Тайна Зерикона. Загадочный друг

Глава третья

Она проснулась, солнце встало,

Ее видение пропало.

И вместо ран искрится свет,

Как будто крови вовсе нет.

Криа открыла глаза и первые несколько секунд не могла понять, где находится, а потом пришла безумная мысль: а почему тот зверенок ее не съел, даже не откусил кусочка? Во рту ощущалось немного свежей воды и небольшой тающий кусочек льда, прогоняя жажду. Выплюнув его на ладошку, моргнула, не поверила своим глазам – разве такое может быть? Это оказался кусок светящейся кристаллической стены, на которую облокотилась, когда ей стало дурно.

Посмотрев сначала на кристаллик, потом на стену и оценивая, неужели вчера под влиянием лихорадки, перепутала кристалл со льдом, отчетливо припомнила, как притрагивалась камня и тот уж никак не был похож ни на что другое. Решив, для сумасшествия лихорадка должна быть сильнее, поискала глазами своего нового знакомого, может, тот все же привел свою маму, чтобы полакомиться обедом вдвоем.

Юми сидел в дальнем углу пещеры, опустив голову на передние лапы, будто скучая или тоскуя в одиночестве, а возле него лежало несколько кусочков ярко-голубого кристалла, отколотых от сказочной стены, похожих на уже надоевшие игрушки. Увидев, что Криа открыла глаза и начала двигаться, захлопал своими неимоверными ушками, привлекая к себе внимание, совсем не выказывая недовольства. Словно обрадованный ее подвижностью, желая показать свое дружелюбие и заверить в своей миролюбивости.

– Интересно и почему это ты не съел меня! – спокойно, даже как-то расстроенная новым открытием, спросила зверенка, хотя и не ожидала ответа. Отчего-то очень хотелось понять его поступки, ведь опасности не чувствовала, словно тот был таким же разумным, как она сама – удивительное чувство, будто Юми следил за ней, ожидая ее действий, а может и враждебности.

Положив кусочек кристалла обратно в рот, так как слишком хотелось пить, тяжело поднялась, опираясь на стену. Во всем тебе чувствовалась слабость, а в перенапряженных мышцах, боль. Заметив, при движении плечо не болит, очень удивилась и захотела посмотреть на то место, где только вчера сильно ныла зияющая рана, а сегодня не чувствуется ничего необычного, даже никакого онемения или покалывания. Только сейчас Криа обратила внимание на спущенный комбинезон на плече и ровную шелковую, немного испачканную кровью кожу и затянувшуюся дыру, а там, где располагалось ранение небольшой ярко-голубой кругляшек светящийся в потемках пещеры.

– Это ненормально, значит, вначале это был не бред, и я по-настоящему видела, как ты со мной поделился своей кровью, – проговорила задумчиво, снова обращаясь к пушистому малышу, хоть по размерам так и не скажешь. Зверь продолжал хлопать своими ушками, делая большие жалостливые глаза, будто выпрашивая чего-нибудь вкусненького. – Я помню, все как во сне: с меня сползал комбинезон, а ты положил мне на рану этот кристалл, почему? Он имеет какие-то лекарственные свойства? Или так действует твоя кровь на людей, да других животных?

Конечно же, тот ничего не мог ей ответить, и тишина не была удивительной, но Криа слишком удивилась происходящему и поэтому все казалось нереальным, сном – раны так быстро не заживают, тем более без вмешательства доктора, а зубатые животные питаются мясом, а не камнями. Только при всем при том, верила странному зверьку, чувствуя его любопытство, безопасность, игривость и какую-то родственность. Продолжала нервно массировать то место, откуда еще недавно текла кровь и вращала рукой, желая увериться в действительности происходящего.

– Странно, все рецепторы в норме и нигде не осталось повреждения. Хорошо реагирует на каждое прикосновение – восприимчивость не потеряна и даже кожа более чувствительна. Мышца нормально работает, но почему оно светится? Почему такого странного цвета, ведь все зажило.

Криа все никак не могла понять, что происходит. Единственное, что говорило о наличии ранений, это засохшая кровь на комбинезоне и маленькие пятнышки на коже. Смотрела на свое плечо, трогала его, массировала, пока это место не стало болеть и печь. Тогда решила, уже ничто не поможет и нужно с этим смириться, хотя, скорее всего со временем придет в норму. Возможно, это просто регенерировалась новая кожа, а впоследствии наладится обмен веществ и эпидермис приобретет натуральный цвет.

Поскольку ее кусочек кристалла во рту растворился и, заметив, Юми снова ест, решила опять попробовать отломить от стены. В желудке от голода огнем пекло и скручивало, будто в узелок живот, а жажда мучила так, словно прошелся суховей, от чего ей казалось, сейчас превратится в мумию.

Вытащив кинжал из-за пояса, Криа изо всей силы ударила о кристалл в надежде отколупнуть хоть какой-то кусочек. К ее огромному сожалению, опять не вышло, а впрочем, как ожидалось – ничего удивительного, камень есть камень. Стена не поддалась, даже следа не осталось – ни царапины, ни маленькой дырочки, и даже крошки не отвалилось. В отчаянии взявшись за лезвие ладонью, удрученно опустила голову, раздумывая, что так и умрет от жажды и голода. С мыслями, ей не дано отбить ни кусочка от стены, в безнадежности снова ударила кинжалом по ярко-голубому кристаллу, желая выместить на нем свое зло. Каким же огромным было ее удивление, когда увидела, что кинжал вошел в стену по самую рукоять, продолжая поблескивать немного тусклым свечение, словно насмехаясь.

И только тут поняла: что-то внутри нее изменилось, и появился новый фермент, входящий в состав кожи и крови, который способствует расплавлению этого светящегося ярко-голубого кристалла. Даже не могла представить, откуда это знает: как будто это сообщил ей внутренний голос. Кроме того, вся слабость и боль в мышцах тоже исчезли, не оставив даже намека – чувствовалась легкость и пьянящая сила.

Немного вынув кинжал и без каких-либо усилий обведя им окружность, Криа поймала маленький сияющий кусочек, который быстро покатился по зеленой ткани ее комбинезона, будто желая убежать. Не веря своей удаче, посмотрела на камешек, близко поднеся его к лицу – удивительное свечение так и не пропало.

– Ты действительно питаешься этими кристаллами! – удивленно произнесла, глядя на зверя, словно только узнала о его способности отбивать камешки от стены.

С этими словами не колеблясь, положила небольшой, добытый кусочек в рот и ощутила на языке прохладную свежую жидкость, мгновенно утоляющую жажду и голод.

Легко тающий кристалл настолько был приятным на вкус, что девушка закрыла глаза от удовольствия, прислушиваясь к своему организму. Казалось, ощущает живительные свойства кристалла, который оказавшись в желудке обволакивает горящие стенки, насыщая силой мышцы. А потом почувствовала слабую щекотку в позвоночнике, но отвлеклась на умолкнувшее чувство жажды. До этого ей очень хотелось пить, а этот кристалл, плавясь, превращался в такую приятную и прохладную жидкость…

Полностью съев кристалл, поняла, больше не хочет ни пить, ни есть и немного удивилась, как могла насытиться таким маленьким леденцом. Но с тем почувствовала себя пылинкой и с легкостью поднялась на ноги, поглощенная жаждой действий. Захотелось полностью осмотреть эту кристаллическую стену, возможно в ней кроется какая-то тайна. Что-то тянуло туда, вероятно, внутрь, будто за ней были спрятаны сокровища – что-то исключительное и полезное. Криа снова прикоснулась к стене рукой, но на этот раз ощутила влагу, да от неожиданности мазнула поверхность, размазывая жидкость.

Посмотрев на руку, обратила внимание на то, что капельки, отделившись от кристалла и очутившись на ее коже, тоже светятся, постепенно бесследно впитываясь в ладонь, словно питательный крем. Так странно наблюдать как те исчезают – даже вода высыхает, а голубые пятнышки маленькими звездочками разбегались по сосудам, теряясь в потоке крови.

Криа снова оглянулась на белого зверя, будто спрашивая разрешения, и прислонила руку к стене, попробовав толкнуть, а может и ощутить что-то, но в это время Юми подошел и аккуратно обвив хвостом убрал ее кисть, вместо этого приблизил свое перепончатое ушко к светящемуся кристаллу, словно показывая, как нужно делать.

Последовав его примеру, подошла ближе и прислонившись к кристаллу, углубилась в полет над планетой. Ей казалось, летит над пустынной местностью, разглядывая каждый оранжевый камушек. Снова видела ярко-оранжевую поверхность, покрытую небольшими холмами, а где-то за горизонтом пряталась дымка, угрожая своим ядом. Потом наступило странное чувство, возможно, дежавю – ощущение повторного полета над некоторыми из холмов – что-то знакомое и родное, словно когда-то жила в этой местности. Похоже, вся планета была такой пустынной и безжизненной – ни одного кустика, ни маленького деревца и тем более людей. Но тайны просто так не открываются:

– Нужно открыть дверь, – как будто со стороны услышала собственный хриплый от множественных эмоций голос, который самой казался чужим, но возбужденным и взволнованным.

Ее все равно какой-то таинственной силой тянуло внутрь кристальной стены, словно магнитом. Казалось, там есть что-то важное, интересное – она должна это увидеть, дотронуться.

Криа отняла голову от ярко-голубой поверхности и подняла свои зеленые глаза, в которых отсвечивали звездочки сияния. В ней нарастала твердая уверенность в том, что как раз за этой стеной что-то находится, и стала осматривать кристалл, возможно, есть способ его сдвинуть или где-то проход.

Наблюдая за поведением Юми, поняла, пока не чувствуешь голод – лучше не прикасаться к поверхности кристалла руками, чтобы не расплавить его. И если это единственная еда, то следует быть предусмотрительной – в таком ракурсе стена не настолько и велика, особенно, если задержаться на этой планете надолго.

Криа и животное не переговаривались, но удивительным образом понимали друг друга. Ей все время хотелось разобраться, какие чувства возникают рядом с этим зверем со слишком умными глазами, что казалось, будто он умнее нее, но не могла. Уже не относилась к нему как к глупому животному, но в то же время не могла заставить себя смотреть на Юми как на мыслящее существо, равное ей. Тем более, всеми ее мыслями в настоящий момент завладела дивная стена, притягивая к себе, нашептывая загадки.

Осмотрев поверхность кристалла, и не обнаружив и намека на подтверждение предположений, решила, что пустота за стеной и собственный голос ей просто почудились, а поэтому не следует и мучить себя выдумками.

Случайно ее взгляд упал на стену рядом, где на пещерной серой и невзрачной поверхности был выбит рисунок. Подойдя ближе, и дотронувшись, проведя по нему рукой, определила, это не простой рисунок, а небольшой полусложенный веер с маленькими круглыми выемками на конце. Даже как-то удивительно стало, почему раньше не заметила его. Посмотрев на животное и, вспомнив, у него на конце хвоста похожая штуковина, захотела сопоставить одно с другим и если получится, то подставить. Возможно, действительно откроет дверь, хотя, что тут может быть спрятанным?

Подойдя к животному, ласково произнесла, пытаясь сделать свой голос дружественным, чтобы не получить вместо желаемого агрессию:

– Дай мне, пожалуйста, свой хвост.

Зверенок, конечно не понимая, чего от него хотят, кинул ей кусочек голубого кристалла. После того, как тот прокатился цокая при столкновении с другими камешками, но не привлекая внимания, Юми внимательными глазами посмотрел на нее, словно спрашивая, а что же ты хочешь от меня?

– Нет, не это, – сделав движение рукой, складывая и раскладывая в щепотку пальцы, продолжила требовать, хоть и сомневалась, понимают ли ее язык, потому как самой слова казались более мелодичными. – Вот это дай. Покажи мне свой хвостик, я хочу его рассмотреть. Неужели тебе жалко?

Юми подошел ближе, положив свою голову ей на руки, задвигал длинными голубыми ресницами, медленно открывая и закрывая удивительные глаза цвета космоса. Заглянув в них, можно было и забыть обо всем на свете, но Криа подумала, что это знак доверия с его стороны – подставить голову. Улыбнувшись, погладила зверя за двигающимися перепончатыми ушками, которые уже тише, но продолжали хлопать, и начала обходить с боку, желая добраться до хвоста. Зверенок решив, с ним играют, стал подпрыгивать на месте от радости, будто исполнилась его мечта.

Интересное зрелище: все огромное туловище животного подскакивает, сотрясая пол и стены, а голова стоит на месте и хлопает ушами. Если просто стоять с закрытыми глазами, то можно подумать, началось маленькое землетрясение, если бы еще зверь так громко не дышал и не фыркал, привлекая к себе внимание.

– Хочешь поиграть? – поинтересовалась у пушистого детеныша, понимая, от такого поведения, настроение повысилось, предрасполагая к играм.

– Юм! Юм! – зверь запрыгал еще сильнее, интенсивнее, мало не выталкивая из своей пещеры на улицу, где места намного больше.

– Ага, значит, это ты понимаешь, а говорю «хвост дай» – делаешь вид, что ничего не воспринимаешь, – делая вид, будто рассердилась, сотворила нахмуренное выражение лица. Хотя все равно понимала, веер на конце хвоста намного больше, чем рисунок на стене, а поэтому никакие двери, если они и есть, не откроет.

– Юми-юм! – веселое животное продолжало прыгать, отвлекая от размышлений, затягивая в игру, не позволяя сосредоточиться на мыслях, крутившихся еще несколько мгновений назад.

Криа снова начала его обходить, а тот все время поворачивался, обращая к ней голову вместо туловища, не допуская выхода из поля зрения. Их движения походили на таинственный танец зверей, готовящихся к игривой схватке – даже со стороны невозможно было засомневаться в безопасности их намерений.

Тогда подпрыгнув, оказалась у зверя на спине, крепко вцепившись в его мех руками, не собираясь упускать добычу. Юми, увидев, его все же обдурили, не долго думая, выбежал наружу, где будет легче скинуть наездницу. Оказавшись там, перевернулся на спину, словно угрожая придавить прилипалу, но девушка перекатилась к нему на живот, не позволяя навредить себе даже случайно.

– Конечно, здесь мягко, но мне не это нужно, – твердо сказала Криа, перебирая пальчиками мягкий мех, ласкающий чувствительную кожу.

Пока Юми расслабившись, отвлекся на ласку, Криа перевернувшись, подпрыгнула и устремилась к хвосту, но была перехвачена в полете, и поэтому вместо веера на хвосте поймала ушки. Такие же точно перепончатые и занимательные для изучения структуры сложения необычного существа, как неуловимый хвост.

– Значит, ты решил играть не по правилам! – делано разозлилась, лукаво смотря на проказливого малыша, который наконец нашел себе интересную игрушку.

Оказавшись снова у него на животе, решила пощекотать его, почесать животик. Ей почему-то показалось, зверенку это понравится – все животные такое любят, так чем же отличается Юми? Тем, что больше?

Криа руками начала водить вдоль ребер, но почесывание не давало должного результата – зверенок оставался равнодушным к этому. Заметив это, почувствовала еще кое-что, слишком удивительное для нее. Полосы на животе сходились очень странно – обычно у полосатых зверей живот однотонный, белый, а тут будто должно быть еще что-то вдоль от основания груди до хвоста. И лапы, словно окантованные кожаными складками, будто карманчиками. Подумала, это очень странно, потому что шерсть вроде как складывалась внутрь, чего, если подумать рассудительно, быть не должно. Вдруг зверь лапками прижал ее к себе, от чего появилось ощущение пребывания в мягком теплом коконе, и сразу накатила сонливость.

Повернув голову на бок, услышала биение большого сердца, словно изливающего музыку, завораживающую своими трелями и будто перепевами.

«Если он мной не полакомился, когда я умирала от раны и была беспомощной, то и теперь бояться нечего. Тем более питается камушками», – пронеслась у нее в голове успокаивающая мысль, так как собственное сердце забилось быстро, словно отвечая на чужеродную мелодию.

Этот упорный стук сердца завораживал: спокойный, но в то же время очень настойчивый, сильный и ритмичный, удивительный и родной. Криа сама не заметила, когда закрыла глаза, только сейчас внимательно прислушивалась к звукам, стараясь понять, почему чужое сердце кажется родным, или это просто ветер нашептывает разные глупости?

Юми осторожно открыл свои крылья, которые так интересно складывались на животе и обвернув ими сонную девушку, еще теснее прижал к себе, а ей ничего не оставалось, как погрузиться в новую тайну снов, паря в космосе, так и не увидев фантастических перепончатых крыльев. Ей снилось, будто видит будущее, не обязательно свое, а скорее всего космоса, так как ее жизнь на фоне вечности, как звезда в бесконечном космосе. Видела, как рождаются звезды из пыли, превращаясь в разноцветные облачка, притягиваемые друг другом и образовывающие небольшой предмет благодаря сильному сжатию облаков, зарождая что-то маленькое, хрупкое, но уже сейчас мощное и сильное. Далее облака кружились и кружились, пока не образовалось более плотное тело внутри, которое в скором времени будет освещать вселенную, или приносить радость людям.

На ядре начинались термоядерные реакции, в ходе которых появлялись огромные яркие звезды, завораживая своим светом и величием. Они обогревали находящиеся рядом планеты, поддерживая жизнь и деятельность растений, отдавали свою энергию космосу. Криа видела, как эти звезды со временем, теряя свою термоядерную силу, превращались в красных гигантов – на вид кряжистых и неповоротливых. Очень яркие, только в их лучах невозможно погреться, так как практически не излучали тепла, по сравнению с их первоначальным состоянием. Они гибли сами, забирая с собой близлежащие планеты, так как те без необходимого тепла, терпели крах. Тоже остывали, теряя жизнь, становясь пустынными и ненаселенными, а потом присоединялись к массе самого гиганта, который рос, поглощая всю систему, где существовал.

Криа наблюдала, как эти красные гиганты, сбрасывая свою пунцовую оболочку, превращались в голубые звезды немного меньших размеров, и снова грелась в их лучах, наслаждаясь ярко-голубым светом, а потом видела, как эти величественные и теплые гиганты, превращались в крошечных белых карликов.

Маленькие светлячки тоже были очень горячие, но сжимались все сильнее, постепенно уплотняясь, становясь еще меньше, сохраняя свою энергию. В конце концов, они превращались в черные дыры, затягивающие в себя окружающую их систему, уничтожая галактики. Их скорость засасывания предметов была настолько большой, что лучик света не мог выбраться из этой пучины, чтобы показать спрятанные там планеты, звезды, а возможно и другие неизвестные параллельные миры.

Так же заметила, для попадающих в область притяжения предметов время полностью останавливается, а сам процесс затягивания длится миллионы лет. И за это время предмет можно извлечь из сферы затягивания, он сбережет все свойства и если это живое существо, то продолжит жить. Набрав достаточно массы, черная дыра взрывалась, излучая энергию и разбрасывая вокруг все поглощенное ранее, и тогда из осколков и мелких частиц снова образовывались сначала разноцветные облака, а потом и новые звезды. Так все начиналось заново, создавая ритм жизни такого большого организма, как космос.

Пока Криа еще была в полусонном состоянии, белый зверь аккуратно, даже нежно вынул ее из-под крыльев, обвив хвостом, и разбудил, облизнув ее залитое солнцем лицо, словно собирал свечение.

– Нет, Юми. Что ты делаешь? – не открывая глаз, спросила та, не желая просыпаться, словно пытаясь ухватить ускользающие видения.

Поняв, Криа еще не проснулась, шутливо потеребил кончиком хвоста ее распущенные волосы, силясь прогнать ее сновидения прочь.

– Я спала? – удивилась, резко встав на ноги и не веря, что так легко могла заснуть, посмотрела вокруг, выискивая признаки, которые переубеждали бы в обратном.

Солнце стояло почти над самым горизонтом, словно выглядывало из-за небосклона, смотрит ли кто-то на него. Уже вот-вот коснется вершины холма, чтобы внезапно спрятаться от чужих глаз. Наблюдая за ним, Криа вспоминала о красных и голубых гигантах, белых карликах, а потом, взглянув на ярко-оранжевую почву, рассмеялась.

– Представляешь Юми, мне такой странный сон снился, – заглянув в глаза зверенка, усомнилась, словно увидела там ответы, и удивленно добавила. – Это был не сон? Такой причудливый, красочный, яркий… Ладно, скоро настанет ночь, пора ложиться спать, однако уже не очень хочется – конечно, проспать целые сутки. При всем, я не сильно устала за сегодняшний день – для меня он получился очень коротким, но состояние, вроде я все время бегала; возможно, это все из-за быстрого выздоровления, да и это странное, но интересное видение, – легкая улыбка пробежала по ее губам, поселяясь в глазах маленькими звездочками счастья. – Мне очень понравилась эта история.

Задумавшись, замолчала, вспоминая свой сон, прокручивая перед глазами яркие картинки жизнедеятельности космоса, рождения и смерти звезд. Ну и что, их жизнь намного дольше, чем у людей, но и они тоже умирают и зависят от определенных обстоятельств, других планет, звезд, галактик. Легкое потрескивание и гром обратили ее мысли в другое русло, в действительность. Она все еще остается на опасной планете, где с неба льет вода, содержащая разъедающее вещество, а поэтому находиться на улице не следует.

– Наверное, сейчас начнется дождь, – осматривая небосвод, добавила Криа после короткой паузы, но сквозь оранжевую дымку хотелось увидеть звезды.

Не успела произнести эти слова, как треск стал громче, неистовее, опаснее, угрожая именно сейчас прорвать небо. Зверь поднялся и медленно, не спеша, пошел в пещеру, словно у него есть еще много времени до того, как пойдет дождь, только Криа решила не проверять, как долго еще может оставаться, и направилась за ним. Вдвоем снова уселись возле излучающей свет ярко-голубой кристаллической стены, которая все еще завораживая свечением, заставляя задуматься над смыслом жизни, о вечном и почему-то о себе в вечности, безграничности, сравнивая, убеждаясь, какой является маленькой, беззащитной и бессильной. Спать совсем не хотелось, но белый зверь мостился возле кристалла и чтобы очутиться в свете, но не слишком тесно притрагиваться, а должно быть еще удобно, тепло и необходимо видеть вход.

Криа наблюдала за движениями Юми, которые были немного неуклюжими, где-то потешными, немного грациозными, но больше осторожными, словно вокруг было полно стекла. Скорее всего, он хотел просто лечь набок, но при этом наблюдать за ней, только чтобы камни не резали толстенькие бока туловища, что походило на мячик. Огромные лапы с мягкими подушечками вытягивались то вбок, то вперед и не давали удобно лечь, а когда пытался умоститься прямо на бок, то каждый раз перекатывался на спину и не мог перевернуться, от чего злился, тихонько рычал, раскатывался, помогая себе хвостом, с трудом поднимался на лапы и начинал все сначала. В конце концов, ему надоели тщетные попытки, поэтому принял более привычную позу, свернувшись клубочком и положив под голову хвост на манер подушки.

В это время Криа, решив оттереть кровь с комбинезона, осторожно подковырнув кинжалом, отколола кусочек от края светящегося кристалла, чтобы не делать неприглядных дырок. Ладонями плавила сияющий шарик и, намочив ткань, пыталась соскрести с поверхности темного зеленого окраса, засохшее бурое пятно. Оттирая его, невольно вспоминала свой полуденный сон, где видела звезды разной величины и цвета, жизнь которых исчислялась миллионами лет, но все равно походила на людскую.