Ромашка для Снежного принца
- -
- 100%
- +
– Да ладно, – хмыкнула подруга. – Тут ты уж загнула. В жизни он ещё красивее. Прям как со съёмок «Ледяного пламени» сбежал. Этого и гримировать не нужно.
– Я себе даже ост из этого фильмеца на телефон звонком поставила.
– Слюни подбери, пока не примёрзли! – Тополев зло прошёл мимо них к двери, торопливо поднимаясь по ступенькам.
***
Если на улице она успела замёрзнуть, то сейчас кинуло в жар от смущения, когда таким естественным и галантным жестом «снеговик» отобрал её куртку, сдавая тёте Вере, гардеробщице. Своё белоснежное пальто Роман также обменял на круглую погнутую алюминиевую бирку с номером. Пряча её в карман брюк, он обернулся к Камилле.
– Расписание там, – она торопливо ткнула пальцем в сторону, указывая на стенд. – Туалеты на каждом этаже в конце коридора. Столовка на первом. Медпункт на втором. Извини, сейчас я должна бежать. На эту пару мне никак нельзя опаздывать.
– Не спеши на ступеньках, – с улыбкой предупредил Роман, оставаясь на первом этаже, в фойе, и наблюдая за тем, как Камилла торопливо поднималась по лестнице.
Ну и толчея. Стоило послышаться звонку, как все с ума посходили, толпами снуя по коридору. Морозов смог подойти к стенду, вглядываясь в мелко написанное расписание. Почему оно написано от руки? Почерк отвратный, будто автору привычнее было выписывать рецепты.
Факультет иностранных языков они с сестрой выбрали одновременно, будто и в самом деле сговорились. Тонька потом долго ворчала, считая, что он повторил за нею. Английский давался ему легко ещё со школы. Роман пальцем оттянул ворот свитера, поправляя его, и огляделся в коридоре, который уже опустел. Все разбрелись по аудиториям, оставалось и ему отыскать свою. «Язык и межкультурная коммуникация» в лице доцента Угрюмова И.А. ожидали его на третьем этаже, в аудитории 305.
Роман вздохнул, направляясь к лестнице. Интересно, где сейчас была Ромашка? От сестры почти ничего добиться не удалось. Видимо девчонки крепко сдружились, и удалось узнать только то, что учились в одном университете. Могли они быть с одного факультета? Вот Тонька! Взяла с него едва ли не кровную клятву, что никому не расскажет о том, что он её брат. До тех самых пор, пока не пройдёт одной ей известную проверку. Пришлось пообещать. Добредая до нужной двери, Роман остановился, убирая руки в карманы брюк.
– Первый раз в первый класс, Морозов.
Толкая дверь, он надел привычную улыбку. Глядя на опоздавшего студента, Угрюмов коротко ответил на приветствие и обратился к аудитории:
– Вот вам и отличнейший пример сегодняшней темы. Улыбка и конфликт культур.
Роман, всё же мечтавший спокойно пройти к свободному месту и не привлекать особого внимания к своей персоне, был лишён подобной возможности. Его уже с интересом рассматривали, причём некоторые из согруппников начали перешёптываться.
– Я вижу вас в этой аудитории впервые, молодой человек. К тому же, вы изволили опоздать. Чтобы компенсировать данный факт, вы решили вооружиться улыбкой, – неспешно проговорил Угрюмов, поднимаясь с кресла и прохаживаясь по кафедре. – Улыбка, господа! В наше время, когда международные контакты становятся все более массовыми и интенсивными, проблема улыбки неожиданно встала особенно остро.
Жестом доцент предложил Роману подняться к нему по трём деревянным ступенькам.
– Раз уж мы с вами оказались на одной линии огня перед сегодняшней аудиторией, предлагаю поделиться причиной вашего выбора «оружия».
– Уверяю вас, я безоружен, – легко поднимаясь по ступенькам, заговорил Роман.
Ладно, дядька решил наказать опоздавшего?
– Выходит, используете улыбку, как доказательство безоружности? – принялся рассуждать Угрюмов.
– У меня нет необходимости что-либо доказывать, – снова просто улыбнулся Роман, таков уж был его характер.
– Лукавите, юноша, – не поддался доцент, затем останавливаясь у своего стола и опираясь на его деревянную поверхность обеими ладонями. – Что же кроется за улыбкой? Почему мы используем её? Чем отличается улыбка русского человека от представителей англоязычного мира? Что за смысл наши западные соседи вкладывают в свою улыбку? И каковы могут быть последствия неправильного использования данного «оружия», либо злоупотребления им? Представьтесь, прошу. И давайте порассуждаем.
Роман мысленно чертыхнулся. Ну давайте, порассуждаем… Он вынужденно повернулся к оживившейся аудитории, и неожиданно замер, чувствуя, как сердце забилось чаще. Да не может такого быть. Вот и пропажа нашлась. Камилла, устроившись за последним столом, которые и он обычно любил выбирать, теперь глядела на него большими глазами, едва не приоткрыв рот от удивления. Стараясь не походить на откровенно довольного кота, добравшегося до банки со сметаной, он сдержался и коротко кивнул согруппникам.
– Роман Морозов. С сегодняшнего дня зачислен на первый курс после перевода с Питера, и определён в эту группу.
Шёпот в аудитории усилился, но кажется, в этот раз повезло, и его обсуждали, как обычного новенького. Прекрасно. Не имея никакого желания зря тратить время, Роман заговорил. Верно, чем быстрее отделается от Угрюмова, тем быстрее окажется рядом с Ромашкой. Место возле неё было свободно. Словно просто создано для него.
– Большинство иностранных туристов удивляются, почему люди в России на улице такие мрачные и не улыбаются, – начал Роман вспоминать уже пройденную в прошлом университете тему. – И наоборот, русские люди, попадая в англоязычный мир, испытывают недоумение по поводу их улыбок. Для западного мира и англоязычного в особенности, улыбка является знаком этнографической культуры. Это традиция, простой обычай. Так они показывают, что не имеют агрессивных намерений. Это способ формальной демонстрации окружающим своей принадлежности к данной культуре и обществу. Согласитесь, приятный способ, особенно для представителей тех культур, в которых улыбка, это выражение естественного искреннего расположения и симпатии, как в России. В западном мире улыбка одновременно и формальный знак культуры, и биологическая реакция на положительные эмоции. У русских, как принято считать, только последнее. Это один из примеров конфликта культур…
Заканчивая говорить, Морозов снова улыбнулся и притихшей аудитории, и умолкшему доценту. Угрюмов явно всё ещё силился понять, в чём секрет стоящего перед ним индивидуума. Вроде искренне улыбался мальчишка, и в тоже время не покидала мысль, что хотел нарочно этим достать. Вы только посмотрите, как уверен в себе, как держится, будто на сцене! И чувства вины за опоздание – ноль! Но продолжать шоу он не собирался.
– Надеюсь, что опоздание на занятия не станет вашей особенностью, – ровным голосом проговорил Угрюмов, теперь жестом веля студенту садиться.
– Ещё раз прошу простить за это, – кивнул Роман, спускаясь с кафедры и проходя по одному из рядов к последнему столу.
Чем ближе подходил, тем большая паника читалась во взгляде Камиллы. Ну что за наказание, честное слово? Казалось, что она была единственной, на кого его обаяние не действовало. И почему именно она? Но сдаваться он не собирался.
– Здесь свободно, падай. – Одна из сокурсниц похлопала ладонью по краю стола, приглашая сесть рядом.
– Спасибо, – мягко ответил Морозов, чтобы не обидеть отказом. – Но я люблю последнюю «парту».
– А давай я к тебе пересяду, Бузакина? – воодушевился кто-то на соседнем ряду.
– Иди к чёрту, Сивцов, – огрызнулась сокурсница, затем кинула короткий взгляд вслед идущему Роману.
– Чем он лучше меня, ваще? – обиделся Сивцов, отворачиваясь от неё.
– Чем бмв лучше запорожца? – тихо, сама себе пробормотала девушка.
Что ему стоило сесть рядом? Что этот новенький из себя строит? Захотел унизить перед всеми? Подумаешь, немного более симпатичный, чем остальные. Больно нужно было! Чёрт… Это был самый красивый парень из всех, кого она видела… Студентка снова обернулась, к своему огромному неудовольствию замечая, как Морозов остановился у последнего стола на соседнем ряду. Решил сесть к этой малолетке? Нет, серьёзно? Он с ума сошёл? Может и красивый, но со вкусом явно проблемы. Бузакина изящно пригладила длинные каштановые волосы, и со всем достоинством, на которое была сейчас способна, отвернулась. Но до чего же было любопытно снова посмотреть!
Роман тем временем с довольным видом наблюдал за попытками Камиллы бросить на соседнее свободное место несколько конспектов.
– Тут… – она запнулась от волнения.
– Свободно. Я вижу. Благодарю за приглашение, – невозмутимо кивнул он, успевая сесть на скамью, которая заменяла у стола оба стула.
Глава 7
Поднимая яркие упавшие тетради, которые Камилла упустила, Роман аккуратно сложил их на её стороне стола. Сидевшие перед ними сокурсники отлично закрывали своими плечами весь вид, и сурового доцента. Замечательная возможность отвлечься от занудной лекции.
– Что ты тут делаешь? – шёпотом поинтересовалась Камилла, немного склоняясь к столу, боясь быть замеченной преподавателем. – Почему ты здесь?
– Я просто пришёл на занятия.
Камилла недоверчиво посмотрела на него и поставила свой рюкзак между ними на скамье. Вот уж непробиваемая преграда… Роман подпёр подбородок кулаком, разглядывая лицо своей соседки.
– Это место занято, – не сдавалась Камилла. – Моя подруга просто опаздывает. Она забыла дома реферат, а Угрюмов такого не спустит, да ещё и под конец сессии. Тоня сейчас придёт. Тебе лучше пересесть.
Тонька? Роман мысленно хмыкнул. Вот сестра – врушка! Спецом это сказала, чтоб с ним вместе в универ не идти. Ну, сама напросилась. Теперь место занято. А попробует возразить, ему есть чем любимую сестричку шантажировать. И тут сама виновата. Не захоти она всё скрывать от сокурсников, то и не дала бы такого отличного оружия для манипуляции. Наверняка до сих пор не поняла, что сама своим упрямством ему подарок сделала. Сокровище, а не двойняшка.
– Ты не собираешься пересесть? – ломким голосом спросила Камилла.
– Нет, – открыто улыбнулся в ответ Роман.
– Это нечестно, – сердитым шёпотом отозвалась она.
Роман молча вытащил из кармана брюк «убитый» телефон и опустил его на стол перед соседкой.
– Пусть будет у тебя. – Он легко пододвинул мобильник к Камилле. – Как напоминание о нашем соглашении. Каждый раз, когда думаешь, что это нечестно, смотри на телефон и вспоминай о нём. А лучше обо мне.
Как будто она без телефона могла об этом забыть! Камилла покосилась на серебристый гаджет.
– Отдаёшь его мне? А если я выброшу его в первый же сугроб и сделаю вид, будто ничего не было? И никто никогда не узнает о том, что он сломался из-за меня.
– А как же моё разбитое сердце? А моё наивное доверие? – Роман склонил набок голову.
Ей показалось, или его глаза и правда заискрились, играя оттенками аквамарина. Он вообще человек?
– Я здесь совсем один. Сможешь бросить меня в такой ситуации? Да ещё и перед самым новым годом? – продолжил давить на совесть Роман.
Вот про новый год зря напомнил. И куда ей тридцать первого деваться прикажите? Тоня наверняка этот день с семьёй захочет провести, раз уж брат приехал. В любом случае, отсидеться у неё дома в этот раз не получится. Ладно, можно просто бродить по городу и считать ёлки. Или заблудиться в каком-нибудь торговом центре.
– Как удивительно, – донёсся до неё сквозь мысли, голос соседа.
– Что? Что удивительно?
– Мы учимся на одном факультете, – пояснил Роман. – И даже оказались в одной группе.
– И то верно. Мне действительно жаль, поверь.
– Я не сомневаюсь в этом.
– Так обычно и происходит, – продолжила говорить Камилла. – Поэтому тебе и в самом деле лучше пересесть. Можешь спросить кого угодно.
– О чём? – Его брови недоумённо приподнялись.
– Со мной только Тоня и не боится сидеть. Она вообще ничего не боится.
– И чего же, позволь спросить, все остальные так боятся, кроме отважной Антонины? – Видя её серьёзность, Роман сдержал улыбку, стараясь поддержать.
– Я дурацкий магнит, – тихо пояснила Камилла. – Притягиваю неприятности. И они всегда происходят с теми, кто ко мне приближается. Сам посмотри: стоило нам столкнуться, и твой телефон испорчен. Дальше только хуже будет. Точно тебе говорю.
– Но разве что-то случилось с тех пор, как мы встретились утром? – довольно поинтересовался Морозов.
– Вот это и пугает ещё больше, – встрепенулась Камилла. – Значит, случится что-то очень нехорошее. Поэтому…
– Поэтому стоит держаться друг друга, чтобы предотвратить это «нехорошее», – заявил Роман.
– Что? – оторопела она.
– Ты не позволишь мне заблудиться в этом большом городе и универе. А я не позволю тебе ещё что-нибудь сломать. Отлично ведь? Мы прекрасно дополняемся.
– Ты сейчас издеваешься?
– Да никогда, – уверил Морозов. – Раз уж учимся в одной группе, то и пар у нас одинаковое количество. Освободимся в одно время.
– И?
Ответа Камилла не дождалась, поскольку голос Угрюмова предупреждающе повысился, и всей аудитории пришлось смолкнуть. Вот так всегда, хоть не дыши на его лекциях. Скорее бы перерыв. И скорее бы явилась Тоня.
– Пишем, господа студенты! – Преподаватель прошёлся вдоль кафедры, заложив руки за спину. – То, что я даю сейчас, вам ни Гугл, ни местная библиотека не подскажут! А на зачёте спрошу непременно.
– Не поделишься ручкой и листком бумаги? – с видом брошенного щенка спросил Роман. – Так уж вышло, что я сегодня в некотором роде на разведке. Не взял ничего такого.
Камилла покачала головой, перекинула волосы на одно плечо, чтоб лучше видеть соседа, и пододвинула к нему одну из тетрадей. Рядом устроила ручку. Морозов пробормотал благодарность, глядя на яркую розовую обложку в россыпи блёсток.
– Она шла бесплатно в подарок к другим, вот и взяла, – видимо замечая выражение его лица, пояснила Камилла. – Не нравится, можешь выбросить после занятий.
– Выбросить? Да никогда, – хмыкнул Роман. – Ещё как нравится.
– Ты странный.
– Есть такое дело, – простодушно улыбнулся он.
Снова умолкая, они принялись записывать за преподавателем, пытаясь успеть законспектировать хотя бы основную мысль. Камилла давно привыкла к той скорости, с которой диктовал вредный доцент Угрюмов. Теперь придётся смириться с этим и её соседу.
Иногда она осторожно поглядывала на Романа, опасаясь очередной выходки. Но он был серьёзен и сосредоточен, аккуратным почерком исписывая страницы подаренной тетради. Кто же такой Роман Морозов? Почему перевёлся сюда? Почему сразу не поступал в этот универ? И что самое интересное, почему был знаком девчонкам, которые болтали о них на крыльце? Что они там говорили о голосовании? Любопытство одолело Камиллу, но смешивалось с острым желанием попроситься выйти в туалет, а самой сбежать в неизвестном направлении.
Почему Тоньки так долго нет? Такое ощущение, что пишет реферат, а не забирает его из дома. А может, случилось что по дороге? Маршрутки ездят, как попало, а сейчас всё обледенело, и сугробы по колено… Фантазия пошла вразнос, и Камилла совсем разволновалась. Позвонить с аудитории никак не получится. Угрюмов со своих занятий никого никогда не отпускал, только если кто при смерти оказывался.
Камилла едва дождалась окончания пары, не преминув обратить внимание на то, как сосредоточен был к лекции сосед, будто превратился в другого человека. Её не донимал расспросами, не произнёс и слова. Новенький оказался прилежным заучкой? Наверняка учился отлично. Но, сейчас пора было бежать. Раздавшийся звонок стал сигналом к старту, и Камилла наспех схватила тетради, уже на ходу забрасывая их в рюкзак.
– Осторожнее, – с беспокойством прозвучал ей вслед голос Романа. – Зачем так спешить?
Он поднял с пола оброненную беглянкой ручку и только вздохнул. От него сбегала или ещё что приключилось? И где его двойняшку носило?
Камилла тем временем вышла в шумный коридор, стараясь привычно держаться у стены, чтоб не врезаться в суетившихся студентов. Следующая пара на первом этаже, неподалёку от библиотеки. Рядом, в коридоре стояли две длинные скамейки и вечно сломанный кофе-автомат. Поскольку никогда не работал, в отличие от такого же, установленного на третьем этаже, то и было здесь потише. Они частенько оставались с Тонькой на одной из этих скамеек, чтоб поболтать во время большого перерыва. Камилла направилась к лестнице, набирая знакомый номер и прикладывая телефон к уху.
– Где ты? – спросила она нетерпеливо, едва в динамике раздался голос подруги. – Почему ещё не вернулась?
– Да здесь я уже, – предупредила Тоня. – В фойе захожу. Мамка все мозги вынула, еле с дома смылась.
– Что случилось? – Спускаясь по ступенькам, и крепко держась свободной рукой за перила, Камилла слушала подругу.
– Ты сама где? – уточнила Тоня. – К библиотеке иди.
– Сейчас буду.
Спотыкаясь, но устояв на ногах, Камилла свернула в очередной коридор, радуясь тому, что здесь было тише и свободнее. Конечно, соседство с библиотекой и что самое страшное, с Натальей Евстафьевной, отпугивало вездесущих студентов. Тоня вышагивала вдоль скамеек, стряхивая с волос таявший снег. Шапки и капюшоны она игнорировала с неизменным упорством. Стоило подруге появиться перед нею, Тоня остановилась.
– Что с тобой? – поинтересовалась Камилла. – Не нашла реферат? Или дома что-то случилось?
– Нет, ну ты представляешь? – повысила голос Тоня, сразу утихая, поскольку вспомнила, что находилась у библиотеки.
Она села на скамейку, хлопнув рядом с собой ладонью, приглашая подругу присоединиться.
– Я так и знала, что до меня теперь снова докопаются, – непонятно кому пригрозив кулаком, заговорила Тоня. – Выгляжу я, видите ли, не так, как положено.
– Кто тебе это сказал? Мама? – Камилла присела рядом с ней.
– Ну да. Она всегда была недовольна моим видом. Я не понимаю, что с ним не так?
– И в самом деле… – пробормотала Камилла. – Но почему именно сейчас решила снова заговорить об этом?
– Да из-за брата. Из-за чего же ещё?
– Да? – тревожно выдохнула Камилла. – И где твой брат сейчас? Почему из-за него твоя мама переживает?
Если даже родная мать в таком состоянии, едва сынуля приехал, то что дальше будет? Не зря она переживала!
– Мил, – серьёзно поглядела на неё Тоня, только подтверждая опасения. – Ты это… Брат у меня специфический. Хотела предупредить, чтоб ты сильно не волновалась. Ты никому не говори, что мы с ним «одной крови», ладно? Я его уже просила, и тебе говорю.
Камилла замерла, сжимая ладонями край скамейки. Выходит, он настолько ужасен, что даже Тонька его боялась признавать братом?
– Я поняла, – отозвалась она ломким голосом. – А где сейчас твой брат?
– Не знаю, – таким же тоном произнесла Тоня. – Где-то в универе. А ты сама, чего такая бледная, Мил? Глазищи-то какие огромные, будто чёрта увидела. Опять во что-то вляпалась, пока меня не было?
– Тонь, мне конец, – обречённо объявила Камилла. – В этот раз, наверное, точно конец…
Глава 8
– Рассказывай, – велела Тоня, звякнув пряжками рюкзака, который устроила на краю скамейки.
– Я одному богатею айфон сломала, – призналась Камилла. – Нечаянно, честное слово. Я такая невезучая, Тонь.
– Так, погоди, – твёрдо остановила её всхлипывания подруга. – Давай по порядку. Как сломала? Когда сломала?
– Вчера, когда домой шла. – Камилла пододвинулась к ней, удобнее устраиваясь на длинной скамье. – Я поскользнулась и толкнула того парня. Телефон в лужу упал.
Она расстроенно поджала губы.
– И? Дальше? – потребовала Тоня.
– Этот парень нашёл меня, представляешь? Он в нашем универе учится, Тонь. Больше того, он с нашей группы. Представляешь, какое совпадение? – Глаза Камиллы распахнулись ещё шире от волнения.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.