Алмазы Синего солнца

– Экипаж, равняйся! Смирно! Равнение на середину! – чётко по-военному произнес командир «Разведчика-116» и вышел вперёд к представителю «Косморесурса» со своим докладом.

Оставшаяся команда, представленная сегодня тремя мужчинами и одной женщиной, удивляясь, что в столь ответственный момент на торжественное построение перед стартом вдруг пришли не все, вытянулась по струнке, не ожидая услышать от начальства ничего хорошего.

«Отправляться в космос без второго пилота и без геолога никто не позволит. А куда девались эти двое – неизвестно. Что за саботаж столь нужной всем экспедиции?».

Конечно, «Косморесурс» – не государственная и не военная структура. Это частное научное, геологоразведочное и добывающее предприятие, занимающееся поиском полезных ископаемых на крупных астероидах в разных районах космоса. И экипажи всех его ста пятидесяти космических кораблей, именуемых «Разведчиками» с соответствующими порядковыми номерами, тоже частные лица, заключившие с «Косморесурсом» контракт на определённое количество полётов. Но военная дисциплина в данных стенах – дело обязательное. Космос ошибок не прощает. Поэтому правила соблюдают все. Где же тогда ещё двое членов экипажа?

Начальник подготовки полётных групп заслушал доклад командира, разрешил ему вернуться в шеренгу к команде и сам подошёл ближе, чтобы говорить не так громко и торжественно, как это происходит обычно при отправке «Разведчиков» на новое поисковое задание:

– Приветствую вас, ребята, – поздоровался он. – Рад всех видеть. Я подготовил целую речь с пожеланием удачи и восхищением вашей отвагой. И хотя теперь она будет не к месту, ибо ваш старт задерживается, от комплиментов я не отказываюсь. Вы, действительно, самая слаженная команда среди всех. Команда, которая не против выполнять рейсы в неизученные районы космоса. А после того, как вы согласились лететь в планетарную систему Синего солнца – в место, где потерпела неудачу уже наша третья группа, вы ещё и самая смелая команда в «Косморесурсе». Вы молодцы. Пусть вам повезёт найти в астероидном поясе алмазное месторождение, и вы приобретёте ещё статус очень богатых людей нашей компании, потому что руководство вновь увеличило размер премии первооткрывателям данного района.

Команда в предвкушении хорошей прибыли активно закивала, а командир с тревогой спросил:

– А можно узнать, по какой причине задерживается наш старт?

Начальник подготовки нахмурился:

– Можно, Геннадий. Чрезвычайная ситуация. Грипп. Двое ваших отсутствующих товарищей, геолог и второй пилот, слегли сегодня ночью с высокой температурой. Не знаю, как это произошло? Мы берегли вас, как могли. Но, видимо, не всё в наших силах. У руководства компании сейчас идёт совещание на ваш счёт. Сдвигать сроки экспедиции никто не хочет, хотя этого требует протокол. В общем, они пока думают, у нас в любом случае экстренная замена. Точнее, у вас. Потому что второй пилот и геолог для экспедиции необходимы. Вон они, красавцы, жмутся в дверях, – начальник подготовки обернулся к незакрытым дверям и махнул рукой. – Проходите давайте! Я же сказал: идти за мной!

Получив подобное приглашение, в зал несмело зашли молодые мужчина и женщина. Уже по одному их виду, походке и как они озирались по сторонам, безошибочно можно было понять, что эти контрактники – новички, не имеющие за плечами ни одного коммерческого полёта.

И начальник подготовки тут же подтвердил данное наблюдение:

– Знакомьтесь. Лучшие кандидаты среди наших резервистов: пилот Хорзин Ростислав и ваш новый геолог Лисичкина Елизавета. Ребята ещё молодые, необстрелянные, так сказать. Но вполне способные. И я надеюсь, что вы вскоре подружитесь.

Ростислав и Елизавета всё так же неуверенно подошли ближе.

– Здравствуйте, – почти хором поздоровались они с командой.

Ростиславу на вид было лет тридцать пять. Это был высокий худощавый светловолосый мужчина без каких-либо особых примет. По большому счёту его и разглядывать было неинтересно. Пилотом в этих стенах никого не удивишь. Зато на долю их нового геолога пришлось гораздо больше внимания. И даже не потому, что это была молодая женщина, не старше тридцати лет. (А поскольку большинство экипажей разведчиков всё же являлись мужскими, и полёты в экспедиции длились по несколько недель, каждый представитель женского пола уже волей-неволей притягивал к себе взгляды всех заинтересованных).

Но эта женщина и внешне была очень хорошенькой. Она так разительно отличалась от тех немногих дам-контрактниц, что всё же иногда летали в космос в составе поисковых групп, что её хотелось видеть во всех деталях. Среднего роста, худенькая, если не сказать хрупкая. Симпатичная на лицо. Елизавете даже не требовалось прибегать к помощи косметики, (что нередко делала их сорокалетняя снабженец Яна для привлечения к себе дополнительного внимания), чтобы подчеркнуть выразительность глаз и губ. Ярко-рыжие кудри обрамляли лицо Лисичкиной. А веснушки придавали ей какой-то детский задорный вид, отчего мужчины сразу непроизвольно заулыбались.

– Добро пожаловать к нам в команду, – приветливо от имени всех произнёс командир.

– И почему я тоже не пошёл учиться на геолога? – оценивающим взглядом скользя по фигуре женщины, со вздохом посетовал взрывотехник Василий.

Бортинженер Эдуард закивал ему в такт:

– С такой фамилией, Лисичкина, надо и нюх иметь, как у лисицы. Ты уж нас не подведи: алмазы в астероидном поясе Синего солнца отыскать нужно обязательно.

Лиза вспыхнула до корней волос, пробормотав, что сделает всё от неё зависящее.

Снабженец Яна скривилась в усмешке, никак не комментируя высказывания своих товарищей. Женская ревность – не самый добрый советчик. Впрочем, с внутренней самооценкой у Яны дела всегда были в порядке, и огорчаться из-за «этого рыжего недоразумения» она совершенно не собиралась.

А корабельный доктор Евгений с некоторой обеспокоенностью в голосе обратился к начальнику подготовки экипажа:

– Но если наша команда уже сформирована, почему нам не дают разрешение на старт? Есть ещё какие-то проблемы?

Начальник подготовки пожал плечами:

– Пока инструкции руководства следующие: всем оставаться в расположении тренировочного центра и придерживаться обычного расписания. Не знаю, что они там заседают, обсуждают?

– Да всё как всегда, – несдержанно высказался Эдуард. – Цепляются к каждой букве протокола и следят, чтобы все соблюдали их правила. Пустяки! Позаседают, пообсуждают и дадут разрешение.

– Вообще-то, Эдик, двое заболевших в команде накануне старта – это совсем не пустяки, – резонно возразил Евгений. – Мы вчера с ними общались. Мы контактные, а значит, можем представлять опасность, как для самих себя, так и друг для друга, включая новеньких. Поверь мне, как доктору, болеть в космосе – не самая лучшая идея. По правилам компании, нас всех должны поместить в карантин, а в экспедицию снарядить другой экипаж.

Яна тут же встрепенулась:

– Ещё чего? Другой экипаж?! Это наш контракт! Мы найдём эти алмазы и получим вознаграждение. И других экипажей нам не надо!

– Я не говорю, что надо. Но болезнь может иметь скрытую форму и проявиться не сразу.

– Вот даже не каркай, Женя! И так двое уже подставили нас. Товарищи-компаньоны, называется. Попробуйте только кто-нибудь заболеть! Я вам лично головы оторву! Мне нужны эти деньги!

– О да! Яне лучше дорогу не переходить, – хохотнул Василий.

Начальник подготовки экипажа, предотвращая различные споры, миролюбиво пояснил:

– Я думаю, всё будет в порядке, и старт вам скоро дадут. Компания тоже заинтересована в скорейшей геологоразведке района Синего солнца. Просто пока возникла какая-то организационная заминка. Занимайтесь привычными делами, связанными с подготовкой к полёту. Знакомьтесь друг с другом, общайтесь… Ещё какие-то вопросы, Евгений?

Доктор утвердительно кивнул:

– А медицинские документы на новеньких? Как человек, отвечающий в полёте за здоровье всей команды, мне необходим доступ к их медицинским картам.

– Ну, ты зануда, Женя, – усмехнулся Эдуард.

А начальник подготовки экипажа хлопнул себя ладонью по лбу:

– Точно! Вот, что я забыл! Ещё шёл и думал… Молодец, Евгений! Эти бумаги у меня в кабинете. Мы с вашим командиром сейчас до меня дойдём. Документы через него передам. А вам пока можно разойтись.

Спустя пару часов, подчиняясь внутреннему распорядку и разработанному для них графику тренировок, экипаж «Разведчика-116», а точнее, основной костяк его прежнего состава в лице бортинженера Эдуарда, взрывотехника Василия, снабженца Яны и доктора Евгения, собрались в тренажёрном зале на очередную физическую подготовку. Все активные, спортивные, подтянутые. Хотя и достаточно раздражённые отсутствием старта и заменой в их команде.

– Не, ну, нормально? – возмутился Эдуард. – А для новеньких закон не писан? Такие привилегированные, что им можно не посещать тренировки? Мы тут пашем, как кони, а они где-то прохлаждаются?

Эдуард направился к велотренажёру, но Яна его опередила:

– Нет-нет-нет, конь! Я на велосипед первая. Иди пока побегай на беговой дорожке. Потом поменяемся.

Эдуард нахмурился и пробурчал:

– Я, может, не в настроении сегодня бегать? Ладно, катайся на здоровье. Всё равно весь день наперекосяк идёт. Я хотя бы просто похожу, – он встал на беговую дорожку, прошёл по ней несколько шагов, а потом махнул рукой, и вообще сел на остановившееся беговое полотно, не собираясь напрягаться. – Или где-нибудь посижу.

– Главное, ты не сказал «полежу», – рассмеялся Василий, вертясь перед зеркалом и разглядывая в нём свои бицепсы. – Возьми хоть гантели для вида. А то начальник подготовки войдёт, а ты филонишь. Живо тебе штраф какой-нибудь выпишет.

– Так это они могут, конечно. Только сюрпризы и устраивают.

– М-да, весь день комом, – согласился с Эдуардом Евгений, занимая гребной тренажёр. – Планировали уже к обеду быть в космосе, а теперь полная неопределённость. И новенькие, действительно, не спешат вливаться в коллектив. А, между прочим, режим тренировок для всех обязателен. Без особой подготовки в космосе будет трудно.

– Это нам будет трудно без наших ребят, – нравоучительно изрекла Яна. – А этим двум новым недоразумениям никакой зал не поможет. С их-то физическими данными?

– Откуда ты знаешь, какие у них данные? – пыхтя от натуги, спросил Василий, поднимая вверх тяжёлую гирю.

– Так у меня вообще-то глаза есть, Вася. Я же вижу, какие они никакие. Да и по медицинским показателям они тоже не блещут. Вон, наш док тебе подтвердит. Я ему час назад относила их медицинские карты. Командир просил передать. Правда, Женя?

Евгений кивнул, не вступая в пустые разговоры и сосредоточенно выполняя упражнения на тренажёре. Василий сменил руку и продолжил каверзно поддевать Яну:

– Ну, док-то, положим, подтвердит. Ему по должности требуется во всё это вникать. А ты у нас разве изучала документы новеньких?

– Не изучала, а заглянула в них. Что с того?

– Просто эти сведения являются медицинской тайной этих ребят. Ничего, что ты опять ведёшь себя бесцеремонно и даже неприлично?

– А ничего, Вася, что ты опять прилюдно пытаешься поучать свою бывшую жену, когда она в твоих поучениях больше не нуждается? – тут же огрызнулась женщина. – Можно подумать, я для себя одной стараюсь выяснить, с кем нам предстоит полёт в три недели?

Яна слезла с велотренажёра и подошла к беговой дорожке:

– Эдик, – кокетливо обратилась она к своему новому кавалеру. – Подтверди, что я права в своём любопытстве!

Она склонилась над всё это время сидящим по-турецки Эдуардом и требовательно посмотрела ему в глаза.

– Конечно, ты права, дорогая, – также игриво ответил ей бортинженер, не упуская случая посмеяться ни над самой женщиной, ни над её бывшим мужем и своим лучшим другом Василием. – Я вообще не знаю на нашем корабле ни одного человека, кто бы смог тебе возразить.

– Во-от! Вот! Потому что я для всех стараюсь, – Яна наклонилась к лицу Эдуарда, демонстративно поцеловала его в губы, а затем нетерпеливо замахала рукой, прогоняя его с беговой дорожки. – Иди на велосипед, я немного побегаю. Давай, освобождай… И потом, – она снова обернулась в направлении Василия, продолжая оправдывать свой неэтичный поступок. – Я женщина, Вася, мне можно. И женская, и мужская анатомия, к счастью, мне давно хорошо знакомы. Никаких особых секретов в медицинских картах нашего нового лётчика и этой, Лисичкиной, я не нашла. Так что не жди от меня какой-то сенсации.

Василий, подавляя свой смех, притворно вздохнул:

– Эх, а так хотелось-то!

– Конечно, хотелось. Как будто я не заметила, как ты на неё таращился?

– На кого? На Лисичкину? – Василий вновь рассмеялся. – Да, фигурка у неё, что надо. И сама вся такая нежная, хрупкая, что ли?

Яна фыркнула, ускоряясь на беговой дорожке:

– Фи! Тоже мне, достоинство выискал.

– Ну, тебе-то этого, конечно, не понять. У тебя ведь хрупкости отродясь не бывало.

– Естественно, Вася. И горжусь этим! Потому что космос – место не для слабаков. Космос для победителей. Для такой команды, как мы с вами. Людей сильных физически и морально. Людей смелых. Людей безбашенных и отчаянных. Для любителей сокровищ и приключений. А эта Лисичкина – не нашего поля ягода. Так что твои поддёвки относительно хрупкости меня не задевают.

Василий оставил в покое гирю и перешёл к другому снаряду:

– Правда? И слава Богу! А то я даже начал беспокоиться, Яна, уж не ревнуешь ли ты меня?

– Ревную? – Яна спрыгнула с беговой дорожки и наклонилась вперёд, чтобы отдышаться. – Да я, если хочешь знать, не ревновала тебя, даже когда мы были супружеской парой. А теперь у меня и вовсе поводов нет. Так что хоть засмотрись на Лисичкину. Верно, Эдик? – она направилась к сидящему на велотренажёре Эдуарду.

– Да, дорогая, – машинально ответил ей бортинженер, мечтательно глядя куда-то вдаль и совершенно забывая крутить педали велосипеда. – А всё-таки смешная у неё фамилия – Лисичкина. Добрая какая-то. Мягкая.

– Точно, – подтвердил Василий. – А ещё эта женщина вежливая. Знаете, что она мне сказала, когда я помог ей донести её вещи до комнаты?

– У неё так много вещей, что она не в состоянии дотащить их сама? – язвительно переспросила Яна. – Ну, и что тебе сказала Лисичкина? Удиви нас всех. Сделай милость.

– Она сказала мне «спасибо».

– И?

– Что и? «Спасибо», Яна, понимаешь? Эта женщина знает слова вежливости, такие как «здравствуйте», «спасибо», «пожалуйста», «извините». Слова, которые ты, например, считаешь ненужным мусором и никогда не используешь в речи.

Эдуард согласно закивал:

– Да, с таким воспитанием и подобной фамилией надо в школе работать, или в детском саду. А она геолог. И ещё космический разведчик, как и мы.

Яна, растолковав эту фразу по-своему, подытожила:

– Вот я и говорю, что этот геолог совсем не для космоса. А что скажет о новеньких наш немногословный доктор? Вот ведь ирония, Женя. Ещё сегодня утром в нашей команде новичком считался ты. А теперь, глянь, мы уже совместно обсуждаем вновь пришедших. Как тебе, Женя, этот Ростислав и Лисичкина показались?

Евгений тоже сменил снаряд и пожал плечами:

– Новенькие как новенькие. Космос покажет. Если мы вообще куда-нибудь в ближайшее время полетим.

На этой фразе вздохнули все. А Яна вновь возмутилась:

– Пусть только попробуют снять нас с рейса! Мы столько месяцев ждали такого выгодного контракта. Мне нужно это алмазное месторождение и обещанный за него приз! На худой конец просто золото. Не будем же мы с вами мотаться всю жизнь по космосу ради горки железной руды или очередного известняка? Я считаю, нам давно пора срубить большой куш и отойти от дел. А черновую работу для компании за оклад пусть выполняют такие, как наши новенькие…

На этих словах дверь в тренажёрный зал открылась, и на пороге показались Ростислав и Елизавета.

Василий, почувствовав неловкость за слова бывшей супруги, которые вполне могли долететь до ушей вновь подошедших, поперхнулся и закашлялся, не зная, как скрыть своё смущение.

А Яна, даже не поняв причину его состояния, с подозрением прищурилась и грозно спросила:

– Вася, ты чего это раскашлялся, а? Ты не заболел? Учти, если сляжешь с гриппом, я с тобой своей премией делиться не стану.

– Нет, всё в порядке. Просто тут жарко, в горле пересохло, – Василий прокашлялся, подошёл к столу и взял с него пластиковую бутылку с минеральной водой. – О! А вот и новенькие подошли. А мы уже не чаяли увидеть вас на тренировке.

Лиза покраснела и поспешила объясниться:

– Извините, пожалуйста, за опоздание. Мы не знали, что сейчас время спорта. Наш учебный режим в резерве был несколько иным.

– А разве вам не дали наш график тренировок? – удивился Евгений. – Яна, командир же поручил тебе уладить все организационные вопросы с новенькими.

Яна невозмутимо ответила:

– Вопросов много, возможно, я что-то забыла. Я же женщина. Что наезжаешь? Пришли, значит, молодцы. Пусть занимаются. Так, Эдик, что сидим, мечтаем? Кто за тебя педали крутить будет?

Эдуард посмотрел на педали и слез с велотренажёра:

– А! Не хочу я ничего сегодня крутить. Я не в форме. Вон, пусть Ростислав крутит, ему нужнее. Лисичкина, а скажи, какой у тебя тренажёр самый любимый? Ты вообще спортом занимаешься?

Лиза смутилась ещё больше:

– Конечно, занимаюсь. Я скалолаз со стажем.

– Скалолазка? Ого!

А Яна скептически прокомментировала:

– Прикольно, хотя в нашей работе подобные навыки, к счастью, не нужны. Мы выбираем для посадки разведывательного челнока самые ровные астероиды, собираем образцы грунта с поверхности, потом делаем взрывом небольшую ямку, нагребаем породу оттуда и назад, на корабль. Горы – это не наша стихия.

– Так это же хорошо, что несложно, – ответил за Лизу Ростислав. – Не понятно только, почему экипажи других групп перешёптываются и показывают на нас пальцем, когда узнают, что мы полетим в планетарную систему Синего солнца? Чем этот район снискал такую дурную славу?

– Завидуют черти, – усмехнулся Эдуард. – Не всем же выпало счастье лететь за алмазами.

– А все эти страшилки, что там говорят о проклятии Синего солнца, которое никому не отдаст свои сокровища, это выдумки, – добавил Василий.

– Да, не бери в голову, – поддакнула ему Яна. – Всё слухи.

И лишь рассудительный Евгений пояснил:

– Слухи, да не всё, к сожалению. Просто так сверхприбыль компания никому не обещает. С точки зрения астрофизики, планетарная система Синего солнца не сильно отличается от других систем. Очень яркая звезда синего спектра, вокруг неё по своим орбитам путешествует несколько безжизненных планет, одна из которых на самых дальних рубежах столкнулась с крупным космическим телом и превратилась со временем в целый астероидный пояс. Учёные «Косморесурса» предполагают наличие в этих обломках больших залежей алмазов и золота. Но найти надёжные доказательства этому пока ни у кого не вышло.

– А почему не вышло? – с интересом спросила Лиза. – Начальник подготовки экипажа сказал, что мы не первые, кто туда полетит.

Евгений подтвердил:

– Так и есть. До нас туда отсылали аж три «Разведчика». Но первый отличился неудачной навигацией и столкнулся с большим обломком в астероидном поясе. Со вторым что-то случилось во время взрывных работ при заборе грунта. А третий экипаж, долетев до места, вдруг ощутил такой панический приступ страха, что, наплевав на любые вознаграждения и штрафы компании, в нарушение контракта просто развернул корабль и вернулся домой.

– Что же их так напугало в астероидном поясе?

– Никто этого не знает. Потому слухи и множатся. Лично я, как доктор, считаю, что всё дело в излучении Синего солнца.

– В излучении? – переспросила Лиза. – А что с ним не так?

– Его интенсивность. Синие гиганты и сверхгиганты отличаются от привычных для нас жёлтых звёзд не только своим цветом. Они обладают очень высокой температурой на поверхности и излучают много ультрафиолета. А ультрафиолетовое излучение в больших дозах вредит всему живому. Оно способно повреждать клетки живых организмов, включая повреждение ДНК. Влияет на мозг, на органы и ткани.

– И мы подвергнемся такому излучению?

– В определённой степени, да. Нет, «Косморесурс» сделал всё возможное, чтобы минимизировать ущерб нашему здоровью. Корпус корабля покрыли дополнительной защитой, а командиру строго-настрого запретили залетать вглубь планетарной системы и приближаться к Синему солнцу. Мы будем держаться тени астероидов и выстроим рабочий график таким образом, чтобы провести в опасной зоне минимум времени. Десять дней на сверхскоростной полёт туда, пару дней в астероидном поясе на работу и десять дней на возвращение домой. В общей сложности три недели. И под прямое облучение солнца постараемся не попасть. Однако кроме ультрафиолета есть ещё такое явление, как магнитное поле звезды. А оно тоже влияет на психику и самочувствие. Так что дискомфорта избежать не удастся. К этому надо быть готовыми.

– Ясно. А как…

Лиза ещё что-то хотела выспросить у доктора, но в тренажёрный зал заглянул командир корабля и прямо с порога объявил:

– Ребята, для нас объявлен общий сбор. Живо на построение!

На этот раз в зале для построений присутствовал не только начальник подготовки экипажей. Рядом с ним стояла целая делегация чиновников от «Косморесурса». Все в деловых костюмах, при галстуках, с папками документов в руках.

«Не иначе, как сообщат что-то серьёзное», – сразу смекнула команда, торопясь выстроиться в шеренгу перед столь важными людьми, от которых зависит не только материальное благополучие их компании, но и финансовое обеспечение каждого контрактника.

Один из чиновников взял слово:

– Приветствую вас, разведчики, корабля «116». Ситуация с заболеваемостью в команде нас встревожила. Но старт запланирован на сегодня, и сдвигать сроки мы не хотим. Вы летите к Синему солнцу уже через пару часов, если, конечно, у вашего доктора нет оснований снимать кого-то с полёта персонально. Что скажешь, Евгений?

Евгений чётко отрапортовал:

– На плохое самочувствие сегодня никто не жаловался. Я исхожу из того, что все здоровы и готовы к полёту.

Чиновник довольно кивнул:

– Значит, таким составом и полетите. Плюс с дополнительной нагрузкой в виде двух новичков. Я понимаю, это создаёт некоторые неудобства. Притирка характеров, дополнительное обучение…

Командир корабля тоже взял слово:

– Никак нет! Никаких неудобств. Разрешите доложить? Новенькие уже приняты в состав команды и прошли предполётный инструктаж.

Чиновник удивлённо вскинул брови, а затем, уяснив, о чём говорит командир, сразу запротестовал:

– Нет-нет, Геннадий! Мы говорим о разных новичках в вашей команде. То, что у вас произошла текущая замена заболевших, это обычный порядок вещей. Да я, собственно, ваших резервистов и за новичков не считаю. Это обученные люди. Они, как и вы, подписали с «Косморесурсом» контракт. А я собираюсь представить вам тех, кого вы дополнительно примете на борт. Первый – это Рисп. Рисп, выходи сюда. Пусть экипаж на тебя поглядит.

Чиновник обернулся на свою свиту, приглашая кого-то выйти вперёд. Мужчина, названный таким необычным именем, сделал два шага по направлению к команде и произнёс сухое «Здравствуйте».

Чиновник продолжил презентацию:

– Вы, наверно, гадаете сейчас: кто этот человек? Средний рост, средний вес, какие-то усреднённые, не запоминающиеся черты лица, верно? Я бы с удовольствием поиграл с вами в «Угадайку». Но за неимением времени мы пропустим данный этап, и я сразу объясню вам суть дела. Рисп – не человек. Данный субъект – машина, а его имя представляет собой аббревиатуру. Рисп – это роботизированный искусственный помощник. Он робот.

– Робот? – изумилась команда.

– Именно так. Совершенный, ничем не убиваемый скелет, покрытый синтетическими тканями, идеально имитирующими человеческое тело. Самая современная электрическая начинка внутри. И, конечно же, наша гордость, гений нашей инженерной мысли, его мозг – искусственный интеллект, мощная самообучающаяся нейросеть. Лучший друг, помощник и украшение вашей команды. Прошу, как говорится, любить, беречь и жаловать.

Эдуард даже слегка присвистнул от удивления:

– Украшение? А зачем нам в команде робот?

Чиновник, расценив данный вопрос, как неподдельный интерес к изобретению их компании, пояснил:

– Рисп – это наши глаза и уши в вашем полёте. Ни для кого не секрет, что «Косморесурс» потерял в экспедициях к Синему солнцу уже два экипажа. И третий тоже находится под следствием из-за странного поведения, объяснение которому мы не нашли. Может, излучение Синего солнца как-то влияет на людскую психику, может, иные обстоятельства привели к несчастьям, но нам необходимо предотвращать подобные случаи в дальнейшем. Особенно, если вы откроете алмазное месторождение, и экспедиции в тот район начнутся часто. Рисп лучше любого чёрного ящика будет фиксировать хронологию всех событий на вашем корабле. И если с вами в ходе полёта что-то случится, Рисп, как представитель компании, возьмёт на себя управленческие функции. Он сумеет завершить вашу миссию и доставит корабль обратно на базу.