ванной руками, закрыл глаза. Когда же он сможет навсегда избавиться от этих образов, облепивших его со всех сторон? Он задыхается, и ничего не может с этим сделать.

Сегодня по дороге на работу он видел брата Родьки возле парка с его женой. Сразу стало понятно, что они ссорятся. Они стояли очень близко, и Андрей шипел в ее лицо от ненависти, крепко держа за предплечье и периодически вздергивая ее. Они, казалось, не замечали ничего вокруг, даже стоящую рядом дочь, обливающуюся слезами. Потом Ксюша обратила на нее внимание и тоже начала плакать. Андрей после этого, конечно же, принялся их утешать. Максим видел, какое замешательство было у него на лице. Он не знал, что делать. В споре Андрей явно считал себя более правым, но теперь выглядел просто раскаивающимся мужем и отцом. Все так быстро поменялось.

Забавно.

Что могут сделать простые женские слезы. Максим помнил, как в детстве Андрея несправедливо обидела девочка и как он его потом утешал. Они сидели на бордюре во дворе, и он не мог оторвать взгляд от его ободранных коленок. Он ведь тогда обещал Воронову, что этого больше не повторится, и он не позволит женщинам так крутить собой. Но что Максим видел сейчас?

Ты выбрал не ту и давно об этом думаешь. Но, как и все, ничего с этим не делаешь.

Год назад при их последней встрече Макс это понял. Андрею было так неловко смотреть ему в глаза.

Ты все понимал.

– Все такой же наивный ребенок, – Максим невесело усмехается, – проспорил.

Вылезает из ванны и пытается вспомнить оставлял ли на балконе заначку. Его настигли не лучшие времена, а горячая ванна явно усугубляла положение, вываливая все воспоминания наружу.

Как давно я уже не курил? Месяцев пять?

Вру. После того, как узнал о ее беременности, срывы стали частыми.

Одевается и выходит на балкон. Шарит рукой и находит пачку. Осталось две.

– Пора нам с тобой Родик заканчивать эту бессмысленную борьбу, – Максим смотрел на крыши домов и мерцающие звезды, которые не увидишь, пока не погаснут все фонари, – интересно, кто из нас первый сорвался?

На улице неприятно дует холодом, но он не спешит расставаться с сигаретой. Дело явно плохо, но ощущение вяжущего дыма в легких приносит долгожданный покой. Простое избавление от стресса погубит его здоровье, но ничего лучше он еще просто не придумал. Осталась одна.

Зазвонил телефон.

– Алло?

– Сынок, здравствуй. Как твои дела?

– У меня все хорошо, – не безо лжи сказал Максим. Он даже попытался улыбнуться, будто она могла это увидеть.

– Отец все переживает о тебе. Когда ты вернешься в компанию?

– Я там ничего не забывал, чтобы возвращаться.

– Максим! Не будь упрямым, ты же знаешь, что ему больше не на кого надеяться, кроме тебя. Ты мог бы проявить уважение к нему, он столько для нас делает.

Максим резко помрачнел и, потушив окурок, со злостью бросил его за пределы балкона.

– Благодарности! Уважения! Да побольше! Он ведь только этим и живет?! Я не выбирал в какой семье рождаться и не просил решать за меня мое же будущее.

– Ты не прав. Он дал тебе жизнь, ты ни в чем не нуждался. Образование, даже место в его компании, чтобы ты и дальше ни в чем не нуждался.

– И без его разрешения и шага не мог ступить, да?

– Максим!

– Если мне кажется, что я кому-то в чем-то помогаю, это не значит, что я потом дождусь благодарностей, – Максим раздраженно взглянул на пачку сигарет, где лежал последний резерв, – не вся помощь на благо.

– Ты должен понять его, а не злиться и видеть только плохое. Не понимаю твоего отношения, он же твой отец.

– Так, ладно, я ответил на звонок, чтобы услышать твой голос, а не говорить об отце.

– Ладно.

После разговора Максим вспомнил, что ради одной девушки тоже много чего делал.

***

– А я говорю тебе, что воняет! Прошло сколько? Неделя? Две? А мне все еще мерещится этот запах!

– О чем ты? Он даже пахнуть не начал.

Две старушки стояли на первом этаже у лифта с полными сумками продуктов.

Та старушка, что была одета в голубой теплый спортивный костюм и с тележкой, стушевалась и только открывала рот, не зная, что ей теперь сказать.

– Да, но… но… запах же есть! Я его чувствую. Какой-то тухлятины, – она рьяно защищала свою сторону, – махала ладонью перед своим лицом, – это тебе на старости лет все обоняние отшибло, не мне. Я все чувствую.

– Лада, брось! Что за ерунду ты несешь? – другая женщина была помоложе, и Родион узнал в ней жену главного вонючего рыбака в этом подъезде, все куталась в вязаную собственными руками кофту, – ладно некогда мне тут с тобой говорить.

Лифт распахнулся, и она вошла в него.

– Заходи на чай что ли, как время будет.

– Ага, где ж оно тут будет. Опять всю квартиру перемывать. На первом этаже все чувствуется лучше, не то, что на вашем, элитном.

Родион хмыкнул. Если уж она называет их квартиры элитными, потому что находятся выше ее, то чего Родиону жаловаться тогда.

Но запах и правда чувствовался. Немного. Не то чтобы тухлятины, просто воняло чем-то сгнившим.

Наверное, опять крыса сдохла где-то, и все. Или сосед-рыболов где-то по дороге до квартиры улов потерял.

***

Домой Родион шел со спокойным сердцем, пока не увидел аварию на пересечении двух улиц, на одной из которых он проживал. Были сумерки, накрапывал дождь, но тяжелый дым забивал легкие. Две машины лежали раскуроченные посреди дороги и уже не были похожи ни на что. Была суматоха, слишком много людей, вдруг уже никто никуда не спешит. Всем очень интересно посмотреть, во что превратились машины и люди после столкновения. Стало понятно, что были погибшие. Голова начала кружиться, и Здравый стал кашлять. Слишком сильно вдохнул этого дыма. Все вокруг было наполнено беспокойством и ужасной печалью.

Отлично. Вокруг меня и моего дома одни несчастья! Жду упавший метеорит прямо в нашем дворе.

Он постарался быстрее убраться от этого места. Родион тоже замешкался на пешеходном переходе. Поднял голову вверх, чтобы вдохнуть, и тяжелая капля дождя, как пощечина, опустилась на его щеку. Дождь усиливался и, придя в себя, он поспешил домой, желая оказаться как можно дальше от этого места.

Как же дальше?

Он только радовался, что окна его квартиры выходят не на улицу, а во двор.

Уж лучше тот скрипун на качелях по ночам, чем это зрелище.

Теперь постоянно буду думать, что все плохое, что происходит в моей жизни, твоих рук дело! Специально, чтобы я мучился!

Родион весь дрожал от холода, подходя к своему подъезду. Его дорогая обувь противно чавкала. Фонарь опять не горел (кто-то постоянно разбивает лампочки), но он все же смог разглядеть фигуру человека, стоявшего под козырьком. Здравый сначала испугался, но это чувство быстро сменилось злостью, придав решимости.

Да как ты смеешь тут появляться?!

Но приблизившись, он различил в стоявшей фигуре своего друга. Он прищурился. Ему просто не верилось. Слегка приоткрыв рот, его зубы вдруг начали громко стучать друг о друга. Даже в темноте он видел, как Максим улыбался ему. Он подошел к нему ближе, прячась от дождя, и тоже улыбнулся.

– Ты что, плачешь? – его голос был звонким. Родиону показалось, что Максим был в замешательстве от его состояния. Здравый уже по привычке хотел взять себя в руки, но от усталости еще больше расплакался.

Он не сразу понял, что его лицо было мокрым не только от дождя. Родион подошел еще ближе и уперся лбом ему в плечо, мелко содрогаясь и всхлипывая.

– Ты чего? – Максим обнял его.

– Я так давно тебя не видел, – Родион слегка ударил его в бок.

– Ау, – шутливо воскликнул Макс, – ты что, из-за этого так расчувствовался?

Здравый отодвинулся от него и пригрозил кулаком.

– Ладно, ладно.

Родион стоял и улыбался как ребенок.

В этот момент он подумал о том, что все сбылось. Его глупые мысли, что Максим придет, стоит ему наладить отношения с братом. Он был рад этому. В его присутствии все казалось таким незначительным. Все проблемы уже не казались проблемами. На грудь больше ничего не давило.

***

Максим просто не дал ему шанса все как следует обдумать, пришел и все выложил. Он все никак не мог уловить его эмоции. Может, это потому что все это время они пили, и при малейшем движении Воронова кидало, и перед глазами все плыло, и он пытался фокусировать взгляд на одной точке. Поэтому они сидели на полу, облокотившись спиной о диван, а рядом на полу в легкой доступности расположилась провизия.

Его начал одолевать стыд. Трудно было признаться в том, что случилось с его девушкой.

– Понимаешь? Я не хотел этого. Никогда не считал ее своей будущей женой и уж тем более не ждал от нее ребенка! – Максим вздохнул и уже тише добавил, – нашего общего ребенка.

Воронов все не решался посмотреть на друга. Он не хотел видеть в них отвращения или разочарования. Он просто хотел, чтобы его кто-то понял.

– Мы ведь обещали друг другу, что таких ситуаций у нас не произойдет, что нам не придется мучиться.

А теперь он невольно нарушил все обещания и оказался в такой ситуации. Теперь Максим был связан с девушкой, к которой теперь испытывал негативные чувства, и не понимал что делать, чтобы избавиться от нее. Он не хотел заводить с ней семью. И не хотел этого ребенка.

– Знаешь, никогда не замечал за тобой такой неприязни к детям, да и ее ты вроде как любил. По крайней мере, ты говорил мне об этом.

– Я? Когда? – Максим смутно помнил подобные разговоры и не верил, что мог такое вслух произнести.

– Забудь, – Родион махнул на него рукой, а потом замолчал. Они сидели так пару минут, пока он вновь не заговорил.

– Ты ведь помнишь, как мы с братом жили. Мать всегда упрекала нас в плохом поведении и говорила, что это из-за того, что у нас нет отца, и сама она с двумя болванами не справляется, – Родион подтянул ноги к груди и сжался.

– Правда Андрей быстро встал на путь истинный. Молодец, – пробубнил Здравый и сжал губы.

– Ты чего?

– Да ничего! Сам же знаешь! Да и у тебя детство было не лучше. Я же видел! Сколько ты сам страдал из-за отца и как, прошло?

Максим теперь смотрел неотрывно на своего друга.

Лицо его было бледным, если не считать покрасневших щек от пива, осунувшимся, он будто не спал неделю. Воронов вновь почувствовал стыд за то, что рассказал ему все. Он ведь знает, какой Родион восприимчивый, как сильно он переживает все новости из внешнего мира. Ему всегда все тяжело давалось.

– Нет. Я его ненавижу. За то, что отравил нашу семью. За то, что я видел мамины слезы. За то, что он заставил его ненавидеть!

Родион закидывает голову вверх и протягивает:

– Что собираешься делать с ребенком? – так тихо, что Макс еле расслышал.

– Эмм… Я не знаю, честно. Я не думал, что окажусь когда-нибудь в подобной ситуации. Мне все это не нравится, – он пока не стал говорить ему, что у него уже была мысль относительно этой проблемы, – Родь, а ты сам чувствовал, что тебе не хватает отца?

– Нет. Я ведь его и не помню в своей жизни. Так что я и не знаю, какого это – иметь отца. У тебя он хотя бы был.

– По мне уж лучше никакого, чем такой.

– Может ты и прав, – Здравый сделал глоток пива, – Теперь понятно, зачем ты приходил ко мне и стоял под дверью. Знаешь, это даже мои соседи заметили, подумали, что ты странный тип, – тихий смех.

– Да я всего пару раз так делал! Гребаные многоэтажки! – он замолчал и допил свою бутылку, – Думаю, они правы.

– Помнишь, когда мы только познакомились и еще не были друзьями, я тогда был так зол на твоего отца и тебя, – Максим кивнул. Конечно, он помнил. Он тогда еще уважал своего отца.

– Я тогда обидел Андрея (почувствовал тогда, что старше его), и он убежал. Я долго его искал, а когда нашел, то ты был рядом с ним. Сидел на тротуаре возле подъезда и успокаивал. Я приревновал его к тебе. Его братом был я, но успокаивал его тот, к кому я испытывал не лучшие чувства. Но я не решился подойти к вам, обиделся на него. Андрей ведь нашел утешение в тебе, а когда через время я спросил его о той ситуации, он ничего мне не ответил, – Родион вдруг стал говорить чуть быстрее, – в общем, ты не мог бы рассказать, что тогда произошло?

Ему показалось, что он о чем-то жалеет и пытается одной этой тайной восполнить многолетнее недопонимание с братом, которого, казалось, никогда и не было.

Я… я не… – в общем-то, это не было секретом, тем более что он проиграл так же, как Максим. Поэтому он решил рассказать, – он тогда что-то не поделил с какой-то незнакомой девчонкой, и она его ударила так, что он упал и ободрал себе коленки, – Воронов дотянулся до новой бутылки пива, – он решил не оставаться в долгу и ответил ей тем же. И очень некстати это увидела ее мама и налетела на него, взяла за ворот и стала трясти его и кричать. Он тогда убежал и наткнулся на меня. Я был больше него и он, наверное, подумал, что я старше. Я его выслушал, и он дал мне обещание. Почти такое же, как мы с тобой. Вот и все. Но как я понимаю, у него тоже с этим не задалось. Неудачники мы с ним.

Максим хотел снова провалиться в беспамятство, чтобы потом забыть то, что сказал ему. Все эти темы были ему неприятны. Но он надеялся, что ему обязательно после всего станет легче. Он хотел верить в то, что его исповедь другу была не напрасна.

Не понимаю, зачем столько времени избегал общения с ним.

Максим Воронов привык нести все в себе, и не хотел делиться всем, что накопилось даже с ним. Но отныне это не так. Мелко вздрогнув от вибрации в кармане, Макс аккуратно достает телефон.

Отец.

Нет, он больше не хочет говорить с ним. Он устал его бояться и больше не хочет иметь ничего общего с ним.

Хочу жить своей жизнью.

Максим надеется, что через время отец прекратит эти попытки, и он сможет, наконец, заново собрать свою жизнь по крупицам.

Ему не нужен такой сын.

Он смотрит на Родиона и вдруг понимает, что такой сын, как он, и нужен его отцу и им бы он гордился больше. Родион хочет, чтобы им гордились и ищет одобрения ото всех, а с помощью такого папаши дела бы его пошли в гору, даже если бы он не сильно разбирался в должности по началу.

***

После горячего душа волосы были еще мокрые, поэтому Родион опускает руку на голову и приглаживает пряди. Ему трудно начать. Потому что если начнет, еще труднее будет остановиться. Отчего-то становится горько во рту.

Как же давно мы друг с другом не разговаривали.