Писательский биатлон

Любопытство

Инна Фохт @innafocht80

Любопытство – хорошо,

Если оно в меру…

Как-то раз мальчишка шёл

По пустому скверу.

Шёл и камешки пинал.

Вдруг увидел улей.

Тут мальчишка палку взял.

«Эй! Вы что, уснули?»

Он по улею стучит:

«Просыпайтесь, пчёлы!

Не боюсь вас!» – говорит

Мальчуган весёлый.

Пчёлы сонные глядят.

Вылетел разведчик.

Мальчуган уже не рад

Долгожданной встрече.

За разведчиком вослед

Вылетел весь улей.

«Десять, двадцать, тыща, две!» —

И помчался пулей.

По тропинкам средь кустов

Он бежит и плачет.

Будто сам взлететь готов

Любопытный мальчик.

Тут споткнулся мальчуган

И в траву свалился.

Рой над ним, как ураган

Грозный, закружился.

«Мама, мамочка моя!

Помогите, люди!

Обещаю, больше я

Пчёл дразнить не буду!»

Покружил пчелиный рой,

Плач его послушал

И подумал: «Бог с тобой.

Воротимся лучше».

А мальчишка почесал

Сбитые коленки

И спокойно зашагал

В гости к другу Генке.

Быстрее. Выше. Сильнее

Дарья.Н.Братских @daria.n.bratskih

Соня отложила учебник по геометрии и потёрла глаза. В них словно набился песок, их застилал туман. Казалось, комната плыла, а ей самой отчаянно хотелось спать и при этом послушать что-нибудь убаюкивающее из своей музыкальной коллекции. Но нет, нужно продолжать зубрить, потому что она – Соня Телавина – спятила.

А началось всё с того, что неделю назад директриса объявила на линейке, куда собрали всех старшеклассников, о городском конкурсе «Мы есть будущее».

– Из нашей школы, – вещала она, – уже двое ребят стали победителями этого проекта. И перед ними открыты двери всех престижных вузов нашей страны. Кто из вас готов перенять эстафету, оправдать наши надежды и достичь цели – получить самое лучшее высшее образование? Желающие могут записаться у завуча Ирины Вячеславовны.

Весь день разговоры между учениками шли только об этом. Первым уроком у десятого «Б» шла география, но преподававшая её Людмила Васильевна, отчего-то задерживалась. Отсутствие учителя послужило поводом для жаркой дискуссии: стоит ли участвовать и у кого какие шансы на победу.

– А ты, Малинина, записалась уже? – поинтересовался Сергей, повернувшись к одной из девушек, которая нарочито сторонилась галдящих воробьями одноклассников.

– Естественно, – хмыкнула Эвелина Малинина. – Сразу же.

Эва, привлекательная шатенка с копной длинных вьющихся волос и яркими голубыми глазами, была из тех девушек, кто знал себе цену. Она отлично училась по всем предметам, но при этом не была заучкой и синим чулком. Благодаря росту и любви к спорту Эвелина входила в баскетбольную сборную школы. Про неё можно было сказать репликой персонажа «Кавказской пленницы»: спортсменка, комсомолка и просто красавица. Да ещё и из богатой семьи.

И это всё, честно сказать, Соню порой подбешивало. Ведь именно она и была тем самым синим чулком и мечтала о такой же популярности. А ещё не очень довольна своей внешностью: невыразительные серые глаза, широкие скулы, делающие похожей на щекастого хомяка, волосы мышиного цвета. До идеала красоты далеко, как до Америки. Училась Соня неплохо, но звёзд с неба не хватала – с её-то росточком… И ненавидела физкультуру. Каждый раз от мысли, что придётся вновь идти в спортзал, стены которого выкрашены в тусклую синюю краску, на неё нападала хандра.

И этот конкурс Соню не волновал ровно до того момента, пока она не услышала, что говорит одноклассникам Эва:

– Давайте начистоту. Ни один из вас мне в подмётки не годится. Думаю, вам всем можно забыть об участии. Я единственная, кто сможет победить.

Вот это было неприятно. Соня почувствовала, как в душе начинает подниматься протест. Она и сама ужаснулась от вырвавшихся слов.

– Заткнулась бы, мисс Всезнайка! – буркнула она. – Если я захочу, смогу обойти тебя.

В классе повисла тишина. Все поражённо уставились на Соню, ведь прежде она предпочитала оставаться в стороне, сохраняя нейтралитет.

– Только попробуй подать заявку, – прошипела Эва. – Пожалеешь!

– Спасибо за предупреждение, – насмешливо поблагодарила Соня. – Теперь я точно запишусь.

И вот теперь Соня уже неделю зубрила учебники. До конкурса ещё три месяца, а желание махнуть на всё рукой только росло. Вот только её же вызов не давал покоя – Соня не привыкла бросать на ветер слова. О, как хотелось сбить спесь с этой выскочки! И непременно увидеть, как та сядет в лужу.

Соня даже тайно сфотографировала Малинину, распечатала в фотосалоне её портрет, немного увеличив – чтобы не промахиваться – и повесила его на стену над рабочим столом. Фотография соперницы служила не только напоминанием о данном слове, но и мишенью для дротиков.

Помимо усиленной учёбы, Соня отыскала в альманахе по искусству репродукцию картины Ивана Айвазовского «Бурное море» и повесила её рядом с портретом Эвы. Оттенки синего и голубого цветов успокаивали и настраивали на нужный лад, а сюжет картины подстёгивал к действиям. Соня считала репродукцию своим оберегом, который помогал не свихнуться окончательно. «Всё лучше, чем кричать в форточку, как студенты перед сессией: “Халява приди!”» – думала Соня.

Но у десятиклассницы была ещё одна причина участвовать в конкурсе. Приличный денежный приз, который, по слухам, получит не только победитель, но и участники, занявшие другие призовые места. Ради такого стоило мучить себя излишней зубрёжкой. Соня мечтала учиться в Санкт-Петербурге – городе мечты, а ещё изучать туризм и водить экскурсии по городу на Неве. Да и младшая сестра Тоня через четыре года тоже окончит школу… В любом случае деньги не будут лишними.

Соня разглядывала свой оберег, пока в глазах немного не прояснилось, тяжело вздохнула и снова потянулась к учебникам.

Соня вышла из районной библиотеки с тяжеленным пакетом с книгами. Настроение было не очень. Она порядком устала от постоянной зубрёжки, но сдаваться не собиралась.

А это было ох как нелегко. Отчего-то Соня постоянно натыкалась на глухое недовольство служащих библиотеки, когда запрашивала определённые учебные материалы. Конечно, можно было поискать информацию в интернете. Собственно, Соня так и делала, вот только части нужного в свободном доступе не было. К тому же она старалась поменьше просиживать перед компьютером и точно знала, что в районном книгохранилище есть то, что ей нужно. Однако…

Соня долгое время верила, что нужные книги выданы на руки. А позже поняла, что ей врут, по тому как каждая из библиотекарей отводила глаза в сторону, на вопрос вернулись ли пособия. Соня никак не могла понять, почему они так поступали. Если книг нет – всё сгорело, утопло, пропало – можно ведь просто сказать об этом. И всё. И Соня перестала бы их донимать.

Вот и сегодня опять не повезло. А ведь до конкурса всего-то чуть больше месяца осталось. «Может, забить на них и поискать другие источники знаний? – задумалась она, но тут же яростно замотала головой: – Нет!» Другое Соня, конечно, тоже поищет, но и тайну недоступных книг разгадает. Или она не Соня Телавина!

Февраль перевалил за первую декаду, и в городе воцарилось не пойми что. Зима и весна вовсю вели спор. Город то накрывало тепло, заставляя снег испаряться с немыслимой быстротой, то ударял мороз почти под тридцать градусов, из-за чего земля превращалась в жуткий каток. Тут даже Камила Валиева спасовала бы. Всё прямо как в старом хите «Машины времени»: Этот город застрял в межсезонье, как рыба в сети…

Вот и Соня, опасно балансируя на скользкой дорожке под названием «тротуар», еле добралась до дома. Оказавшись наконец в своей комнате, она обессиленно плюхнулась на кровать и вывалила из пакета библиотечные книги.

В этот момент к ней заглянула сестра Тоня – точная копия Сони, только чуть младше.

– Всё штудируешь, логофилка?

– Чего? – переспросила Соня, оторвавшись от созерцания книг.

– Ну, любишь науку, значит.

– Я не люблю науку, – проворчала сестра. – Я просто…

– Хочешь стать лучше Эвы, – закончила за неё Тоня, кивком указав на портрет Сониной одноклассницы. – Помериться с ней, кто умнее.

– Что-то вроде, – пробубнила Соня. – А теперь не отвлекай меня.

Тоня развернулась, чтобы выйти из комнаты, но помедлила и не выдержала:

– Слушай, а оно тебе надо? У тебя голова только и забита этим конкурсом дурацким да несносной Эвой. Чацкий был совершенно прав в том, что горе от ума. Я уже забыла, когда ты была в хорошем настроении и неуставшей. Спятишь, и даже твой Айвазовский не спасёт. Про голову свою хоть помнишь?

– Помню. Но мне очень надо, – мрачно, но твёрдо отозвалась Соня. – Я должна обскакать эту заносчивую выпендрёжницу. Мне не обязательно занять первое место. Главное – стать лучше Малининой. Хотя нет, что я говорю! – тут же исправилась она. – Только первое место!

– Ты упрямее всех ослов на свете, – покачала головой Тоня.

– Не только ослы славятся своей упрямостью, – тут же просветила сестру Соня, утыкаясь в энциклопедию.

– Неужели ты думаешь, что это будет честное соревнование? Наверняка там всё куплено! – воскликнула в сердцах Тоня.

– С чего ты так решила, Тонь? – Соня бросила на сестру подозрительный взгляд.

– Да так…

– Давай колись, сестрица! – Соня подскочила к сестре и схватила за руку. – Что ты знаешь?

– Да ничего я не знаю…

– По глазам вижу – знаешь! – заявила Соня.

Тоня вздохнула, тяжело и протяжно.

– Не хотела тебя расстраивать… Насчёт конкурса я не знаю, честно. Только предполагаю. Но зато знаю кое-что про библиотеку, – призналась она.

– И что с ней не так? – тут же ухватилась за это Соня.

– Дело в том, что заведующая – родная тётка Эвы. И та попросила её, чтобы не выдавали тебе нужных книг. И мне. И нашей маме. Тётка любит вашу Эву, поэтому согласилась.

– Вот, значит, как… – протянула потрясённо «логофилка». – Вот она, разгадка. – Её глаза вспыхнули гневом, Тоня аж испуганно отшатнулась от сестры. – Ты понимаешь, что это? Война! – воскликнула Соня. – А ещё это значит, что Эва меня боится! Ну, погоди, паразитка, всё равно я добьюсь своего!

Соня расхохоталась. Тоня поёжилась – не хотела бы она оказаться на месте Эвы Малининой.

– Скорее бы уже конкурс прошёл, что ли, – буркнула сестра, выходя из комнаты.

Соня чувствовала в руке холодный металл банки с кока-колой. Как же хотелось, чтобы содержимое выплеснулось на Эву! Возомнила себя хозяйкой положения? А вот нате вам, получите и распишитесь!

Но Соня понимала, что этим детским садом она ничего не добьётся. Только себе хуже сделает. Ещё возьмут и дисквалифицируют за нападение на участника конкурса. Уж Эва-то распишет всё в лучшем виде, выставив одноклассницу маниакальной особой. И ей поверят, ведь она любимица многих учителей. Поэтому нужно действовать хитростью и подготовить защиту, когда соперница решит нанести удар. Говорят, лучшая защита – нападение… Но только не в Сониной ситуации.

Соня задумчиво оглядела ребят, столпившихся в коридоре. Кто из них мог бы помочь ей? И тут же сама себе ответила: Димка Никаноров из параллельного. Тоня сказала, что Эва подговорила свою тётку, чтобы не выдавали книги ей и её семье. Но ведь есть ещё и друзья. Ребят из класса просить не стоило – Эва сразу догадается, для кого те стараются.

Остаётся Димка. Он из параллельного класса, с Эвой почти незнаком, зато Соня отлично его знает. С самого детства. В школе они почти не общались, но это не мешало их родителям дружить. И Димкин номер телефона у Сони был.

Она набрала в мессенджере сообщение: «Димыч, дело на сотню, тысячу, миллион. Поможешь мне кое в чём? Пожалуйста. Если согласен, приходи к нам домой. В школе ко мне не подходи, так надо». Отправила. Открыла банку с колой и одним махом выдула всё до капли.

Соня старалась не смотреть на Димку, потому что в школьном коридоре появилась Эва. Но краем глаза увидела, как тот прочёл сообщение, кивнул и о чём-то крепко задумался. Однако из-за попытки вызвать у себя косоглазие, Соня не заметила, как опасность подкралась с другой стороны.

Внезапно она ощутила на плече чью-то мёртвую хватку. Рука была ледяной, острые когти впились в мышцы. На миг Соня почувствовала, как сердце улетает в пятки, и резко развернулась.

Перед ней стояла разгневанная Эва Малинина.

– Ты так и не сняла свою кандидатуру с участия?! – с бешенством прошипела она.

У Сони в голове пронеслись галопом сотни мыслей. От «догадалась про Димку» и до «бить будет».

– Что молчишь? – снова прошипела Эва.

– А что говорить-то? – Соня уже успела справиться с собой и скрыть истинные чувства. – Не сняла и не собираюсь делать этого. Я буду соревноваться. Потому что хочу. И отпусти меня, больно.

– Хочешь? – Эва сузила глаза. – А сброситься с крыши не хочешь?

– Такого в моих планах нет, – спокойно ответила Соня. – А если и будет, то только при наличии страховки. Ну, там, знаешь, каска на голове, батут внизу…

– Вот только соломку не всегда подстелить успеешь, – с угрозой в голосе произнесла Эва.

– Серьёзно? – Соня озадаченно взглянула на одноклассницу. – Ты действительно собираешься столкнуть меня с крыши? А смогла бы? Я что, настолько опасна?

Эва тут же отпустила её плечо и отступила назад.

– Кто? Ты? – презрительно фыркнула она. – Чего мне тебя бояться?

– Но ты боишься. Боишься, что я тебя обойду на конкурсе. А значит, у меня точно есть шанс…

– Нет! – крикнула Эва так громко, что все на них уставились. – Нет у тебя никаких шансов! Ни у кого из вас! – она обвела взглядом всех присутствующих, которые изумлённо замерли, и в следующую секунду унеслась.

Соня ощутила, что её трясёт. Она попыталась унять дрожь, обхватив себя руками.

Димка неожиданно подошёл к ней и обнял. Соня застыла, потеряв дар речи. Все присутствующие разошлись, будто ничего не случилось.

– Что ты делаешь? Зачем? Я же просила тебя… И вообще… – сбивчиво пролепетала она.

– Тебе нужно успокоиться. Я помогу, – сказал Димка. – Эта стерва любого из колеи выведет.

– И почему она ко мне прицепилась? – пробормотала Соня. – Ведь кроме меня ещё куча народу записалось!

– Слышал, она ко всем цепляется, – мрачно сообщил Димка. – Я двоих знаю, кто в итоге отказался от участия в конкурсе. Не без давления от Малининой, я уверен. Так что за просьба?

– Не-ет, не здесь, – неуверенно проговорила Соня.

Она чувствовала тепло его рук на спине и ощущала себя очень странно. Было невероятно приятно, дрожь действительно прекратилась, но ещё Соне было прямо до ужаса неловко. Никогда Димка не обнимал её, а с такой… нежностью, что ли, как сейчас – вообще никто.

Коренастый, голубоглазый, с русыми вихрами, из-за которых он напоминал домовёнка Кузьку из мультика, Димка всегда был к ней и Тоне дружелюбен, в детстве часто защищал от дворовых хулиганов. И Соня всегда воспринимала его как друга. Сейчас же она чувствовала смятение, удивляясь самой себе.

– Не бойся, скажи. Я понял, что это связано как-то с Эвой и конкурсом. Её здесь нет, и никто не доложит о нашем разговоре. В школе её никто не любит особенно. Даже учителя, уж поверь мне, хотя так сразу не скажешь.

Соня вздохнула.

– Ты же записан в районную библиотеку? Дело в том, что там заведующая – тётка Эвы. И эта гадина подговорила её не давать мне кое-каких книг, чтобы я не могла готовиться к конкурсу. Всей нашей семье. А они мне очень нужны. Тебе-то уж их выдадут…

– Но ведь сейчас все в интернете есть, – изумился Димка.

– Есть, да не всё. Этих книг нет. К тому же мне тяжело столько времени перед компом сидеть или в телефон втыкать. Ты же знаешь.

– Кто ж про твою мигрень не знает, – задумчиво проговорил он. – Что ж, тогда давай список, и я пошёл.

– Куда? – удивилась Соня.

– В библиотеку. Я добуду тебе их, обещаю.

«Его улыбка – лучшая награда», – пронеслась мысль у Сони. Она замотала головой: нужно сосредоточиться! Уже в который раз отвлеклась.

Конкурс был в самом разгаре. Участникам предстояло ответить на двадцать вопросов по десяти основным школьным предметам. И, если честно, Соню очень огорчило, что формат конкурса – тестирование.

Разве можно выяснить реальные знания по глупым тестам с четырьмя вариантами ответов? Даже если не знаешь правильный ответ, можно просто угадать. Причём даже физкультуру организаторы умудрились втиснуть в письменные тесты! Никакой там сдачи нормативов и т. п.

Хотя вопросы, надо признать, заковыристые, заставляли думать. Вот только Соня всё время отвлекалась на воспоминания.

…Димка сдержал слово и приволок целую стопку вожделенных книг. Как они и предполагали, в библиотеке ни у кого даже вопросов не возникло. Сразу выдали. И когда Соня увидела их на своём рабочем столе, то разрыдалась. Димка растерянно топтался рядом, пока она не ткнулась лицом ему в грудь, продолжая лить слёзы.

И он снова обнял. Так же, как сделал это в школьном коридоре. А она… Она подняла голову и коснулась губами его губ. Соня и сама не ожидала такого от себя, а что говорить о нём! После этого лёгкого, невесомого поцелуя Соня отпрянула от него, словно испуганный оленёнок. Димка удивлённо смотрел на неё. А Соня…

Чёрт! Опять она отвлеклась! Соберись, идиотка!

Ей удалось разозлить себя, и это сработало. Соня уже почти закончила, когда ощутила сильный толчок в спину. Она резко обернулась и увидела пробирающуюся рядами конкурсантов Эву Малинину. Надо же! Она почти забыла, что та тоже здесь – настолько оказалась занята мыслями. Из всей их школы в конкурсе участвовали лишь они вдвоём. Хотя Соня знала как минимум семерых, кто, кроме них, подавал заявку.

Эва продолжила путь с непроницаемым лицом, будто просто проходила мимо. Соня отметила, какой странный та выбрала маршрут к кафедре, где сидели члены жюри. По существу, нужно было только пройти по прямой, и всё. Видимо, сильно хотелось пихнуть соперницу. Соня усмехнулась. Что ж, и ей пора сдать свою работу.

Она уже чувствовала, как начинает побаливать голова. А значит, большего не надумает, только хуже сделает. Не так давно Соню начала мучить мигрень, а весь этот добровольный дурдом с зубрёжкой только усугублял положение. Потому-то ей и нужны были книги, а не экран монитора, чтобы хоть как-то уменьшить нагрузку на глаза.

Соня поднялась с места и вдруг заметила, как перед ней спланировал лист бумаги. Она тут же машинально нагнулась, чтобы поднять его, но не успела этого сделать. Соня уже знала, что это…

– Смотрите, у неё шпаргалка! – закричала Эвелина на всю аудиторию.

Соня замерла. Ребята-конкурсанты уставились на неё – кто раздражённо, кто злорадно. Члены жюри глядели на Соню с неодобрением. Тощая дама в строгом брючном костюме и с постным выражением лица встала и пошла к нарушительнице.

И Соня всё поняла. Одно из условий конкурса – не использовать шпаргалки. Провинившихся ждала дисквалификация. Поэтому Эва просто подбросила сопернице собственную шпору и… сейчас Соню вычеркнут из участниц. Прямо как в детской игре в «вышибалы». Впрочем, Эва уже нанесла удар в спину, выбив её из игры.

Тем временем постнолицая – Соня не запомнила её имени – добралась до девушки, забрала листок и принялась его изучать.

– Это действительно шпаргалка, причём очень хорошая, – вынесла свой вердикт она. – Простите, юная леди, но мы вынуждены попрощаться с вами.

– Но это не моё! – воскликнула Соня, чувствуя, как задрожали руки от несправедливости. Голова же распухла от вспышек накатывающей волнами боли.

Женщина развела руками.

– Можете попытать счастья в следующем году, – посоветовала она. – Только тогда уж будьте честны. Сейчас же мы не можем проверить вашу работу. Впрочем, можете это всё забрать с собой, – она указала на брошюрки с вопросами и листы ответов. – Будет вам сувенир на память.

– Ищите дуру, – буркнула под нос Соня, собирая вещи и игнорируя «сувениры». Однако уже у выхода вернулась и сгребла брошюры – впереди ведь ещё экзамены, пригодятся. Ни на кого не глядя вышла в широкий коридор старого университета. Голова болела, но пока ещё вполне терпимо – мигрень не вступила в полную силу.

Как ни странно, она вдруг почувствовала громадное облегчение, будто отделалась от чего-то очень неприятного. Она проиграла Малининой, зато теперь была свободна. Такой нагрузки Соня больше не желала.

В ноздри ворвался манящий аромат мокко со сливками. Соня тут же завертела головой и почти сразу увидела Димку, спешащего к ней. В его руках были два бумажных стаканчика из кофейни неподалёку.

– Ты уже освободилась? – радостно спросил он, подходя и протягивая один из стаканчиков. – Вот. Я знаю, ты мокко любишь. Как написала?

– Не знаю, – пожала плечами Соня, с наслаждением отпивая кофе и стараясь не обращать внимания на пульсирующую боль в голове. – Эва подкинула мне свою шпору, и меня дисквалифицировали.

Димка настороженно посмотрел на неё.

– И ты… – начал он.

– Не беру в голову, – махнула Соня рукой. – Рада, что всё закончилось. С меня словно гора свалилась.

– Выходит, теперь ты совершенно свободна? – вдруг просиял Димка.

Соня глянула на него исподлобья.

– Ну… типа того. А что?

– Давай тогда это отпразднуем! – предложил он. – Сходим в кино и вообще… Ты какой жанр любишь?

– Семейные мультфильмы, – хихикнула Соня, следя за его реакцией.

У того не дрогнул ни один мускул.

– Кажется, что-то такое есть в кино на сегодня. Что-то пиксаровское, – сказал он улыбаясь. – И вообще…

– Да что вообще-то?

– Вот что.

Димка притянул Соню к себе и поцеловал. А она с удивлением заметила, что головная боль отступила, будто поспешно откатилась назад. Чувствуя в нём избавление, она с жадностью ответила на поцелуй. «Его улыбка – лучшая награда», – пронеслось в голове у Сони, и больше в этот день она ни о чём не думала.

Папарацци

Жанна Петрова @zhannulka_pv

– Ася, ну пожалуйста! – уже целый час ныла подруга.

Мила безответно влюблена в самого популярного парня нашего вуза, Филиппа. Он из богатой семьи, несколько лет прожил с родителями в Англии, где ему привили аристократические манеры. И эти манеры сразили девчонок. Каждая мечтала заполучить принца в мужья.

Но ни одна так и не завладела сердцем красавца. По вузу даже пошли слухи, что, возможно, Филипп интересуется мальчиками, но и в этих связях замечен завидный жених не был. В его жизни была только одна настоящая страсть – бильярд, и поговаривали, что в этой игре он бог.

– Ася, ну, что тебе сложно сделать это для подруги? – продолжала ныть Мила. – Мне нужно знать, свободен он или нет. Походим за ним денёк, ты фотки сделаешь. У тебя камера PRO. И ты фотограф классный. Сможем вести слежку на расстоянии, он даже не узнает.

– Во-первых, дорогая моя, это вторжение в частную жизнь. Во-вторых, до классного фотографа мне далеко. Я пока ещё не фотограф, а фотоася, и хобби моё фотоаськать. А в-третьих, всё тайное становится явным.

Я замолчала, не желая продолжать беседу, и демонстративно уставилась в телевизор, где героиня из фильма «Бриллиантовая рука» пела: Помоги мне! Помоги мне!