Неучтённый вариант

ГЛАВА 4. Болтун – находка для шпиона

Переезд в Статлан прошёл без приключений. Оказывается, когда у Вас много денег, Вы запросто можете переложить на других людей свои заботы и ни о чём не волноваться. Агентство недвижимости подобрало нам с Оскаром квартиры в элитном районе и даже в одном доме на одном этаже и общей площадке. Так что мы автоматически с моим компаньоном стали ещё соседями. Одна сервисная служба занялась дизайном и обстановкой квартир в соответствии с нашими вкусами. Другая служба помогла в подборе необходимой домашней робототехники. Самые современные роботы: повара, уборщики, охранники и электронные питомцы скрашивали теперь наш быт. Как и подобает новоиспечённым богачам, мы с Оскаром тут же вступили в несколько престижных спортивных и политических клубов. Приобрели себе кучу ценных бумаг и личный транспорт. Несколько раз посетили культурные мероприятия Статлана и побывали на модных вечеринках.

Остатки июня и половина июля пролетели незаметно. И только затем мы с Оскаром сели за проработку плана по выполнению поручения госпожи Чинау.

Информация, почерпнутая из письма Кристины, служила нам неплохим подспорьем. Однако проходить тот путь, которым шёл профессор Гордиенко, мы не хотели. Неизвестно ведь, на каком этапе его поисков произошла утечка информации. Да и что нового могут сообщить нам воодушевлённые клиентки «Столетника», готовящиеся стать мамами? Или те богачи, которые с помощью путешествий в параллельный мир становятся ещё умнее и богаче? Вряд ли они захотят быть с нами откровенными.

Взвесив все «за» и «против», мы с Оскаром пришли к однозначному выводу, что разбираться в ситуации придётся на собственной шкуре. Следовательно, мы должны стать клиентами корпорации. Причём стать не разовыми посетителями среднего класса, которые в кои веки явились на омолаживающие процедуры. Нет, нам надо зарекомендовать себя частыми гостями и уважаемыми лицами в этих стенах. Мы должны там светиться много, сорить деньгами и обещать вкладывать в «Столетник» ещё и ещё. И поводы для подобного обращения, чтобы не вызвать подозрений, у нас с Оскаром должны быть разные.

Мы решили, что Оскар станет играть роль человека, озабоченного вопросами красоты и здоровья. При этом он будет настолько капризным, требовательным и придирчивым ко всем докторам, что его непременно запишут на приём к главному врачу и владельцу корпорации, к господину Тому Кидешу. Я же начну общение со «Столетником» не столь ярко и экспрессивно, как мой друг, а всего лишь как заботливый муж Элизабет и будущий отец нашего с ней малыша. Лиза сказала, что врачи поставили её к себе на учёт. И какие бы у нас с ней ни были отношения, независимо от того, живёт она со мной или с родителями, я имею право проявлять беспокойство о ребёнке. А с такими деньжищами, которые у меня появились, даже без её ведома. Почему нет?

Уже через месяц мы с Оскаром стали самыми узнаваемыми клиентами «Столетника». Мы записывались к различным докторам на консультации, проходили процедуры, разбрасывались деньгами и хотели знать о технологиях поддержания красоты и здоровья буквально всё. А вечерами собирались у меня на квартире, анализировали информацию, перечитывали письмо Кристины и хмурились, понимая, что наши усилия пропадают даром. Найти доказательства вины корпорации в похищении людских душ или хотя бы обнаружить зацепки, которые приведут нас к этим доказательствам, нам не удавалось. «Столетник» работал чётко, эффективно и очень корректно, как с точки зрения закона, так и с позиций психологической «обработки» своих клиентов. Никаких замечаний и упрёков!

– Шесть лабораторий, – процедил однажды сквозь зубы мой компаньон. – Шесть лабораторий «Столетника», занимающихся вполне легальными вещами, начиная от выращивания новых тел и заканчивая производством косметики! И надо было ради этого тратить столько денег? Я ещё, как дурак, потащился на пластику носа!

Я внимательно посмотрел на Оскара.

«Нашёл из-за чего кипятиться! И раньше был симпатичным парнем, а теперь просто красавец. Хоть на экран, хоть на обложку модного журнала. И ещё жалуется. Мне бы его внешность!».

– Зря ворчишь, Оскар. Тебе идёт твой новый нос. Он у тебя стал аккуратным и ровным.

– Вот уж благодарю, Ромка! Только мне и старый нос нравился. А для чего мои жертвы? Чтобы побывать в самой скрытной лаборатории и убедиться, что там тоже всё в порядке?

– Естественно. А, по-твоему, мне в центре по спасению недоношенных детей было веселее? – возмутился я. – Можешь представить себе человечков размером с маленьких кукол, которые подключены к разным проводам и шлангам? У меня до сих пор мороз по коже идёт, как их вспомню! Я ещё не привык к тому, что скоро стану отцом, а тут такие ужастики.

Оскар вздохнул.

– Точно. Влипли. Но других лабораторий, кроме тех, что мы осмотрели, больше нет. Улики искать надо здесь.

– Надо, – согласился я. – А знаешь, зал с тремя сотнями антенн над телепортационным сектором, вызывает вопросы. Равно как и корпус по выращиванию дубликатов тел. Везде непонятное оборудование: капсулы, приборы. Я не силён в медицинских технологиях, а в открытых источниках отсутствует информация на эту тему. По каким критериям мы придём к выводу, что они осуществляют незаконные заселения душ?

– Да в том-то и дело, Ромка, что, будучи неспециалистом, разобраться в этом практически невозможно! Прямо хоть лично к ним на телепортацию записывайся и выясняй всё на месте! Бр-р-р! Мне не по себе от одной этой мысли! Но ведь где-то они хранят украденные души! Не у себя же дома? А зал с антеннами, создающий магнитное поле, для этого может сгодиться. Кроме того, докторам необходимо вести учёт, кого и к кому они подселяют. И вообще, как они идентифицируют то, что нельзя увидеть?

Я высказал свои предположения:

– Приборы, Оскар. Думаю, у них это давно автоматизировано. Только у нас, к сожалению, нет доступа к базе данных корпорации. В каждом врачебном кабинете ведётся наблюдение, лишнего шага не сделаешь. Хорошо бы, конечно, за информацией по «переселенцам» залезть в компьютер к Тому Кидешу. Но рисковать своим статусом, а вдруг у главврача ничего компрометирующего не окажется, а секретные сведения хранятся у его помощника Турилова?

– Да, или у других сотрудников «Столетника», кто имеет доступ к телепортационному сектору.

– Во-от. С другой стороны, Оскар, должна же система тотального контроля и безопасности приносить какую-то пользу?! Доктора всё равно между собой разговаривают: в коридорах, раздевалке, столовой. И раз камеры слежения у них везде, в сети должны быть и видеозаписи с этих камер!

– Логично. Я сам не сообразил.

– Логично, но я вчера обшарил все электронные базы: записей с этих камер нигде нет. Я нашёл лишь видео с главного входа в больничный городок. Там поток людей и ничего конкретного.

– Плохо, – мой напарник нахмурился. – Это всё происки их службы безопасности. В народе говорят, что они контролируют каждый шаг сотрудников «Столетника». Поэтому в корпусах все по струночке ходят: боятся потерять тёпленькие места… Нет, техника нам с тобой, Рома, не поможет. Надо знакомиться с новыми докторами, расспрашивать их и слушать, слушать, слушать! – Оскар повторно вздохнул и критично посмотрел на себя в зеркало: – Только ума не приложу, на какую процедуру мне ещё записаться? По-моему, я и так уже совершенство!..

И мы снова взялись за дело, планируя для себя ряд новых посещений «Столетника» и перечень тех вопросов, которые нам непременно надо выяснить, общаясь с медицинским персоналом.

И вот, наконец, удача нам улыбнулась. Как-то тёплым сентябрьским вечером Оскар прибежал ко мне в квартиру сияющий.

– Привет, Ром! – как обычно поздоровался он со мной, без особого приглашения прошёл в кабинет и плюхнулся в мягкое кресло: – Слушай, дружище, я сегодня с такой девушкой познакомился! Ммммм!!! Сражён наповал!

«Ну да! Самое время заняться личной жизнью!», – скривился я в мимических ужимках.

А затем, видя, что Оскару без разницы, какую эмоцию выражает моё лицо, я строго его отчитал:

– Нормально! Я, значит, тружусь в поте лица, добываю необходимые нам сведения, а ты налево завернул?

Оскар хохотнул:

– Никуда я не заворачивал. Просто у нашего главврача, оказывается, уже неделю работает помощница! А мы и не знали. Хорошенькая! Двадцать четыре года. Зовут Кармелой. Рост сто восемьдесят шесть, ноги от ушей, грудь – во! – он очертил в воздухе свой любимый размер. – Вся такая фигурная! И на личико сладкая. Такие выразительные глаза, пухлые губки, аккуратный носик. Кстати, я уже успел сказать, что она блондинка? Ох, я очарован!

– И?

Я выдержал паузу в надежде услышать, чем закончилось знакомство моего друга, и на каком этапе взаимоотношений с помощницей доктора он сейчас находится. Но Оскар, очевидно, напрочь забыл о моём присутствии. Он закатил глаза к потолку и мечтательно заулыбался.

– И что мисс Карамель? – мне пришлось вновь напомнить о своём существовании. – Она проявила к тебе взаимный интерес? Позвала на свидание?

Оскар встрепенулся.

– Шутишь? Её же сразу с работы попрут! Она покраснела от моих комплиментов и вежливо ответила что-то о профессиональной этике, запрещающей тесное общение врача и пациента. Но она с меня глаз не сводила, Ром, и ловила каждое моё слово! Особенно после того, когда увидела баланс моего электронного кошелька. Э-эх! Лиха беда начало! Это Кармела при своём шефе такая скромная. А так… я же чувствую, какая она бомба! Надо будет урвать момент и остаться с ней наедине, а там уж…

Я усмехнулся:

– Ладно, развратник, не загадывай на будущее. Ты лучше продумай вопрос, а нельзя ли заглянуть с её помощью в компьютер Кидеша? И расспроси её о деятельности шефа. Хочется верить, что она не окажется такой молчуньей, как мой доктор. Из него слова лишнего не вытянешь.

– Точно, эти люди в белых халатах умеют хранить тайны. Но Кармела другая! Она горит желанием поболтать со мной. И расспросить её о служебных секретах – это вопрос нескольких дней и пары дорогих украшений. Доверься мне! – Оскар потёр ладони в предвкушении чего-то большого и незабываемого, улыбнулся, а затем резко поменял тему: – А как твои дела? Я видел сегодня в корпорации Элизабет. Ты тоже с ней где-то пересекался?

– Да, мы столкнулись в коридоре и пошли в столовую пообедать. Я сказал жене, что интересуюсь состоянием её здоровья через врачей. Во-первых, хочу получить объективную информацию. А во-вторых, чтобы её саму не нервировать расспросами.

– Нормальное алиби. Что Лиза? Поверила?

– Надеюсь. Она очень удивилась, встретив меня. Хотя заметно, что всё ещё сердита, и прощать меня не спешит.

– Да, не позавидуешь. А ты на самом деле думаешь, что она может вынашивать душу Кристины Чинау?

Я пожал плечами.

– Не знаю, Оскар. Я не исключаю такой вариант. И не смогу отделаться от этой мысли, пока не увижу секретные списки корпорации! Мы должны их найти.

– А потому сам Бог велел мне встречаться с Кармелой! – засмеялся Оскар, опять переключаясь на свои планы.

Где мой друг так смело и вольготно научился обращаться с женщинами, для меня оставалось загадкой. Но его методика, действительно, начала приносить плоды.

Сначала Оскар несколько дней подряд забегал в главный корпус корпорации, чтобы вручить Кармеле приятные сюрпризы в виде цветов и сладостей. При этом он разъяснял всем и каждому, начиная от встречающихся ему лаборантов и заканчивая Томом Кидешом, в приёмной которого и сидела Кармела, что это лишь скромная благодарность счастливого пациента. Мой друг записался на такое количество омолаживающих и тонизирующих процедур в «Столетнике», что создалось впечатление, будто он собирается там жить. Когда же Кармела сделала Оскару тактичное замечание, что подобные знаки внимания её компрометируют, он направил даме своего сердца через службу доставки бриллиантовые серьги и приглашение на ужин в ресторан.

Кармела, как и следовало ожидать, не пришла. Но мой друг только посмеялся над её принципиальностью и тут же пропустил назначенное время приёма у господина Кидеша. Главврач, естественно, попросил помощницу выяснить, в чём дело, где их требовательный пациент? Девушка вынужденно позвонила Оскару. А мой друг трагическим тоном сообщил, что его сердце разбито. И какая теперь разница, что он не пришёл на процедуру по поддержанию красоты и здоровья? Быть может, ему вообще отказаться от услуг докторов «Столетника»?

Сидя в паре метров от Оскара, я с трудом сдерживал смех, дивясь актёрскому таланту напарника. Но как бы там ни было, расчёт оказался верным. Страх, что господин Кидеш потеряет богатого клиента, а она лишится возможности получать дорогие подарки (вроде бриллиантовых серёжек, которые Кармела всё же оставила себе), сделал своё дело: Помощница главврача сама назначила Оскару свидание. Старт новым отношениям был положен.

Кармела, как отмечал Оскар, и впрямь оказалась любительницей поговорить. Правда, говорила она всё больше о себе, и тараторила без умолка, что моего напарника не только не впечатляло, но, скорее, даже нервировало. Но это давало надежду, что и о работе у Кидеша девушка будет такой же щедрой в словах и объяснениях. Главное, подвести её к этому вопросу плавно, незаметно. Женщины – болтливые создания и, по моим наблюдениям, намного чаще мужчин нарушают служебные инструкции в угоду личным интересам. Так что «Держись, друг Оскар!» – подбадривал я напарника, сплавляя его вечерами на свидания, а по утрам дожидался от него новостей и полезных «разведданных».

Кармела подтвердила, что у «Столетника» пять направлений, каждым из которых руководит один из пяти помощников господина Кидеша. Главврач ведёт приём очень важных и капризных клиентов, таких, как Оскар. Кармела же пока не возглавляет самостоятельных направлений корпорации, поскольку она молодая помощница. Но зато она прочно обосновалась в приёмной Кидеша и является сейчас чуть ли не его правой рукой. Что касается базы данных «Столетника», то доступ к историям болезней пациентов и сведениям о проводимых процедурах есть у всех врачей. Но утечка информации невозможна, ведь каждый находится под наблюдением. Случайных людей в их коллективе нет.

Заслушав подобный доклад от напарника, я вспылил:

– Ты не узнал от этой девчонки ничего нового или полезного! Зря только кучу денег истратил на дорогие подарки. И времени вон сколько угрохал.

Оскар, услышав подобную отповедь, огрызнулся:

– Зря – не зря, но Кармела хотя бы не покушается на мою внешность! В отличие от пластических хирургов, содравших с меня за мой нос сумму, эквивалентную её бриллиантовым серьгам. А вообще, ты прав, Ром. О моей подружке мне надо знать больше. Сколько можно слушать о том, какая она талантливая? Надо настойчиво расспросить её, какая она умная? И место для разговора выбрать подходящее. Хм… Ну-ка, дай телефон! Я придумал, где нам сегодня с ней встретиться.

Кармела, услышав, что Оскар вхож в элитные клубы Статлана, так загорелась идеей побывать на модной тусовке, что мой друг даже растерялся, а есть ли для неё в мире ещё что-то столь притягательное? Впрочем, если ему девушка действительно нравится, да ещё может оказаться полезной для расследования, почему бы и не сходить? Оскар смело пригласил её на вечеринку.

Кармелу в дорогом клубе привлекало абсолютно всё: напитки, угощения, музыка, танцы, люди. Девушка млела от счастья, и её даже не смущал тот факт, что Оскар не знаком с теми мужчинами и женщинами, что ослепляли помощницу доктора своим богатством. Она хотела быть с ними на равных, и поскольку именно Оскар мог стать для неё пропускным билетом в высшее общество, Кармела стремилась теперь всеми силами его обаять. Весь вечер разговоры в их паре лились рекой. И Оскару оставалось лишь внимательно слушать да направлять беседу в нужное русло.

– Сложно представить, Кармела, как много тебе пришлось учиться, чтобы попасть в «Столетник»? – доливая вино в бокал девушки, осторожно поинтересовался он. – Ты такая молодая, а уже помощница главного врача! Наверно, массу проверок выдержала? Профессиональные экзамены, тесты на благонадёжность, каверзные собеседования…

Кармела хитро засмеялась, наклонилась к уху Оскара и прошептала:

– Ни одного теста, ни одного собеседования. Хочешь – верь, хочешь – нет! Только это секрет. Никому об этом, ясно?

– Я нем, как рыба, золотце моё! Но мне-то скажи, в чём здесь фишка? Ведь в корпорации работают зубры медицины. А ты такая юная!

Девушка вновь польщёно засмеялась.

– Если быть честной, я сама этого не понимаю, Оскар. Я ведь ещё официальную практику не проходила. Нас водили в «Столетник» на экскурсию пару месяцев назад. Но я и в смелых мечтах не могла предположить, что мне вдруг позвонит господин Кидеш и пригласит на должность своей помощницы.

Оскар нахмурился, недвусмысленно изображая ревность:

– Том Кидеш тебе позвонил лично? Он что – твой тайный поклонник и покровитель?

Кармела развеселилась ещё больше.

– Да нет, уверяю тебя! Вот ревнивый дурачок! Стала бы я тогда с тобой встречаться на глазах шефа?! Никакой он мне не поклонник. Господин Кидеш настолько стар и так занят своим бизнесом, что на женщин не смотрит. Знаешь, какие красавицы к нам иногда заглядывают в офис? А он хоть бы хны.

– Как же ты тогда объяснишь своё назначение?

– А никак уже не объясняю. Сколько можно теряться в догадках? В первый день меня даже трясло от страха. Накануне ночь не спала, перечитывала конспекты. Переживала, что именно мне поручат, и как я с этим справлюсь? А шеф меня вызвал к себе на ковёр и жёстко отчитал за нервозность и не выспавшийся вид: «Кармела, детка, – передразнила она хриплый голос господина Кидеша. – От тебя требуется две вещи: быть достойным украшением моей приёмной и добросовестно исполнять мои поручения».

– И всё? – Оскар удивился. – А какие поручения он даёт?

Девушка отмахнулась:

– А! Обычную секретарскую рутину. Звонки особо важным клиентам. Поддержание контактов с учебными заведениями. Обмен данными с министерством информационной политики. И ещё куча всего. В основном, принеси-подай. Я сначала расстроилась: учиться на врача, чтобы быть на побегушках? Но потом подумала: какие могут быть жалобы? Зарплата отличная, престиж – о-го-го! Счастливый билет в лотерее жизни, по-другому не назовёшь. И ведь иначе я бы никогда не повстречала тебя, мой рыцарь…

Кармела наклонилась к лицу Оскара, поцеловала «мужчину мечты» в губы и вновь зашептала:

– Я, конечно, сегодня выпила лишнего и болтаю не по делу. Всё о работе да о работе, а не о нас с тобой. Ты прости меня, мой хороший. Но ты такой классный, правда! – она снова поцеловала своего кавалера. – Ты, можно сказать, идеальный, Оскар, во всех отношениях! И, поверь мне, я способна украшать не только офис. Я смогу украсить и твою жизнь тоже! Если позволишь?

Видя такой откровенный взгляд девушки, Оскар не удержался от иронии:

– Не знаю, Карамелька. Я боялся, что нормы медицинской этики для тебя окажутся более значимыми, – он налил ей ещё один бокал крепкого коллекционного вина. – Вообще, удивлён, что ты согласилась со мной встречаться. И хотя я на это надеялся, но… не верил. Все наслышаны о драконовских законах, что царят у вас в корпорации. Служба безопасности отслеживает каждый ваш шаг.

– Может быть, – не очень уверенно подтвердила девушка и потянулась за бокалом. – Я ждала, что мне влетит из-за твоих подарков, что меня вызовут на допрос и начнут расспрашивать: кто ты такой, что тебе нужно? Но, вроде, пока всё обошлось.

– Что – не вызывали?

– Нет. Ну, шеф поначалу был недоволен. Целую лекцию прочитал о допустимом и недопустимом поведении. Как будто у человека не может возникнуть внезапного чувства? – Кармела, уже порядком опьянев, вновь засмеялась. – Но я ему, Оскар, жёстко заявила, что мне нечего стыдиться. Ничего противозаконного я не делала и этику не нарушала. А наказывать меня за то, что я красивая и что в меня можно влюбляться, по-моему, чересчур! Какое ему дело, с кем и как я провожу свободное время? Ты, может, моя судьба? И в итоге шеф успокоился и отстал от меня со своими нравоучениями. Вот так. За свою любовь надо уметь сражаться.

Оскар задумался. Его новая подружка была не так проста. С одной стороны само легкомыслие, что свойственно многим блондинкам. С другой стороны – бульдожья хватка и целеустремлённость, каким ещё позавидовать можно.

«Надо держать ухо востро. Пожалуй, я ей ещё налью чего-нибудь покрепче и выясню, что у неё в голове на самом деле».

– А ты не только красивая, но ещё и волевая девушка, Кармела, – подарил ей Оскар очередной комплимент. – Ты молодец! Но и господину Кидешу следует быть с тобой осторожнее. Придёт он однажды к себе в кабинет, а у него в компьютере вместо секретных данных окажутся мои фотографии. Забавно.

Кармела, живо представив, как в компьютере её шефа вместо скучной заставки вдруг всплывёт симпатичное лицо Оскара, и как на это может отреагировать главврач и другие его помощники, рассыпалась от смеха. А потом, осмыслив вопрос, всё же пояснила:

– Нет, на моём компьютере – это реально. И я признаюсь, что уже скачала себе пару твоих фотографий из электронного досье. Но на компьютере господина Кидеша – никогда! Даже несмотря на то, что у него там всё равно нет ничего ценного.

– Почему ты считаешь, что у твоего шефа в компьютере нет ничего ценного? Он же главврач гигантской корпорации.

– Ну и что? – девушка нетрезво хмыкнула и протянула руку за ещё одним бокалом. – Что ему там хранить? Клиентская база находится в общей системе «Столетника». А что касается научных разработок, о которых ходят легенды, – девушка перешла на шёпот и наклонилась к Оскару ближе. – Доктора шутят меж собой, что господин Кидеш прячет секреты в параллельной Вселенной. Ведь туда он путешествует чаще, чем ездит к себе домой. Да-да.

– В параллельной Вселенной?

– Угу. Не знаю, насколько они правы, но буквально вчера я помогала шефу заносить на его компьютер отчёты по экспериментам. Так вот нет у господина Кидеша в компьютере ничего интересного! Отвечаю! Я любопытная девушка и всё проверила. У него там лишь деловая переписка с институтами и министерствами. Да куча всевозможных кроссвордов.

Оскар озадачился.

– Этот угрюмый молчун увлекается кроссвордами?

Кармела кивнула:

– Это его хобби. Не все же коллекционируют драгоценности, как я! У шефа весь кабинет завален распечатками таблиц с кроссвордами. А три дня назад, представляешь, он просил меня отнести важные документы в министерство информационной политики. И ладно ещё, что я по пути заглянула в его папку! Это же кошмар! Шеф, видимо, по рассеянности, запихнул туда черновики с решениями своих головоломок. Таблицы, цифры, буквы. Вот министр бы удивился, принеси я ему такую депешу! Но я исправила ситуацию. Вернулась к господину Кидешу и тактично указала на ошибку. Он поблагодарил и пообещал впредь проверять всё по десять раз. А вообще невнимательность главврача вполне объяснима. Это всё от перегрузок, Оскар. Он такую мощную корпорацию на плечах тянет. Злые языки наводят на него напраслину по поводу его частых путешествий, а он, бедный, может, так отдыхает от работы?

– Может быть, – задумчиво повторил Оскар, вспоминая институтские занятия по расшифровке головоломок.

Головоломки на то и есть головоломки, что под их форму можно запрятать любую информацию, и без специального ключа разгадать её маловероятно. Естественно, отправлять в министерство вместо важных документов часть секретного архива по незаконной телепортации – это недоразумение и ошибка Кидеша. Сомнительно, чтобы врачи делились информацией и деньгами с кем-то ещё. Но сама форма архива делает его практически не раскрываемым. Храни таблицы хоть в своём кабинете, хоть на виду у министра. Никакая проверка не докопается.